- Дзынь! - с прощальным фарфоровым звоном грякнулась она оземь.

- …! - от души прокомментировал это невольный виновник.

Дама отмерла первой – заломила руки, взвыла и нацелилась кинуться на мужика с кулаками. Но не вышло: неизвестно откуда, как черт из табакерки, вынырнул ее благоверный и попытался унять скандал, попросту поймав жену за шиворот. Увы, в итоге вышло только хуже. Та, придушенная воротником, заорала совсем уж дурниной, и на помощь ей, словно шутихи с подпаленными фитилями, разом рванули трое детишек, до этого мирно возившихся между собой на угловом диване в холле:

- И-и-и-и… - добавили они новых, пронзительных нот в представление.

- Куда?! Зачем?! Да стойте же! - Пожилая тетушка, приставленная за ними смотреть, удержать этот ураган не смогла, и в итоге сама оказалась втянута в водоворот начавшейся семейной склоки – с шумом, гамом и чуть ли не дракой.

Невольные зрители опять впали в оцепенение, не зная, что делать и как к этому отнестись.

Спокойнее всех оказался тот самый медведеподобный громила, что толкнул меня первым:

- Табор. Цыгане от зависти сдохнут, - покачал он головой и уже неспешно двинул, куда шел – за новой порцией багажа, пока еще сваленного в углу холла.

- В точку, - согласился с ним появившийся рядом Эльдар и ненавязчиво прикрывая меня со стороны набирающего обороты скандала, проводил до самой стойки.

- В заграницы отбывают, - вместо приветствия просветил нас портье, тоже не оставшийся в стороне от развернувшего представления, прекрасно видимого сквозь настежь распахнутые створки. – Всем семейством…

И вдруг спохватился:

- Желаете заселиться?.. – профессионально цепким взглядом он прошелся сначала по мне, потом по Барятину, чуть дернул уголком рта заметив его шрам и приглядевшись к глазу, после чего окончательно определился, кто здесь главный: - Госпожа?..

- Крастова, – назвалась я настоящей фамилией – на этом отдельно и очень сильно настаивал Эльдар. – Да, нам два номера рядом – для меня и моего водителя. До завтра.

И тут же настойчивость помощника стала понятна:

- Простите великодушно, госпожа Крастова, - чуть согнулся в формальном поклоне портье, - но могу я сначала увидеть ваши бумаги? По нынешним временам мы вынуждены строго вести записи.

- Понимаю, - спорить я не стала, - Никаких проблем, Эльдар, передайте документы.

И пока мужчины решали формальные вопросы с нашим заселением, вынуждено досмотрела представление перед входом, надеясь, что со стороны не очень заметно, насколько нетерпеливо я переминаюсь в ожидании душа. Вернее, сопутствующих ему удобств.

Грузчик возле экипажа, устав любоваться на развернувшееся между супругами сражение и бегающих вокруг орущих детей, как ни в чем не бывало ухватил упавшую корзину и вновь попытался водрузить ее наверх, правда, теперь уже с другой стороны. Увы, но все с тем же результатом. Плетенка и во второй раз неторопливо съехала с кучи багажа и прицельно свалилась прямо под ноги скандалящему семейству – со звоном совсем уж душераздирающим.

Как ни странно, но именно он стал точкой, остановившей дурацкую карусель и вернувшей в мир тишину.

- Да чтоб тебе пусто было, скотина! – прочувствовано и от души пожелала мужику мадам, пересчитала по головам и загнала весь свой табор в экипаж, бдительно проверила, не забыто ли чего из вещей и махнула кучеру: мол, отправляйся уже. Медлить тот не стал – хлопнул вожжами, цокнул и две лошадки мерно застучали копытами, увозя весь этот цирк куда подальше.

А злополучная корзина так и осталась стоять перед входом.

- Госпожа Крастова, - тронул меня за локоть Барятин. – Пойдемте. Наши номера на втором этаже. Рядом, как вы и просили. Завтрак будет готов через полчаса.

Глава двадцать пятая 2

В номере, в отличие от холла, оказалось тихо, сумрачно, благодаря не раздвинутым пока плотным шторам, и оттого как-то очень уютно. Пахло вощеным деревом паркета, немного пылью и отглаженным чистым бельем. Рай!

- Ванная вот здесь, все остальное тоже, - Эльдар явно не пропустил мои красноречивые метания и первым делом нашел дверь к удобствам, заставив поморщиться от излишней прямоты, с которой это было сделано. – Твой саквояж я на стуле оставлю. Попросить, чтобы завтрак принесли прямо сюда?

- Нет, - качнула я головой. – Лучше в обеденный зал потом спустимся, не думаю, что там сейчас аншлаг. А завтракать, закрывшись в номере с водителем…

- Не стоит, да. – Поддержал он меня. – Тогда жду прямо там через полчаса.

И меня, наконец, оставили одну.

Кажется, так быстро я еще никогда не бегала. Даже когда меня пытались убить.

В оговоренные полчаса я уложилась без труда – вымылась, переоделась, расчесала и заново собрала волосы… Даже лицо напудрила и немного подвела губы, чтобы не выглядеть совсем уж бледной после тяжелой ночи. Но когда спустилась в обеденный зал, найденный скорее по запаху, чем благодаря помощи персонала, Эльдар там уже сидел.

- Кто бы сомневался, - буркнула я себе под нос, но прежде чем к нему присоединиться, чуть задержалась на пороге и осмотрелась. Первым делом оценила, что народа там, как мы и предполагали, совсем немного – помимо Барятина, облюбовавшего стол возле окна, в дальнем от него углу шушукались пара клерков, напрочь забывших об остывающем рядом кофе, да азартно расправлялся с огромной яичницей еще один господин, по виду врач или адвокат – дородный, абсолютно седой и очень солидный.

Кроме тишины и спокойствия, обстановка в зале могла похвастать и вполне себе симпатичным сельским уютом – для тех, конечно, кто ценит рустикальный стиль. Низкий деревянный потолок, расписанный цветными переплетающимися гирляндами, толстые темные балки, которые рослый Барятин, наверное, макушкой пересчитал, пока шел к своему столику, деревянные же, крашеные в голубой стены и пышные рюши на занавесках в цветочек. Мило. Наверное. Но запах выпечки, услышанный еще из холла, а здесь ставший густым и почти осязаемым, мог примирить меня и не с такими красотами.

Я собралась было войти и присоединиться к Эльдару, но вдруг пригляделась внимательней и…передумала. Наоборот, осторожно шагнула назад, стараясь слиться с темнотой коридора и остаться незамеченной.

Таким, как сейчас, своего помощника я еще не видела! Совершенно точно. И речь не о том, как он сидел, это как раз было привычно: чуть ссутулив плечи, вполоборота к залу, развернувшись к возможным «зрителям» здоровой стороной лица. Но вот выражение этого самого лица… Какая-то очень светлая и одновременно грустная улыбка блуждала по его губам, а взгляд все время возвращался к столику рядом, и тогда становился удивительно теплым и задумчивым.

И я вдруг сообразила совершенно очевидную вещь, понять которую следовало давно – Эльдар уже бывал тут раньше! Наверняка. Знал, где эта мыза находится, помнил, как к ней проехать и прекрасно ориентировался внутри. А судя по тому, что я сейчас видела – бывал не один! С дамой? Несмотря на свою репутацию нелюдимого затворника? Странно, но я вдруг почувствовала нечто, весьма похожее на ревность – он даже на меня никогда так не смотрел!

- Черт! – неожиданно поймала я себя на том, что стою и беспардонно подглядываю за чем-то очень личным. И выругавшись еще раз, решительно вышла из тени и зашагала к столику:

- Грустите? – присела я напротив, не дав ему шанса помочь мне со стулом. – Не слишком привычное для вас занятие, господин Брашулов.

- Почему же? – приподнял тот бровь. – А вдруг я, наоборот, о-очень сентиментален?

- О-очень смешно, - в тон ему откликнулась я, и все-таки не выдержала, наклонившись поближе и понизив голос почти до шепота: - Эльдар, а ведь ты тут наверняка бывал и раньше. И наверняка не один, а с…

Нет! Стоп.

Желание продолжать вдруг как отрезало, зато взамен пришло осознание, насколько глупо и беспардонно все это выглядит. Ну какое мне дело, а?

Вот только ответ все равно прозвучал:

- Да, Лиза, я тут бывал, – Барятин неожиданно оказался слишком проницательным: - И дама здесь тоже была, ты правильно догадалась. Только не моя, а друга. Когда-то они сидели вон там. А я здесь. Чтобы дать им побыть наедине хоть немного подольше.

Я поперхнулась воздухом, вспомнив, что и как он совсем недавно говорил о своих друзьях. Вернее, друге. Единственном:

- Ми… Михаил? – и от этого вопроса удержаться, увы, не вышло, хотя и стоило бы. – Михаил Конста?..

- Без имен, пожалуйста, - прервали меня. – Да, опять угадала.

- Но он ведь не был женат… - я не сводила с Эльдара округлившихся от удивления глаз. – Или… Или все-таки?..

В голове вихрем пронеслись все те романтические бредни, которых я когда-то по самую макушку наслушалась в гимназии – от тогдашних своих подруг. Запретные чувства, тайные браки, похищенные прямо из-под венца невесты и прочая чушь такого рода.

- Нет, - тут же вернул меня на землю Барятин. – Конечно, не был. Но когда и кому это сильно мешало? Если речь о чувствах, причем совершенно взаимных?

Глава двадцать пятая 3

На последней его фразе я вдруг опомнилась, закрыла рот и откинулась на спинку стула:

- А зачем вы мне все это сейчас рассказали, господин Брашулов? А? Насколько я понимаю, факты совсем не общеизвестные и… Секретные, так ведь?

- Честно? – прищурился тот на меня.

- Конечно.

- Мне очень понравилось, Елизавета Андреевна, как вы меня сейчас ревновали, пусть даже и к прошлому. Необычные ощущения. Я оценил.

Очень удачно, что на грубом, собранном из толстых досок столе не стояло даже солонки. Для Барятина удачно, разумеется. Только благодаря этому ничего не полетело ему в голову, и я смогла удержать лицо. Ну и хорошо еще, что почти сразу рядом с нами появился официант с нагруженным подносом.

- Госпожа Крастова, я позволил себе сделать заказ для нас обоих,  - прокомментировал это Эльдар, пока тот переставлял блюда и тарелки на столешницу перед нами. -  Надеюсь, вы не против?

- С чего бы? – сжала я зубы. – Вы же так хорошо меня изучили. Наверняка не промахнулись?

- Надеюсь. – Кивнул тот без тени улыбки. - По крайней мере, паштет с багетом к нему, заказать не забыл.

- Паштет? – не сразу сообразила я.

- Ну да. С гусиной печенью. Тот самый, перед которым вы совершенно не можете устоять.

Не удержавшись, я все-таки хмыкнула:

- А кофе?

- Чай, - качнул тот головой. – Я заказал чай, потому что вам, Елизавета Андреевна, сейчас нужно отдохнуть и выспаться. Хотя бы несколько часов. Дорога была слишком утомительна, а ехать нам еще немало.

- Что ж, благодарю за столь трогательную заботу, - проводила я взглядом спину официанта, оказавшегося на удивление проворным, и добавила:

- Моим сном вы тоже озаботитесь?

- Конечно, - без тени сомнения подтвердил тот. – Озабочусь и прослежу лично. После устроенной вами сцены ревности от меня трудно ожидать иного.

Я вдруг покраснела – шуточка прозвучала слишком уж откровенно. И чтобы скрыть замешательство решила ответить в том же духе.

- Сами же подтвердили, что запираться в номере с водителем для дамы некомильфо.

- Я говорил про завтрак. А совсем не про то, что мы обсуждаем сейчас.

- То есть для этого запираться прилично?

- Лиза, - взгляд у Барятина вдруг потемнел и стал каким-то шалым. – Ешь быстрее и пойдем, пока я попросту не перекинул тебя через плечо и не унес. Что-то мне не до приличий сейчас.

- И на мою репутацию тоже наплевать? – я едва не задохнулась от возмущения.

- Абсолютно. Я на тебе женюсь независимо от ее испорченности. Или неиспорченности.

- Что?!

- Или надеялась, я тебя теперь отпущу? – сейчас он смотрел на меня не отрываясь, обеими глазами сразу. – После столь очаровательной сцены? Зря.

- Да что ты себе…

- Ешьте, госпожа Крастова. Ну и мое предложение заодно обдумайте, пока время есть. Потом, боюсь, станет не до того.

От растерянности я сунула в рот солидный кусок уже намазанного хлеба, что держала в руках, и тут же поняла – скандалить с набитым ртом не слишком удобно. К тому же завтрак выглядел очень аппетитным, а я и в самом деле здорово проголодалась. Так что, дожевав, решила, пока отложить выяснение отношений, и немедленно сунула в рот следующий кусок, присматривая заодно, что станет ему продолжением. Расстегай с рыбой? Или отдать предпочтение мясной слойке? Но в любом случае, объяснить Барятину, насколько тот неправ с такими шуточками, я еще успею.

- Уезжать будем сегодня сразу после обеда, - как ни в чем не бывало, сменил тот тему.

- Как сегодня? – оторвалась я от выбора пирожка. – Номер же до завтра сняли?

- Нет, на ночь я в любом случае оставаться не планировал, - качнул тот головой и забрал себе на тарелку слойку, на которую я как раз нацелилась. – Просто сначала думал, что поедем мы вечером, чтобы слегка потеряться с темнотой.

- Для кого? – быстро утешилась я другой, точно такой же. – Потеряться?

- Ну, мало ли? – пожал тот плечами. – Вдруг кто захочет проявить к нам ненужное любопытство?

- Ясно. И что же заставило вас изменить планы? Поняли, что никому мы здесь не нужны?

- Нет. Понял, что затеряться удастся и раньше. – И пояснил уже спокойнее: - Услышал тут, что туман снова обещают. Еще более густой, чем ночью.

- А был туман? – удивилась я.

- Да. Как раз под утро, когда мы из Ольховена уезжали. Очень удачно сложилось.

- А?.. – начала было я и вдруг вспомнила про очки, которые ему чинила. И просто повторила: - Ясно. Тогда и вправду стоит поторопиться, а то не успеем выспаться.

- Успеем, - опять со странным выражением глянул тот. – Я же обещал лично озаботиться и проследить. Но насчет поторопиться идея хорошая. Мне нравится.

- Вы лучше ешьте, господин Брашулов, - вернула я ему его же реплику. – С шутками у вас сегодня что-то не очень.

- Какими шутками?

- На редкость неудачными. Я же сказала. Вам передать расстегай?