- Ясно, - одновременно и обрадовалась я тому, что далеко уходить он не планирует, а, значит, обернется быстро, и поежилась, вспомнив про убитых налетчиков. – Жду.

И тут же, прикрыв глаза и не сходя с места, разом погасила свет во всем доме.

- Та-ак… - странным тоном выдал Барятин, до которого только сейчас дошло, что затмение на вилле Скутвальссона случайностью не было. – Что ж, и об этом мы тоже поговорим, госпожа механик. Позже. А пока – в машину.

Я понятливо юркнула на переднее сиденье и захлопнула за собой дверцу. Когда господин глава службы личной безопастности короны в таком вот настроении… В общем, лучше было не спорить, тем более глупостей он не предлагал, совсем даже наоборот.

Следующие четверть часа для меня прошли в тишине и ужасном напряжении – ждать Эльдара сейчас оказалось даже страшнее, чем в тот раз, когда он ездил избавлять нас от улик. В каждом шорохе так и мерещились новые налетчики, а каждая тень лишь добавляла жути и без того разыгравшемуся воображению. Поэтому когда позади авто скрипнула, чуть приоткрывшись, створка ворот выходивших в сад, я едва не втопила в нервах педали, лишь в последний момент сообразив: для начала неплохо бы запустить мотор. К счастью, это оказались свои.

- В-все в порядке? - разжать сцепленные зубы получилось не сразу.

- В порядке, - Барятин оценил мое состояние и жестом попросил подвинуться с водительского сиденья. – Можно ехать. А тут как?

- Тихо, - освободила я ему место. – Вроде бы.

- Значит, успели, - кивнул тот и повернул ключ в замке зажигания.

- Куда сейчас? В отель?

- Не совсем, - качнул он головой. – Но куда-нибудь к нему поближе.

- А потом? – я вдруг заподозрила неладное.

И в подозрениях своих не ошиблась. Не отвечая, Эльдар сначала вывел авто из гаража, вышел, чтобы прикрыть за нами ворота, и лишь вернувшись за руль и нажав сцепление, выдал:

- Потом ты присмотришь за машиной, пока я попробую что-нибудь разузнать…

- Нет! – немедленно вскинулась я, не давая ему закончить. – Мы это уже обсуждали! Остаться сейчас одной для меня все равно что самой сунуть голову в петлю. А к суицидам я не склонна. Так что…

- Так что ты спокойно подождешь, пока я вернусь, - перебивать Барятин тоже умел прекрасно. – Или неспокойно, но все равно подождешь. А мешать ты мне не будешь. Не сейчас.

- Мешать?! – попыталась возмутиться я. – Серьезно?

- Лиза, - Эльдар сменил тон, поняв, что так ничего от меня не добьется. – Я вовсе не пытаюсь сказать, что до сих пор твоя помощь была лишней. Напротив, она оказалась более чем кстати. Но сейчас – нет. Не тот случай. Если Ремезова у них нет, я просто развернусь и уйду, а ты так не сможешь. Тебя в отеле знают, придется объяснять им свое появление.

- А если он там? – насупилась я.

- Тогда у нас с ним состоится крайне специфическое общение. Крайне, понимаешь? То есть методы его разговорить у меня будут не слишком салонные. Поэтому – нет. Дамы в таких делах не просто лишние, они мешают. И ты останешься в машине.

Чтобы успокоиться, понадобилось несколько глубоких вдохов, но в итоге логика рассуждений Барятина до меня дошла. Что это за «специфические методы» я догадывалась, а вот знать о них точно не хотела совершенно. Но понимала и то, что добровольно Ремезов не скажет ничего. Так что да. Лучше мне не знакомиться подробно с приемами охранки и прочих служб такого рода.

И в итоге моего согласия тот все-таки добился:

- Хорошо, но…

- Я постараюсь не слишком долго, - кивнул он, втискивая авто в какой-то проулок и выключая мотор – пока спорили, мы умудрились доехать до места.

- Вообще-то, я хотела просить тебя быть осторожнее.

Эльдар, взявшийся было за ручку дверцы, замер, а потом развернулся, притянул меня к себе и очень нежно, бережно даже, поцеловал. И я ответила. Не раздумывая. Потому что все наши с ним ссоры показались сейчас такой мелочью… Боже, лишь бы вернулся!

- И ты помни, что я тебе сказал, - с явным трудом оторвался он от моих губ. – Если… В общем, если придется – уезжай со шведом. Подозреваю, после сегодняшнего визита интереса к тебе он не утратил, скорей наоборот. Пусть это и не самый лучший, но все-таки выход.

Я молча кивнула, боясь, что если заговорю – голос сорвется. И взглядом проводила его в спину, пока силуэт полностью не растворился в темноте – переулок где-то на задах отеля яркими фонарями, понятное дело, похвастаться не мог. Впрочем, для меня сейчас это было плюсом.

Встряхнувшись, я перебралась на заднее сиденье, спустила сумки на пол и улеглась так, чтобы какой-нибудь припозднившийся прохожий не мог меня случайно заметить. Собиралась вспомнить и сопоставить кое-какие факты, но неожиданно для себя почти сразу провалилась в сон – все-таки денек сегодня выдался тот еще. Да и два подряд слияния с Уви... В общем, после такого меня саму словно выключило.

Глава двадцать четвертая 2

А проснувшись, не сразу поняла, что происходит и, вообще, где я и почему. И лишь через пару секунд бездумного разглядывания темно-серой кожи на задней стороне водительского сиденья, догадалась поднять глаза и увидела над ней плечи и голову Эльдара.

- Вернулся?

- Проснулась?

Оба вопроса прозвучали одновременно, и я невольно улыбнулась. Что ж, день начинался не самым худшим образом, особенно в сложившихся обстоятельствах.

- Доброе утро, - тут же добавил Барятин, и до меня дошло, что за окнами и правда светло. А машина куда-то едет. Давно, судя по всему, едет – никаких домов вокруг видно не было. Выходит, из Ольховена мы уже выбрались. Приподнявшись, я хмыкнула – и правда выбрались. За грязной обочиной виднелись темные поля с остатками какой-то жухлой травы, чуть дальше – чахлая, голая сейчас роща, а за ней – стальной блеск холодного даже на вид моря.

- Доброе. А мы где? – встряхнулась я окончательно. – Почему море? Вроде же в Петербург собирались? Совсем в другую сторону?

- Потому что желающим выяснить, куда это мы подевались, совершенно не обязательно знать, что прямиком в столицу. Отследить твою машину в вымершем на зиму ольховенском рае проще простого.

- Поняла, - кивнула я и вдруг сообразила, что мне вот прям сейчас много чего нужно. Причем лучше бы поскорей.

- Э-э… - начала я, прикидывая, как сообщить об этом Эльдару не совсем уж в открытую. - Умыться бы. И перекусить.

- Да, кофе не помешал бы, - не стал тот спорить, давя зевок ладонью. – Особенно твой. Но потерпи немного, помнится, где-то здесь должна быть гостевая мыза. По идее, уже совсем вот-вот.

Прикинув, что терпеть и в самом деле придется – чисто поле в любом случае не вариант, я решила отвлечься, переключившись на другое:

- Ты нашел Ремезова?

- Да.

Было очевидно, что сам продолжать Барятин не станет, но я должна была знать.

- Поговорил?

- Да, - все так же лаконично откликнулся он, покосившись на свои сбитые в кровь костяшки.

- Мы не ошиблись? Папки в сейфе Скутвальссона – это его… их рук дело?

- Нет, не ошиблись, - Эльдар вздохнул, поняв, что отмолчаться не выйдет, и смирился: - Но, оказывается, это швед вышел на Аршанина первым. И тот настойчивому герру в маленькой корыстной просьбе не отказал. А потом еще раз не отказал. И еще.

Я сглотнула, сообразив, что стояло за этой фразой. По всему получается, что выходил Скутвальссон на меня. И на документы отца. Но как раз их Аршанин не продал, это я знала точно. И меня не продал тоже – выходит, и правда расставаться не хотел. До такой степени, что всерьез готов был свою ручную болонку на цепь посадить, лишь бы до нее не добрались кружившие вокруг волки. Отлупив ее предварительно, да.

Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, я опять спросила:

- А завтраки? И записка? Тоже Ремезов?

- Тоже. Заметил нас случайно в отеле, когда мы насчет доставки ужинов приезжали, подумал, что ты здесь из-за шведа, а я через тебя к нему подобраться пытаюсь и… В общем, решил, что лучше будет подстраховаться. Когда же с отравлением ничего не вышло, прикинул, что убрать тебя можно и другим путем – запугав и побыстрее сплавив за границу. А потом уже разбираться со мной.

- Скутвальссону он рассказал, кто ты?

- Нет. Не рискнул. Прикинул, что в таком случае могут избавиться и от него самого, обрезая концы. Все дела со шведами Аршанин вел только через него, и все документы передавал им тоже. Вот и получилось, что господин адъютант стал слишком уж осведомлен. Тем более папки, что он вчера им передал, были последними – без твоего бывшего покровителя доступа к таким бумагам у него больше нет. И дабы не наводить шведа на нехорошие мысли, он ему сказал, что я тоже из охранного отделения. Мол, видел меня там несколько раз, хоть и не знает имени. Тоже подстраховался, что б не поймали потом на прямом вранье.

- Ясно.

Действительно, теперь для меня многое начало проясняться и складываться, наконец, в единую картину.

«Добрые соседи» и впрямь смогли по максимуму воспользоваться неразберихой, что началась после гибели наследника. И той чехардой, что закрутилась потом со сменой власти. Или… Или они это все и устроили?

Слишком уж быстро сориентировались. И слишком хорошо оказались готовы ко всем возможным «неожиданностям»: и что первыми под удар попадут механики сообразили, и где сведения о них достать – тоже. Даже перевалочный пункт на вилле в Ольховене заранее подготовили – для тех, кого вывозили потом заграницу. Все странные порядки на ней именно из-за этого, лишние свидетели Скутвальссону там совсем ни к чему.

В общем, в заварившейся каше господа шведы ориентировались словно рыба в воде. Где надо – тушили, где надо – наоборот, дровишек под котел подкидывали. И раздували, раздували постоянно, все, что можно было раздуть.

А я в самом центре этого бульона. Угодила туда прямиком как кур во щи.

- Что-то много народа вокруг вас крутится, Елизавета Андреевна, - хмыкнул Эльдар, словно прочитав мои мысли. - Аж с трех сторон заходят. Шведы, охранка… Даже заштатная ольховенская полиция не поленилась принять участие в этом хороводе.

- С четырех, - качнула я головой не соглашаясь. – Если посчитать еще и некоего князя Барятина. Но, надеюсь, это все-таки не крест на мне.

Тот хмыкнул еще раз, но больше с комментариями не лез, не мешая мне думать. Ровно до того момента, когда вдали, из-за очередной рощицы, вдруг вынырнуло низкое, словно распластанное по земле двухэтажное здание в окружении многочисленных пристроек:

- О, а вот и мыза. Приехали.

- Ответь еще на один вопрос, - спохватилась я, что скоро говорить вот так, в открытую, у нас, возможно, уже не получится. – Он жив?

- Ремезов? – Эльдар поджал губы. - Нет. Оставлять за собой такие концы – самоубийство. Знаешь, почему он в Ольховене задержался? Хотел уговорить шведа переправить заграницу и его тоже. Чуял, что уже ходит по краю.

- А тот не уговаривался?

- Нет, конечно. Какая господину посланнику выгода с бывшего адъютанта? Подобных ему мелких сошек гораздо проще переправлять сразу в лучший мир, предварительно выбив из них все, что знают. И трупом Ремезов был уже по-любому. А со мной, по крайней мере, вышло быстро. И чисто.

- За это он тебе все и рассказал?- догадалась я, вздрогнув. – За то, что ты его потом… быстро?

- Да.

- Ясно, - повторила я, как ни странно, чувствуя не жалость, а облегчение. Похоже, к непрерывным смертям вокруг я начала если не привыкать, то относиться философски. «Госпожа механик», - как съязвил бы на эту тему Барятин. И правда, что от нас, грязных колдунишек, ждать? Уж точно не сочувствия к тем, кто с нами все это сделал.

Глава двадцать пятая

Большой, отдельно стоявший гостинный дом – из тех, что в этих краях по традиции называли мызами – встретил нас распахнутыми настежь дверьми, запахом свежеиспеченного хлеба и чьей-то предотъездной суетой. В просторном холле первого этажа, обставленном парой диванов и парой же низких столиков, оказалось не слишком многолюдно. Но и не совсем уж пусто.

Подобного рода гостиницы при дорогах, устроенные в каком-нибудь стратегически правильном месте – на большом перекрестке или подъездах к чему-нибудь действительно важному, не пустовали никогда. Сезон – не сезон, для них особого значения не имело, потому как путешествующих по делам хватало всегда. Эту мызу весьма удачно обустроили под отель неподалеку от пограничного перехода в Швецию, наверное, потому Эльдар ее и выбрал – хотел сбить с толку  возможных преследователей и внушить им, будто мы нацелились бежать из страны. Впрочем, подробно эту тему я с ним не обсуждала, были вопросы поважнее. Как и кем будем здесь представляться, к примеру…

- Па-астаранись! – дюжий носильщик с внешностью медведя-шатуна и его же привычками, едва не сшиб меня на пороге. Очень уж был занят, выволакивая к стоявшему перед входом конному экипажу целый ворох сумок, пакетов и прочих упаковок. Эльдар, как раз вынимавший из авто наши саквояжи, проводил его прищуренным взглядом, но прилюдно учить манерам не стал. Тем более что тот и сам исправился, когда все так же бегом возвращался в холл за новой порцией багажа:

- Прощу прощеньица, господа хорошие. Спешка. А стойка для гостей у нас вон там.

- Благодарю, - кивнула я, принимая эти неуклюжие извинения и… едва успела отскочить с дороги во второй раз. Теперь опрокинуть меня попыталась хозяйка всего этого добра – очень дородная мадам в шубе не по сезону и с густыми смоляными буклями, торчавшими из-под шляпки. Она тоже бегом кинулась из холла к экипажу, где погрузкой ее вещей занимался еще один мужик:

- Осторожнее! Да осторожнее же с корзиной! Там сервизы, а не картоха твоей тещи!

- Лучше бы там была сама теща, - излишне задумчиво выдал тот, присматриваясь к огромной плетенке и, по-молодецки хекнув, все-таки забросил ее на самый верх кучи багажа, уже пристроенного позади кареты. Тара опасливо качнулась, все, кто это видел, невольно затаили дыхание, и она, явно польщенная таким вниманием, решила не обманывать ни чьих ожиданий – неторопливо и торжественно съехала вниз с другой стороны вороха упаковок, так, что поймать и удержать ее у грузчика не было ни единого шанса.