Говорят, что у Немана, царя Хиры[66], в Ираке, была дочь по имени Фатима, которая была столь же красивой, сколь и пылкой. И царь Неман, знавший о таком характере молодой принцессы, принял все меры предосторожности, чтобы не допустить позора или бедствия для своего рода, и он запер ее в далеком дворце. И из уважения к своей дочери, а также из благоразумия он позаботился, чтобы днем и ночью вокруг этого дворца дежурила вооруженная охрана. И никто не имел права войти в это убежище, кроме служанки принцессы, охранявшей добродетель Фатимы. И помимо всех этих мер предосторожности, каждый вечер с наступлением темноты вокруг дворца протаскивали по песку большие шкуры, дабы выровнять песчаную поверхность земли, на которой могли остаться отпечатки следов молодой девушки, а также чтобы на следующий день узнать, не оставил ли там свои следы какой-нибудь бродяга, пробравшийся к замку в поисках приключений.

И прекрасная пленница каждый день поднималась на вершину своей крепости, коей для нее был этот замок, смотрела оттуда на прохожих вдалеке и вздыхала. И однажды она увидела, как ее молодая служанка, которую звали Бинт-Иджлан, разговаривала с красивым молодым человеком. И в конце концов принцесса выведала от молодой девушки, что этот молодой человек, в которого служанка была влюблена, был известным поэтом Муракишем и что она уже много раз наслаждалась его любовью. А служанка, будучи и сама красавицей, восхваляла ей достоинства своего возлюбленного и великолепные волосы этого поэта, причем в таких возвышенных выражениях, что пылкая Фатима, в свою очередь, страстно возжелала увидеть его и насладиться им. Но прежде всего, будучи утонченной и взыскательной принцессой, она захотела выяснить, обладает ли красавец поэт должным врожденным благородством. И, выказывая такую разборчивость, она показывала благородство своего происхождения, которым, безусловно, обладала и которым выгодно отличалась от своей менее благородной, а потому менее щепетильной и менее требовательной предшественницы.

И для достижения своей цели принцесса-затворница решила устроить для поэта испытание, поэтому, когда она в следующий раз заговорила с молодой девушкой о поэте, она в конце беседы сказала ей:

— Послушай! Когда завтра ты будешь с этим молодым человеком, дай ему деревянную зубочистку из ароматной древесины и курильницу, в которую ты бросишь благовония. А после попроси его встать над курильницей, чтобы он мог пропитаться ее ароматом. И если он воспользуется зубочисткой, не отрезав и немного не покусав ее кончик, или если он вообще откажется взять ее, он обычный человек, без всякой деликатности. А если он встанет над курильницей или вообще откажется от нее, он ничего из себя не представляет. И каким бы великим поэтом он ни был, этот человек, не обладающий хорошими манерами, недостоин принцессы.

И на следующий же день молодая служанка, отправившись на поиски своего возлюбленного, не преминула его испытать. Поставив зажженную курильницу посреди комнаты и бросив в нее благовония, она сказала молодому человеку:

— Подойди поближе, чтобы надушиться!

Но поэт не стал беспокоиться и ответил:

— Поднеси ее сама ко мне поближе!

И когда молодая служанка сделала это, поэт не стал вставать над курильницей, а довольствовался тем, что окурил ею только свою бороду и шевелюру. После этого он взял зубочистку, подаренную ему его возлюбленной, отрезал и выбросил ее кончик, размочалил ее, превратив в гибкую маленькую щеточку, и протер ею свои зубы и десны.

Вот что случилось между ним и молодой служанкой.

А когда та вернулась в охраняемый дворец, то рассказала своей требовательной госпоже о результатах испытания.

И Фатима немедленно приказала:

— Приведи ко мне этого благородного араба! И побыстрее!

Однако ее охранники были суровы и не допускали никаких поблажек. И каждое утро соглядатаи царя Немана, отца принцессы, проходили вокруг замка, чтобы посмотреть на свежие следы, отпечатавшиеся на песке. И они всегда говорили своему повелителю:

— О царь времен, сегодня утром мы заметили отпечатки только маленьких ступней молодой Бинт-Иджлан.

Так что же придумала сообразительная помощница принцессы, чтобы познакомить ее с поэтом, не выдав его страже?

А вот что. В одну из ночей, назначенных ее хозяйкой, она пришла с молодым человеком к замку и, недолго думая, взвалила его к себе на спину, надежно закрепив его там с помощью накидки, концы которой она завязала у себя на животе. И таким образом она доставила, не опасаясь выдать себя, соблазнителя к принцессе.

И поэт провел с неистовой царской дочерью благословенную ночь, ночь белизны, сладости и страсти. И он исчез еще до рассвета точно так же, как и появился, а именно на спине молодой служанки.

А что же произошло утром?

Царские соглядатаи, как и каждое утро, пошли осмотреть следы, оставленные на песке. А затем они пришли к царю, отцу принцессы, и сказали ему:

— О господин наш, сегодня утром мы видели только следы маленьких ног Бинт-Иджлан. Однако эта молодая девушка, должно быть, изрядно потолстела в замке, поскольку отпечатки ее ног стали глубже проникать в песок.

И так продолжалось некоторое время; двое молодых людей любили друг друга, и каждый раз юноша прибывал на спине служанки, а соглядатаи говорили о том, что она потолстела. И не было бы никаких причин для прекращения такого положения вещей, если бы поэт собственными руками не разрушил свое счастье.

У прекрасного Муракиша был любимый друг, которому он никогда ни в чем не отказывал. И когда он сообщил ему о своем необычном приключении, этот юный друг стал уговаривать доставить его таким же образом к принцессе Фатиме, а он благодаря темноте ночи и сходству по размерам и манерам притворится самим Муракишем. И Муракиш позволил себе уступить мольбам юноши и пообещал исполнить его желание. И когда наступила ночь, юный друг занял его место на спине служанки и был доставлен к принцессе.

И в темноте ночи началось то, что должно было начаться. Но, несмотря на темень, внимательная Фатима сразу же поняла подмену, заметив мягкость там, где была твердость, и теплоту, где ранее горел огонь, и бедность там, где было изобилие. И, быстро соскочив с ложа, она пренебрежительно оттолкнула злоумышленника, и его подобрала служанка, которая вынесла его из замка своим обычным способом.

Дойдя до этого места в своем рассказе, Шахерезада заметила приближение утра и умолкла, не желая по своей скромности злоупотреблять разрешением царя.

А когда наступила

ДЕВЯТЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ НОЧЬ,

она продолжила:

Пренебрежительно оттолкнула злоумышленника, и его подобрала служанка, которая вынесла его из замка своим обычным способом.

И с тех пор царская дочь отвергла поэта, ведь она не могла простить ему подмену. И чтобы избавиться от боли и сожалений, он сочинил следующую касыду[67]:

Поэт Муракиш был одним из тех, кто умер от любви.

И, рассказав эту историю, молодой человек сказал своим слушателям:

— Прежде чем мы доберемся до исламских времен, послушайте еще этот рассказ о царе киндитов[68] и его жене Хинде.

И он поведал следующее: