Рассказывают, что аль-Амин, брат халифа аль-Мамуна, отправившись однажды в гости к дяде своему аль-Махди, обратил внимание свое на одну невольницу выдающейся красоты, которая играла на лютне; и он сразу же влюбился в нее. Но аль-Махди скоро заметил, какое впечатление произвела эта невольница на его племянника, и, желая сделать ему приятный подарок, дождавшись его ухода, послал к нему невольницу, украшенную драгоценностями и богатыми одеждами. Но аль-Амин справедливо полагал, что его дядя уже вкусил от этого фрукта и присылает его ему уже подвядшим, поскольку он знал, что дядя его чрезмерно любит недозрелые плоды. И потому он не захотел принять эту невольницу и отослал ее обратно с письмом, где говорил, что яблоко, от которого уже вкусил садовник раньше, чем оно созрело, не может казаться сладким устам покупателя. Тогда аль-Махди велел совершенно раздеть девушку, дал ей в руки лютню и вновь послал ее к аль-Амину в одной шелковой сорочке, на которой красовалась золотыми буквами следующая надпись: «Красота, скрытая под сенью моих складок, неприкосновенна в своей девственной чистоте. Любуясь ее совершенством, ее касался только взгляд».

И, видя прелести невольницы, одетой в эту дивную сорочку, и прочитав надпись, аль-Амин не имел больше оснований противиться и, приняв подарок, почтил его особым своим вниманием.

В эту же ночь Шахерезада сказала еще: