У одного царя был сын, страстно любивший охоту. И был у него визирь. И царь приказал этому визирю не спускать глаз с принца и следовать за ним, куда бы тот ни пошел. Однажды принц отправился на охоту, и визирь сопровождал его. И вот по дороге они увидели какого-то чудовищного зверя, и визирь сказал принцу:

— Ну-ка догони этого зверя!

И принц погнался за зверем и скоро скрылся из виду.

Но когда он зашел в уединенное место, следы зверя исчезли, и принц не знал, в какую сторону ему направиться. И тут он увидел молодую девушку, которая сидела на краю дороги и плакала. Принц спросил ее:

— Кто ты?

А девушка ответила:

— Я дочь одного из царей Индии. Я шла в пустыне с караваном, и вдруг на меня напал сон, и я свалилась с седла, не заметив этого. И когда я проснулась, то очутилась в пустыне одна, и не знаю, куда мне теперь идти.

Когда принц услыхал эти слова, он почувствовал сострадание к молодой девушке и усадил ее за собой на своего коня. Так ехали они некоторое время, и принц увидел зеленый островок.

И говорит ему девушка:

— О господин мой, позволь мне сойти на минутку!

И принц подъехал к островку и спустил ее с лошади. Однако, видя, что она долго не возвращается, он пошел за нею, пробираясь между кустами так, чтобы она не могла заметить его. И тут он увидел, что эта молодая девушка — гуль!

В эту минуту она говорила своим детям в пещере:

— О детки мои, сегодня я привела к вам прекрасного, упитанного юношу!

И дети отвечали хором:

— О, приведи его скорей, матушка, мы так проголодались!

Когда принц услыхал эти слова, он задрожал всем телом и в ужасе вернулся к своему коню, но в ту же минуту гуль вышла из своей пещеры и, заметив, что принц дрожит от страха, спросила его:

— Чего ты испугался?

Принц ответил:

— У меня есть враг, которого я боюсь.

— Но ведь ты сказал мне, что ты принц?

Он ответил:

— Да, это верно.

Тогда она сказала:

— Почему же ты не даешь денег твоему врагу, чтобы умилостивить его?

Он отвечал:

— Враг мой не удовлетворится деньгами, ему нужна моя душа. И я боюсь его, потому что я невиновен и сделаюсь жертвой несправедливости.

Тогда девушка сказала:

— Если, по твоим словам, ты невиновен, почему же ты не помолишься Аллаху? Он защитит тебя от козней твоего врага и всех тех, кого ты боишься.

Тогда принц поднял глаза к небу и воскликнул:

— О Ты, внимающий угнетенным, обращающимся к Тебе, помоги мне восторжествовать над моим врагом и удали его от меня, ибо Ты всемогущ!

Услыхав эту молитву, гуль в тот же миг исчезла.

И принц благополучно вернулся к царю, своему отцу, и рассказал ему о коварном совете визиря. И царь повелел казнить вероломного визиря.

— О царь! — продолжил визирь царя Юнана. — Если ты доверишься этому врачу, то подвергнешься самой мучительной смерти. Несмотря на то что ты осыпал его милостями и осчастливил своей дружбой, он замышляет твою погибель. Разве ты не видишь, что он избавил тебя от болезни наружным средством, действуя на тебя вещью, которую ты держал в руке? Разве тебе не ясно, что он погубит тебя теперь другой вещью, которую он даст тебе в руку?

Тогда в душу царя Юнана вкралось сомнение, и он сказал:

— Ты прав, о визирь, мой добрый советник! Весьма вероятно, что врач этот прибыл сюда в качестве шпиона, замышляя погубить меня. Разумеется, если он исцелил меня посредством вещи, которую я держал в руках, то теперь он может убить меня посредством другой вещи, которую он даст мне понюхать.

И царь Юнан преисполнился страха и сказал визирю:

— О визирь, что же ты посоветуешь сделать с ним?

И визирь ответил:

— Нужно, не теряя времени, послать за ним и, как только он войдет сюда, отрубить ему голову. Только таким путем ты предупредишь его злоумышления и, избавившись от него, обретешь спокойствие.

И царь сказал:

— Ты прав, о визирь!

И он тотчас же послал за врачом Руяном, который пришел в самом веселом настроении, не подозревая о решении великодушного царя, ведь поэт сказал:

Когда царь увидел врача Руяна, он сказал ему:

— Знаешь ли, зачем я призвал тебя?

Тот отвечал:

— Один Аллах всеведущ!

Тогда царь сказал:

— Я призвал тебя, чтобы лишить тебя жизни.

Слова эти поразили врача, точно удар грома, и он сказал:

— О государь, за что ты хочешь лишить меня жизни? Чем провинился я перед тобою?

А царь отвечал:

— Говорят, что ты шпион и что ты прибыл сюда, чтобы погубить меня. И вот я решил убить тебя, чтобы предотвратить мою смерть.

И царь позвал своего палача и сказал ему:

— Отруби голову этому изменнику и освободи нас от его козней!

И врач стал просить царя:

— Не лишай меня жизни, и Аллах продлит твою жизнь, и не убивай меня, если не хочешь, чтобы Аллах убил и тебя!

Долго молил врач царя о пощаде, как молил и я тебя, о ифрит! Но ты не внял моей просьбе и безжалостно требовал моей смерти.

И царь Юнан сказал врачу:

— Нет у меня к тебе доверия, и я не успокоюсь до тех пор, пока не лишу тебя жизни. Ибо если ты мог исцелить меня вещью, которую я держал в руках, то я имею основание опасаться, что ты уморишь меня какой-нибудь другой вещью, которую ты дашь мне понюхать, или каким-нибудь иным способом.

И врач сказал:

— О государь, так вот как ты отплачиваешь злом за добро!

Но царь воскликнул:

— Довольно слов! Смерть твоя решена бесповоротно!

И когда врач убедился, что решение царя непоколебимо, он залился слезами и опечалился, скорбя о том, что оказал услугу недостойному, и вспоминая слова поэта о Маймуне[29]:

И вот по повелению царя к Руяну подошел палач, завязал ему глаза и, вынув меч из ножен, обратился к царю со словами:

— С твоего разрешения, государь!

Но врач продолжал плакать, говоря:

— О царь, не лишай меня жизни, и Аллах продлит твою жизнь! И он привел следующие стихи поэта:

Потом он сказал царю:

— Так вот моя награда! О царь, ты поступаешь со мною точно так же, как поступил один крокодил.

Царь спросил:

— А как же поступил этот крокодил?

Врач ответил:

— О царь, я так расстроен, что не в состоянии рассказать тебе эту историю, но умоляю тебя, пощади меня, и Аллах смилуется над тобой!

И слезы текли ручьями из глаз его. Тогда некоторые из придворных — любимцы царя Юнана — поднялись со своих мест и сказали:

— О государь, мы умоляем тебя не лишать жизни этого врача, поскольку нам известно, что он ни в чем не провинился перед тобой; наоборот, мы знаем, что он исцелил тебя от болезни, с которой не могли справиться ни ученые, ни врачи.

И царь сказал своим придворным:

— О, вы не знаете, что заставляет меня настаивать на смерти этого врача. Знайте же, что если он останется в живых, то я сам должен погибнуть! Ибо тот, кто исцелил меня от болезни, заставляя меня держать какую-то вещь в руке, тот может уморить меня, предложив мне что-нибудь понюхать. И теперь я боюсь, что он погубит меня, чтобы получить награду за мою смерть, так как он, несомненно, шпион, который прибыл сюда с целью лишить меня жизни. И вот почему он должен умереть, и только с его смертью я избавлюсь от страха за мою собственную жизнь.

Тогда врач Руян повторил:

— О, пощади меня, если хочешь, чтобы Аллах продлил твою жизнь, и не убивай меня, чтобы Аллах не убил и тебя!

Когда же врач увидел, что решение царя непоколебимо, он сказал ему:

— О государь, если ты не желаешь помиловать меня, отпусти меня домой, чтобы я мог созвать родных и соседей и сделать необходимые распоряжения относительно моего погребения и завещать мои медицинские книги. Есть между ними одна особенная книга, которую мне хотелось бы преподнести тебе, о государь, поскольку она достойна занять место в твоей сокровищнице.

Тогда царь Юнан спросил:

— Какая же это книга?

Тот отвечал:

— Она полна чудесных свойств, и главное из них следующее: когда ты отрубишь мне голову и откроешь эту книгу, переверни первые три листа и прочитай первые три строки на левой странице, и тогда голова моя, отделенная от туловища, будет отвечать на все твои вопросы.

Услыхав это, царь пришел в неописуемый восторг и сказал врачу Руяну:

— Так, значит, если я отрублю тебе голову, ты все-таки будешь говорить?

Тот ответил:

— Да, государь, это чудо свершится!

Тогда царь отпустил его домой с надежным конвоем. Врач же Руян вернулся домой и занялся приведением в порядок своих дел, а на следующий день он явился в залу Совета, где собрались уже эмиры, визири, придворные и набобы[30], так что диван походил на цветущий сад. И врач подошел к подножию трона, держа в руках старинную книгу и коробочку с каким-то порошком. Опустившись на сиденье, он сказал:

— Принесите мне поднос!

И когда ему принесли поднос, он высыпал порошок из коробочки, распределил его по всей поверхности подноса и сказал:

— О царь, возьми эту книгу, но не раскрывай ее раньше, чем отделится голова моя от туловища. Когда же она будет отрублена, положи ее на этот поднос и прикажи прижать к порошку, чтобы остановить кровь. Тогда раскрой эту книгу.

Однако царь, вне себя от радости и нетерпения, уже не слушал его наставлений. Он взял из рук врача книгу и открыл ее, но оказалось, что страницы ее склеены. Тогда он поднес палец ко рту, смочил его слюной и перевернул первый лист. То же пришлось повторить для второго и третьего листа, которые с трудом поддавались его усилиям. Таким образом он перевернул шесть листов, но не нашел никаких записей.

Тогда он сказал:

— О Руян, ведь здесь ничего не написано!

Врач же ответил:

— Переверни еще несколько листов таким же образом.

И царь продолжил смачивать листы книги слюной, но через несколько минут яд, которым была пропитана книга, уже начал действовать. И царь свалился в страшных конвульсиях и закричал:

— О, я отравлен!

Тогда врач Руян произнес следующее:

О судьи, судьи! Все свои права

Они в своем превысили решенье,

Всю справедливость мудрую поправ!

Но справедливость все же существует.

И гневных судей покарал Аллах!

Когда б они судили справедливо,

Их пощадил бы милосердный Рок.

Но как они жестоко угнетали,

Так их теперь возмездие гнетет

И подвергает тягостным напастям!

Теперь удел их — жалость да насмешки

Прохожего. Таков всегда закон!

Одно всегда другое вызывает!

Свершилась лишь премудрая Судьба.

Как только он произнес последние слова, царь скончался.

— Знай же, о ифрит! Если бы царь Юнан не решил лишить жизни врача Руяна, Аллах продлил бы его жизнь. Однако он отверг его мольбу и настаивал на его смерти, и вот Аллах сразил его самого. Так и ты, о ифрит! Если бы ты сжалился надо мною, Аллах продлил бы твою жизнь.

В эту минуту Шахерезада заметила, что занимается заря, и скромно умолкла.

И Доньязада сказала:

— О сестра, как очаровательны твои рассказы!

И Шахерезада отвечала:

— Но что это в сравнении с тем, что я расскажу вам следующей ночью, если царю, моему повелителю, угодно будет сохранить мою жизнь!

И они провели эту ночь в полном блаженстве, предаваясь до самого утра радостям любви. Потом царь отправился в свой диван, а когда диван закрылся, он вернулся во дворец.

И когда наступила

ШЕСТАЯ НОЧЬ,

Шахерезада сказала:

Я слыхала, о счастливый царь, что рыбак так сказал ифриту:

— Если бы ты сжалился надо мной, Аллах продлил бы твою жизнь, но ты хотел моей смерти, и вот я теперь брошу в море этот сосуд, в котором ты и будешь томиться до конца веков!

Тогда ифрит воскликнул:

— Именем Аллаха заклинаю тебя, о рыбак, не делай этого! Смилуйся надо мной и не наказывай меня за мой поступок. И если я выказал неблагодарность, то ты зато будь великодушен. Ведь говорит пословица: «О ты, делающий добро тому, кто делает тебе зло, прости преступнику его злодеяние». Не следуй примеру Умамы в его поступке с Атикой.

Рыбак спросил:

— Что же сделал Умама?

Ифрит же ответил:

— Я не могу рассказывать сказки в этой тесной тюрьме, а вот когда ты выпустишь меня, рыбак, я расскажу тебе этот случай.

На что рыбак сказал:

— Нет, ифрит, я должен бросить тебя в море, чтобы ты до конца веков не мог выйти на свет божий. Когда я молил тебя о пощаде, ты упорно требовал моей смерти, хотя я не только ничем не провинился пред тобой, но оказал тебе великую услугу, высвободив тебя из тюрьмы. И вот когда ты отплатил мне злом за добро, я понял, что ты принадлежишь к породе злых духов. Так знай же, что я брошу тебя на дно морское и постараюсь предупредить того, кто попытается извлечь тебя, чтобы он вторично бросил тебя в море. И останешься ты там до конца веков и изведаешь все муки мира!

Тогда ифрит сказал:

— Выпусти меня из сосуда, рыбак, и я расскажу тебе эту историю. Клянусь, что не сделаю тебе никакого вреда. Наоборот, я научу тебя, что ты должен сделать, чтобы разбогатеть.

Это обещание смягчило рыбака, и он предложил ифриту поклясться именем Аллаха, что он честно исполнит свое обещание, и, когда дух поклялся в этом, он открыл сосуд. И снова поднялся густой дым, который постепенно стал уплотняться и наконец превратился в ифрита самого безобразного вида. Прежде всего он толкнул ногой медный сосуд, который скатился в море. Увидав это, рыбак испугался и сказал себе: «Это дурная примета!»

Однако он постарался укрепить свое сердце и воскликнул:

— О ифрит, помни, что Всемогущий Аллах сказал: «Вы должны держать вашу клятву, ибо вам придется дать отчет в ней». И вот ты поклялся исполнить твое обещание. Знай же, если ты не исполнишь его, то Аллах подвергнет тебя тяжкому наказанию, ибо Он ревнив, и, хотя милость Его не знает меры, Он ничего не забывает. Повторяю тебе то, что сказал врач Руян царю Юнану: пощади меня, и Аллах продлит твою жизнь!

При этих словах дух рассмеялся и сказал:

— Следуй за мной, рыбак!

И он пошел вперед, а рыбак последовал за ним со своими сетями, еще не вполне уверенный в своем спасении. Они вышли за город и поднялись на гору, а с горы спустились в обширную пустыню, посреди которой было озеро. Тут ифрит остановился и приказал рыбаку закинуть сеть. Рыбак стал смотреть в воду и увидал в ней много рыбы четырех цветов: белого, красного, голубого и желтого. И, закинув сеть, он вытащил четыре рыбы различных цветов.

Тогда ифрит, видя его радость, сказал ему:

— Возьми этих четырех рыб и отнеси их султану, он даст тебе за них столько денег, сколько у тебя не бывало за всю твою жизнь. А теперь, ради Аллаха, прости мне мое поведение, ибо я позабыл все правила хорошего тона за эти восемнадцать веков, которые я провел на дне морском, лишенный общения с миром. Я разрешаю тебе ловить рыбу в этом озере, но предупреждаю тебя: не закидывай сеть более одного раза в день. И да будет с тобою Аллах!

С этими словами ифрит ударил ногами о землю, и земля разверзлась и поглотила его.

А рыбак вернулся в город, не переставая думать о своем чудесном приключении. Он принес рыб в свой дом, опустил их в кувшин с водой, поставил кувшин себе на голову и отправился по совету ифрита во дворец султана. И велико было удивление султана, когда рыбак явился к нему и передал своих рыб, так как во всю свою жизнь он не видал подобных!

И он сказал своему визирю:

— Вели отнести этих рыб нашей поварихе-негритянке.

А эта негритянка только три дня тому назад была прислана в подарок султану греческим царем и не успела еще показать своего искусства. Визирь отнес рыб негритянке и передал их со словами:

— О добрая негритянка, вот рыбы, которых сегодня преподнесли султану. Покажи нам сегодня на них свое искусство!

После этого визирь вернулся к султану, который приказал выдать рыбаку четыреста динаров. Визирь исполнил приказание султана, и счастливый рыбак вернулся к своей жене, полный радости и веселья, и тотчас же он накупил своим детям всего, что им было нужно.

После ухода визиря негритянка взяла рыб, очистила их, сложила в кастрюлю и поставила на огонь. И когда рыбы зарумянились с одной стороны, она собиралась перевернуть их на другую сторону, как вдруг стена в кухне раздвинулась, и из нее вышла высокая, стройная молодая девушка неописуемой красоты. Длинные ресницы, зачерненные углем, придавали особый блеск ее глазам, голова была окутана голубым шелковым шарфом; в ушах сверкали серьги, на руках — браслеты, на пальцах — кольца, усеянные драгоценными камнями. Держа в руках бамбуковую палочку, она подошла к очагу и, прикоснувшись ею к кастрюле, произнесла:

— О рыбы, рыбы, помните ли вы вашу клятву?

Увидав это, негритянка лишилась чувств.

А молодая девушка еще два раза повторила тот же вопрос. И все четыре рыбы высунули головы и сказали:

— О да! О да!

Потом они запели хором:

Как только они произнесли последние слова, молодая девушка опрокинула кастрюлю и исчезла в стене, которая тотчас же сдвинулась за ней. Когда повариха очнулась, она увидала, что рыбы сгорели и превратились в черный уголь. И она опечалилась и залилась горькими слезами.

В эту минуту вошел визирь и сказал:

— Подай рыбу султану!

Тогда она со слезами на глазах рассказала ему все, что произошло.

Визирь крайне удивился, услыхав ее рассказ, и сказал:

— Да, это удивительное приключение!

И он послал за рыбаком, и когда тот явился, он сказал ему:

— Послушай, рыбак, принеси мне сейчас же еще четырех рыб, точь-в-точь таких же, как в первый раз.

Рыбак пошел к озеру, закинул свою сеть и опять вытащил четырех рыб различных цветов, и он отнес их во дворец и передал визирю султана. Визирь же отнес их поварихе-негритянке и сказал ей:

— Зажарь этих рыб в моем присутствии, чтобы я видел, в чем дело!

И негритянка взяла рыб, очистила их, положила в кастрюлю и поставила на огонь. И вот прошло несколько минут, стена раздвинулась, и из нее вышла высокая, стройная молодая девушка в том же наряде и с бамбуковой палочкой в руках. Коснувшись своей палочкой кастрюли, она сказала:

— О рыбы, рыбы, помните ли вы вашу клятву?

И рыбы высунули головы и запели хором:

Коль ты вернешься, мы поступим так же;

Коль обещанье выполнишь свое, И мы свое исполним обещанье; Но если ты захочешь увильнуть, Добьемся мы, чтобы сдержал ты слово.

В эту минуту Шахерезада заметила, что наступает утро, и скромно замолкла.

А когда наступила

СЕДЬМАЯ НОЧЬ,

она сказала:

Мне довелось слышать, о счастливый царь, что, как только рыбы произнесли эти слова, молодая девушка опрокинула кастрюлю своей палочкой и исчезла в стене, которая снова сдвинулась. Тогда визирь поднялся и сказал:

— Это необычайное происшествие, и я не могу утаивать его от царя, моего повелителя!

И он отправился к султану и рассказал ему все, что произошло на его глазах.

И султан сказал:

— Я должен видеть все собственными глазами!

И он послал за рыбаком и приказал ему доставить ему четырех рыб различных цветов, точь-в-точь таких же, как в первый раз. И рыбак в тот же день исполнил поручение султана, который приказал выдать ему еще четыреста динариев, а потом сказал визирю:

— Зажарь этих рыб в моем присутствии!

И визирь отвечал:

— Слушаю, государь, и повинуюсь!

И он велел принести кастрюлю в покои султана, очистил рыб и, положив их в кастрюлю, поставил на огонь. И когда рыбы зарумянились с одной стороны, он хотел перевернуть их на другую сторону, как вдруг стена раздвинулась, и из нее вышел черный гигант с толстой зеленой дубиной в руках; подойдя к очагу, он спросил громовым голосом:

— Рыбы, рыбы, помните ли вы вашу клятву?

И рыбы высунули головы из кастрюли и сказали:

— О да! О да!

И они хором запели:

Как только рыбы произнесли эти слова, негр-гигант подошел к кастрюле, опрокинул ее своей дубиной, и рыбы превратились в уголь. В ту же минуту негр скрылся в стене, которая сдвинулась за ним.

И султан сказал:

— О, это такое происшествие, которое нельзя обойти молчанием. Нет никакого сомнения, что в этих рыбах кроется какая-то тайна!

И он приказал призвать рыбака, и, когда тот пришел, он спросил его:

— Скажи, рыбак, откуда выловил ты этих рыб?

И тот ответил:

— Из озера, окруженного четырьмя холмами, за той высокой горой, которая видна отсюда.

И султан спросил:

— А сколько дней нужно, чтобы дойти до него?

Рыбак ответил:

— О государь, не более получаса!

Султан очень изумился этому и приказал своим воинам сопровождать рыбака, а тот, смущенный таким поворотом дела, стал в душе проклинать ифрита.

А султан велел оседлать коней для себя и своей свиты и в ее сопровождении двинулся в путь. И поднялись они на гору, и потом спустились на обширную равнину, которой никогда не видели раньше. И султан и его свита удивлялись этой равнине, окруженной четырьмя холмами, и озеру, в котором играли рыбы четырех цветов: красного, белого, голубого и желтого.

И султан остановился и сказал своей свите:

— Видел ли раньше кто-нибудь из вас это озеро и эту местность?

И все в один голос ответили:

— Нет, государь!

И султан сказал:

— Клянусь Аллахом, я не вернусь в мою столицу и не буду восседать на моем троне, пока не узнаю всю правду об этом озере и его обитателях.

И он повелел своим воинам оцепить эти холмы, что и было исполнено. После этого султан призвал к себе своего визиря. Это был человек мудрый, красноречивый и сведущий во всех науках.

И султан сказал ему:

— О визирь, я должен сообщить тебе мое решение: в эту ночь я предполагаю удалиться один из лагеря, чтобы искать разгадку этого волшебного озера, окруженного холмами, и его говорящих рыб. Ты же оставайся под моим шатром, а завтра скажи моим эмирам, визирям и другим придворным, что я нездоров и приказал не впускать к себе никого. И никому не говори о моем намерении!

Как ни старался визирь отклонить султана от его затеи, его повелитель остался тверд в своем решении. Он сменил царскую одежду на более удобную, вооружился мечом и тайком вышел из лагеря. Он шел всю ночь не останавливаясь, до самого восхода солнца; только в полдень палящие лучи солнца заставили его отдохнуть. Подкрепив свои силы кратковременным отдыхом, он пошел дальше и шел целый день и всю следующую ночь, и к утру второго дня он увидел, что вдали чернеет какое-то здание. И он обрадовался и сказал в душе своей: «Вероятно, я найду там кого-нибудь, кто расскажет мне историю волшебного озера и его обитателей».

Подойдя ближе, он увидел, что это замок, сооруженный из черного камня и скрепленный широкими железными полосами. Одна половина двустворчатой входной двери была открыта, и султан обрадовался этому, подошел к двери и постучал в нее. Однако ответа не последовало; он постучал во второй и в третий раз, но никто не отвечал. Тогда в четвертый раз он ударил в дверь изо всех сил, но нигде не слышалось ни малейшего звука. И он подумал: «Вероятно, в замке этом нет никого» — и, собравшись с духом, он вошел внутрь и произнес громким голосом:

— О хозяин, позволь мне, усталому путнику, подкрепиться и отдохнуть здесь!

Потом он еще два раза повторил эти слова и, не получив ответа, прошел во внутренние покои дворца. Но и здесь он нигде не встретил ни одной души, хотя все комнаты были украшены великолепными коврами, а посреди внутреннего двора красовался большой бассейн, по углам которого стояли четыре льва из литого золота, и из пастей их струилась вода, рассыпаясь жемчужными и алмазными зернами. Стаи прелестных птиц оглашали воздух пением, не покидая сада, потому что над дворцом были раскинуты на большом протяжении тончайшие сети. Удивляясь всей этой роскоши, султан был, однако, очень опечален тем, что не нашел во дворце никого, кто мог бы дать ему какие-нибудь сведения о волшебном озере и о его рыбах. Предаваясь своим размышлениям, он присел отдохнуть, как вдруг услышал жалобные стоны, словно исходившие из сердца, объятого печалью. Потом нежный голос запел следующие стихи:

Когда султан услышал этот голос, он вскочил с места и направился в ту сторону, откуда он доносился. Подойдя к одной двери, он откинул тяжелый занавес и вошел в обширную залу, посредине которой стояла высокая постель, на ней сидел в богатой, шитой золотом одежде стройный юноша несравненной красоты, о котором сказал поэт:

Увидев его, султан обрадовался и сказал:

— Мир тебе!

Однако юноша не поднялся с места. Голосом, полным скорби, как и все его существо, он отдал султану поклон и сказал:

— О владыка, прости, что не могу встать с места!

Тогда султан сказал:

— О юноша, открой мне тайну этого озера и его загадочных рыб! Объясни мне также, что это за дворец и почему ты живешь тут в таком уединении и так предаешься печали?

При этом вопросе юноша горько заплакал.

Султан изумился и спросил:

— О юноша, скажи, что служит причиной твоего отчаяния?

^{Посреди внутреннего двора красовался большой бассейн, по углам которого стояли четыре льва из литого золота.}

Молодой человек ответил:

— О владыка, как мне не предаваться отчаянию? Взгляни на меня!

И он поднял полы своей одежды и раскинул ее. И султан увидел, что вся нижняя половина его туловища превращена в мрамор!

Зрелище это поразило султана, и он попросил юношу рассказать ему свою историю.

И несчастный начал: