Кузя одним прыжком преодолел лестницу, перебросил диву через плечо и рванул к зданию. Очень хотелось поскорее в тепло.

Забежав внутрь, он остановился. Надежда на тепло не оправдалась.

Потолок зала оказался проломлен, на полу валялись груды обломков, и не только потолка, но и, похоже, верхнего этажа. На самой высокой куче восседала Анастасия в боевой форме, прижимая лапой что-то небольшое.

Кузя аккуратно уложил диву на пол и бросился к Анастасии.

И увидел, что лапа прижимает к земле человеческое тело. Оно выглядело изуродованным, ноги отсутствовали, вместо рук виднелось бесформенное месиво. Но глаза на залитом кровью лице были живыми.

Арина. Это Арина в человеческой форме!

Кузя вздохнул с облегчением. Анастасия победила без чьей-либо помощи.

— Что-то я сегодня везде не вовремя, — вздохнул он.

Голова Арины медленно повернулась к нему. Губы с трудом разжались.

— Подождите… не добивайте меня… — простонала она. Говорить у нее получалось с трудом, когти Анастасии пробили ее грудь насквозь, пригвоздив к куче обломков.

Анастасия вернула себе человеческий облик, но когти убирать не стала.

— Тебя сложно удерживать, — сказала она, — я ценю твою помощь. Но ты слишком опасна.

— Нет… послушайте… мальчик, ты же из Управления? — спросила она Кузю.

— Э… не совсем… Но, это… твоего колдуна арестовали, если что.

— О… какая прекрасная новость… — прошептала Арина, — он должен… за всё…

Из ее рта потекла кровь, глаза закрылись.

— Я из Управления.

Владимир появился за спиной Анастасии.

— Я вижу, все просто рвались мне на помощь, — усмехнулась Анастасия.

— Ты отлично справилась сама. У нас тоже было полно важных дел.

Арина открыла глаза и посмотрела на Владимира. Говорить она больше не могла, поэтому использовала ментальную связь. Владимир некоторое время слушал ее, потом наклонил голову в знак согласия. Губы Арины растянулись в подобии улыбки.

— Отпусти ее, — сказал Владимир Анастасии, — мне нужно ее поглотить.

— И почему же я должна отдавать тебе свою добычу? — усмешка Анастасии стала еще шире.

— Потому что я полицейский див, а ты — нет, — спокойно пояснил Владимир, — я сохраню ее память.

— Что же… резонно… — Анастасия встала, вытаскивая когти, ее рука мгновенно приобрела обычный человеческий вид.

— И подстрахуй меня, чтобы я ни на кого не бросился. Мой уровень может резко возрасти.

Тело Арины вздрогнуло, она попыталась встать. Но не успела. Владимир высвободил свою демоническую форму.

Взмах огромных крыльев разрушил ближайшую стену и пробил еще одну дыру в потолке, вниз посыпались обломки. Здоровенная волчья лапа наступила на грудь Арины, прижимая ее к земле, пасть-клюв, полная острых зубов распахнулась, и тело Арины скрылось в ней.

Пасть с громким щелчком захлопнулась, и Владимир, вновь облачившись в штаны и рубаху, замер, крепко сжав кулаки.

Кузя на всякий случай отскочил к стене. Если Владимир нападет, надо дать Анастасии время его остановить. Когда див быстро, рывком набирает силу, он может на время потерять над собой контроль. И атаковать даже своего хозяина.

Внезапно Владимир сорвался с горы обломков, и не успел Кузя моргнуть, как див оказался прямо перед ним. И одним взмахом полоснул по груди. В ту же секунду Анастасия схватила Владимира за плечо:

— Стой!

— Все в порядке, я справился, — Владимир невозмутимо повернулся к ней, — теперь нужно вернуться и помочь моему колдуну. Он там, наверное, уже охрип.

— Гермес, вы можете его придержать, пока я надену наручники? А то очень не хочется выпускать его из-под прицела. Уж больно шустрый. А потом идите в бот, грейтесь. Что это на вас такое надето?

— Шелковый халат, местная форма, — Аверин выпустил Путы и крепко связал Рождественского по рукам и ногам. Виктор, не отпуская пистолета, приблизился к князю и быстро защелкнул наручники.

— Уф, так-то лучше. Идите внутрь, Гермес, у вас уже губы синие!

— Это освещение, — улыбнулся Аверин, но не очень весело. Замерз он сильно. Как бы не разболеться всерьез после такой «прогулки».

— На борту есть что-нибудь теплое? — спросил он.

— Конечно, — ответил Виктор. — Это же спасательный бот.

Аверин нырнул внутрь. Ох, как здесь было светло и тепло. Два одеяла нашлось прямо на скамьях. Аверин закутался сразу в оба. Поискал в ящиках, нашел еще одно, выбрался наружу. И накинул одеяло на Рождественского.

— Спасибо, — тихо проговорил тот, — вы благородный человек, Гермес.

— Не за что, — бросил Аверин, — я просто хочу, чтобы вы дожили до суда.

Ему было приятно, что больше не нужно любезничать с этим человеком.

— Эх… а ведь помните? Я же не сказал Арине: «убей его». Я сказал: «останови». Вы помните это?.. И скажете об этом на суде?.. Арина… — Рождественский вдруг затрясся всем телом, а потом задрал голову и закричал, протяжно и глухо. Крик сменился рыданием, и князь принялся бормотать сквозь всхлипывания:

— Как… могла… как могла… Арина… Лизетта…. Как ты могла…

— Что это с ним? — озабоченно спросил Виктор. — Он что, внезапно с ума сошел?

Аверин всмотрелся в темноту. Над отелем было тихо. Значит, бой закончился.

— У него колдовская ломка. Погиб его див, — негромко проговорил Фетисов, — у меня было такое… недавно, потом долго в себя приходишь. Кажется, что мир рухнул.

— Фамильяр. Погиб его фамильяр. Это князь Рождественский.

— Что-о? — удивленно протянул Виктор. — Вот это да. Так он тоже тут? И его ледоколы не просто так утюжили этот район?

— Не просто так, в отеле ждали гостей на «Рождественские каникулы».

— Вот это да… — Виктор внезапно спохватился: — Почему вы не идете внутрь?

— Я хочу дождаться Управление. Вон, слышите, это они.

Звук вертолета становился всё громче и громче.

— Ладно. Но потом обязательно греться. Ох вы и упрямец… А что за ломка такая?

— Помните, я вам рассказывал про связь между дивом и хозяином? И то, что она очень сильная. Так вот, когда див погибает, это бьет по колдуну. Он испытывает огромное чувство потери, как будто в нем пробили дыру. Со временем эмоциональный фон восстанавливается, естественно. А связь у хозяина с фамильяром еще более крепкая. А тут еще… фамильяр предал его.

— Предал? Такое возможно? Как это произошло?

— А можно я объясню уже позже и в тепле? — улыбнулся Аверин. В одеялах было намного лучше, но всё равно довольно холодно. — Лучше расскажите, как вы сюда попали и как вам удалось его задержать, — он указал на Рождественского, — вы же были в Приморске.

— Так и было сначала. Но потом я подумал, что вы точно влезете в какую-нибудь передрягу. И решил всё же вас подстраховать. Получил спасательный бот и отправился на Большой, поближе к вам. Во-он, огни видите? Там мы стояли. Степан Алексеевич вызвался составить мне компанию. Заночевали мы прямо в боте. Но не успели толком заснуть, как Дракула поднял тревогу.

— Он разбудил Коржика, — пояснил Фетисов, — а тот уже нас. И как давай лаять на этот остров.

— Ну да. И мы сразу поняли: что-то происходит.

— Это началась схватка Анастасии с Ариной, — пояснил Аверин. — Обе очень сильные, вот ваши ее и почувствовали. Здесь же около километра всего.

— Да, примерно, — согласился Виктор, — мы мигом домчали. К главному причалу я не хотел приставать, чтобы не привлекать внимания раньше времени, подошли к этому.

И вовремя. Смотрим — бежит колдун.

— А, так это ваш мотор я слышал! — понял Аверин. — А как вы догадались, что он именно колдун?

— Так он в нас прямо с лестницы серпом швырнул. Степан Алексеевич едва успел нас щитом прикрыть.

— У меня хорошие щиты, — с неожиданной гордостью проговорил Фетисов, — даже довольно сильного дива можно сдержать, меня всегда за них хвалили.

— Да. В общем, закрыл нас. А потом Коржик кинулся. Следующий серп в него полетел, но Коржик увернулся, молодец, правда в воду свалился, бедняга. А тут я уже пистолет достал и смотрю, там, наверху вроде ваши Путы мелькают. Тогда я понял, что этот хмырь от вас улепетывает. А вас затормозил его див. Ну, я прицелился в него и вспомнил, что вы про защиту колдунов говорили. И кричу: «У меня тут серебро, защиту колдуна прошибет запросто. А наверху ваш див, он вас сожрет моментом». И тут еще Коржик выбрался. Ну этот ваш князь Рождественский руки поднял, я думал, опять кидаться серпами будет, а он их за голову. Вскоре и вы подоспели. Верхом на коте, — Виктор рассмеялся, — кому расскажи — не поверят.

— Хорошо, что наверху был не его фамильяр, иначе это бы не сработало.

— Ну-у, — протянул Виктор, — если бы там был фамильяр, вообще мало что сработало бы, нет?

— Ох, Виктор, дружба со мной вас до добра не доведет, — заметил Аверин.

— С кем поведешься, — пожал плечами Виктор и схватился руками за фуражку: вертолет оказался прямо над ними, заглушив слова своим рокотом.

Вертолет завис и начал снижаться.

Аверин поднял голову, высунув ее из-под одеял. Черт, нашли место. И так ледяной ветер пронизывает до костей.

Внезапно сверху мелькнуло что-то темное. И тут же прямо на причал, заставив доски прогнуться, приземлился человек.

Вернее, див. Он осмотрелся по сторонам, оценивая обстановку. Это был пожилой невысокий мужчина с аккуратно подстриженной бородкой и в очках, немного съехавших на нос после прыжка. Мужчина поправил очки и вежливо поклонился.

— Добрый вечер. Я Иннокентий, государственный див на службе у его светлости князя Булгакова. Главный див Управления. Простите, если опоздал.

Коржик пискнул и спрятался за ноги Фетисова.

Удивительно, но гости отеля до сих пор продолжали смирно сидеть на трибунах. Грохот боя и разрушения, причиненные Анастасией и Ариной, настолько впечатлили их, что выходить из-под защиты им совершенно не хотелось. Кузя заметил, что колдуны подняли собственные щиты. Див посчитал — колдунов оказалось пятеро. Надо держать их под присмотром, чтобы не создали проблем. Еще четверо колдунов Рождественского по-прежнему держали общие щиты. Вероятно, они еще не поняли, что происходит, и действовали согласно правилам клуба.

— Надо брать их. Щиты больше не нужны.

Мончинского они нашли в комментаторской рубке. Увидев Владимира, колдун очень обрадовался:

— Ну наконец-то. Что там, снаружи?

— Подлетел вертолет его светлости князя Булгакова. Думаю, катера полиции и Управления тоже на подходе.

— Ох. Отлично. Тогда, пожалуй, стоит сделать небольшое объявление.

Он откашлялся и включил звук.

— Господа, прошу минутку внимания. Всем оставаться на своих местах. На острове работают Управление и полиция. На причалах дежурят полицейские катера. Все присутствующие задержаны до выяснения. Напоминаю, что сопротивление при задержании, особенно при помощи дива — тяжкое уголовное преступление. Оставайтесь на своих местах и не пытайтесь бежать.

Все в зале повскакивали и начали судорожно оглядываться по сторонам. Несколько человек, несмотря на предупреждение, кинулись к выходу. Щиты пропали.

И тут двери, ведущие в коридор, распахнулись, в проеме появилось что-то, похожее на гигантское зеркало. Люди, пытающиеся бежать, попятились, некоторые упали.

Зеркало исчезло, двери с громким стуком захлопнулись, и перед ними возник див.

— Иннокентий! — обрадовался Кузя. — Это же он?

— Он, — подтвердил Владимир.

С Иннокентием Кузя познакомился в общежитии Управлении. Когда див зашел к нему в комнату, Кузя сразу ощутил его мощь. И не только огромную силу. Было в нем то, что заставляло слушать и слушаться. Говорил див мягко, спокойно и уверенно. Но Кузя сразу понял — он главный. И именно он приставил к Кузе Владимира в качестве «старшего». Среди дивов Управления существовала жесткая иерархия. Причем, не только и столько по уровню силы, сколько по стажу службы. Конечно, чаще всего, тот, кто дольше на службе, тот и сильнее. Но не всегда. Кузя был новичком. И не должен был вести себя вызывающе даже по отношению к тем, кто слабее его. Система показалась Кузе вполне логичной. В таких местах нужен порядок. Но… Кузя не очень любил порядок и при других обстоятельствах обязательно бы проверил, насколько в Управлении на самом деле соблюдают правила. Но в то время он был озабочен совершенно иными проблемами…

Иннокентий прошел сквозь толпу, словно нож сквозь масло, и там, где он проходил, шум стихал. Все садились на место, чтобы покорно ждать своей участи.

Наконец див добрался до рубки. Зашел внутрь и обвел взглядом присутствующих.

Владимир шагнул вперед и замер, глядя ему в глаза. Воздух, казалось, завибрировал от потоков силы. Но через миг напряжение спало, и Владимир поклонился.

Кузя недоуменно нахмурился, но тут же понял. Взгляд глаза в глаза у дивов означал вызов. А Владимир был вторым в иерархии дивов Управления. Сожрав Арину, он набрал силу, равную Иннокентию. По крайней мере, Кузя теперь ощущал их примерно одинаково. Владимир продемонстрировал свой новый уровень. Но уступил, признав главенство Иннокентия.

— Этот остров и отель принадлежат князю Рождественскому. Его фамильяр уничтожен, сам князь бежал, и мне не известно о его участи, — доложил Владимир.

— Он арестован его сиятельством графом Авериным, — сказал Иннокентий, — что еще?

— Нами захвачено четырнадцать принадлежащих князю и его колдунам дивов первого класса.

— Пятнадцать, — улыбнулся Кузя.

— Отличная работа, — похвалил обоих Иннокентий, — этого хватит не только закрыть все дыры в нашем штате, но и распределить в Псков и Новгород, оттуда запросы лежат уже полгода. И даже будет, чем поторговаться с Москвой. С фамильяром справился ты, я правильно понимаю? — он повернулся к Владимиру.

— С фамильяром справилась я, — подала голос Анастасия, — и я же позволила Владимиру его сожрать. Арина много работала, чтобы собрать обличительную информацию на хозяина. Было бы глупо дать ей пропасть.

— Верное решение, — согласился Иннокентий, — твой хозяин получит заслуженную награду. А тебе самой нужно одеться: скоро сюда прибудет его светлость, я не хочу, чтобы он видел тебя в таком непристойном виде. Тебя это тоже касается, — он перевел взгляд на Кузю.

— Ага. Только во что? Мой халат был в номере, а номер… это… всё, — Кузя поднял брови, улыбнулся и развел руками.

— Пойдем, поищем что-нибудь, — Анастасия крепко взяла его за локоть, — уверена, тут без нас отлично управятся.

— Ага. — Кузя пошел за Анастасией.

— Надо найти покои этого Рождественского, — сказала Анастасия, когда они вышли, — покои наверняка где-то рядом с кабинетом, а он не пострадал.

— Хех, — хихикнул Кузя, — Гермес Аркадьевич обещал, что мы тут всё разнесем. Здорово вышло, правда?

— Правда, — согласилась Анастасия, — вот только я не планировала так рано встречаться с полицией.

— Да ерунда, — Кузя махнул рукой, — наоборот, может, тебе быстрее помогут.

Анастасия лишь с сомнением покачала головой:

— К сожалению, в мире людей всё устроено не так.

Жилые комнаты князя они нашли быстро — Кузя отлично запомнил запах колдуна. Взломав дверь, Кузя сразу кинулся к шкафу.

И присвистнул от удивления. Шкаф был полон ярких, блестящих шелковых одежд с вышивками и украшениями из камней и золота.

Кузя принялся вытаскивать вещи, одну за другой.

— Ты выбрала что-нибудь? Тут и тебе найдется, правда, всё очень длинное.

— Да. Здесь много платьев Арины. Видимо, они с князем жили в этих покоях вместе, — отозвалась Анастасия.

— Ага… — Кузя вытащил из шкафа почти всё и остановился на широком халате из алого шелка, который подвязал золотым поясом. Потом подумал и накинул сверху еще один, из более плотной зеленой ткани, с дерущимися тигром и драконом, вышитыми серебряными нитками и перламутром. Хотел было взять еще и третий, но Анастасия остановила его.

— Мы сюда не мародерствовать пришли.

На ней самой уже было надето длинное платье из тяжелой плотной ткани и сверху накинуто что-то вроде куртки, отороченной мехом.

— Сама так оделась потеплее… — вздохнул он.

— Шелк не спасет тебя от холода. Кстати, где ты оставил его сиятельство?

— С Виктором Геннадьевичем. Он о нем позаботится. Хотя… всё равно не будет же хозяин сидеть на катере. Надо принести ему одежду, надеюсь, она не пострадала.

— Согласна.

Они направились в гардероб отеля. Служителя на месте не было, он, конечно же, давно уже куда-то сбежал. Кузя без труда нашел пальто своего колдуна и его шапку.

— Пойдем.

Они спустились к причалу. Но там никого не оказалось.

— Думаю, они перешвартовываются к главному, — сказала Анастасия, — его сиятельство не уедет в город, оставив нас тут.

— Ага. Нас вообще нельзя оставлять без присмотра, — Кузя усмехнулся.

Они помчались на главный причал. И вовремя — туда как раз подходило сразу несколько катеров.

— Полиция, небось. Интересно, куда сел вертолет? Я бы посмотрел на вертолет.

— Посмотришь.

— Ага. О, стой. Подожди, подержи-ка.

Кузя вручил Анастасии одежду и бросился в будку. Сторож всё так же лежал с носком во рту. А Рас стоял над ним и пристально смотрел хозяину в глаза. При виде Кузи он отскочил в угол.

Кузя вытащил носок:

— Без глупостей. Где жетон?

— В кармане… рубашки.

— Поддельный, не иначе, — пробормотал Кузя и сунул пальцы в карман. А носок — обратно в рот сторожу.

— Пойдем со мной, — позвал он рысь, — как и обещал, я отдам тебя на службу доброму колдуну.

Когда Кузя вышел, смешной оранжевый кораблик уже причаливал.

Див забрал у Анастасии вещи и одним прыжком оказался возле катерка. Подтянул его к причалу и крепко привязал к кнехту. И сунулся внутрь.

— Гермес Аркадьевич, а я вам пальто принес! — радостно воскликнул он.

— Спасибо, — его колдун надел пальто и шапку и протянул руку, чтобы Кузя помог выбраться наружу. За хозяином последовали Виктор Геннадьевич и колдун Фетисов. Князь Рождественский остался внутри. Выглядел он донельзя странно. Завернувшись в одеяло, он сидел на полу, уставившись в одну точку. Из его глаз непрерывным потоком текли слезы.

Виктор Геннадьевич посмотрел на Кузю с улыбкой:

— Какая ты, Кузя, у нас… новогодняя елочка, — и перевел взгляд на Анастасию:

— И вам доброй ночи, баронесса.

— Прошу, не нужно называть меня баронессой, господин участковый пристав.

— И как же мне вас называть? Просто Анастасия?

— Да, это меня вполне устроит.

К ним подошел хозяин.

— Анастасия, ты меня поразила. Что это за существо, твоя боевая форма?

— Вы правда хотите знать? — она повернулась.

— Конечно.

— Збуратор. Если это вам о чем-то говорит.

— Еще бы, — на лице хозяина появилось удивление, смешанное с восхищением, — ты серьезно? Ты и есть тот самый знаменитый румынский дракон, и он же — очаровательная дева-соблазнительница, приходящая к людям и сводящая их с ума?

— В основном это легенды. Но мне многое приходилось делать для своих хозяев.

— А не твой ли облик отец Влада Цепеша чеканил на своих монетах, за что и получил прозвище «Дракула»?

Анастасия пожала плечами:

— Этого я не знаю. Мне денег в руки не давали.

— Ну и дела, — присвистнул Виктор Геннадьевич. А колдун Фетисов уставился на Анастасию широко распахнутыми глазами, как будто увидел какое-то невероятное чудо.

— А, Степан Алексеевич, — обратился Кузя к Фетисову, — у меня тут к вам дело есть, — он протянул жетон и оглянулся:

— Рас, иди сюда, не прячься.

Рысь вышла на причал, на освещенное место.

— Я там его хозяина связал и рот заткнул. Заберите Раса. Он хороший, сильный, правда, я не знаю, умеет ли он в собаку. У тебя есть собака? — спросил он у дива.

Тот немедленно сменил облик. И Кузя расхохотался, запрокинув голову вверх. На месте рыси сидела совершенно лысая собачка с длинным нелепым хохолком на голове.

— Ну… это всё же собака, — неуверенно улыбнулся Фетисов и, сжав жетон в руке, попросил Кузю: — Придержи его, чтобы не убежал. Я привяжу пока временно. А потом оформим с государственным жетоном.

Кузя подошел к Расу и встал у него за спиной:

— Ты же не будешь заставлять тебя ловить? — мысленно спросил он.

— Это бесполезно. Ты меня схватишь и сожрешь быстрее, чем я добегу до ступенек.

— Да не собираюсь я тебя жрать, запомни. Мы тут друг друга не едим.

— Тут это где? — с сомнением спросил див.

— Это… — Кузя задумался, как бы объяснить, — в нашем обществе защитников дивов и людей.