Ежедневные допросы начинались всегда одинаково. Около восьми утра детективы являлись в штаб близ аэропорта Боинг-Филд. К тому времени Риджуэй успевал проснуться и получить свой завтрак. Первым делом его спрашивали, что он ел. «Оладьи, яйца, бекон». Улыбаясь, Риджуэй сообщал, как ему спалось прошлой ночью. Спал он всегда отлично, и призраки из прошлого не преследовали его. Но на допросе он рассказывал о них мучительно медленно, уклоняясь от прямых ответов и перескакивая с предмета на предмет.

Допрос мог выглядеть примерно так:

– Во сколько вы проснулись?

– Хм… В шесть утра.

– Точно?

– Даже не знаю. Может, в пять. Хм… Или в четыре.

– Значит, вы встали…

– Одно из двух.

– Вы встали раньше шести.

– В выходные мы… хм… обычно старались отоспаться… Ну, пусть будет четыре. Значит, если ее убили в полночь, то мы с Джудит… То есть промежуток, в который она была убита. Часа два.

– Два часа?

– Где-то в этих пределах. Если она… ну, в общем… хм…

– Продолжайте.

– Я… хм…

– Вспомните, когда она была убита.

– Ну, вечером… хм… так говорили в новостях. Насколько мне известно, она была убита вечером.

Получается, что он проснулся и в шесть, и в пять, и в четыре утра. О времени убийства знает из прессы. А заодно успевает упомянуть, что они с женой любили в выходные поспать подольше. Такие разговоры детективам приходилось вести по нескольку часов кряду. Причем большая часть данных, сообщаемых Риджуэем, была лживой. Он сочинял, а когда его ловили на лжи, ссылался на плохую память.

По условиям сделки от него ожидали предоставления физических улик, и он сообщил, что у одной из жертв были при себе украшения, которые он снял, а затем спрятал возле километрового столба на шоссе. Целый уикенд поисковая группа на тридцатиградусной жаре продиралась через кусты и копала землю на участке вокруг этого столба – безрезультатно. Детектив, который отвечал за поиски, столкнувшись с Риджуэем в коридоре, набросился на него с криками:

– Что за хрень про те драгоценности, а? Я чуть не сдох, пока копал там ямы. И ни черта не нашел! Все из-за твоих сраных баек! Знаешь, что там было?

– Хм, что? – спросил Риджуэй.

– Скелет опоссума! А почему? Да потому, что ты издеваешься над нами!

Риджуэя в этот момент вели на очередной выезд. Разъяренный детектив заявил:

– Никуда ты не поедешь!

А потом скомандовал охране:

– Засуньте его задницу назад в клетку, пусть посидит и подумает, вдруг скажет правду.

Риджуэй был явно разочарован тем, что не получит долгожданной поездки. Но продолжал лгать. Ему неоднократно напоминали, что любая ложь может повлечь за собой суд по семи обвинениям и смертную казнь. Как любой убийца, за собственную жизнь Риджуэй очень и очень держался. Так почему же он лгал?

К нему пригласили психолога, который должен был внушить преступнику, что ложь ведет его в никуда. Чтобы помочь Риджуэю понять причины его патологической лживости, доктор Роберт Уиллер предложил ему несколько возможных объяснений. Например, следующие:

• Он лжет потому, что подсознательно хочет казни.

• Он лжет, чтобы выглядеть менее бесчеловечным.

• Он лжет, чтобы почувствовать свою значимость.

• Он лжет, чтобы сохранить контроль над местами захоронений жертв, которые очень ценны для него.

Отчасти все эти объяснения были правдой. Но больше всего Риджуэя заботило то, что про него впоследствии обязательно напишут тру-крайм-роман. И ему хотелось предстать там в выгодном свете.

Тем не менее после беседы с психологом он стал обманывать меньше. И привел детективов к нескольким местам захоронения жертв. 16 августа 2003 года по его наводке они нашли человеческие кости в лесу близ Энамклоу. Они принадлежали Пэмми Авент, приехавшей в Сиэтл в 1983-м вместе с другой жертвой, Келли Макгиннес. Останки последней найдены не были; в последний раз ее видели 26 октября 1983 года.

23 августа поисковая группа исследовала обрыв на дороге между Кентом и Демойном, заросший густыми и колючими кустами ежевики. Там было найдено 19 человеческих костей, которые передали в лабораторию для извлечения ДНК. Имелся шанс, что личности погибших удастся установить путем сличения с ДНК их родственников.

В сентябре 2003-го кости были найдены близ другой «свалки трупов», на повороте с 90-го шоссе. Совсем рядом с этим местом находился кемпинг «Лейжер Тайм Резорт». Эксперты установили, что кости принадлежали Эйприл Баттрам, шестнадцатилетней школьнице из Спокана, которая сбежала от матери через окно. Риджуэй опознал ее по фотографии и сказал, что подсадил девушку к себе в машину на Рейнир-авеню. Он, правда, не был уверен, что выбросил там именно ее тело – может, чье-то еще. В любом случае весной 1984 года он возвратился в кемпинг, чтобы посмотреть, на месте ли еще труп. Он нашел останки там, где оставил, взял череп и увез его вместе с костями Дениз Буш и Ширли Шерил в Орегон, куда отправился в короткую туристическую поездку с сыном Мэттью. Череп Риджуэй выбросил на обочине шоссе. По его словам, он сделал это, чтобы сбить полицию со следа. Черепа Эйприл Баттрам так и не нашли.

В клуб «Лейжер Тайм» Риджуэй вступил специально, чтобы удобнее было прятать тела. Он сам признался, что уговорил родителей оплатить членство, чтобы возвращаться к месту захоронений.

– Хм… ну просто чтобы приезжать, – объяснил он, – бродить там и знать, что эти женщины рядом.

Он рассказывал, что они с женой Джудит частенько останавливались в кемпинге и прогуливали поблизости собак. Там же он гулял и с сыном.

В овраге близ Оберна полицейские обнаружили останки Мэри Мальвар – тоже одни кости. Череп и нижняя челюсть были на месте, там же оказалась и веревка, которой он ее задушил. Она так глубоко впилась в плоть, что удалить ее не было возможности.

Риджуэй признался, что подсадил Мэри к себе в машину и увез в дом на Милитари-роуд. Он велел ей принять душ и сходить в туалет, как обычно указывал всем, кого привозил к себе. После секса он схватил ее в «полицейский захват», но девушка яростно сопротивлялась и оцарапала ему левую руку. Он сказал, что отпустит ее, если она не будет отбиваться. Мэри не сдавалась, и ему пришлось, собрав последние силы, задушить ее. Риджуэй объяснил, что был зол на Мэри за то, что она причинила ему боль, и хотел ее наказать. Он признался, что Мэри была «особенной». Кажется, убийца восхищался ее стойкостью.

– Ее трудно было подчинить – в этом смысле она была особенная, – сказал он.

Вот почему он выбросил труп не на одну из своих «свалок», а отдельно, в новом месте близ Оберна. Он положил его в багажник пикапа и тем же вечером отвез к оврагу на пересечении Си-Так с 65-й Южной улицей. Там Риджуэй съехал на проселок, выложил тело на обочину, потом снова сел за руль и отогнал машину на несколько сот метров. Вернувшись пешком, он оттащил труп на дно оврага.

Когда через несколько дней детективы пришли к нему и стали расспрашивать про Мэри, он старался прятать руку, опираясь о дверной косяк. Потом решил, что шрамы можно скрыть под ожогом, и вылил на это место кислоту из аккумулятора. Рассказывая, он продемонстрировал пятно от кислоты, сохранившееся даже спустя двадцать лет.

После визита детективов он еще раз наведался туда и подбросил листовки с рекламой местных мотелей, чтобы полиция решила, что девушку убил какой-то турист или коммивояжер. Больше он к ее телу не возвращался, поскольку заметил, как его коллега проезжал мимо – тот жил неподалеку.

Риджуэй признался, что оставил водительские права Мэри у себя, а позднее подбросил их в аэропорт, чтобы полиция сделала вывод, будто Мэри покинула штат.

Бывший начальник следственной группы Фрэнк Адамсон при этих новостях вскипел: Бобу Фоксу из полиции Демойна следовало отнестись к заявлению отца и брата Мальвар, а также ее парня Роберта Вудса гораздо серьезнее и обыскать дом на Милитари-роуд. Родственники жертвы были уверены, что в последний раз, когда ее видели живой, она садилась именно в тот темно-красный пикап, который стоял на подъездной дорожке к дому Риджуэя. Загляни полицейские внутрь, они, конечно, не спасли бы жизнь Мэри, но могли найти улики, которые указали бы на убийцу, и предотвратить будущие преступления.

Соседи Риджуэя были людьми любопытными; через дорогу от него жил бывший пожарный, обожавший совать нос в чужие дела. Поэтому, чтобы избавляться от тел, Риджуэй подгонял пикап вплотную к дверям. Однажды, когда жертва была совсем миниатюрной, он затолкал ее в сундук из-под игрушек, стоявший в спальне сына. Вечером Риджуэй перенес сундук в грузовик и в нем отвез тело на «свалку».

Следователям он гордо сказал:

– Даже не представляю, чтобы кто-то видел, как я приводил девушек. А уж обратно они сами никогда не выходили.

У него имелся целый арсенал уловок по завладению девушками. Убивая проститутку, работавшую с сутенером, он звонил тому наутро и спрашивал, когда сможет встретиться с ней в следующий раз. Обычно он представлялся своим любимым псевдонимом Стив. Сутенер полагал, что Стив вне подозрений, раз звонит договориться о повторной встрече.

Бывало, что Риджуэй звонил сутенеру и сразу после убийства. Он назначал встречу с девушкой и говорил, что будет ждать ее в одном из кафе на «стрипе». Потом шел туда, заказывал что-нибудь и обязательно брал чек – «чтобы было алиби, если что-нибудь такое всплывет». Иногда он даже оставлял жалобы на плохо приготовленные блюда, чтобы менеджер кафе запомнил его.

На допросах Риджуэй иногда плакал, но никогда из-за жертв, только из-за себя. Он плакал из-за того, как с ним обращались в детстве, плакал из-за того, что не мог перестать убивать. Он клялся, что стал совсем другим человеком, что теперь рассказывает всю правду и пытается помочь семьям жертв.

Он сознался, что отправил письмо с подписью зовименяФред в «Пост-интеллидженсер», чтобы детективы смогли поймать его. При этом в действительности в письме не содержалось ни одной зацепки, связывающей Риджуэя с убийствами. По сути, он наводил следствие на версию, что убийца – коп. В свое время Джон Дуглас решил, что письмо написал не их преступник, но теперь выяснилось, что профайлер ошибся.

Про Кэрол Кристенсен с Риджуэем разговаривали особо, поскольку к тому времени он признал, что был с ней знаком. Перед арестом он выдвинул версию о том, что в рыбе и вине, найденных вместе с трупом, убийца видел некий библейский смысл. В действительности он оставил там продукты, просто чтобы сбить полицию со следа – рыба и вино попались ему под руку в холодильнике. Он встречался с Кэрол Кристенсен несколько раз, и они занимались сексом. В тот день, когда Риджуэй убил ее, они устроили в лесу пикник. Кэрол спешила на работу и во время секса позволила себе поторопить Риджуэя. Он возмутился: неужели она думает об опоздании в такой момент?! Он ведь еще не кончил! В гневе он набросился на Кэрол и начал ее душить. А задушив, надел на нее обратно белье, блузку, джинсы и куртку – специально, чтобы этот случай отличался от остальных. Одевая девушку, он ошибся, и блузка оказалась развернута задом наперед.

Насчет Ребекки Гуарди Гуэй – единственной выжившей жертвы – он сообщил, что напал на нее, еще не планируя убийства. Поначалу он вообще отрицал, что убивал девушек умышленно; по его словам, к убийствам вела цепь случайностей. Ребекка, например, обещала ему секс, а потом согласилась только на оральный контакт. Это его разозлило, и он убил ее. То же самое произошло с Мэри Михан – беременной восемнадцатилетней ирландкой – несколькими месяцами ранее. Обвинения по делу Ребекки Гуарди Риджуэю не предъявляли, поскольку к 2003 году срок давности по делу о нападении истек.

При составлении обвинительного акта по 41 убийству, в которых Риджуэй признавал себя виновным, следственная группа поделила жертв на группы в зависимости от тех мест, где были найдены их тела. Первые пять трупов: Марсии Чэпмен, Опал Миллз, Синтии Хиндс, Венди Коффилд и Дебры Боннер – детективы нашли в реке. Дальше Риджуэй начал выбрасывать тела близ озера Стар-Лейк. В эту группу вошли шесть девушек: Терри Миллиган, Делорес Уильямс, Альма Смит, Гейл Мэттьюз, Сандра Габберт и Кэрри Ройс. Риджуэю очень нравилось это уединенное, заросшее деревьями место, где проходил глубокий овраг. Он сказал, что оно было «фантастическое… такой густой лес… там никто бы их не нашел. Ну, их и нашли только годы спустя». Дорога к озеру Стар-Лейк проходила неподалеку от его дома, и он мог выбрасывать там трупы спустя какой-то час после убийства. Он хорошо знал прилегающую местность; вторая жена, Марша, подтверждала, что они часто купались с Риджуэем в озере Стар-Лейк. Когда его спросили, сколько именно трупов он выбросил там, он не мог ответить точно:

– От пяти до семи. Выбросив в новом месте первую, я переставал считать. Количество меня не заботило.

Первой жертвой, выброшенной им близ Стар-Лейк, была Терри Миллиган, шестнадцати лет, пропавшая 29 августа 1982 года. В тот день Риджуэй не работал, а на следующий опоздал на смену на два часа – редкое исключение из правил, из-за которого он и запомнил случай с Терри.

В группе «полоса отчуждения аэропорта Си-Так» оказались Мэри Михан, Андреа Чайлдерс, Констанс Наон, Келли Уэр и Линда Рул. В убийстве последней Риджуэй признался сам – из-за разницы в «модус операнди» это преступление ему в вину не ставили. До этого Риджуэй не уродовал тела жертв, но тут ему в кармане попались спички, и он поджег волосы девушки. Однако тут же испугался, что огонь могут заметить, и потушил их.

К жертвам, чьи останки были найдены в Орегоне, относились Дениз Буш и Ширли Шерил. Риджуэй признал, что убил их обеих, а останки вывез в Тулатин. Для этого он специально поехал туда с сыном Мэттью в короткое путешествие. В багажнике его пикапа, вместе с останками жертв, лежали велосипед сына и его вещи. По дороге он платил только наличными, чтобы не оставить в Орегоне никаких следов. Мэттью Риджуэй подтвердил показания отца, сообщив, что они действительно ездили на несколько дней в соседний штат.

Также в полосе отчуждения аэропорта Си-Так, но уже на северной стороне, Риджуэй выбросил тела Колин Брокман, Шонды Саммерс, Шерил Уимз и неопознанной белой девушки, проходившей под кодовым именем «Джейн Доу № 10».

Близ горной тропы «Маунтин Вью» он выбросил трупы Кими-Кай Питсор и двух неопознанных жертв – «Джейн Доу № 16» и «Джейн Доу № 17».

Возле 410-го шоссе – трупы Мартины Оторли, Деборы Мэй Абернати, Мэри Сью Белло, Пэмми Авент, Ивонн Антош, а также Роберты Хейс и Марты Ривз. Последних двух девушек не относили к жертвам Убийцы с Грин-Ривер, поскольку они пропали гораздо позже пика его активности – Роберта в феврале 1987-го, а Марта – в 1990 году. Риджуэй не отрицал, что и после активного периода продолжал время от времени похищать и убивать девушек.

На пересечении 90-го и 18-го шоссе он выбросил трупы Тины Томпсон, Эйприл Баттрам, Морин Фини и Трейси Уинстон; поблизости, на пересечении 90-го и 38-го, трупы Делиз Плейджер, Ким Нельсон, Лизы Йейтс и Мэри Уэст.

На 18-м шоссе им были выброшены тела Синди Смит, Патрисии Барчак – также пропавшей после пика активности убийцы, в 1986 году, – и последней его жертвы, Патрисии Йеллоуроуб.

Тело Патрисии Йеллоуроуб нашел 6 августа 1998 года владелец автомобильной свалки близ съезда с 99-го шоссе в округе Кинг. До этого он два дня не был на работе; в последний раз он запер сторожку и ворота четвертого числа, в пятницу. Тело лежало возле забора, на засыпанной гравием парковке, возле кустов. Женщина была полностью одета: в футболке, джинсах, белье, носках и кроссовках.

Родственники опознали труп: они беспокоились, что Патрисия не появилась на семейном празднике, который должен был состояться 4 августа, куда Патрисия обещала прийти. В 1998 году Патрисии исполнилось тридцать восемь лет. Она была индианкой по происхождению, и ее семья считалась достаточно благополучной. Братья и сестры Патрисии получили высшее образование и работали на престижных должностях, одна она сбилась с пути. С подросткового возраста Патрисия страдала алкогольной и наркотической зависимостью и занималась проституцией. Время от времени у нее появлялись постоянные мужчины, но они быстро бросали ее.

Вскрытие показало, что женщина скончалась от передозировки наркотиков в сочетании с алкоголем. Иными словами, причиной смерти был несчастный случай. Но родственники заметили у нее синяк под глазом и спросили у патологоанатома, чем это может быть вызвано. Тот объяснил, что так иногда проявляются трупные пятна.

Поскольку причиной смерти Патрисии Йеллоуроуб считалась наркотическая интоксикация и поскольку умерла она в 1998 году, ее никогда не относили к жертвам Грин-Ривер. В материалах дела, которые были переданы адвокатам Риджуэя, Патрисия не упоминалась.

Однако в ходе одного из допросов в 2003 году Риджуэй признался, что убил Патрисию и выбросил ее тело возле автомобильной свалки. Они занимались сексом на той самой парковке, сидя в его пикапе. Он позволил ей одеться и вылезти из машины, а потом убил. Он этого не планировал, но его разозлило то, что Патрисия не «справилась со своими обязанностями». А он не собирался платить «бабе, которая просто лежит, как бревно». Якобы Патрисия сказала ему «ну все, хватит», оделась и вылезла из салона. Задушив ее, Риджуэй запаниковал. Он не стал грузить труп в багажник пикапа, а просто бросил на парковке возле кустов. Судя по всему, задушить ее было нетрудно – с таким количеством наркотиков и алкоголя в крови ей хватило и пары минут кислородного голодания, чтобы наступила смерть.

Помимо установленных и подтвержденных случаев убийств, Риджуэя связывали с пропажами еще трех женщин, чьи имена фигурировали в деле Грин-Ривер. Это были Келли Макгиннес, Кейси Ли и Патрисия Осборн.

С Келли Макгиннес его однажды арестовали на парковке аэропорта Сиэтл-Такома, это было в 1982 году. Пропавшей она числилась с 28 июня 1983 года – тогда все ее вещи остались в мотеле на Си-Так. На допросах в 2003 году Риджуэй признал, что убил девушку, но места, где оставил ее тело, вспомнить не смог.

Насчет Кейси Ли он также сделал признание, но не опознал ее по фотографии и места захоронения не указал.

Про Патрисию Осборн Риджуэй сказал, что «мог убить ее». Но он не сообщил никаких деталей о том, как ее похитил и где выбросил труп.

Главным открытием, сделанным на допросах, оказалось то, что Риджуэй продолжал убивать проституток и после 1984 года, когда исчезновения прекратились. Однако убийства совершались гораздо реже, чем раньше, и на то должны были иметься причины. О них – равно как о мотивах его преступлений – Риджуэю предстояло беседовать с психологом, присланным из отдела поведенческого анализа ФБР в Куантико, доктором Мэри Эллен О’Тул. И ей он тоже много что мог рассказать.