Наступила новая весна – 1984 года. Снег таял, и на влажной земле полицейских ждали новые страшные находки. У следственной группы к тому моменту насчитывалось тридцать четыре пропавших девушки: двадцать белых и четырнадцать чернокожих. А также четыре неопознанных набора останков, которые проходили в деле как «Джейн Доу № 1», «Джейн Доу № 2» и так далее.

13 марта было найдено тело Лайзы Лоррейн Йейтс, исчезнувшей зимой.

21 марта охранник бейсбольного поля в полосе отчуждения аэропорта Си-Так выгуливал свою собаку; та забежала в кусты и принесла оттуда большую черную кость. На всякий случай охранник вызвал полицию. Кость была человеческой.

Полиция принялась заново прочесывать полосу отчуждения, где ранее были обнаружены останки Жизель Ловворн и Шонды Саммерс. Пресса следовала за полицейскими по пятам; репортажи о поисках велись практически в прямом эфире. К вечеру того же дня был найден почерневший скелет без бедренной кости, которую и принесла охраннику собака.

В ста восьмидесяти метрах от скелета нашелся новый труп – он лежал под деревом близ проселочной дороги. Первый набор останков идентифицировать не удалось, а вот труп был опознан. Он принадлежал Шерил Уимз, исчезнувшей накануне своего восемнадцатилетия, 23 мая 1983 года. По состоянию шейных позвонков патологоанатом установил, что причиной смерти стало удушение. Кроме того, на волосах девушки сохранились микрочастицы автомобильной эмали. Очевидно, следственная группа натолкнулась на новую «свалку трупов», или «кластер», которым убийца пользовался длительное время.

Дальше события развивались стремительно. 31 марта охотник нашел в южной части округа Кинг человеческий скелет. Местность, где он был обнаружен, очень напоминала участок близ озера Стар-Лейк: лесистый склон с одной стороны дороги и овраг с другой. Не успели полицейские об этом подумать, как с озера Стар пришло сообщение об обнаружении еще одного набора останков с треугольным камешком между тазовых костей. Два трупа в один день! И второй точно принадлежал жертве Убийцы с Грин-Ривер!

Но на этом печальные известия не закончились. Утром 1 апреля 1984 года при прочесывании местности возле озера Стар полицейские нашли еще один женский скелет с блузкой, завязанной вокруг шеи. Снова тот самый убийца – ведь первые жертвы тоже были задушены собственной одеждой!

А через три часа там же полицейские наткнулись на новые человеческие останки. Это уже была национальная сенсация. И тут же в полицию поступил звонок. Мужчина, совершавший пробежку по дороге, ведущей к озеру Стар-Лейк, в половине шестого утра видел припаркованный там пикап бирюзового цвета. Марки он не запомнил.

На следующий день, 2 апреля, прочесывание местности вокруг Стар-Лейк продолжилось, и был найден еще один труп. В действительности и это было еще не все, но последнее тело, лежавшее на дне оврага, полицейские не нашли. Пройдет год, прежде чем оно будет обнаружено.

Таким образом за трое суток поисковая группа нашла останки пяти женщин, причем четыре из них – в окрестностях Стар-Лейк.

Скелет, найденный 31 марта, принадлежал, как выяснилось, Дэбби Мэй Абернати, исчезнувшей 5 сентября 1983 года.

Скелетированные останки, найденные также 31 марта, – Делорес Уильямс, исчезнувшей в марте 1983-го. Это ей преступник поместил во влагалище камень, и на ее волосах остались следы краски – в точности такой же, как на останках Шерил Уимз.

Опознать удалось и скелет, найденный утром 1 апреля, – это была Тэрри Миллиган, пропавшая еще в 1982 году. Второе тело, найденное тогда же, принадлежало Сэнди Габберт, «Смурфетте». Она исчезла 17 апреля 1983 года.

Последней из найденных оказалась Альма Смит, пропавшая 3 марта 1983 года.

20 апреля 1984 года на лесоразработках на участке, принадлежавшем компании «Вейерхаузер», в 50 километрах к западу от Сиэтла, оператор бульдозера, помогавший лесорубам, обнаружил человеческие кости, в том числе нижнюю челюсть.

Установить, кому они принадлежали, не составило труда. Два года назад, 7 июля 1982 года, в Сиэтле с автобусной остановки пропала русская эмигрантка Амина Агишефф. К спискам жертв Убийцы с Грин-Ривер ее относили с оговорками, поскольку она не вписывалась в общий характер серии. Амина была вдвое старше его обычных жертв – ей уже исполнилось тридцать семь лет. Она не работала проституткой, не подсаживалась в случайные машины, имела семью и детей. Амина имела квалификацию Монтессори-педагога; временами она подрабатывала официанткой, но всегда в ресторанах далеко от «стрипа». Все прошедшие годы семья молилась за нее и не переставала надеяться, что Амина найдется.

Но нашлись только ее останки, разбросанные на участке площадью около 50 квадратных метров.

Барбара Кьюбик-Паттен, старая знакомая следственной группы, все это время рыскавшая на местах, где велись поиски, кинулась на лесозаготовки, прихватив с собой старшую дочь. Предварительно она уведомила прессу, что голоса погибших призывают ее, требуя восстановить справедливость и покарать убийцу. Объехав до этого те точки, где находили останки жертв, она сделала закономерный вывод: убийца предпочитал небольшие съезды с главного шоссе на проселки, где мог оставаться незамеченным, а сам увидел бы любого, кто свернет за ним следом. Опираясь на этот вывод, дама-экстрасенс проехала чуть дальше полицейской заградительной ленты и свернула на гравийную дорожку.

Они с дочерью вылезли из машины и принялись за поиски. В тот день Барбара Кьюбик-Паттен действительно нашла труп.

Она кинулась назад, к лесозаготовкам, где орудовали полицейские, и попыталась прорваться через заграждение. Члены следственной группы давно и хорошо ее знали, поэтому попросили не мешать. Крупная, темноволосая, громогласная, Барбара была не тем человеком, которого можно запросто игнорировать. На место как раз подъехал Фрэнк Адамсон, и ему пришлось выслушать ее. Вместе с гадалкой он отправился к месту находки. Труп лежал там, присыпанный сухими листьями; поверх него был растянут зеленый мусорный мешок. По сути, это был даже не труп, а скелетированные останки, которым присвоили номер 14. Рядом с трупом, под мешком, остался след обуви 41-го размера (11-го по американской шкале). Прошло немало времени, прежде чем удалось идентифицировать личность жертвы – ею оказалась двадцатидвухлетняя Тина Томпсон, пропавшая 26 июля 1983 года.

Прозорливость гадалки, с самого начала проявлявшей излишнее внимание к расследованию, показалась полиции подозрительной. Полицейские не склонны верить в истории о духах и призраках, обращающихся к медиумам с того света, – обычно тому имеются вполне земные объяснения. Барбаре Кьюбик-Паттен предложили пройти проверку на детекторе лжи. Она согласилась и справилась успешно.

Теперь экстрасенс наслаждалась вниманием прессы, раздавая направо и налево интервью. Майку Барберу из «Пост-интеллидженсера», который проводил журналистское расследование по делу Убийцы с Грин-Ривер, она сообщила, что сталкивалась с преступником дважды. В июле 1982-го голоса у нее в голове, повторявшие «Опал, Опал» – имя одной из первых жертв, – привлекли Барбару на берег Грин-Ривер, и там она увидела спешно отъезжавший от обочины белый седан, в котором якобы сидел преступник. Во второй раз, накануне своей находки, она услышала у себя в голове крики «Убийца, убийца!». Взяв с собой родственника, Барбара поехала к Грин-Ривер и увидела там мужчину: «темноволосого, худого, который размашистой походкой шел к машине». Мужчина пересек лужайку и сел в автомобиль. Машина у него была «какая-то крутая»; Барбара пыталась его догнать, но он «оторвался, как настоящий гонщик».

На волне популярности Барбара Кьюбик-Паттен так и сыпала предсказаниями: убийцу поймают благодаря останкам, обнаруженным ею. Там будут ценные улики, которые выведут на него. Он обладает профессиональной подготовкой, которая помогает ему обманывать полицейских и избегать поимки.

Во второй раз Барбара воспользовалась возможностью бесплатно сделать себе рекламу.

Ее приятель Мелвин Фостер тоже не дремал: он рассказывал репортерам о том, что «подружился» с новым руководителем следственной группы Фрэнком Адамсоном, они несколько раз ужинали вместе, и тот показывал Фостеру фотографии пропавших девушек, спрашивая его совета.

В отношении Дэвида Райхерта он тоже «не держит зла», и они вместе выезжают осматривать «свалки трупов». Мелвину Фостеру отчаянно хотелось утвердиться в роли «полицейского консультанта», помогающего «очистить от проституток» округ Кинг.

Он утверждал, что кто-то из полицейских даже купил у него машину – «по дружбе». На самом деле машина была приобретена с целью тщательного обыска; за нее действительно заплатили 1200 долларов. Ее разобрали до последнего винтика, но ничего не нашли. На капоте имелся маленький отпечаток ладони – женщины или ребенка. Оказалось, это отпечаток дочери Фостера. Последняя надежда привязать его к делу Убийцы с Грин-Ривер потерпела крах.

С приближением лета Фрэнк Адамсон начал бояться, что их «сезонный убийца» опять впадет в лихорадку. Проститутки боялись тоже; у своих клиентов они спрашивали: «А ты, случайно, не Убийца с Грин-Ривер?» Глупо? Конечно. Но они могли защитить себя только сами. Надеяться им было не на кого. За два года полиция не приблизилась к поимке преступника, и, хотя новых похищений вроде бы не было, трупы продолжали находить.

Пресса в погоне за сенсациями то объявляла убийцу супергением, то обвиняла полицейских в халатности. Фрэнку Адамсону требовалась помощь в общении с журналистами, и 23 мая 1984 года он назначил Фэй Брукс пресс-секретарем следственной группы. Она занималась делом Убийцы с Грин-Ривер с августа 1982-го и обладала всеми необходимыми качествами – включая умение деликатно, но твердо отказывать – для взаимодействия с прессой. Большую часть имеющихся у полиции данных разглашать было нельзя, и у общественности складывалось впечатление, что следственная группа бездействует.

26 мая у репортеров появилась желанная информация – были найдены новые кости. Личность жертвы удалось установить по брекетам на зубах; ею оказалась пятнадцатилетняя Колин Брокман. Останки были найдены на бульваре Джовита, за территориальными границами округа Кинг.

Количество жертв Убийцы с Грин-Ривер насчитывало к тому времени двадцать шесть человек; из них опознано было восемнадцать. Следственная группа обратилась к населению округа с призывом быть внимательными и при вылазках на природу обращать внимание на любые подозрительные предметы.

Заявления об исчезновениях девушек поступали, но связи с убийствами на Грин-Ривер в них не прослеживалось. Возможно, в этом сезоне их убийца переместился в другой штат? Сел с тюрьму за другое преступление? Заболел или умер? Оставалось лишь гадать.

Лето прошло без громких сенсаций, кроме единственной: в аэропорту Сиэтл-Такома уборщик, пылесосивший пол, случайно нашел водительские права на имя Мэри Мальвар, пропавшей 30 апреля 1983 года. Тогда ее искали отец, брат и бойфренд; с обнаружением прав в аэропорту стало очевидно, что девушку никто не похищал – она, скорее всего, сбежала от своего парня-сутенера, некоторое время скрывалась в Сиэтле, а теперь улетела в неизвестном направлении.

12 октября 1984 года мужчина обнаружил близ 410-го шоссе, в двенадцати километрах от Энамклоу, череп и разбросанные рядом кости. Они принадлежали Мэри Белло – проститутке, добровольно ставшей информанткой полиции. С ее исчезновения прошел ровно год. 14 ноября неподалеку от этого места был найден труп Мартины Оторли. Рядом валялось несколько порнографических журналов садомазохистской тематики. Сложно было сказать, оказались они там случайно, оброненные преступником, или он подбросил их, чтобы сбить детективов со следа.

В отсутствие новых исчезновений полицейские сосредоточились на анализе имевшейся у них информации. К этому времени их компьютер был подключен к недавно возникшей сети Интернет, и аналитики с его помощью пытались выявить маршруты перемещений подозреваемых, наличие у них автомобилей и потенциальную связь с жертвами.

Роберт Кеппел, некогда уже помогавший расследованию, с согласия офиса генпрокурора стал официальным консультантом следственной группы. Фрэнк Адамсон реорганизовал ее в соответствии с рекомендациями, которые Роберт дал год назад. В группе появился компьютер, появилось аналитическое звено, подозреваемые были распределены по категориям, как советовал Роберт. Однако это не приблизило следствие к разгадке личности убийцы. К лету 1984 года были тщательно изучены более ста подозреваемых, и лишь нескольких из них удалось исключить из списка.

По сути, с наступлением осени 1984 года расследование превратилось в археологические раскопки, при которых полицейские находили скелетированные останки и разрозненные кости. Преследовать по горячим следам было некого, опрашивать тоже. Заявления об исчезновении поступали с задержкой в несколько недель, а то и месяцев, и даже лет.

Адамсону срочно требовались свежие идеи и человек, с которым он мог бы их обсуждать. Таким человеком и предстояло стать Роберту Кеппелу. Кеппел питал к Адамсону глубокое уважение, восхищался его проницательностью и добрым сердцем. Адамсон сразу изложил Кеппелу свое видение его будущей работы: он станет советником, генератором идей, объективным наблюдателем и правой рукой руководителя. Кеппел займет общий с Адамсоном кабинет и будет принимать участие в принятии решений. Также он будет консультировать всех офицеров следственной группы, которым потребуется совет или помощь. Кеппел сможет делиться с ними опытом; для любого члена следственной группы их с Адамсоном кабинет будет всегда открыт.

Кроме того, Роберт будет взаимодействовать с прочими сторонними консультантами, предлагающими следствию свои услуги. В связи с освещением в прессе к ним обращались самые разные эксперты – от шарлатанов вроде Барбары Кьюбик-Паттен до подлинных специалистов в узких отраслях криминалистики. Важно было не упустить ценных помощников и отсеять шутов, стремившихся привлечь к себе внимание.

Но Роберту Кеппелу и в голову не могло прийти, кто следующим предложит им свою помощь.