Алексей Провоторов ПОЛНЫЙ ПОРЯДОК

Солнце лениво сползало к горизонту. Еловый лес бросал мрачные тени, от которых троим рыцарям хотелось отодвинуться подальше.

Но дорога шла как раз вдоль опушки, между лесом и цветущим лугом, и всадникам приходилось ехать по ней. Дорога была широка, и кони шагали в ряд.

— Далеко ещё? — спросил рыцарь в серой эмалированной броне на сером непримечательном коне. — Конь устал уже вообще. Едем, едем.

— Ты бы купил кого получше, — вместо ответа сказал рыжий рыцарь в ржавеющих латах на огненно-красном великолепном жеребце. Концы шерстинок в хвосте и гриве коня казались золотыми.

— Да надо бы, — ответил Серый. — Хочу вот прикупить что-то из редких пород. Аль-абского скакуна или ещё какого заморского уходца.

При этих словах красный конь склонил голову набок и словно бы прислушался.

— А тебе бы не мешало прикупить доспех, — сказал Серый Рыжему. — Я таких позорных железок, честно сказать, с детства не видел. У деда на шесте висели за замком, ворон с грядок пугать.

— На мне обет. Пока не убью дракона, буду носить старые латы.

— Ты так и скажи, что денег нет, — беззлобно отмахнулся Серый. — За дракона тебя сам Король на площади и повесит, тех осталось полтора в королевстве, один в парке, второй хромой, злой и охраняемый законом. И вообще у него пасть с ворота, в горелый пень такой обет.

— Отстал я от новостей. Ладно, ладно, нет у меня денег, — Рыжий неопределённо махнул гантлетом, роняя хлопья ржавчины.

— Вообще по твоему коню не скажешь, что нет, — усмехнулся Серый.

Конь Рыжего дёрнул ухом, словно прогонял муху.

— Да ни полгроша, — вздохнул Рыжий. — Были б, я б к Жуку наниматься не ехал. Я ж не бандит. Ну, кгхм, пока, — Рыжий аккуратно потрепал жеребца по пламенной гриве. — А конь сам приблудился, не поверишь. Так-то я пешком шёл.

— Ого удача! — поразился Серый. — Давай я у тебя его куплю? Это, судя по всему, рысьегорский рысак? Их так-то к нам в королевство ввозить запрещено, могут быть проблемы, но я б правда купил! Больно хорош.

Конь покосился на Серого и насторожил уши. Даже ступать стал тише и затаил дыхание. Рыцари молча посмотрели на него.

— Я подумаю, — ответил сдержанно Рыжий.

— Подумай. Может, чтоб лучше думалось, тебе хрустального порошка подкинуть?

— Нет, спасибо, — по примеру своего коня, Рыжий покосился на Серого. — Я не из ваших. Да и вообще ты уже спрашивал.

— А ты? — спросил Серый третьего, молчаливого рыцаря в доспехах тёмного металла на вороной кобыле.

— Отстань, а? И так жарко, — вяло ответил рыцарь. — И да, ты уже спрашивал. Раз сорок.

— Ладно, ладно, захочешь — обращайся.

— Жуку продашь. Он, говорят, не только бандит, грабитель, растлитель, но ещё и любитель зелий. И, кстати, дорогих коней.

Огненный конь преувеличенно заинтересованно водил глазами за бабочкой, норовившей присесть на его нос, но его изящные уши следили за рыцарями.

— Умная скотина, — заметил Серый. Конь поперхнулся бабочкой и фыркнул. — Будто понимает, что про него речь. Как его, говоришь, зовут?

— Черныш.

— Ты сдурел?

— Слушай, парень, у меня всех коней зовут Черныш. Откуда я знаю, может, по родословной он Селестабель Бетабель какой-нибудь. А привычку я менять не буду.

— Лады, проехали, проехали.

Рыжий недовольно засопел.

— Ты тут так расписывал про Жука, а тогда чего к нему едешь? — спросил он у Чёрного.

— А я что, святой, что ли? — вяло огрызнулся Чёрный. — Он нанимает, я нанимаюсь. На мне долг ростовщику, я дом строю. И попробуй найди хорошую оплату. К баронам идти — так они с добычи платят, а какая добыча, когда войны нет? При дворе и без меня железных болванов хватает. Да что я тебе рассказываю, у меня хоть доспех целый да конь свой, а тебе поди ещё хуже.

— На сколько долг? — поинтересовался Рыжий.

— На двадцать лет.

— Ты что, замок строишь? — присвистнул Рыжий.

— А что мне, в шалаше жить? — огрызнулся Чёрный.

— Ну я же живу, — обиженно ответил Рыжий и приумолк.

— Нет, тут ещё бабушка надвое гадала, кому хуже, — усмехнулся Серый.

— А давайте свою банду сколотим, зачем нам к Жуку-то? — опять подал голос Рыжий.

— Не. Это надо решать что-то, заниматься чем-то, — протянул Чёрный. — А там руби, кого скажут. Да что ж так жарко, голова болит. Помолчите хоть, что ли.

Рыжий снова замолчал.

— Ты б доспехи ещё почернее нашёл и на солнышке в них валялся, — ехидно сказал Серый. — Может, порошка?..

— Да отстань же ты наконец!

* * *

Помолчали. Цепкие клинья еловых теней дотянулись до дороги и трогали коней за ноги. Холодало. Рыжий, бездумно ковырявший очередную дыру в ржавом бронированном боку, поёжился. С лица Чёрного сошла вялая страдальческая гримаса. Серый посмотрел в сторону мрачного леса, такого тёмного на фоне яркой закатной меди.

И позади, на дороге, заметил какое-то движение.

— Эй, парни, а за вами должна быть погоня?.. За мной вроде нет.

Чёрный и Рыжий обернулись как по команде и придержали коней.

Далеко позади клубилась пыль, пронизанная закатными лучами, и рыцари приложили ладони козырьками к глазам. Облако пыли приближалось, и вскоре стал виден одинокий всадник.

— Деваха, — сказал Серый.

— Ей-богу, — подтвердил Рыжий.

— Мне б такой доспех, — присвистнул Чёрный.

Деваха была беловолоса, в простом доспехе из светлого металла, но с начищенной до зеркального блеска узорной гравировкой, и лошадь её была бела, как чистый, свежевыпавший первый снег в блистающей солончаковой пустыне. Полевые ромашки казались серыми на фоне этой кобылы. Конь Рыжего заинтересованно взыгогогокнул.

— Я думал, девицы в других доспехах ездят. Повыразительнее, — сказал Серый. Два остальных рыцаря и конь Рыжего неодобрительно покосились на него.

Девушка подъехала поближе, придержала кобылу. Та, казалось, совсем не вспотела, а к доспеху беловолосой красавицы вроде бы вовсе не липла пыль.

— Чисто картинка, — тихонько сказал Серый. Рыжий засмущался и начал отряхивать доспех, кроша шелуху. Его конь оценивающе рассматривал белую лошадь. Та тоже засмущалась.

— Подождите! Я с вами, — блондинка откинула с лица прядь волос и глубоко вдохнула-выдохнула. — Еле догнала.

Чёрный вежливо наклонил голову и поздоровался.

— Я Чёрный. А это мои друзья Рыжий и Серый, рыцари без страха и, эээ, ну с небольшими такими упрёками. Чем можем служить?

— Конспирация? Тогда зовите меня Блонда. Всё равно же так будете звать, ага? — девушка подала руку всем по очереди. Все пожали ладонь в изящной, инкрустированной камнями стальной перчатке. — Не возражаете, если я с вами? Не хочется ночью в одиночку тут ездить.

— А ты в курсе, куда мы едем? — спросил Чёрный.

— Какая разница. В нужную мне сторону, да и ладно. А мне с вами безопаснее.

— Да ну? А вдруг мы бандиты? — сказал Рыжий.

— Правда?

— А то, — подтвердил Серый. — У нас даже хрустальный порошок есть. Хочешь?..

* * *

На ночь остановились под сенью крайних елей. Чёрный принёс дров, Серый набрал хвои и валежника, Рыжий сложил какой-то хитроумный, не гаснущий дождеупорный костёр, хотя дождя не намечалось. У Блонды нашлось отличное огниво, и вскоре огонь запылал, соперничая в яркости со шкурой Черныша.

— Пора и поужинать, — сказал Чёрный.

— Только не говорите, что ужин должна готовить я как женщина! — заявила Блонда.

— Я и сам неплохо готовлю, — ответил Чёрный, доставая что-то из седельных сумок.

— И посуду мыть я не буду!

— А у нас её и нет.

— Тогда что от меня?.. Сидеть и не высовываться? Это потому что я девушка, да?

— Ты петь умеешь?

— Хм. Да, — ответила Блонда.

— Вот и споёшь нам что-нибудь. Если можно, — Чёрный распаковал мясные пироги. Серый присвистнул, вытащил бутылку вина.

— Ну хоть не порошок, — шепнул Рыжий Чёрному, в свою очередь делясь хлебом и сыром.

— Спёр на рынке, — честно признался он. — Мы ж говорили, что мы бандиты и рыцари с упрёком. А что делать, если Корона не платит?..

У Блонды нашлись печенье и лёгкий сидр.

— Вкусно. Вообще, — Рыжий посмотрел вдаль. — Помните, как здорово в столовой при дворе раньше готовили, пока повар не сбежал с годовой выручкой?.. Здоровый такой дядька был, помню, брился налысо всегда, чтоб волос в еду не ронять. Готовил потрясающе.

— Помню. Давно было, мы тогда молодые были… Но, по-моему, еда у нас сейчас не хуже. Амброзия прямо, — ответил Чёрный.

— Это да. После стольких дней нервов и скачек… Завтра доберёмся.

— Надеюсь. Таких усилий стоило выйти на Жуковых вербовщиков. Вроде разбойник, а кого попало на службу не берёт.

— Это чтоб сыскные не подобрались, — сказала Блонда. — А то ему ведь вышка с верёвкой Королём обещана.

— Да уж. А что делать, деньги где-то брать надо.

— Попытаю и я счастья с вами.

— Лады. Как доедем до мельницы, не забыть подать условный сигнал, как связной научил.

— Кстати, а кто умеет кричать как надо?..

— Я умею, — ответил Чёрный. — Расслабься. Ешь.

* * *

…Костёр трещал, огненными ножницами вырезал из тьмы танцующие тени, пытался подсветить искрами небо. Небо смотрело в ответ тысячами глаз. Рыцари и девушка, сытые и уставшие, полулежали вокруг огня. Рыжий дремал, Блонда медленно жевала пирожок. Стреноженные кони паслись в поле за дорогой. Поодаль в лесу кто-то хрустел.

— Кто это? — громким шёпотом спросила Блонда.

— Лось, — флегматично пожал плечами Серый.

— А он мясо ест?

— Кто его знает. Волосы жрёт вместо сена, это да, — с каменным лицом, не открывая глаз, ответил Рыжий.

Блондинка поперхнулась куском пирога. Чёрный отвернулся с тихим стоном.

— Фу, — сказала блондинка. — Вы считаете меня глупой?

— Не-а, — сказал Рыжий. — Я говорю, я родом с Уродского Урочища, у нас там и не такое водилось. Вот присягаю, лось старосте как-то всю шевелюру съел. Ночью. Через окно.

— Я вообще считаю, что мужчина должен быть способен защитить девушку! — противным от испуга голоском завела блондинка.

— Не бойся, у меня арбалет есть, — зевнул Чёрный.

— И вообще, мужчина должен носить девушку на руках, восхищаться ею и говорить ей только три слова — люблю, куплю, поедем! Но при этом женщина должна иметь равные права!

— Правильно, — согласились парни с важным видом. Блондинка, настроенная спорить, умолкла. Утих и лось в лесу.

— Пора и спать, — сказал Чёрный. — Ты спишь, мы дежурим по очереди!

— Это потому что я плохо дежурю? Или потому что я девушка, да?..

— Нет, это потому что по цвету волос, — сказал Чёрный. — Мы на войне так делали — рыжие дежурят на закате, темноволосые ночью, серые в предрассветный час, а беловолосые в утреннем тумане. Но поскольку снимаемся мы рано, до твоей очереди не дойдёт. Раз закат мы пропустили, Рыжий подежурит до полуночи.

— И не придерёшься к вам, — вздохнула блондинка.

— Споёшь на ночь? Пожалуйста.

— Ладно. Сейчас попробую.

Блондинка вдохнула, выдохнула и довольно мелодично и негромко затянула:

— Ну что ты про рутину-то, — прервал её Чёрный. — Спой что-нибудь романтическое, а?

— Извините. Ну ладно.

— Хорошая песня, — расчувствовался Чёрный. — Спасибо, подруга!

— Будем спать, да? — пробормотала сонная уже блондинка, приподнявшись на локтях. — Спокойной ночки!..

— Спокойной ночи, — ответили рыцари. Блондинка улеглась, и Рыжий подоткнул ей одеяло.

* * *

Наутро встали, немного хмурые, как оно бывает в такую рань, почти молча собрались, затоптали кострище и поехали дальше, к приметной горелой мельнице.

Вскоре она показалась из утреннего тумана. Вокруг, среди полевых цветов, вразнобой росли диковатые подсолнухи, на обгорелой лопасти сидел грач. Невдалеке на всхолмье, на изрытых скалах, занесённых песком, высился яркий, прозрачный сосновый лес. От мельницы к камням тянулся ложок, блестела в тени влажная болотная трава.

Когда подъехали и спешились, Чёрный подал условленный знак — закричал дергачом. Грач вытаращился на него, поднялся на крыло и улетел куда подальше. Из-за блестящего обугленного бока мельницы появилась пара человек.

Один был огромен, бородат и черноволос, в доспехе цветов побежалости. На груди немного косо было выгравировано большое рогатое насекомое.

Сам главарь разбойников, неуловимый Жук, главный фигурант Королевского розыска, появился, чтобы поприветствовать пополнение.

Второй мужичок был невелик, длиннорыл, ни стар ни молод, и носил на шее сухую щучью голову на шнурке.

— Ого-го подмога, — пророкотал Жук. — Миледи, очень приятно. Ржавый, ого-го какой у тебя конь. Будем знакомы, это Щука, мой писарь.

Рыцари и девушка поздоровались в ответ, пожали руки. Жук склонился и галантно поцеловал Блонде перчатку. Она зарделась.

— На хвосте у вас никого?

— Никого, — почти стройным хором ответили рыцари.

— Ну тогда отлично. Готовы к делам?

— Что будем делать? — поинтересовался Чёрный.

— Грабить, разбойничать, ну вы сами в курсе. А конкретнее — скоро по Шкарабанскому тракту… Простите, миледи, по Шейкербонской дороге поедет посыльный коронного ростовщика, со свитой и ящиком денег. Надо этот ящик у него забрать. План простой вроде, мужики? Миледи?

— А давайте с другой бандой объединимся! — предложил Рыжий.

— Зачем? — остальные, даже Черныш, посмотрели на него с недоумением.

— Ээээ… Ну, увеличим ряды?