Мы неоднократно писали и приводили документальные свидетельства о том, что царские власти мало, или даже вовсе не заботились о культурном и политическом росте татарского населения. В этих условиях крах старой школы был неизбежен, а появившийся на рубеже XX столетия передовые и инициативные педагоги из так называемых джадидистов («усул джадид») были недовольны этой устаревшей системой образования и стремились всячески ее перестроить. Джадидисткая реформа народного образования очень скоро стала всеобъемлющей. Она охватила не только Российскую империю, но и сопредельные территории, населенные тюркоязычными народами. Целая плеяда татарских интеллектуалов стремилась вывести национальное образование на качественно новый уровень и стала серьезной альтернативой для господствующей мусульманской старо-методной («усул кадим») системы образования.

Препятствий в области реформы национального образования было еще предостаточно, также постоянной проблемой оставалось финансирование школы. Незначительные земские ассигнования, а также привлечение средств татарских предпринимателей при отсутствии государственных средств не могли обеспечить полноценное функционирование учебных заведений. Ни в Казани, ни на территории Пензенского края, ни в общегосударственном масштабе эта проблема долгое время не решалась. Не ослабевал и контроль государственных структур над деятельностью мусульманских приходов, где, как правило, происходило обучение деревенской молодежи. Стабильные финансовые вложения на джадидские школы и создание общегубернских органов мусульманского просвещения стали возможными только в годы Первой мировой войны. Так, в циркуляре Департамента духовных дел иностранных исповеданий при МВД Российской империи в 1908 г. говорилось, что «В течение последних полутора лет в магометанских приходах Империи стал нарождаться особый класс учителей, известных под именем частных мугаллимов… Они без всякого надзора со стороны гражданского и духовного начальства занимаются обучением магометанского юношества как в учрежденных для него школах, заведующих муллами, так и в частных домах – по методу обучения, существенно отличающегося от доныне применявшегося в мусульманских школах законными их учителями-муллами». Далее в этом циркуляре говорилось об угрозе государственного порядка и вредных последствиях подобного метода обучения (ГАПО, ф. 2, оп. 1, д. 9801).

В «Списках населенных мест Саратовской губернии, 1914 г.» указано, что в 1911 г. было в Кузнецком уезде 56 татарских школ (мектебе), из них 8 школ находились в Кунчеровской волости.

В Малых Труевских Вершинах (М. Труев) функционировала 1 мечеть и 1 мектебе. В Больших Труевских Вершинах мечетей было – 2, школы-мектебе – 2.В Меняшев-Канадее – мечеть – 1, мектебе – 1. В Татарском Канадее – мечетей – 4, мектебе – 4.

Но не только власти, но сами муллы старой школы были категорически против всяких новшеств в области народного образования, хотя, надо сказать, определенные претензии и вмешательство властей были направлены также и в сторону мулл-учителей старой школы. И неизвестно, чем бы закончилось эта схватка трех противоборствующих сторон, если бы не нагрянула Октябрьская революция 1917 г. На основе указаний первого совещания по народному образованию в конце 1919 г. в стране началась интенсивная реорганизация прежней школьной системы. Была принята структура школьного обучения, заключающая в себе начальную школу (4 года обучения), семилетнюю и школу 2-й ступени (средняя школа). В основу системы обучения и воспитания были положены принципы единой трудовой школы: преподавание на родном языке, совместное обучение детей обоего пола, полная свобода от религиозного влияния, соединения обучения с общественно-полезным трудом. Дальнейшие события в татарской деревне характеризовались обилием культурно-просветительских мероприятий. Открывались библиотеки, избы-читальни, передвижные культпалатки и т. д.

Деревня впервые начала выходить из тьмы всеобщего религиозного невежества и тотальной неграмотности. Советская власть всячески стремилась приобщить татар к революционной культуре, и решала она эту проблему, преимущественно, через отделы при местных партийных организаций. С другой стороны, все еще сохранялись среди населения традиционная национальная культура, а также существенное влияние мусульманского духовенства. Новая власть практически не препятствовала мусульманам придерживаться их религии. Изучение русского языка и русской культуры отныне не рассматривалось населением, да и самими муллами как нарушение мусульманских канонов, поскольку пришло окончательное понимание, что без знания русского государственного языка совершенствование своего образования и карьерный рост станут для любого татарина беспочвенными. Очень скоро выпускники татарских школ стали получать перспективные профессии учителей, трактористов, агрономов, врачей, литераторов и др. Но при этом отметить, что национально-духовные и религиозные ценности теперь оказались оттесненными на периферию семейно-хозяйственного быта.

В июне 1924 г принимались инструкции и постановления «О преподавании мусульманского вероучения среди восточных народностей», утверждающие о том, что преподавание вероучения должно происходить исключительно в мечетях и только для учащихся старше 14-летнего возраста, имеющих свидетельства об окончании школ 1-й ступени. Разрешение на преподавание вероучения должно выдаваться лишь в случае, если здание мечети отвечает санитарным требованиям. При этом постановления Президиума ВЦИК не накладывало никаких ограничений в рамках мусульманского вероучения. Допуск на групповые занятия осуществлялся без ограничений, но с условием, чтобы под видом религиозного образования не проводились агитационные мероприятия, направленные против Советской власти. Указывалось также не ослабевать пропагаду и решительную борьбу с ростом религиозных школ через расширение сети советских школ, усиление политпросветработы и комплектования профессиональными учителями общеобразовательных школ (ГАПО, Ф-р. 1666, оп. 1, д. 4).

После 1929 г. политика в области просвещения резко поменялась: начиналась мощная агитация, направленная против влияния мусульманского духовенства в быт и образовательную сферу татарского населения. Все это сопровождалось закрытием мечетей и даже репрессиями отдельных мулл-антисоветчиков и некоторой части татарской интеллигенции. Сама пропагандистская работа властей сложилась еще в годы Гражданской войны и осуществлялась в то время через культурно-просветительские комитеты. Эти комитеты создавались без учета реальных материальных и кадровых ресурсов и, как итог, на практике не стали эффективными. Главным препятствием для успешной работы культурно-просветительских учреждений для татарского населения являлось и тогда, и сейчас отсутствие подготовленных работников и соответствующей литературы на татарском языке. Но с переходом к мирному строительству прежний стихийный характер просветительской работы не мог больше способствовать решению поставленных задач в области образования деревенского населения и, как следствие, повышению авторитета советской власти.

Иске имля, с X в.-1920 г.

Исполнительная государственная власть и некоторые представители татарской интеллигенции хорошо понимали, что одним из важнейших показателей культурного развития любого народа является письменность, а проводимая просвещенская программа требовала перехода на новый татарский алфавит. Еще в феврале 1926 г. был созван 1-й Всесоюзный тюркологический съезд в г. Баку, в котором приняли участие представители тюркских народов, в том числе ученые из Турции и Германии, а также специалисты Академии наук СССР, Научной Ассоциации востоковедения и др. С этого события начинался новый этап активного движения за латинизацию письменности тюркских народов, пользующихся арабским алфавитом. На съезде присутствовали представители всех тюркоязычных народов СССР – от татар был избран в Президиум Галимджан Ибрагимов. Среди выступающих лекторов на съезде был и казанский историк Газиз Губайдуллин.

Постановление секретариата Татарского обкома ВКП (б) о латинизации, 1926 г.

Перед делегатами стояли острые вопросы, группирующиеся, как правило, вокруг принятия формы письменности. Это были: реформированный арабский алфавит («яна имля»), а другая – латиница. Отмечалось при этом, что грамотность в тюркских республиках не превышает 10–15 % населения в то время «советская власть нуждается в грамотных специалистах». Надо напомнить, что существующий арабский алфавит приобрел официальный статус еще в Улусе Джучи (Золотой Орде) в нач. XIV в., и мусульманское население всей России использовало до этого времени исключительно арабскую графику («иске имля»).

Отмечались неудобства в использовании арабской графики, также ее сложность начертания и трудности употребления букв. Попытки модернизировать арабскую графику введением букв для гласных звуков оказались безуспешными. Поэтому началась разработка нового алфавита для тюркских народов на основе латинской графики – яналиф («новый алфавит»), который более точно соответствовал бы нормам тюркских языков. Несмотря на обращение группы интеллигенции («заявление 82-х») III Пленуму Татарского обкома партии с письмом о сохранении арабской письменности, 3 июля 1927 года Совет народных комиссаров ТАССР специальным постановлением объявил латинский алфавит официальным алфавитом татарского языка. С этого года средние и высшие учебные заведения должны были перейти на обучение на основе латинской графики, а с 1928 учебного года – все школы.

Были озвучены тезисы о том, что Октябрьская революция освободила от гнета многомиллионные массы трудящихся народов Востока, и среди них тюркские народы составляют громадное большинство. «Наконец, эти колоссальные силы, спавшие до сих пор, пробудились, и отныне каждый народ с величайшим трудом изживает то позорное наследство, которое оставил царизм. Большая неграмотность, огромное невежество и темнота, отсутствие культурных сил – все эти препятствия стоят сегодня на пути отсталых народов. Сейчас в школах, высших и низших, обучаются миллионы молодежи, обучаются на родном, понятном языке. То, что было раньше, когда господствующее правительство навязывало язык господствующей нации, это отошло в область предания. Октябрьская революция, выставившая лозунг самоопределения национальностей, дала возможность отсталым народам приобщиться к мировой культуре, прогрессу… В этой связи съезд должен поставить своей задачей дать этим народам, жаждущим света и культуры, легкую, усвояемую, упрощенную письменность. До сих пор в истории тюрко-татарских народов ни разу не имело место такое событие, как съезд представителей этих народов, для обсуждения мировых культурных вопросов, выдвинутых жизнью».

Так, докладчик Гусейнов из Баку в своем выступлении отмечал, что «Тюркские народы по своей численности занимают одно из первых мест, на территории от Алтайских гор до Крыма. Жесткий царский режим душил не только рабочих и крестьян, но и другие народы. Эта тяжесть была особенно тяжела по отношению к так называемым инородцам. Правительство вело по отношению к этим народам определенную политику обрусения. Земли Узбекистана, Туркмении, Азербайджана и Казакистана постепенно занимались царским правительством, запрещало даже произношение слова «тюрок». Это слово было вне закона… (Сегодня) тюркские народы освободились – там, где раньше была неделимая единая Россия, мы сейчас видим десятки тюркских республик, где был гнет – мы теперь видим возможность свободно самоопределиться и развивать свою культуру. В Баку царская политика велась с особой утонченностью. Здесь эта политика выражалась в том, что правительство один народ натравливал на другой, и стремилось к тому, чтобы эти народы уничтожали друг друга»[137].

Однако внедрение нового алфавита шло с большими трудностями. Документы архивов и другие опубликованные источники свидетельствуют о том, что данное преобразование в деревнях не получило большой поддержки, поскольку еще велика была «роль муллы» и «связанность старого алфавита с религией». По старому алфавиту обучалась большая часть грамотного населения деревни, что не давало возможности немедленной перестройки работы культурных учреждений.

Выпускники Т. Канадейской школы, 1936 г.

Школа в Большом Труеве существовала до революции, и до 1920 г. находилась на том месте, где сейчас находится магазин «Центральный», а ранее – универмаг. В 1920 г. здание было перепрофилировано под сельский клуб. К 1921 г. в селе открылись начальные школы, были организованы «ликбезы», построены клубы и сформированы избы-читальни. Одним из организаторов советской школы был коммунист Абдулла Ибраев.

Мектебы существовали во всех трех деревнях, но при этом наихудшее положение наблюдалось в Татарском Канадее. Здесь учились лишь 12 мальчиков и ни одной девочки, уровень грамотности в деревне составляла 3 %, в то время как в двух других она достигала 8–9 %. Всего во всех мечетях округи в 1911 г. обучались 246 мальчиков. Учительствовал в одной из них молодой мулла Юсупов Ярулла Сулейманович, известный религиозный деятель, заместитель муфтия мусульман России и Сибири, делегат многих религиозных конференций. Он окончил высшую духовную Академию г. Стамбула. После возвращения из Турции за свои средства построил и открыл в своей д. Ялгаш (Большой Труев) мектеб, где обучал детей из бедных семей, а в женских классах занятия вела его сестра Сабиря Сулеймановна и помогала Алькаева Хадича.

С 1901 г. Ярулла Юсупов стал преподавать и гуманитарные предметы. Ему помогали ученики старших классов: Ибраев Абдулла, Шамионов Айнулла, Адикаев Ярулла, Бадаев Джалял, Салихов Джамал, Зарипов Касым. В школе занимались дети наиболее обеспеченных семей из сс. Большого Труева, Тат. Канадея, Чирклея и Ахметлей. У учителя во дворе имелось отдельное помещение для девочек. Выписывались газеты и журналы на родном языке, а за обучение платили родители учащихся. Абдуллу Ибраева, как наиболее способного ученика, решили отправить обучаться в Казань, но средств для продолжения учебы у него не было. Ему на помощь пришли товарищи. В Казани он познакомился с известными людьми: Габдуллой Тукаем и Муллануром Вахитовым. Впоследствии Ибраев стал первым советским учителем села. А в 1914 г. Ярулла Юсупов получил звание ахуна.

После Октябрьской революции установились хорошие отношения с новой властью, и это позволило руководству ЦДУМ России признать за Юсуповым полномочия ахуна.

Гильман Адикаев, участник ВОВ, учитель

В 1920 г. Большетруевская школа располагалась в двухкомнатном ветхом здании, где было всего 4 класса, всего – 2 учителя: Ибраев Абдулла и Юсупов Вильдан. В комнате одновременно занимались два класса, занятия вел один учитель. Раздевалок и коридоров, разумеется, не было. Вся страна после долгих лет войны и голода только-только становилась на ноги, нужда во всем оставалась большая. Поэтому учебников, наглядных пособий, письменных принадлежностей было очень мало. Писали на грифельных досках. Одеты, обуты ученики кое-как: лапти да холщовые штанишки, но желание учиться было очень большое. Обучения детей в большинстве деревенских мектебов оставалось по-прежнему на очень низком уровне. В 1925 г. в селе была построена новая 4-классная школа, что стало большим событием. Учителями в этой школе работали: Ибраев Абдулла, Нигматуллин Гали, Юсупов Вильдан, Юсупов Джиганша, заведующим до 1937 г. оставался Абдулла Ибраев. В 1959 г. в Тат. Канадее открылась неполная средняя школа, которую возглавил З. М. Мерьякулов.

До открытия сельского клуба в 1933 г. местом отдыха и развлечений для взрослых являлась школа. Учащиеся под руководством учителей ставили спектакли и концерты. Пионерская организация производила свои сборы за поставленные концерты, но средства сдавала в фонд Международной организации помощи борцам революции (МОПР). Ученики 4-х классов активно участвовали в работе «ликбезов». До 1933 г. во всех школах трех сел было только начальное обучение. Желающие продолжить учебу учились в Кузнецкой татарской школе № 8, заканчивая которую разрешалось выпускникам поступать в техникумы или школы 2-й ступени. Но многие ученики после 4-летнего обучения не желали продолжения обучения, поскольку жизнь в селах оставалась трудной, а школы не имели средств на питание учащихся и назначению стипендий.

ЮСУПОВ Риза Тагирович (1899–1969), родился в с. Большой Чирклей Кузнецкого уезда Самарской губернии (ныне Николаевский район Ульяновской области) в семье муллы. Общественный деятель, агитатор и пропагандист народного образования, кавалер орд. Ленина (1949), участник ВОВ. Работал завучем, а затем с 1940 по 1960 г. – директором школы в с. Тат. Канадей. Начал работать учителем с 1918 г, а через год был переведен в с. Могилки (Октябрьское) на должность директора школы. Награжден медалями «За доблестный труд», «За победу над Германией», мн. грамотами и благодарностями.

В д. Малый Труев была открыта школа при мечети на средства зажиточного крестьянина М. Ямашева в 1895 г. Первая советская школа открылась в 1927 г. В 1929 г. в стране, как известно, было введено обязательное начальное образование, и в том же году построено деревянное здание школы, а директором стал Курамшин. Долгие годы школа работала в две смены, численность учащихся доходила до 170 чел. Обучение велось на татарском языке, русский язык преподавался как предмет. В годы Великой Отечественной войны заведующим школой стал У. А. Рафиков. Преподавательский коллектив в эти годы состоял из 5 учителей: З. К. Сабитов, З. М. Мямзина, М. И. Мишкина, Ф. А. Аксянова и Х. А. Рафикова. В послевоенные годы школа перешла на обучение на русском языке, а татарский язык, напротив, оставался как предмет. Когда в села подвели электричество, школа была оштукатурена и отремонтированы, был посажен яблоневый сад.

Ветераны школы: Ф. З. Ганиев (заведующий), Ш. З. Баишев, Р. Б. Мязитова, С. М. Вагапова, В. А. Исаева, Ф. Г. Хальметова, Р. Р. Рамазанова, Т. Ш. Юнусова. В 1980-е гг. учительский коллектив пополнился молодыми кадрами. Укрепилась материально-техническая база, но количество учеников снизилось до 90 чел. Заведующей школой с 1992 г. стала Н. Т. Аитова. Число учеников к этому времени стало еще меньше – от 27 до 39 чел. В 2011–2014 гг. по итогам конкурса было подписано концессионное соглашение с ИП Абузяровым Р. Ф. на строительство образовательного комплекса «Начальная школа – детский сад», объединенный со спортивным залом. Строительство детского ясли-сада на 25 мест и начальная школа на 40 учащихся имеет сегодня важное социально-культурное значение и позволяет созданию благоприятных условий всему образовательному процессу и в целом служит повышению уровня жизни жителей всех близлежащих Малого и Большого Труева и Тат. – Канадея.

1960-е гг.

До сер. 1930-х гг. в д. Якты Юл своей школы не было, ребятишек возили на лошади в Тат. Канадейскую школу, где к тому времени уже имелась семилетняя школа. В 1937 г. была, наконец, открыта своя начальная малокомплектная школа, в которой обучались 12–15 учащихся. Школа располагалась в небольшом 2-комнатном деревянном здании, построенном на средства государства. Здесь же располагалась колхозная контора, в которой заседал председатель колхоза и его секретарь, а в другой находился учебный класс. Заведующим и первым учителем Якты-Юльской начальной школы был назначен Хальметов Ахмет Зайнетдинович. В том же 1937 г. обучались 7 учеников, поступившие сразу в третий класс, а в 1939 г. они начальную школу окончили и продолжили обучение в Канадейской школе. Через год началась война. Учитель Хальметов Ахмет Зайнетдинович ушел на фронт и не вернулся. В 1941 г. в д. Якты Юл появилась новая учительница – Мишкина Марьям Ибрагимовна (Мария Ибрагимовна). Она приехала из селения Новоспасское, что недалеко от Сызрани. В учебный год она проживала в одном из домов Малого Труева, а иногда оставалась переночевать прямо в школе. Своей семьи у нее не было. Так, коллега Марьям Мишкиной Баишев Шавкят Загитович рассказывает: «Я знаю, что пройдя от Якты Юла порядка двух километров на юг, в лесной чаще, есть овраг, который жители наших сел до сих пор называют «Обоз». Там стояло небольшое поселение, состоящее из 5–6 бараков. Здесь проживали русские семьи, которые для колхоза «Евлашевский» заготавливали лес. Телеги, а зимой сани, нагруженные огромными бревнами, проезжали через Якты Юл и уходили в сторону Евлашево. Так вот, жители «Обоза» попросили Марьям Ибрагимовну обучить грамоте своих ребятишек. Она согласилась и поселилась здесь же на время в одном из бараков и стала обучать ребят.

Позднее Марьям Ибрагимовна была принята в Большетруевскую семилетнюю школу на должность библиотекаря. А заведующей начальной школы стала учительница Ляпина Сарра Аминовна, приехавшая работать в школу из Мазарлы (с. Октябрьское), и проработала она на этой должности до 1952 г. Ее сменила Юнусова Танзиля Шагиазамовна, уроженка с. Большой Труев, окончившая 1951 г. Ташкентское педагогическое училище. С 15 августа 1957 г. приказом № 109 Кузнецкого районного отдела народного образования заведующим и учителем Яктыюльской начальной школы был назначен Баишев Шавкят Загитович, проработавший на этой должности до 1971 г. После Баишева заведующей Яктыюльской начальной школой вновь была назначена Юнусова Танзиля Шагиазамовна. Но учащихся школы с каждым годом становилось меньше – жители покидали деревню. В 1972 г. школа и вовсе закрылась, учить было уже некого[138].

Ш. З. Баишев вспоминает:

«Когда в первый раз пришел на работу в школу, я заглянул в учебный класс и очень удивился. Ученических парт вообще не имелось. Посреди комнаты стоял большой обеденный стол на очень высоких ножках. Когда дети садились за стол, их даже не было видно. Тогда я начал искать парты в соседних школах. Свободные, но сломанные парты имелись в Канадейской школе. Но все лошади в колхозе заняты, мне предложили запрячь коров и доставить парты. В классе мы выстроили их в три ряда, каждый ряд означал год обучения. Я подсаживался к ученикам и вполголоса объяснял материал урока, чтобы не помешать другим «классам» выполнять работу. Ребятишек я обучал до 4 класса, затем они продолжали обучение в средней школе, открытой в 1953 г. в с. Большой Труев. До Труева расстояние было дальнее, поэтому родители заранее договаривались, кто сегодня на лошади доставит детей до школы и обратно заберет их после уроков».

В 1933 г. по решению Кузнецкого райисполкома и районо в с. Татарский Канадей была открыта школа крестьянской молодежи (ШКМ) в здании бывшей мечети. Всего в трех классах обучалось 82 ученика, они были не только из Татарского Канадея, но и из ближайших сел: Курмаевки, Яхты-Юла, Чирклея, Малого и Большого Труева. Первый выпуск ШКМ (теперь она называлась – неполная средняя школа (НСШ)) был в 1936 г. Школу окончили 16 чел. Всего ШКМ сделала 5 выпусков, последний был весной 1940 г., осенью школа была переведена в с. Б. Труев.

На фронтах Великой Отечественной войны сражались многие учителя: Адикаев Г. Я., Янов С. Г., Сунчаляев Х. И., Аитов Г. А., Жалилов К А. и др. Не вернулись с полей сражений: Измайлов Махмут, Булатов Нурали, Юмакаев Абдулла, Салихов Абдулгани. В очень трудных условиях военного времени учителя продолжали обучать и воспитывать детей, а школы испытывали недостаток топлива, учебников, наглядных пособий. В этих трудных условиях учителями работали: Юсупов Риза Тагирович, награжденный за добросовестный многолетний труд орд. Ленина, Юсупова Афифа, Юсупова Равза Ризовна, Адикаев Г.Я, Хусаинов М.Н, Хальметова И. И., Яфасова С., Каюмова Ф. А., Сабитов З. К.

Сайфуллина Р. С. (учитель родного языка) и (слева) Л. Р. Байбулатова (учитель истории)

Директор Тат. – Канадейской школы Г. И. Абубекерова

В 1963 г. в с. Тат-Канадей 8-летняя школа помещалась в небольшом здании, в доме репрессированного в 1937 г. учителя. По ходатайству родителей здание школы нарастили пристроем, провели паровое отопление и посадили сад. Восьмилетняя школа существовала до 1975 г., за 12 лет выпустила 813 чел. С 1975 г. школа стала средней, а первый выпуск 64 выпускников состоялся в 1978 г. В 1986 г. было принято решение о начале строительства новой школы и 1 сентября 1992 г. распахнулись двери на 697 ученических мест.

Сегодня в образовательной системе Большетруевского муниципального образования имени полного кавалера ордена Славы Аббяса Халилулловича Измайлова функционируют 3 образовательных учреждения (МБОУ СОШ): с. Большой Труев на 600 мест; с. Малый Труев – 40 мест; с. Татарский Канадей – 650 мест. В дошкольной образовательной системе 3 учреждения (МБДОУ): с. Большой Труев на 60 детей; с. Малый Труев – 25 детей; с. Татарский Канадей – 85 детей.

Дошкольные образовательные учреждения (детские сады) посещает 104 % детей. В МБОУ СОШ Большетруевского сельского совета учатся практически все дети соответствующего возраста. При этом вместимость школ задействована не полностью (40 %). Таким образом, школы муниципального образования удовлетворяют сложившиеся образовательные потребности и обладают достаточным запасом для дальнейшего развития территории, а детские сады необходимо расширять. МБОУ СОШ сс. Большого Труева и Тат. – Канадея включают здание школы, столовую, мастерские, систему отопления, спортивный зал. МБОУ СОШ с. Малый Труев имеет помимо всего перечисленного зал для занятий по борьбе. Учебные кабинеты оборудованы необходимыми учебными пособиями и компьютерами. Столовые оборудованы всем необходимым для приготовления и приема пищи. Мастерские оснащены деревообрабатывающими станками и инструментами. В спортивных залах имеется в достаточном количестве инвентарь и оборудование для проведения полноценных уроков физической культуры.

ТИМАЕВ Гильман Вильданович (09.11. 1965–20.02. 1985), родился в с. Тат. Канадей. Советский воин-интернационалист, участник боевых действий в Респ. Афганистан. За проявленное мужество и отвагу в боях награжден орд. Красной Звезды (посмертно).

МУСТАКАЕВ Шавкят Нуралиевич (05.08. 1962–07.08. 1983), родился в с. Малый Труев. Советский воин-интернационалист, участник боевых действий в Респ. Афганистан. Сержант, зам. командира парашютно-десантного взвода. В Вооруженных Силах СССР с апр. 1984, в сент. был направлен в Респ. Афганистан. Принимал участие в 20 боевых операциях, нередко командовал разведдозором. За героизм и мужество посмертно награжден орд. Красной Звезды. Его имя занесено в поименный список 345-го гвардейского отдельного парашютно-десантного орд. Суворова Краснознаменного полка, погибших при исполнении воинского долга в Афганистане.

ЯГУДИН Гильман Вельданович, заслуженный учитель РФ, «ветеран труда». В 1970–1971 учебном году работал учителем математики и физики в родной школе. Имеет общий педагогический стаж 45 лет, из них директором школы – 38 лет.

АБУЗЯРОВА Сания Зыевна. Работала заведующей ФАП в с. Большой Труев и с. Татарский Канадей 34 года, общий трудовой стаж: составляет 41 лет. В 1990 г. избрана главой Большетруевской сельской администрации. За многолетний добросовестный труд награждена Орденом «Знак Почета» и медалями.

СУЛТАНОВ Адгам Яхиевич. Профессор математики, д.п.н. С 1985 по 1990 г. – заведующий кафедрой алгебры ПГПУ, председатель аттестационной комиссии. Автор более 100 научных работ.

САЛИХОВА (ГАНИЕВА) Фатыма Зыевна. Проработала учителем русского языка и литературы 42 года. С 1971 по 1981 г. работала заместителем директора по воспитательной работе. Автор более 100 стихотворений и сборника «Малый Труёв – моя малая родина!». Отличник народного образования РФ, «ветеран труда».