— Хватит! — кричал дядя. — Больше никаких путешествий в деревню. До тех пор, пока не научишься себя вести.

Им уже была видна ферма. Собака, разбуженная криками дяди, принялась хрипло лаять. Фермер развернулся и закричал на пса, чтобы тот заткнулся.

— Завтра я сожгу книжки твоей матери, — сказал он уже тихим, более спокойным тоном, повернувшись обратно к племяннику.

— Нет! — Гастин бросился бежать от дяди, устремившись к сараю, где по-прежнему хранился сундук матери.

— Включая этот бестолковый путеводитель, который ты носишь за пазухой! — закричал вслед дядя. — Не думай, что я об этом не знаю! Больше никаких дурацких сказок, парень, никаких трюков! На этот раз я серьёзно!

* * *

Наверху в сарае Гастин набил изношенный заплечный мешок доверху бумагами, свитками и книгами матери. Он не хотел ничего оставлять для дядиного костра.

Вниз по лестнице он спускался с большей осторожностью, чем поднимался наверх. Двор фермы был погружён в тень. Старый пёс заёрзал, замолотил лапами в каком-то сне про охоту, и зазвенел цепью, когда Гастин прокрался мимо, но не проснулся. Даже во сне он узнал шаги мальчика.

Гастин вышел за ворота и преодолел немалое расстояние, прежде чем остановился и задумался, куда же ему идти. В деревне его все знали. Дядя станет искать там в первую очередь.

Трое искателей приключений говорили о том, чтобы вернуться в руины, как только починят меч воина. Кто знает, куда они отправятся после этого? В Глубоководье, о котором он всегда мечтал, или в другое, не менее величественное место. Конечно же, им пригодится смекалистый парень, парень вроде него, который знает несколько волшебных трюков, способных помочь им в путешествиях.

Гастин свернул с дороги, следуя по тропинке, которая вела в руины. Будучи усталым и заметив ночные тени, шепчущие в высокой траве, он решил не отправляться в руины в одиночку. Место этого он опустился на мох в корнях дерева и свернулся калачиком вокруг мешка, набитого бумагами матери.

Таким его и нашли три авантюриста – задремавшего в неподвижности позднего вечера и грезящего о Глубоководье.

Модник ткнул его пальцем, чтобы разбудить.

— Что ты делаешь, парень? — спросил он, но глаза его сверкали от смеха, и у него был такой вид, будто он знал, что ответит Гастин.

— Я пришёл, чтобы помочь вам найти сокровища, — поднимаясь на ноги, сказал Гастин со всей храбростью, на которую был способен с торчащей из волос травой и сухими листьями, забравшимися под рубаху.

— Откуда ты знаешь, что мы ищем сокровища? Или что нам нужна твоя помощь? — спросил дварф, лицо которого было суровее и подозрительнее, чем у товарищей.

— Вы сказали… прошлой ночью… ну, я так подумал, — промямлил Гастин, глядя себе под ноги и размышляя, не поспешил ли он с выводами.

— Конечно, мы ищем сокровища, — сказал Неральтан. — Что ещё нам троим здесь делать? Парень слишком умный, чтобы мы могли его обмануть.

Модник кивнул товарищам поверх головы Гастина.

— Мы рады твоей помощи, молодой волшебник — очень рады.

— Я не волшебник, — быстро ответил Гастин. — Но я знаю эти руины.

— А твой дядя знает, что ты здесь? — спросил Вервин. Воин казался обеспокоенным и нахмурился, когда Гастин покачал головой. — Может быть, тебе стоит вернуться на ферму, мальчик.

— Ерунда, — ответил за него Неральтан. — Жажда приключений в парне слишком сильна, чтобы он удовлетворился жизнью на какой-то ферме. Веди, парень, веди. Если найдём наш приз — его хватит на всех.

Гастин повёл троих мужчин к развалинам. Лес гудел от обычных звуком тёплого осеннего дня – брачных криков птиц, глубокого гомона лягушек, жужжания насекомых. Все звучало так обыкновенно, что Гастин остановился.

— Что такое? — спросил модник.

Гастин пожал плечами. Он чувствовал, что у него по позвоночнику расхаживает дюжина мурашек. Кожу щипало, и он никогда не ощущал ничего подобного.

— Мы идём вперёд или идём назад? — спросил Таппер.

— Вперёд, — ответил модник, чуть подтолкнув Гастина в спину. — Пойдёмте, любезный, пойдёмте.

— Что-то не так, — сказал Гастин.

— Что?

Он покачал головой. Неожиданно он задумался, не стоило ли прислушаться к дяде и остаться дома. А потом он устыдился своей трусости. Вот он, так близко к тому, чтобы отыскать утраченные сокровища, и он дрожит, испугавшись нескольких птиц, поющих в переплетённых над головой ветвях.

В ответ на эту мысль Гастин испустил вздох облегчения и озарения.

— Это птицы, — сказал он трём авантюристам, глядящим на него. — Птицы. Неподходящее время года. Они не должны так петь.

И как только он это сказал, лес затих. Не было слышно ни чириканья, ни щебетания.

Воин достал свой восстановленный меч из ношен с шипением хорошо смазанной кожи.

— Оно близко, — сказал он друзьям.

Таппер принялся оглядываться по сторонам.

— Держитесь вместе. Не выпускайте никого из виду.

Гастин посмотрел на троицу, окружившую его тесным кольцом.

— В чём дело? – спросил он с пугающей уверенностью, что если получит ответ, то он ему не понравится.

— Никаких поводов для беспокойства, — сказал с напряжённой улыбкой Наральтен. — Иди, парень, иди дальше. Видишь, там у основания стены — дыра. Она слишком маленькая для нас, туда даже Таппер не пролезет. Но ты сможешь заползти внутрь…

Слева раздался вопль. Он звучал удивительно похоже на крик его дяди: «Гастин! Гастин!»

По привычке Гастин почти что зашагал на крик в самую густую часть леса, но Таппер схватил его за рубаху и оттащил назад.

— К стене, парень, к стене.

Снова воцарилась тишина. Гастин прислушивался, но больше ничего от дяди не слышал. Может быть, дядя повернул назад и принялся искать его у дороги.

Они достигли стены руин. Это место казалось холоднее, чем раньше, и более угрожающим, чем в его памяти, к основанию стены цеплялись тени, создавая глубокий сумрак в оставшихся без крыши помещениях заброшенного форта.

Высоко над головами замяукал котёнок — потерявшийся звук. Бедняжка, подумал Гастин, наверное забрался на стену и застрял. Он любил котов и зачирикал, надеясь выманить котёнка.

— Тихо! – Неральтан закрыл ему рот ладонью. — Не зови его.

Гастин вырвался и с подозрением уставился на модника.

— Почему это я должен бояться заблудившегося котёнка?

— Никакого не котёнка, — буркнул Таппер, нервно оглядываясь. — Оно только звучит, как котёнок. Когда не пытается звучать похоже на твою мать.

— Или стайку птиц, — добавил воин, прижавшийся спиной к стене и вглядывающийся вглубь леса.

— Так вот, насчёт этой дыры, — сказал Неральтан. У основания стены была дыра, недавно вырытая, как определил по свежим комьям земли Гастин. Как и говорил модник, дыра была небольшой, каменные блоки стены не позволяли сделать её шире.

Гастин опустился на живот и заглянул внутрь. Он щёлкнул пальцами, сосредоточившись на полезном заклинании, которому научила его вдова, и создал огонёк. Небольшой светящийся шар скатился с его руки и упал в дыру. Он исчез в помещении, расположенном прямо под стеной.

— Безопасная комната. Раньше такая была в каждом из этих маленьких фортов. Место, где прятали сокровища, — объяснил Таппер, наклонившись над плечом Гастина. —– Обычный путь внутрь… ну, мы не смогли им воспользоваться. Так что я обошёл форт с другой стороны и проломился через крышу. Но лаз слишком узкий, чтобы кто-то из нас смог протиснуться.

Воздух в дыре казался спёртым, сырым, похожим на могилу.

— Там внизу что-то есть? — спросил Гастин. Кончик его чувствительного носа уловил ещё один запах, похожий на запах животного, но опознать его мальчик не смог.

— Сейчас — ничего, — сказал Неральтан

— Сейчас оно снаружи, — добавил Вервин. Воин отвернулся от стены и оглядывал широкую каменную лестницу, вьющуюся вокруг башни до прохода на вершине стены.

— Давай, полезай, — модник легонько подтолкнул Гастина сзади. — Ищи шкатулку, небольшую золотую шкатулку с бриллиантами по краю крышки. Этого хватит, чтобы оплатить наш путь в Глубоководье.

Тени позднего дня тянулись от деревьев к основанию форта подобно длинным чёрным пальцам, тянущимся к авантюристам, стоящим вокруг Гастина.

— Поторопись, — сказал Неральтан. — Здесь лучше не задерживаться.

Впервые за свои десять лет Гастин захотел оказаться на ферме, чтобы дядя ругал его за невыполненную работу по дому.

Он скользнул в нору головой вперёд, вытянув перед собой руки, как пловец, толкающий себя вперёд. Его ноги брыкались в воздухе снаружи, пока кто-то не схватил его за лодыжки — наверное, Неральтан, — и не протолкнул внутрь. Гастин скользнул вперёд, сосредоточившись на своём заклинании света. Слабое мерцание начало крепнуть перед ним.

— Что ты видишь? — в его ушах крик звучал очень далеко и приглушённо.

— Ничего! — крикнул он в ответ.

Затем он выскочил, как пробка из бутылки, выкатившись из тоннеля на грязный, вонючий пол помещения под стеной. Груды мусора смягчили его падение. За что он был благодарен ровно до тех пор, пока не упёрся рукой в полусгнивший мышиный трупик. Взвизгнув от отвращения, он откатился — только затем, чтобы приземлиться на более крупную груду костей, которые затрещали и захрустели под его небольшим весом.

Гастин торопливо вскочил на ноги и выплюнул быстрый приказ своему заклинанию. В мерцающем свете, который он заставил проплыть в центр комнаты, он сумел различить рёбра, кости ног и несколько позвонков. После мгновения тошноты он пришёл к выводу, что это останки потерявшейся овцы, а может быть — телёнка. Это точно не мог быть десятилетний мальчик. В конце концов, он бы узнал, потеряйся кто-то его возраста из деревни. Даже случись это много лет назад. По крайней мере, так он твёрдо заявил себе.

Гастин начал ногами разбрасывать мусор, разыскивая золотую шкатулку, о которой говорил Неральтан. Вокруг не было ничего блестящего или сверкающего. Описав быстрый круг по комнате, он решил, что поиски безнадёжны и лучше вылезти наружу, неважно, что там рыщет среди деревьев.

Он подошёл обратно к дыре, через которую проник внутрь, и обнаружил, что не может до неё дотянуться. Даже собрав крупные кости, сухие листья и другие куски мусора в груду под дырой, он всё равно не смог до неё достать.

— Помогите! — крикнул он. — Мне нужна верёвка!

Ответа не было.

Гастин позвал снова, громче и тревожнее.

Слабый кашель раздался где-то над головой, и он услышал голос Неральтана:

— Где ты, парень? Куда ты пропал?

Голос модника был приглушённым и странно искажённым, и — Гастин невольно вздрогнул — слишком нетерпеливым. Особенно для человека, который точно знал, где он. В конце концов, это Неральтан пропихнул его в дыру.

Вся магия, которой только обладал Гастин, стала покалывать его позвоночник. Что-то было снаружи, и оно хотело причинить ему вред.

Что-то принюхалось у дыры, ведущей в безопасную комнату. Что-то зацарапало камень и землю. как будто что-то слишком крупное для дыры пыталось прорыться внутрь.

Гастин сделал глубокий вдох и сосредоточился так, как никогда раньше не сосредотачивался. Потом он открыл рот, позволил своему голосу выплыть наружу, прочь от него, используя то же самое заклинание, которое напугало авантюристов в таверне.

— Я здесь! Я здесь!

Если заклинание сработало, его голос должен был звучать с самой вершины рассыпающейся башни форта.

Он задержал дыхание, оставаясь совершенно неподвижным. В отдалении он услышал шорох удаляющегося тяжёлого тела.

Вервин сказал, что они нашли проход, но не смогли им воспользоваться. Не замок и не запертая дверь, решил Гастин. Но существо, охотящееся в туннелях под фортом? Не это ли прогнало авантюристов на поверхность, что привело к этой второй, напрасной попытке использовать его, чтобы ограбить тайную комнату?

Он бросился через всё помещение, провёл руками по сырым и грязным стенам. Его ладони встретили твёрдый камень. Он описал круг по комнате, тяжело колотя по стенам, пиная фундамент, разыскивая любые следы двери в гаснущем свете своего заклинания.

Он едва не ввалился в дверь, когда нашёл её. Трухлявое дерево, раскрашенное под камень, поддалось под его отчаянными ударами. Он пробил достаточно большую дыру, чтобы протиснуться, и нашёл себя у основания голой каменной лестницы, изгибающейся в сторону главных ворот форта.

Стараясь шагать как можно тише, Гастин поспешил по лестнице, чтобы подняться, задыхаясь, на вершину. Судя по наклону теней, закрывающих двор, он пробыл под землёй около часа, может быть даже меньше. Однако он остро чувствовал неестественную неподвижность леса вокруг руин. Не чирикали птицы, не жужжали насекомые.

Над головой он услышал крик, едва не заставивший мальчика показаться из-за своего укрытия у вершины лестницы. Потом он понял, что это его собственный голос, по-прежнему эхом звучащий среди камней:

— Я здесь! Я здесь!

— Где ты, парень? Почему ты прячешься? — над головой прошла массивная тень, когда что-то крупное и звериное зацокало по проходу на вершине крепостной стены. Голос принадлежал Неральтану, но тень, отбрасываемая в лучах заходящего солнца на заваленный двор, была слишком крупной, чтобы принадлежать стройному мужчине.

Гастин залез под сломанную арку главных ворот. Он скользнул вокруг основной колонны, прижимаясь к стене и надеясь, что существо, которое рыскало наверху, не станет смотреть вниз.

Лес очень близко, твёрдо сказал он себе. Нужно было всего лишь пробежать небольшое расстояние без укрытий, прежде чем он сможет затеряться в дружественной тени деревьев. Что бы ни охотилось за ним на вершине стены, наверняка не сможет спрыгнуть вниз и поймать его до того, как он достигнет деревьев. В голове все эти аргументы казались очень весомыми, но он не мог убедить своё дрожащее тело покинуть относительную безопасность стены.

Потом он вспомнил, как Неральтан протолкнул его в дыру, нервно оглядываясь по сторонам.

Гастин посмотрел в сторону дыры, через которую проник внутрь форта. Он легко мог различить горки вырытой земли у стены. С такой же лёгкостью он мог различить силуэт сапога у стены. Он был очень похож на ногу Неральтана. Признаков остальных частей модника нигде не было видно. Только одна нога, прислонившаяся к заляпанной кровью стене.