На низком очаге стоит большой котел на огне, в поднимающемся от него пару являются различные образы. Мартышка сидит около котла, снимает пену, заботясь, чтобы он не ушел (перекипел). Мартын (самец) греется подле. Стены и потолок убраны странной утварью колдуньи.
Фауст и Мефистофель.
Фауст
Все это волшебство — уродство!
Скажи, такое сумасбродство
Способно ль исцелить меня?
Какой совет старуха дать мне может?
И точно ль эта пачкотня
С костей моих лет тридцать сложит?
Пропал я, если нет тут помощи иной!
Уж я отчаиваюсь прямо.
Ужель природа или дух благой
Такого не нашли бальзама?
Мефистофель
Опять разумна речь твоя!
В природе средство есть снять лет твоих вериги;
Но эта странная статья
Написана в особой книге.
Фауст
А как?
Мефистофель
Без ведьм и докторов,
Без всяких денег на расплату!
Ступай ты в поле; будь готов
Там взять топор или лопату.
Воздерживай себя и телом, и умом
Ото всего, что не твое жилище;
Несложною питайся пищей,
Живи среди скота и сам как зверь,
Сам не стыдись свое навозить поле;
Вот средство лучшее, поверь,
Прожить лет восемьдесят боле!
Фауст
Так жить я не привык; не мог я и от скуки
Взять никогда лопаты в руки,
И узость жизни мне тошна.
Мефистофель
Так ведьма все-таки нужна!
Фауст
Зачем старуху эту брать!
Иль ты сварить питья не можешь?
Мефистофель
Охота время мне терять!
Ведь той порой мостов пять тысяч сложишь[64].
Тут мало знать или уметь,
Терпенье нужно тут иметь.
В теченье многих лет оставить во вниманье;
Броженью время лишь дать силу в состоянье.
Предметов разных нужно тьму.
Никто так скоро их не сложит!
Хоть черт наставил их уму,
А сам-то сделать черт не может.
(Указывая на зверей.)
Вот пара — любо-дорога!
Вот и служанка! Вот слуга!
(Зверям.)
Хозяйки, видно, дома нету?
Звери
По свету,
Гулять захотела,
В трубу улетела!
Мефистофель
Когда ж ей снова прилететь?
Звери
Успеем лапы отогреть.
Мефистофель
(Фаусту)
Ну, что же? Нравятся ли звери?
Фауст
Уж, верно, гаже не найду!
Мефистофель
Нет, разговор, какой теперь веду,
Мне больше нравится всего, по крайней мере.
(Зверям.)
Ну, говорите, как ни глупы,
Какой взболтали там припас?
Звери
Мы варим нищенские супы.
Мефистофель
Большая ж публика у вас.
Мартын
(подходит и ласкается к Мефистофелю)
Костей кидай,
И проиграй
Мне только денег груду!
Все только прах;
А при деньгах
Я тоже умник буду.
Мефистофель
Ведь как бы эту харю одолжили,
Когда б в лото ей ставку предложили!
(Молодые мартышки играют большим шаром и выкатили его.)
Мартын
Вот вам и свет.
Задержки нет,
Бежит поныне.
Стеклянный звон,
Но хрупок он.
Пусть в середине.
Блестит с боков;
Но прочь готов
Я, по причине.
Сынок, играть
Оставь опять!
Знать вам неймется!
Тут глина, — глядь,
И разобьется.
Мефистофель
На что решето?
Мартын
(снимает его)
Про вора взято;
Сейчас его признаю.[65]
(Бежит к мартышке и заставляет ее смотреть в решето.)
Гляди в решето!
А вор-то кто?
Назвать запрещаю!
Мефистофель
(приближаясь к огню)
Горшок зачем?
Мартын и мартышка
Он дурень совсем!
Горшок, вишь, зачем?
В котел-то вглядися.
Мефистофель
Невежа, смотри!
Мартын
Ты веник бери,
На кресло садися.
(Принуждает Мефистофеля сесть.)
Фауст
(стоящий это время перед зеркалом, то приближаясь, то отходя от него)
Что вижу я? Какой здесь лик небесный
В волшебном зеркале увидел я![66]
О, дай, любовь мне твой полет чудесный,
Чтоб унестись за ней, в ее края!
Ах, если я хоть на мгновенье
Дерзаю подступать к стеклу,
То исчезает, как во мглу,
Прелестной женщины виденье!
Как ей воздать достойную хвалу?
Не познаю ли всех небес я отраженье
По распростертому здесь телу одному?
Возможно ль на земле ее сыскать?
Мефистофель
Что ж, если Бог шесть дней трудился,
И крикнуть браво сам решился,
Тут можно толку ожидать.[67]
На этот раз ты налюбуйся ей;
Тебе такое золотце открою,
И тот блажен, кому дано судьбою
Назвать ее невестою своей!
(Фауст все еще смотрит в зеркало.)
Мефистофель
(потягиваясь в кресле и играя веником, продолжает говорить)
Я как властитель здесь сижу на троне;
Вот скипетр мой и дело лишь в короне.
(Звери, исполнявшие досель различные странные телодвижения, с великим криком подносят Мефистофелю корону.)
Звери
Ты кровью той склей,
Да потом скорей
Корону с зубцами!
(Разламывают ее надвое, неуклюже с нею обходясь, и прыгают с половинками.)
Теперь не сберем!
А мы-то орем,
И даже стихами!
Фауст
(против зеркала)
С ума сойду! Безумство началось.
Мефистофель
(указывая на зверей)
И у меня башка того гляди, свернется.
Звери
А если пришлось,
И нам удалось,
За мысли сочтется.
Фауст
(как прежде)
В груди огонь! В глазах виденье!
Бежать отсюда поспеши!
Мефистофель
(как прежде)
По крайней мере, нет сомненья,
Они поэты от души.
(Котел, за которым мартышка до сих пор не смотрела, начинает перекипать, возникает большое пламя, подымающееся в трубу. Ведьма спускается по пламени со страшным криком.)
Ведьма
Ау! Ау! А вот и я!
Ах, ты проклятый зверь! Свинья!
Забыл котел! Спалил меня!
Проклятый зверь!
Кто в эту дверь?
(Завидев Фауста и Мефистофеля.)
Кто здесь теперь?
Как смели к нам?
Что нужно вам?
Ах, сто чертей
Вам до костей!
(Она опускает уполовник в котел и брызжет пламенем на Фауста, Мефистофеля и зверей. Звери визжат.)
Мефистофель
(перевернув метлу, которую держит в руке, бьет по склянкам и горшкам)
В кусочки, — глянь!
Всю эту дрянь,
Ты, шельма, не робей,
Я пошутил,
Я такт пробил
К мелодии твоей!
(В то время, как ведьма, в злобе и ужасе отступает.)
Признала, что ль,
Ты шкура, кто я сам?
Владыка твой, я милостив уж слишком;
Пойду тузить по всем углам, —
Конец тебе и всем твоим мартышкам!
Иль красного плаща не признаешь?
Петушьего пера ты не узнала?
Чтоб назвался я, видно, пожелала?
Или лицо мое не то ж?
Ведьма
Затменья, господин, простите миг единый!
Ведь я ноги не вижу лошадиной,
И пары воронов тут нет[68].
Мефистофель
Прощаю дерзостные речи;
Действительно с последней встречи
С тобой прошло немало лет.
Да и культура, — свет сначала,
Затем и черта прилизала.
И призрак Севера не бродит между нами.
Куда девался хвост, с рогами и когтями?
Зато с ногою мне возиться суждено,
И на людях она смущала;
Так икры я завел фальшивые давно,
Как носит юношей немало.
Ведьма
(пляшет)
Схожу с ума — и стариной тряхну,
Как вижу я их милость сатану!
Мефистофель
Не смей меня ты звать, как в старину.
Ведьма
Чем это имя гнев могло ваш заслужить?
Мефистофель
Оно уж баснь, и все над ним смеются;
Но людям оттого не лучше стало жить:
От злого отошли, а злые остаются.
Я господин барон, — ты уши приготовь,
Я кавалер, каких и мало.
Высокая во мне (сама ты знаешь) кровь;
А вот и герб мой, — чай, видала?
(Делает неприличное движенье.)
Ведьма
(заливаясь смехом)
Ха, ха! Да с вами тут беда!
Вы сорванец, — и были им всегда!
Мефистофель
(Фаусту)
Вот, друг, ты можешь поучиться,
Как надо с ведьмой обходиться.
Ведьма
Скажите, чем служить вам, господа?
Мефистофель
Известного нам соку дай сюда!
Но я прошу, какого нету старе;
Удваивают силы в нем года.
Ведьма
Охотно! Я бутылку знаю,
Я и сама к ней припадаю,
Уж нет и вони в ней, так сок-то притомлен,
Стаканчик я налью, — и выпьет, не услышит.
(Тихо.)
Но если будет пить без подготовки он,
Вы сами знаете, он часу не продышит.
Мефистофель
Мы с ним приятели, из кухни мне твоей
И угостить его не жалко на здоровье.
Круг обводи, проговори присловье,
И чашку полную налей!
Ведьма со странными телодвижениями обводит круг и ставит в него разнообразные вещи. Склянки начинают звенеть, котлы звучать, и составляют музыку. Наконец она приносит большую книгу, вводит мартышек в круг и заставляет спинами поддерживать книгу, держа факел. Она дает Фаусту знак подойти.
Фауст
(Мефистофелю)
Скажи мне, сделай одолженье,
Что за безумные движенья?
Все надувательство одно,
Оно противно мне давно.
Мефистофель
Эх, вздор! Все на смех лишь от скуки.
Не будь так неуместно строг!
Как врач она выкидывает штуки,
Чтоб сок тебя оправить мог.
(Он принуждает Фауста вступить в круг.)
Ведьма
(с большим одушевлением читает по книге)
Зачем чудесить,
Один будь десять,
Как два уйдет,
В трех будет чет.
Считай, не бойсь!
Четыре брось!
А пять и шесть
Велят зачесть
За семь, да восемь,
Хоть ведьму спросим!
А девять, десять
Забрось сперва.
Вот это ведьмам дважды два!
Фауст
Старуха бредит, знать, в припадке.
Мефистофель
О, это лишь одни начатки;
Вся книга так известна мне.
Я изучал ее: успех черезвычайный!
Противоречие вполне
И умным и глупцам навек пребудет тайной.
Любезный друг, тут все искусство в том,
Чтоб, как велось и вдревле без сомненья,
Одним ли трех, тремя ль в одном,
За правду выдать заблужденье.
И вот пойдет болтать пустая голова.
С глупцами спор плохой; их племя так сердито
А человек привык, услышавши слова,
Предполагать, что тут и мысль должна быть скрыта.
Ведьма
(продолжает)
Хоть знанья власть
Нам не под масть.
Себя напрасно мучишь!
Но думать брось, —
И принеслось,
Все без труда получишь.
Фауст
Какой она там мелет вздор?
В мозгу трещать уж начинает.
Мне кажется, что целый хор
Ста тысяч дураков болтает.
Мефистофель
Довольно, дивная сивилла!
Неси, коль соку нацедила.
Налей нам чашу по края!
Приятелю твой сок не причинит худого:
Он муж достоинства большого,
И сам не прочь был от питья.
Ведьма с большими церемониями наливает сок в чашу. Когда Фауст ее подносит к устам, появляется небольшой огонь.
Мефистофель
Пей, пей! Все детские мечты!
Сейчас все радости на сердце устремятся.
Сошелся с чертом ты на ты,
И станешь пламени бояться?
(Ведьма разрушает круг. Фауст выходит.)
Мефистофель
Теперь и вон! Тебе нельзя стоять.
Ведьма
Мой сок во здравие; господ я не обижу!
Мефистофель
(ведьме)
Ты, если вздумаешь за труд свой получить, —
Так на Вальпургии увижу.
Ведьма
Вот песенка! Споете в час иной,
Она подействует незримо.
Мефистофель
(Фаусту)
Ну, поскорей иди за мной;
Тебе вспотеть необходимо,
Чтоб сила-то насквозь могла тебя пробрать.
Потом уж ты покой познаешь благородный,
Затем почувствуешь ты в радости свободной,
Как станет купидон рождаться и скакать.
Фауст
Но в этом зеркале как образ тот оставлю!
Позволь взглянуть хоть под конец!
Мефистофель
Нет, нет! Я вскорости доставлю
Тебе живьем всех женщин образец.
(Тихо.)
С напитком этим будешь с жаждой
Елену видеть в бабе каждой.