Всю дорогу до больницы они молчали. Егор тоже казался напряженным. Даша наблюдала за ним украдкой и ощущала, как внутри нарастает плохое предчувствие. Почему он такой странный? Из-за чего ему напрягаться? Неужели из-за обещания отпустить ее домой? Передумал и теперь боится скандала? Или же того, что если отпустит, она сможет сбежать? Эта неизвестность лишь еще больше нагоняла суеты.

На кушетку Даша ложилась уже на грани нервного срыва, так как накрутила себя до невозможного. И когда врач поднес к ее животу прохладный датчик, вздрогнула, испугавшись.

– Дарья Петровна, расслабьтесь, пожалуйста. Не стоит так нервничать, – строго велел Геннадий Анатольевич.

Она глубоко вздохнула и постаралась расслабиться, но, случайно посмотрев на Егора, снова напряглась. Тот стоял в сторонке с каменным лицом, будто готовясь к тому, что сейчас ему сообщат какую-то ужасную весть. Губы были плотно сжаты, брови хмуро сошлись на переносице, а скулы периодически подрагивали. Когда их взгляды неожиданно встретились, Дашу словно ударило током: его глаза стали практически черными. Пугающе черными...

Она отстраненно слушала врача и сжимала кулаки так сильно, что короткие ногти до боли впивались в ладони.

– Мои худшие опасения подтвердились, – произнес Геннадий Анатольевич, сосредоточенно разглядывая монитор аппарата УЗИ. – К сожалению, плацента так и не поднялась, как мы того ожидали. Сейчас проведем трансвагинальное обследование и тогда уже будем делать окончательные выводы, – сообщил доктор озадаченно и обратился к мужчине: – Егор Александрович, Вам придется немного подождать в коридоре.

Даша настороженно приподнялась. Что значит «трансвагинальное обследование»? И следом, запоздало, до нее дошли слова доктора: «Худшие опасения подтвердились». Сердце в груди тревожно сжалось. Ребра, словно костлявые пальцы, сдавили легкие, не позволяя ей нормально дышать. Она испуганно посмотрела на Егора, будто надеясь получить от него какие-либо пояснения, но тот, немного помешкав, молча вышел из кабинета.

– Что с моим ребенком? – дрожащим голосом обратилась она к врачу.

– С девочкой все хорошо, не беспокоитесь, – попытался успокоить девушку Геннадий Анатольевич, но паника почему-то ни на миг не отступала. – Дарья Петровна, немного успокойтесь и спустите, пожалуйста, брюки до колен.

– Зачем? – окончательно растерялась девушка.

– Вас разве прежде не обследовали вагинально?

– Нет…

– Понятно. Не бойтесь, это не страшно и совершенно безболезненно, – пояснил врач и продемонстрировал ей удлиненный датчик.

Даша посмотрела на прибор в его руках и покраснела. К такому повороту она была совершенно не готова. Оголяться перед мужчиной, пусть даже врачом, ей просто не позволяла совесть.

– А без этого никак? – спросила Дарья сконфуженно.

– Дарья Петровна, никак. Мне нужно посмотреть, полностью или частично плацента перекрывает родовые пути. От этого зависит дальнейший процесс родов. Не стесняйтесь и не воспринимайте меня как мужчину. Я Ваш врач, и нам еще рожать вместе, – улыбнулся он добродушно. – Перед Вами у меня сегодня уже было пять пациенток и после Вас будет еще столько же. Если Вам настолько сложно, закройте глаза и думайте о своем ребенке.

Даше ничего не оставалось, кроме как послушаться. Сгорая от стыда, она опустила брюки и зажмурилась. Девушка вздрогнула в тот момент, когда холодный датчик коснулся плоти и вошел внутрь. Она сжала зубы до скрипа, так как процедура оказалась довольно неприятной. Не болезненной, конечно, но все же вызвала непонятное отвращение…

Когда все закончилось, девушка поднялась на ноги и попыталась прийти в себя. У нее было такое ощущение, что разделась она не перед доктором, а оголилась перед целой толпой.

Геннадий Анатольевич пригласил Егора обратно в кабинет, и Даше стало еще более некомфортно. Ее щеки по-прежнему пылали.

– Ну что ж, будущие родители, присаживайтесь, – предложил врач, видимо, заметив их нерешительность. – Не буду тянуть время, а перейду сразу к делу. Плацента, к счастью, частично перекрывает зев шейки. Это означает, что возможны как естественные роды, так и кесарево сечение. На усмотрение врача. И я все же склоняюсь к кесареву, дабы избежать осложнений во время родов. У вас таз узковат, и плод к тому же не маленький.

– А какие могут быть осложнения при родах? – поинтересовалась Даша, не скрывая страха.

– В редких случаях может произойти отслоение плаценты и начаться кровотечение, – пояснил врач, и от слова «кровотечение» у нее сразу же закружилась голова. – Риск есть всегда, поэтому я рекомендую плановое КС в тридцать восемь недель. До этого будем постоянно наблюдаться, чтобы исключить гипоксию плода и отслоение плаценты. Даже, знаете, я бы советовал Вам лечь к нам на сохранение до родов. Здесь Вы будете под постоянным наблюдением.

Даша машинально посмотрела на Егора. В памяти всплыл их вчерашний разговор: «Если все будет хорошо, ты сможешь уехать домой». А если не будет? Почему она не спросила об этом сразу? Наверное, даже не предполагала такого варианта... А он, похоже, знал… Ее неожиданно осенило. Не Егор ли все специально подстроил?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Геннадий Анатольевич, мы можем, пожалуйста, остаться наедине? – обратилась девушка к врачу.

– Да, конечно, – согласно кивнул он головой и вышел из кабинета.

– Просто гениально! – воскликнула Даша, метнув злой взгляд на Егора.

– Не понял? – отшатнулся тот, еще сильнее нахмурившись.

– Зато я все поняла! – она вскочила на ноги и угрожающе нависла над ним. – Вот в какую игру ты, значит, решил сыграть? Упрятать меня в больницу захотел? Все продумал! Даже диагноз ложный врача заставил поставить, только лишь бы домой меня не отпускать.

– Что ты опять несешь? – зашипел он, поднявшись со стула. – Куда упрятать? Какой диагноз? Ты сама себя слышишь?

– Я сразу не поверила! Знала, что есть подвох. Хорошим решил прикинуться, втереться в доверие. Навешал мне лапши на уши. Можно подумать, я идиотка, чтобы повестись на твои сказки! – обвиняла девушка, побагровев от ярости.

– Значит так, – зарычал Егор, схватив ее за плечи. – Ничего подобного я не делал! Ясно? Все, что сказал врач, – правда. Что вообще у тебя в голове, не понимаю?

– Так я и поверила! – бросила она с ненавистью ему в лицо. – Ты вчера несколько раз повторил: если все будет хорошо, можешь возвращаться домой. И упс, не хорошо! Значит, и домой не надо отпускать. И слово свое ты как бы сдержал. И от меня избавишься, упрятав в больницу! Не прокатит!

– Боже, да с твоей фантазией только книги писать, – ухмыльнулся Егор, убрав от нее руки. – Давай успокаивайся уже. Это называется: сама придумала и сама обиделась. Повторяю, ничего подобного нет. Можем сейчас же поехать в любую другую клинику и обследоваться. И я слова не сказал про то, чтобы ты легла в больницу. Это предложил врач.

– Просто не успел сказать, я не дала! – отрезала Даша, по-прежнему не веря ему.     – Давай поедем в другую больницу. Я сама выберу, без тебя, чтобы ты не успел ничего подстроить.

– У тебя точно паранойя, – усмехнулся он раздраженно.

На мгновение Даше показалось, что у него дергается правый глаз. Ничего! У нее уже все нервные клетки вибрируют от напряжения. Еще эту маску непроницаемую нацепил на лицо, будто и вправду ничего не знает. Весь такой белый и пушистый! Нет, она больше никогда не попадется в его капкан, не поверит, пока сама не убедится в этом окончательно!

– Хорошо, собирайся, поедем! – согласился Егор неожиданно и торопливо добавил: – Выберешь клинику по дороге.

35 ГЛАВА

ДАША

– Остановись вон там, – она указала на здание с большой вывеской «Кабинет УЗИ».

– Уверена? – с сомнением уточнил Егор. – Что-то не внушает это место мне доверия. 

– Уверена. Не всем же простым смертным ходить в элитные клиники, – ответила она без малейшего колебания. – Ты жди здесь, я сама справлюсь, – скомандовала девушка, выбираясь из машины. Отойдя на несколько шагов, она обернулась, услышав, как он ее окликнул:

– Деньги нужны? Платить чем будешь? 

Даша замешкалась, с сожалением вспомнив, что забыла взять кошелек. Она вернулась к машине и молча приняла протянутую им в опущенное окно карту. 

ЕГОР

Мужчина ждал ее, раздраженно поглядывая на часы. Еще минута – и он сам пойдет в этот чертов кабинет УЗИ. Да, что можно делать там так долго? Неужели полчаса не хватило на обследование? 

Только он взялся за ручку двери, как увидел Дашу, выходящую из клиники. Она спустилась с порога и застыла, не шевелясь, будто забыла, куда ей идти. Егор подождал несколько секунд и вышел из машины, быстрым шагом направившись к ней. Он остановился напротив и нахмурился. В ее глазах блестели слезы. 

– Что? – нетерпеливо спросил он и услышал надрывистый шепот:

– Здесь сказали, что ситуация еще хуже… Если начнется отслойка, мы можем… умереть… – выдохнула девушка и сжалась, как-то неестественно уменьшившись в размерах. – Ребенок… Я… 

– Черт! – выругался он злобно. – Я их уничтожу! 

Он ринулся было к входу в клинику, но Даша остановила его, схватив за рукав. 

– Не нужно, – попросила она жалобно, а в глазах проскальзывала мольба. 

– Ладно, потом разберусь, – прорычал мужчина сквозь зубы и повернулся к ней. – Успокойся, слышишь! Все, что тебе там наговорили, полный бред. Тебя наблюдает лучший врач в городе, так что беспокоиться не о чем. Я и сам хорошо изучил эту тему, пообщался с разными специалистами. Сделают кесарево – и ты даже не почувствуешь. Все будет хорошо! 

– Не будет, – отрицательно качнула головой девушка и всхлипнула. – Нельзя кесарево…

– Почему это? – не понял Егор и опустил взгляд на ее бледную руку, все еще продолжающую сжимать его рукав. 

– У меня аллергия на наркоз, – выдавила она не своим голосом. 

– В смысле аллергия? – отшатнулся он, словно получив удар обухом по голове. 

– Какой может быть смысл? – воскликнула Даша и, прикусив нижнюю губу, обняла себя трясущимся руками за плечи. – В десять лет мне удаляли аппендицит, и я чуть не умерла от анафилактического шока. 

– Ты уверена, что это произошло из-за наркоза?

– Мне было десять лет, как я могу быть уверена? Так записано в моей медицинской карте, да и родители всегда, когда я болела, тщательно подбирали мне лекарства… 

Эта информация на мгновение выбила Егора из колеи. В голове пронесся бессвязный поток мыслей. Он попытался было сосредоточиться хотя бы на одной, чтобы найти выход, но не смог. Следующий вопрос девушки окончательно его обескуражил:

– Мы умрем, да? 

Она смотрела на него таким отчаянным взглядом, что у него непроизвольно сжалось сердце. Ее мокрые ресницы дрожали, а глаза покраснели от застилающих их слез. Она медленно моргнула, и две большие капли скатились по бледным щекам, оставляя после себя влажные, неровные дорожки. 

– Умрем? – повторила Даша дрожащими губами, а ее руки соскользнули с плеч и повисли недвижно. Девушка была не в себе; взгляд, полный страха, метался из стороны в сторону. 

– Послушай меня, – наконец-то нашелся Егор с ответом. Но она его будто не слышала, поэтому, чтобы привлечь ее внимание, он взял ее ледяные кисти в свои и сжал. – Ничего подобного не произойдет, обещаю тебе. Завтра же поговорим с врачом, и он отыщет выход. Сдадим анализы на аллергены, и тебе подберут правильную анестезию. Наверняка технологии эти годы не стояли на месте. Поверь мне, все будет хорошо. 

ДАША

«Хорошо, хорошо, хорошо», – повторила она несколько раз у себя в голове и просто пошла вперед. Ничего не видя перед собой, девушка просто двигалась. Наверное, она хотела уйти подальше от проблем, убежать, скрыться, только вот ослабевшие ноги не слушались, а каждый шаг отнимал огромные силы. В итоге ноги онемели и подогнулись. Она устояла лишь благодаря вовремя подоспевшему Егору. Одной рукой он придержал ее за спину, а другой ухватил за локоть и осторожно повел к машине, на ходу спросив:

– Успокоительное у тебя с собой?

– Не взяла, – выдавила она с трудом. – Отвези меня домой… 

Даша не сразу заметила, что машина остановилась. Она подняла голову и увидела до боли знакомый подъезд. Душа вырывалась из тела, просясь в отчий дом, но она не могла… Сейчас не могла, как бы сильно этого ни хотела, как долго бы об этом ни мечтала. 

– Я не взяла ключи, – шепнула девушка и, откинувшись на спинку сиденья, закрыла глаза. Она отстраненно чувствовала, как автомобиль сорвался с места, а у нее из-под ног будто бы ушла земля. Внутри вдруг начало появляться полное равнодушие к тому, где она сейчас находится. Вчерашние проблемы теперь казались сущим пустяком. Усталость накрыла ее словно ватное одеяло и еще сильнее прижала к кожаному сиденью. Веки стали становиться горячими и тяжелыми, отчего даже было больно моргать. Она зажмурилась и больше не смогла открыть глаза. Сознание, как весенний ручеек, медленно уплыло вдаль, туда, где спокойно и хорошо… 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ЕГОР

Девушка заснула. Видимо, последние события ее окончательно вымотали. Егор посмотрел на мать своего ребенка и вдруг заметил, как ее голова упала на регулировку высоты ремня безопасности. Он сбавил скорость и осторожно, боясь разбудить, повернул лицо Даши в свою сторону, а потом нажал на кнопку и немного опустил спинку сиденья. Пусть поспит, ему так даже спокойнее. Он совсем не знал, как вести себя в подобных ситуациях, не умел успокаивать женщин, да и сам, когда услышал про аллергию, на мгновение испугался, как ребенок. Ему вообще был чужд страх. Он не привык к столь бурным эмоциям. Да и бояться-то ему давно нечего: все, чем по-настоящему дорожил, – потерял. А сегодня… так с самого утра сам не свой. Вот дернул его черт изучать эту тему с предлежанием плаценты. Информации от врача, видите ли, ему не хватило. Сам начал капать. Проконсультировался у лучших акушеров-гинекологов страны, но и этого оказалось недостаточно. Затем полез читать форумы. Ну а там, как всегда, ужасы, да и только. Начитался на ночь и не смог уснуть, так как накатило непривычное волнение. Пока они ехали в клинику, тревога сожрала все нервные клетки. А когда он ожидал в коридоре вердикта, чуть пальцы себе на руках не переломал. И как назло, подтвердились самые худшие опасения. И вроде бы Геннадий Анатольевич нашел выход, рекомендовав кесарево сечение, однако Егора это ни хрена не успокоило. Еще и Даша закатила скандал, обвинив его в обмане. А он сразу-то и понять не мог, чего она от него хочет, ибо все мысли были сосредоточены лишь на ребенке и ее реакции на новость.