Жена городского главы совсем не хотела, чтобы кто-либо знал о том, что она захаживает в ресторанчик уважаемого Певлита. Потому как ходила она туда вовсе не ради обеда и даже не ради фантастических пирогов его дочери, а ради приятных встреч с одним весьма симпатичным молодым человеком, мечтающим о протекции ее мужа. Дама прекрасно это понимала, но… в удовольствии, вернее, в удовольствиях, отказать себе не могла. Просто старалась тщательно скрывать свои посещения – потерять мужа из-за них было бы слишком опрометчиво.

Вот и сейчас, укутавшись до самых глаз в плащ и опираясь на руку своего столь же замаскированного кавалера, она в нетерпении притопывала ножкой, ожидая пока нерасторопная обслуга распахнет перед ними дверь – они и так сегодня задержались, не хватало еще, чтобы кто-нибудь вышел в коридор и увидел их тут.

И дождалась.

– Прошу, – с поклоном приоткрыли для нее сворку, но даже шага сделать дама не успела.

Первым, заставив ее попятиться, в дверной проем с улицы ворвался длинный вихрастый парень. Ужом скользнув мимо ее кавалера, успевшего вовремя прижаться к стене, тот рванул в сторону лестницы наверх, к гостевым комнатам. Но налетев на некстати подвернувший под ноги жестяной бак, загромыхал по узкому коридору к кухням, соревнуясь с этой посудой в том, кто наделает больше шума. Так что выскакивать туда начали сразу со всех сторон и многие. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как вслед за недорослем в распахнутую дверь один за другим влетают парочка разбойного вида головорезов, чуть не сбив с ног растерянно застывшую в проеме даму и почти сорвав с нее плащ. А заодно и опрокинув ее кавалера, бросившегося было на помощь.

– Ага! – самый шустрый из них в два прыжка подскочил к слегка оглушенному падением парню и, ухватив за шиворот, рывком вздернул на ноги. – Добегался, сучий потрох!

Этот самый потрох, не будь дурак, мигом пришел в себя, вывернулся из рубахи, пожертвовав десятком пуговиц, и на глазах у изумленной публики белкой взлетел по лестнице наверх, вопя во все горло и собирая этим все новых и новых зрителей. Собственно, только тут увлекшиеся догонялками головорезы эту публику и заметили. Немая сцена получилась на славу: пара резво, но тихо попятившихся обратно к двери налетчиков, один со свежеукраденной рубахой в руках; взъерошенная дама, в распахнувшемся и сползшем с плеча плаще; а у ее ног такой же расхристанный молодой человек. Весьма симпатичный.

– Э-э… Рилда, ты? – одна из выскочивших на шум дам нарушила повисшую тишину сладким до приторности тоном. – Дорогая, как-то не ожидала тебя здесь увидеть... И кто-нибудь, помогите душке Пстанру подняться на ноги. Неприлично же…

Немая сцена случилась и когда переставший вопить, но полуголый Тибс влетел в комнату к наставнику, распахнув дверь так, что она с грохотом влепилась в косяк. Пока мэтр пытался прийти в себя и сообразить, что происходит, парень тупо посмотрел на свои пустые руки и сокрушенно выдал:

– Опять нашей ведьме платье не принес. Сожрет, да?

Та оказалась легка на помине, выскочив на шум из соседней комнаты:

– Тибо?! Какого?..

– Потерял я твой сверток с платьем, – покаянно глянул на нее парень, не успев еще отдышаться. – Не соображу даже, где…

– И свое шмотье потерял? – зачем-то, не иначе как от растерянности уточнила та.

– Костюм? – встряхнулся тот. – Не, его тут оставил, в одной рубахе ушел. Сама же сказала, ничего лишнего не брать…

И вот тут целитель видать сообразил, с чего случился очередной переполох:

– Ведьма, ты что, опять подставила его из-за своих тряпок?!

– Какого черта? А до меня вы тут как обходились? – не осталась она в долгу. – Твой ученичок под конвоем в город ходил или вообще из той лачуги носа не высовывал?

Разгорающуюся ссору прервал хозяин, появившийся возле их комнат словно из воздуха:

– Уважаемые, – примиряюще поднял он руку. – Думаю, нам стоит закрыть дверь и поговорить, не привлекая внимания.

– Поговорить? – перевел на него мрачный взгляд Янир.

– Да, – подтвердил тот. – Есть о чем.

И тут же перекинул мальчишке принесенную с собой рубаху:

– На, обронили они ее возле двери.

– А?.. – ловко поймал тот ее и тут же начал натягивать на себя, пытаясь при этом обойтись теми пуговицами, что чудом все-таки уцелели. – Больше там ничего брошенного не нашлось?

– Сверток? Твой, что ли?

– Мой! – обрадовался парень и тут же ткнул в сторону Анетте. – Ее, вернее. Ей нес.

– Ну так и донес, считай, уже под лестницей обронил. Скажу сейчас, чтобы принесли. А заодно и чаю приготовили, разговор будет и правда серьезный.

– О чем? – Янир все еще был очень зол.

– Я вам пока так скажу, – начал Певлит. – Вы своего мальчишку одного лучше вообще не выпускайте. Да и не одного тоже.

– Почему? – вмешалась Анет.

– А вот об этом как раз и поговорим, – кивнул тот. – Я только необходимые распоряжения отдам и вернусь.

– Платье мое не забудьте, – буркнула она ему вслед.

– Ведьма! – немедленно прилетело от светлого.

– Конечно. Не всем же святых да безгрешных изображать.

Вернулся уважаемый Певлит и правда быстро, проследил, чтобы прислуга, которую он привел, осторожно сгрузила на стол поднос с чаем, молча, одними глазами указал на дверь, подождал, пока та захлопнется за расторопной девицей и лишь после этого обернулся. Оценил демонстративно отвернувшуюся друг от друга парочку, присевшую по разные стороны стола и Тибса между ними, печально пересчитывающего оставшиеся пуговицы и полученные синяки. Хмыкнул.

– Вот про этот сверток ты говорил? – поинтересовался он у парня, подняв повыше бумажную упаковку, что держал в руках.

– Ага, – почему-то не сильно обрадовался тот, разглядев, что ему показывают.

– Ну так забирай, – озадачился отсутствию радости хозяин.

– Не, вы лучше прямо ей отдайте. Сами, – не поднимая глаз, ткнул он в сторону Анетте. – Я боюсь.

– Я тоже, – тихо признался Певлит, бросив на нее короткий взгляд.

– Черт, да что вы тут устроили! – не выдержала та, забирая у него сверток. – Сделали из меня монстра какого-то!

– Угу, натуру не спрячешь, – тут же прокомментировал ситуацию целитель. – Сколько ни старайся. Ведьма ты и есть.

Та уже набрала воздух в грудь, чтобы ответить, но не дали.

– Э… – рискнул вмешаться хозяин. – Может, между собой вы потом поговорите? Когда я уйду?

Успокоились оба сразу, с какой-то даже подозрительной готовностью, словно только предлога для этого и ждали, причем давно.

– Присаживайтесь, уважаемый, – кивнула Анетте на единственный оставшийся свободным стул. – И рассказывайте, что за слухи до вас дошли. Дело ведь в слухах? Так?

– Так, – не стал тот спорить и охотно присел рядом. – Говорят, вашего парня сегодня искали по всему городу.

– Кто? – остро глянул на него Янир.

– Зачем? – одновременно с ним спросила Анет.

Тот ответил на оба вопроса сразу:

– Штырь. Вернее, его люди. Опять же говорят, что им велено достать мальчишку хоть из-под земли.

– Я правильно понимаю, – глянула она на всех по очереди, – что некий Штырь – это глава вашей базарной преступной группировки?

– А? – впервые с начала беседы подал голос Тибс, наконец-то подняв глаза от столешницы. И не сказать даже, чтобы сильно испуганные.

– Ну этой вашей кодлы, что дом палила?

– Да, – не стал скрывать Янир. – Они и есть.

– Погодите... – вдруг что-то сопоставил хозяин, пытаясь попристальней вглядеться в целителя.

– Мэтр Скагелир, – кивнул тот. Но увидев, что понимания в глазах уважаемого Певлита не прибавилось, скорее уж наоборот, пояснил, ткнув в сторону Анет: – Она помогла. Только не болтайте никому.

– Ага-а, – вот теперь это самое понимание там появилось. Вместе с опаской, с которой тот глянул в ее сторону.

Ведьма сделала вид, что не заметила:

– Выходит, моих предупреждений этот ваш доморощенный капо все-таки не испугался?

– Испугался, – не согласился хозяин, легко уловивший общий смысл фразы, даже несмотря на отдельные непонятные слова. – До икоты и мокрых штанов, да простит меня леди. Но именно потому и будет вас убивать – этот страх видели его люди.

– Понимаю, да, – кивнула та. – Имидж – дело святое.

– А? – снова «включился» в обсуждение парень, сильно попритихший после сегодняшнего забега. Впрочем, если судить по прошлому опыту, оклемается этот приключенец быстро. Быстрее даже, чем им хочется.

– Да нет, ничего, продолжайте, уважаемый, – посмотрела она на Певлита.

Но продолжить ему не дали:

– Мы съезжаем, – жестко припечатал Янир. – Прямо сейчас.

– Это почему же? – приподняла та бровь.

– Во-первых, он уже знает, где мы. И вязаться сейчас со всей этой кодлой я не готов.

– Ясно. Но есть и во-вторых?

– Есть. Не хватало еще, чтобы из-за нас пострадало и это заведение, и его гости.

Но не успел Певлит выдохнуть с облегчением, услышав прекрасную для него новость, как вмешалась Анетте:

– Нет, мы остаемся.

– Да что ты себе… – начал было светлый, но его тут же перебили:

– Мы остаемся, – ведьма была настроена решительно. – Но никто не пострадает. Надеюсь.

– Вот что-то не нравится мне это последнее слово, – пробурчал в ответ целитель, но уже успокаиваясь. – Что задумала?

– Что-то, – отмахнулась она от него и развернулась к Певлиту: – А скажите, уважаемый, нет ли в городе кого-нибудь, кому этот самый Штырь насолил покруче нашего? Сдается, должны быть, при его-то замашках.

– Есть, – подтвердил тот ее догадки. – Как не быть?

– Тоже из этих? Не сильно чтящих закон и порядок?

– Бандюги, да, – поежился тот, почему-то непроизвольно оглянувшись.

И Анетте вдруг сообразила:

– А не заглядывает ли кто-нибудь из них сюда? Скажем, поужинать?

– Зачем тебе это? – насторожился светлый.

Но она сначала дождалась подтверждающего кивка от хозяина и лишь потом хищно ухмыльнулась:

– Собираюсь пойти и сказать этому достойному члену их сообщества, что Штырь называл его желтым земляным червяком.

На этот раз ошалелых взглядов было три. Поздравив себя с очередным достижением, она все-таки пояснила, окончательно сбив всех с толку:

– Маугли.

– Ведьма! – озвучил всеобщее мнение Тибо.

– Точно Маугли, – кивнула она сама себе. – Такой же дикий.