Они въехали в район Морга, в этом Потерявший Память Герой был абсолютно уверен. Повозка смерти катилась ровно, больше не сворачивая на соседние улицы, чтобы собрать невостребованные трупы, а её оси скрипели под грузом потерянных жизней. Телега была перегружена, тела переваливались через борта; извозчик решил, что настало время отправиться домой. Всматриваясь сквозь переплетения рук, шей и мертвых выпученных глаз, трассонец видел, как мимо проплывает длинная череда мрачных монументов: стиснутые ржавыми железными когтями гранитные шары, высокие обелиски из белого мрамора, черные стены, покрытые тысячами плит - сотни бесполезных камней, воздвигнутых в честь тех, чью жизнь некто счел достойной памяти. Джейк лежала рядом с ним, её дыхание было быстрым, горячим и неглубоким; биение его собственного сердца звучало подобно ударам меча о щит. Скоро их повозка окажется в самом Морге, настоящем дворце Госпожи Боли, и тогда он наконец сможет преподнести ей амфору Посейдона.
Когда их телега проехала мимо очередной дюжины памятников, извозчик внезапно натянул поводья. Потерявший Память Герой подумал, что они сбрасывают скорость, чтобы пройти сквозь врата Морга, но его ожидания опроверг грубый голос, рявкнувший: «Стоять!».
Когда телега со скрипом остановилась, Джейк с тихим ругательством принялась рыться в карманах. Просунув руку сквозь переплетения склизких конечностей, Потерявший Память Герой схватил её за запястье, вынуждая остановиться. Если его непредсказуемая спутница не сделает что-то, что привлечет внимание стражников, им ничего не грозит. Гора трупов, что возвышалась над ними, была воистину огромна, и Пыльные, которые уже несколько раз взбирались на неё, не заметили ничего подозрительного.
Повозка покачнулась, и, когда тела сместились, Потерявший Память Герой увидел человека с волевым подбородком, который, запрыгнув на бортик телеги, внимательно рассматривал мертвых. Его шлем имел не малиновый, а оранжевый окрас, но во взгляде карих глаз читалась та же непреклонность, что у тех Убийц Милосердия, которые сопровождали трассонца к Дому у Ворот. Должно быть, Джейк также его увидела. Она попыталась высвободиться, но Потерявший Память Герой сильнее стиснул её руку. Они были слишком глубоко погребены под грудой тел, чтобы охранник смог их рассмотреть, и трассонец не хотел, чтобы она устроила здесь еще одно кровопролитие.
Откуда-то спереди послышался знакомый голос.
- У нас в Доме у Ворот сегодня был побег, - это говорил тот эльф, Тессали. – Полагаю, вы знаете Джейк Змейку?
- Конечно, - голос извозчика был унылым и равнодушным. – В Морге её все знают.
- Мы полагаем, что она может вернуться сюда за своей книгой заклинаний.
Желудок Потерявшего Память Героя перевернулся. Его передернуло от близости омерзительных трупов с холодной и склизкой кожей. Из-за громкого гудения мух его мысли путались, и он осознал, что всерьез рассматривает возможность того, что Джейк привела его сюда лишь затем, чтобы вернуть свою собственность.
- Её спутник - ещё один псих в бронзовой броне, - продолжил Тессали. Пока эльф говорил, стражник, который рассматривал телегу, принялся тыкать в груду трупов копьем со стальным наконечником. – Он - могучий и сильный мужчина, и он из опасных.
- Опасные... не имеет значения. Всё это заблуждение. - Эти слова произнес Пыльный-помощник; голос его звучал столь же безэмоционально, сколь и у извозчика. – Нет, мы их не видели.
- Неужели? – прорычал кто-то ещё. – Взгляни-ка мне в глаза и повтори.
- В этом нет необходимости, Рак, - произнес Тессали. – У него нет причин лгать.
- Причины есть у всех, - возразил Убийца Милосердия.
- Но не в данной ситуации. Секретарь Тревант сам отдал её нам.
Потерявший Память Герой почувствовал, как внутри него вздымается волна желчи, и осознал, что сжимает тонкую руку Джейк с такой силой, что вот-вот сломает её. Как он мог обманываться насчет ее мотивов? Учитывая её кровожадность, легко было догадаться, зачем именно она предложила ему свою помощь. Если бы не тот факт, что его, скорее всего, заберут в Дом у Ворот вместе с ней, он бы сам им её с радостью выдал.
Стражник в оранжевом шлеме пронзил копьем лежавший над ними труп гитиянки и, сбросив его вниз, ещё раз всадил наконечник в сплетение тел. Оружие, угодив в наплечник Потерявшего Память Героя, отскочило от его брони. Стражник крутнул копьем, наматывая на него несколько темных локонов Джейк.
- Нашел что-нибудь, Матей? – спросил Тессали.
Страж покачал головой.
- Черви и вонь, - он вытащил копье, вырвав прядь волос из головы тифлинга. Потерявший Память Герой почувствовал, что её рука напряглась, но она не издала ни звука. – Если твои психи здесь, то они так же мертвы, как и все остальные.
- Тогда эту пропускаем, - и, обратившись к Пыльным, Тессали произнес. – Приношу свои извинения за то, что отнял у вас время.
- Мертвым извинения ни к чему, - извозчик хлестнул кнутом, и колеса заскрипели. – А время – лишь иллюзия.
Матей спрыгнул с бортика телеги. На наконечнике его копья развевалась прядь темных волос Джейк. Потерявший Память Герой отпустил руку тифлинга и принялся как можно незаметней пробираться наверх сквозь груду трупов. Он понятия не имел, узнает ли Тессали волосы Джейк, но следовало быть готовым ко всему.
- Ты что творишь, Зоомби? – прошипела Джейк. – Они тебя услышат!
Игнорируя её, Потерявший Память Герой оттолкнул в сторону разлагающееся тело бариаура, вымазав бронзовую броню в коричневом ихоре, который некогда мог являться кожей, и высунул голову наружу. Над телегой кружило целое облако мух. Повернувшись к заднему борту повозки, сквозь мириады мельтешащих насекомых он разглядел худощавую фигуру Тессали, который стоял посреди улицы, сматывая темную прядь волос с копья Матея. Рядом с ним находились двое стражников в оранжевых шлемах, также одетых в багровые цвета Убийц Милосердия, и кабалитка в яркой мантии с корзиной песка в руках.
Опустив руку, трассонец помог Джейк выбраться наверх.
- Готовь свою магию – но никого не убивай, или же я самолично брошу тебя эльфу.
- Если ты сделаешь это, то как же найдешь…
- Я знаю, зачем ты притащила меня в Морг, тифлинг! - Потерявший Память Герой высвободил руки из груды тел. – Будешь дальше держать меня за дурака, и я вышвырну тебя отсюда сейчас же!
Джейк надула темные губки.
- Ты неверно судишь обо мне, Зоомби. Лишь потому, что я получаю то, что хочу…
Ее прервал голос Тессали.
- Подождите! Остановите телегу!
Окончательно выбравшись из-под груды трупов, Потерявший Память Герой повернулся к передней части повозки. Помощник-Пыльный, чей взгляд до сих пор был устремлен на эльфа, не мог его не заметить. Бесцветные глаза его вспыхнули от удивления, а затем он рухнул на колени и, скрывшись из виду, принялся бормотать что-то о тех, кто восстает из мертвых.
Потерявший Память Герой поднялся на ноги и принялся взбираться на груду тел, скользя по склизкой плоти. С каждым шагом в воздух вокруг него взлетали многочисленные полчища мух.
Их прикосновения к его коже напоминали скользящую по лицу ткань шифона, а взмахи маленьких крыльев щекотали ресницы. Пригнувшись, он стиснул зубы, чтобы нечаянно не проглотить одно из этих омерзительных существ. Внезапно его охватило смутное ощущение дежа-вю. Трассонец содрогнулся при мысли о том, где же нечто подобное могло происходить раньше; за исключением владений Аида, где бы ещё ему пришлось карабкаться по горе гниющих трупов?
Повозка остановилась. За спиной Потерявшего Память Героя послышался нарастающий шум, говорящий о приближении Тессали и его охранников. От Джейк помощи не было — он понятия не имел, чем она занимается. Трассонец услышал глухой стук. Судя по всему, она принялась пинать боковой бортик в задней части телеги.
Взобравшись на груду тел, Потерявший Память Герой увидел, что двое Пыльных ждут его рядом с козлами. Помощник держал в руках деревянную дубинку, а извозчик был вооружен длинным, свернутым в кольцо хлыстом.
- С-стоять, ты, псих! – извозчик поднял хлыст, указывая на трассонца. – Мы т-тебя не боимся!
Поняв, что Пыльный лжет, Потерявший Память Герой бросился к ним. Помощник тут же спрыгнул на землю, заранее отказавшись от сопротивления. Извозчик, однако, проявил чуть больше мужества. Отступив в сторону, он хлестнул кнутом, целясь в незащищенное броней лицо своего противника. Трассонец принял удар на наплечник, а затем, схватившись за рукоять хлыста, вырвал его из рук Пыльного и спихнул того с высоких козел.
Откуда-то сзади послышался громкий треск. Выругавшись, Джейк прошипела скверно звучащее заклинание. Послышались полные ужаса вопли и рявканье Тессали:
- Хватит выплясывать! Рубите им головы!
Не тратя время на то, чтобы обернуться и выяснить, что именно там происходит, Потерявший Память Герой щелкнул позаимствованным у извозчика хлыстом над головами четырех измученных лошадей. Они натянули поводья и подняли ноги, желая двинуться вперед, но телега не шелохнулась. Издав раздраженное фырканье, они аккуратно опустили копыта обратно на мостовую.
- Эй, Зоомби! Думаешь, пара змей надолго этих мерзавцев задержит? – в задней части телеги снова раздался приглушенный стук. – Если хочешь, чтобы я никого не убила, то поехали, да?
Окинув взглядом козлы, трассонец обнаружил, что поводья были примотаны к находившемуся у изножья высокому деревянному рычагу. Отвязав их, он повернул его. В районе колес что-то бряцнуло. Устало фыркнув, лошади без всякого понукания потянули повозку вперед.
Потерявший Память Герой пару раз щелкнул хлыстом над их головами. Испуганные животные разразились ржанием и перешли на небыстрый шаг.
- Бегите, бедолаги! – трассонец хлестнул одного, а затем и второго из передних коней по крестцу.- Бегите, словно вы на полях Элизиума!
Лошади перешли на неровную рысь. Потерявший Память Герой продолжил неистово нахлестывать кнутом, заставив их пуститься неуверенным галопом. Прекрасно понимая, что изможденные звери быстрее двигаться неспособны, он отбросил хлыст, ухватился за поводья и, криками веля прохожим разойтись в стороны, попытался сделать все возможное, чтобы удержать их грохочущую повозку на середине улицы.
Простирающийся перед ними проспект был широким и многолюдным. По обе стороны от него возвышались длинные ряды мрачных каменных монументов, за которыми прятались узкие переулки с множеством видавших виды ларьков, торгующих сушеными цветами, небольшими флаконами благовоний, вареными крысами и прочими подношениями для мертвых. Эти магазинчики прилегали к однообразным жилым домам с луковицеобразными крышами, более чем наполовину заросшими густыми побегами бритвенной лозы. Через сто шагов над проспектом возвышалась арка из выщербленного камня, ведущая в укрытый низким куполом мрачный дворик, который окружало несколько башен. Несмотря на отсутствие каких-либо опознавательных знаков, мрачная атмосфера этого места не оставляла никаких сомнений в том, что это и был Морг.
- Направо! – голос Джейк едва пробился сквозь грохот и скрип шатающейся телеги. – Сейчас же!
Потерявший Память Герой кинул взгляд вправо, ожидая увидеть просторную улицу, но там оказался лишь очередной неширокий проулок. Даже в самых благоприятных обстоятельствах было бы весьма непросто завести туда такую большую телегу. Учитывая, что ее скорость заметно превышала скорость бега обычного человека, а ослабевшие от голода лошади уже начали спотыкаться, они с гораздо большей вероятностью разобьются, нежели впишутся в поворот.
- Поворачивай немедленно, Зоомби! – крикнула Джейк. – Этот эльф слишком быстр!
Нахмурившись, Потерявший Память Герой принялся разворачивать телегу по направлению к стремительно приближающемуся переулку.
- Как же…
- Сделай это, или я помогу Тессали перейти на следующую стадию!
Потерявший Память Герой выругался. Одернув себя, он с силой натянул поводья. Лошади из второй пары повернули почти грациозно, но один из ведущих коней за ними не успел. Он споткнулся и непременно упал бы, если бы остальные животные не увлекли его за собой. Они устремились к единственному возможному просвету между зданиями – затененной улочке, в которую и хотел попасть трассонец.
Передние колеса повернули, а затем, повинуясь силе инерции, вся повозка завалилась набок. Потерявший Память Герой почувствовал, что вот-вот соскользнет с сиденья, и, отпустив поводья, схватился за бортик. Где-то позади послышался оглушительный грохот, сопровождаемый негромким стуком перекатывающихся тел и неистовым, полным веселья воплем Джейк. Чудом не свалившись с козел, трассонец сел прямо, молясь о том, чтобы каким-то образом его небольшой вес помешал бы повозке перевернуться. Тела, находившиеся выше бортиков телеги, посыпались на мостовую.
Повозка проехала мимо серого обелиска, задев его колесом. Раздался громкий треск, и она мотнулась в противоположную сторону. Потерявшему Память Герою показалось, что их транспорт вот-вот перевернется, но лошади, почувствовав приближение неминуемой гибели, издали громкое ржание и рванулись вперед. Пройдя поворот, телега въехала в узкий переулок. Два её колеса продолжали вращаться в воздухе.
Улочку сотряс оглушающий грохот. Трассонец почувствовал, что вот-вот свалится с сиденья. Упав с козел, он врезался в дышло. Лошади заходились испуганным ржанием, и эхо их голосов, отражаясь от стен, звучало, словно вопли множества баньши. Телега сотрясалась от их попыток сдвинуть её с места, но безуспешно – она застряла.
Выпутавшись из упряжи, Потерявший Память Герой вернулся на козлы. Лошади отчаянно скребли копытами грязь. Дышло покосилось, и порядок их строя был нарушен. Колеса задравшейся вверх части телеги упирались в стену; снизу же один из столбов бортика намертво застрял в узком дверном проеме, не давая повозке снова начать движение. Сама телега опустела почти на две трети; груды упавших с неё тел валялись возле входа в переулок. Он увидел Тессали, который уже начал пробираться сквозь них. Его люди спешили за ним.
- Хорошо же ты управляешь телегой, Зоомби! – Джейк, оставшаяся в задней части телеги, высунула голову между двумя трупами. – Я знаю скелетов, которые дали бы тебе фору!
- Вот расстанемся, и удачи с ними, - Потерявший Память Герой, покинув козлы, принялся расшвыривать тела в стороны. – Где моя амфора – или её ты тоже выкинула?
- Нет, конечно. Я знаю, что она нужна тебе, чтобы увидеть Госпожу Боли, да? – Джейк встала, демонстрируя ему горлышко амфоры. – Я держала её для тебя крепко-крепко!
- Хоть за это спасибо, - Потерявший Память Герой направился к ней, чтобы забрать свою ношу, но Джейк положила кувшин обратно в груду тел.
- Тебе не о ней сейчас надо беспокоиться, Зоомби, - она указала на застрявший в дверях столбик. – Нужно высвободить телегу. Я задержу наших преследователей.
Оторвав палец одному из разлагающихся трупов, Джейк повернулась и, не целясь, небрежно ткнула им в направлении Тессали, выпалив скверно звучащее заклинание. Эльф вскинул руки, готовый отразить удар, но с её ладони не сорвалось ни черных зарядов молний, ни ядовитого облака газа. Не произошло ничего, лишь пальцы одного из трупов коснулись его ступни.
Изогнув брови, Тессали поднял ногу, желая продолжить путь – и упал ничком, когда рука мертвеца сомкнулась вокруг его лодыжки. Несколько спутников эльфа бросились ему на помощь, но их всех постигла та же участь. Только женщине в яркой мантии хватило ума держаться подальше от этого хаоса.
- Ну же, Зоомби, высвободи телегу! – Джейк принялась пробираться к козлам, чтобы взять поводья. – Я думала, что ты хочешь увидеть Госпожу Боли!
Потерявший Память Герой не питал особых иллюзий относительно истинных мотивов Джейк – он даже начинал сомневаться в том, что она и правда знает, где найти Госпожу – но, по крайней мере, у неё имелся план, как избавиться от Тессали. Выхватив меч из ножен, он одним ударом снес столбик. Телега двинулась вперед, и он на всякий случай перерубил и остальные. Джейк направила лошадей вбок, и повозка потихоньку начала выравниваться.
Добравшись до козел, Потерявший Память Герой схватился за сиденье, но внезапно позади него зазвучал женский голос, эхом разносясь по переулку. Джейк хлестнула поводьями, понукая измученных лошадей перейти на галоп. Пригнувшись, Потерявший Память Герой развернулся. Он ожидал обнаружить летящий в их сторону огненный шар или заряд молнии, но увидел, что женщина в ярком одеянии, так и не зайдя в улочку, роется в своей корзине с песком. Тессали и его охранники по-прежнему продолжали разбираться с трупами.
- Нет причин для волнения, - доложил трассонец. – Тессали и его люди все еще заняты мертвецами, а женщина…
- Ты не должен смотреть, Зоомби! – воскликнула Джейк. – Она…
Предупреждение тифлинга прозвучало слишком поздно. Насылательница снов Тессали уже вытащила руку из корзины с песком и взмахнула ей в направлении Потерявшего Память Героя. Его глаза охватило жжение. Скрип телеги внезапно зазвучал откуда-то издалека, мир вокруг уменьшился, а в его глазах потемнело. Зевнув, он ощутил, что ноги его подкашиваются. Его голову заполнил темный туман, и, соскальзывая в небытие, он думал только об одном – о том, чтобы никто не принял его за труп и не украл его выкованную богом броню. Во сне трассонец видит лабиринты, множество разных лабиринтов.
Из тьмы выплывает процессия грязных, измазанных сажей детей, которые держатся за руки и низкими голосами поют мрачную погребальную песнь. Когда они проходят мимо него, то внезапно сбиваются с шага, и две ладони хватают его, втягивая в круг. Он обнаруживает, что оказался между Пауком и Салли, мародерами из переулка. Выражение их лиц, угрюмое и невыразительное, напоминает выражение лиц Пыльных; его пальцы ощущают под собой склизкую мертвую плоть.
Процессия, как он внезапно замечает, движется вдоль линии начертанного в пыли узора. Хотя эта линия периодически петляет, меняя курс, общее направление её остается неизменным – она следует за изгибом некой огромной окружности. Воздух становится плотным и горячим. Пение превращается в рев; он чувствует, как дрожит рука Салли, и понимает, что они приближаются к самому сердцу тьмы, воплощению потерь и отчаяния. Оставаясь героем в любых обстоятельствах, трассонец заносит ногу над прочерченной в пыли дорожкой и переступает через неё, увлекая детей за собой.
За его спиной звучат два отдаленных, полных страдания вопля, и тогда он осознает, что в руках у него остались лишь две маленькие оторванные кисти. Он в ужасе разворачивается и видит, что в одиночестве стоит на поверхности черного зеркала, в котором отражаются все звезды, что есть в небесах. Эти сияющие точки соединены мерцающими серебряными нитями, которые освещают путь к любому месту Мультивселенной. Он все ещё слышит крики детей, оплакивающих свои утерянные руки; чтобы добраться до них, он бросается бежать вдоль одной из линий. С каждым шагом их голоса становятся все более и более отдаленными. Повернувшись в их сторону, он переступает черту.
На этот раз он оказывается между двух живых изгородей из бритвенной лозы. Голоса исчезают окончательно. Трассонец окликает детей, но ответом ему является лишь долгая тишина. Через какое-то время по аллее, в которой он очутился, прокатывается низкое утробное рычание. Ему только предстоит встреча с монстром, которого ему окажется не под силу убить, поэтому, отбросив в сторону детские руки, он выхватывает меч и лишь после этого узнает в раскатистом грохоте свой собственный голос, выкрикивающий имена Паука и Салли.
Знаток загадок, специалист в распутывании головоломок и человек, не обделенный умом, трассонец сразу же понимает, кем он стал – мучителем сирот и вором рук. Истинным чудовищем. Издав крик ярости, он принимается неистово рубить бритвенную лозу выкованным из звездной стали клинком и голыми руками отбрасывает отрезанные побеги в сторону, не обращая внимания на хлещущую из порезов кровь. Когда он наконец проделывает в изгороди проход, то обнаруживает, что за ним находится темная пещера. Стоя в абсолютном одиночестве и слыша во тьме лишь звук своего дыхания, которое эхом разносится по уходящим во все стороны невидимым коридорам, он размышляет о том, как же его занесло в этот чернейший из лабиринтов.
Он вошел туда по своей воле, как и все мы. Составляем ли мы карту небес или же крадемся по тропам преисподней, охотимся ли на попавшегося в ловушку монстра или же сами превращаемся в этого монстра, ищем утраченное или же прячемся от того, что не должно быть найдено никогда, все мы по своей воле делаем шаг за первый поворот – и тогда мы пропали.
Вы тоже. Вы тоже должны решить, что есть правда, а что – ложь, и чем отличается моя истина от вашей. Все мы бродим по лабиринтам, все до единого, и нет у нас надежды отыскать выход, пока мы не научимся видеть разницу между своей реальностью и реальностями чужими. В этом заключается безумие, но и истина тоже.
Однако теперь сон окончен. Он закончился там, в пещере, когда Потерявший Память Герой тяжело рухнул на выложенную твердым булыжником мостовую и, придя в себя, обнаружил, что лежит рядом с убогой лачугой из необработанного камня. Его тело все ещё было заковано в бронзовую броню, и он чувствовал себя значительно посвежевшим, словно только что очнулся от долгого и глубокого сна. На миг его смутило необычное ощущение переполняющей его силы. Он подумал, что, возможно, все его нелепое путешествие в Сигил – более того, вся жизнь с того момента, как он очнулся на берегу Трассоса - были лишь неприятным видением.
Но ужасающий запах разложения, равно как и удаляющееся громыхание повозки, быстро привели его в чувство. Сев, трассонец увидел, что вокруг него высится множество обветшалых серых зданий, как две капли воды похожих на то, что находилось позади него. Несколько ссутулившихся фигур спешили по своим делам, скользя от тени к тени; в руках их блестели обнаженные клинки. За исключением этих малочисленных прохожих, улица была практически пуста. В нескольких шагах от него стояла Джейк Змейка, щелчками длинного хлыста понукая удаляющихся лошадей, которые, спотыкаясь, неслись вдаль вместе с телегой.
- Стой! – вскочив на ноги, Потерявший Память Герой устремился за повозкой. – Амфора!
Джейк схватила его за руку.
- Она у меня, Зоомби!
Она указала на убогую лачугу. Её дверной проем скрывала глубокая тень. Когда тифлинг развернулась, Потерявший Память Герой заметил в её волосах знакомый жемчужный блеск гребня в форме ракушки. Опустив руку на пояс, он обнаружил, что его кошель исчез.
- И мой кошель?
- И он тоже.
Если Джейк и испытала разочарование из-за того, что он заметил пропажу, то ничем этого не выдала. Порывшись под накидкой, она вытащила кошель, потяжелевший от пропитавшей его крови и ихора. Вырвав его у неё из рук, он открыл его и заглянул внутрь. Там все ещё оставалось немного денег, но три других предмета исчезли.
- Ну что ты за болван, Зоомби! Кошелек просто выпал из повозки. Не нужно мне твоего золота. Оно – лишь иллюзия.
Она повернулась ко входу, но Потерявший Память Герой схватил её за руку и указал на гребень в её волосах.
- Верни его.
Закатив глаза, тифлинг неохотно сняла с себя гребень и протянула ему.
- Нить и зеркало тоже, - добавил трассонец.
- Это же женские вещи, да? – несмотря на возражение, Джейк вновь принялась шарить в недрах накидки, достав оттуда небольшое серебряное зеркало и моток золотых нитей, которые раньше лежали в его кошельке. – Зачем человеку вроде тебя таскать их с собой?
- Я не знаю, - Потерявший Память Герой положил их обратно в кошель и закрыл его. – Это всё, что было при мне, когда я очнулся на берегу возле Трассоса.
Джейк пару мгновений раздумывала над его словами, а затем произнесла:
- Следовательно, они ничего для тебя не значат. Лучше бы ты мне их оставил.
С этими словами она направилась к дверному проему, полностью растворившись в тенях. Задержавшись, Потерявший Память Герой привязал кошель к поясу двойным узлом.
- Ты идешь, Зоомби? Или будешь ждать Тессали и его насылательницу снов? Отдых разума тебе пришелся по душе, да?
Прежде чем он успел ответить, дверь со скрипом распахнулась, и упавший сквозь нее луч темно-багрового света выхватил из тьмы очертания прислоненной к стене амфоры. Подхватив её, трассонец последовал за тифлингом. Свет горящих багровым пламенем свечей был не в силах рассеять сумрак, царивший в лишенном окон помещении, и поначалу Потерявший Память Герой не смог разглядеть ничего, кроме трех трепещущих огоньков. Он замер на пороге, слушая, как стихает шум пирушки. В комнате стоял аромат горелого мяса, серного дыма курительных трубок и ещё чего-то прогорклого, похожего на вонь заплесневелого медного котла.
- Что там у тебя, Джейк?
Судя по всему, говоривший находился где-то впереди и сбоку от двери. Голос его оказался столь глубоким и скрипучим, что создавалось впечатление, будто он доносится сразу отовсюду.
- Два серебряных – всё, что я могу дать, - проскрежетал говоривший. – Может, ещё один, если добавишь его шмотки.
- Думаешь, я вообще не в теме? – Джейк направилась вперед, растворившись в пурпурных тенях, словно призрак. – Даже без шмоток этот стоит как минимум два золотых!
Проклиная предательство тифлинга, Потерявший Память Герой потянулся к мечу, одновременно нагибаясь, чтобы поставить амфору на пол. Из тьмы послышался скрежет отодвигаемых стульев.
- Сидите, друзья мои, - голос Джейк был полон веселья. – От этого проблем больше, чем он стоит. Я оставлю его себе.
Потерявший Память Герой больше почувствовал, нежели услышал вздох, что пронесся по комнате. Раздался скрип стульев. Его глаза успели более-менее приспособиться к царящему здесь полумраку, и он заметил, как около дюжины темных сутулых существ с высокими и заостренными головами возвращаются на свои места. Некоторые из этих созданий держали в шишковатых руках большие костяные дубины. Хотя многие из них и уселись лицом друг к другу, никто не проронил ни слова.
Голос, который поприветствовал Джейк, весело хихикнул, а затем произнес:
- Найдется наличка?
- Ну разумеется, Брилл.
Из темноты послышалось звяканье ногтя о металл, а затем трассонец увидел улетающую во тьму золотую вспышку. Послышался резкий хлопок, и монета пропала без следа. Потерявший Память Герой увидел, как черное щупальце возвращается обратно к стене, где за завесой тьмы по грудь высотой, которая, скорее всего, являлась барной стойкой, возвышалась огромная круглоголовая фигура.
Вероятно, это и был тот самый Брилл. Он выплюнул монету, которая, несомненно, принадлежала трассонцу, в маленькую руку с длинными и тонкими пальцами, а затем убрал её куда-то за стойку.
- У твоего приятеля есть имя?
- Зоомби. И у нас неприятности.
- Конечно, - проворчал Брилл. – Зачем же иначе приходить сюда, если у тебя есть наличка?
С громким стоном он поднялся и двинулся к одной из пурпурных свечей. Порывшись за стойкой, он поднес к багровому пламени ещё одну свечку. Когда та занялась, помещение озарилось мерцающим желтым светом. Наконец-то Потерявший Память Герой смог разглядеть Брилла и прочих обитателей таверны, и амфора чуть не выпала у него из рук.
Брилл оказался слаадом, одним из огромных, похожих на лягушек существ, большинство из которых обычно занимаются мародерствами на полях сражений Нижних Планов. Потерявшему Память Герою никогда не доводилось видеть представителей этой расы вживую – по крайней мере, насколько он помнил – но он слышал немало рассказов об их кровожадности. Брилл принадлежал к числу зеленых слаадов. На его плоской морде располагались широко расставленные глаза, над которыми низко нависали фестончатые брови, а в огромном рту вполне мог поместиться целый поросенок.
Потерявший Память Герой так и не определил, к какой расе принадлежали клиенты Брилла, но они оказались ещё уродливей, чем сам владелец таверны.
Они не носили никакой одежды – вероятно, потому, что твердые щетинистые волоски, которыми были покрыты их тела, очень быстро разодрали бы любую ткань в клочья. По строению они слегка напоминали людей, но отличались крайней худобой и непропорциональностью. Кожа на впалой груди плотно обтягивала ребра, а узловатые конечности казались слишком длинными. Их бугристые пальцы с желтыми когтями, несомненно, отличались недюжинной силой. На столах перед ними стояли блюда с обугленными кусками мяса на бедренных и плечевых костях, и, судя по виду, многие из прежних владельцев этих костей являлись людьми.
Все посетители таверны одновременно устремили взгляды карих глаз на Потерявшего Память Героя и разразились отрывистым шипением, словно потешаясь над какой-то одним им известной шуткой.
- Что это за место? – выдохнул трассонец, снова задаваясь вопросом, не сбился ли он с пути, забредя ненароком в Бездну. Он повернулся к Джейк. – Куда ты меня привела?
Ответил ему Брилл.
- Я называю это место Речными Вратами, - слаад передал Джейк свечу, которую держал в руках, а затем произнес. - Ты знаешь, где можно спрятаться.
Кивнув, тифлинг перегнулась через стойку и потянулась к Бриллу. К удивлению трассонца, слаад позволил ей одарить себя долгим и страстным поцелуем. Через несколько секунд Джейк наконец подалась назад, и Потерявший Память Герой заметил, что зрачки её оставались круглыми, а из-под верхней губы не высовывались кончики клыков. Поневоле ему вспомнились все те моменты, когда он и сам чуть было не поддался искушению поцеловать её, и ему стало интересно, пощадила бы она его или все же предпочла укусить.
- Зоомби, не ревнуй, - упрекнула его Джейк. – Ты сам не захотел со мной целоваться.
Брилл поставил на стойку пыльный кувшин и две черные кружки.
- Угощайтесь, пока ваши неприятности ещё не вошли в дверь. Ты знаешь, что бывает, когда руттеркины начинают убивать.
Наполнив обе кружки, Джейк заткнула кувшин пробкой, сунула его под мышку и, оставив одну из чаш на стойке, направилась вглубь помещения, флиртуя и обмениваясь с руттеркинами шутками. Хотя Потерявший Память Герой так и не услышал, что они ей отвечали, она дважды дергала ушами с длинными мочками и, откинув голову, разражалась смехом. Трассонец последовал за ней, так и не притронувшись к оставленной для него чаше. Он любил вино не меньше, чем любой другой – возможно, даже несколько больше – но медный уксусный запах, который стоял в таверне, напрочь отбил ему аппетит.
Однако не успел Потерявший Память Герой пройти мимо первого стола, как что-то с силой ударило его в спину, заставив покачнуться на каблуках. Перехватив амфору одной рукой, он развернулся и увидел, как во рту Брилла исчезает длинный гибкий язык.
Слаад указал на стоящую на стойке кружку.
- Выпивку забыл.
Потерявший Память Герой приложил все усилия, чтобы на его лице не отразилось охватившее его отвращение.
- Я, эм… не хочу пить.
Брилл издал хрип, долженствовавший обозначать смешок.
- Мне бы и в голову не пришло тратить кровавый портвейн на простого человека. Думаю, тебе больше по вкусу арборейское красное. Бери его и пей, или же у тебя будут основания об этом пожалеть.
Решив проигнорировать угрозу Брилла – в конце концов, он ведь согласился предоставить им убежище – Потерявший Память Герой подхватил кружку и подошел к Джейк, стоящей в задней части комнаты возле перекошенной двери, сквозь щели в которой струились усики черного тумана. Допив вино, тифлинг распахнула её и шагнула внутрь. Трассонец направился за ней, продолжая держать кружку в руках.
- Пей, Зоомби! – окликнула его Джейк. – Или же окажешься прямиком в реке Стикс.
Потерявший Память Герой замер, занеся одну ногу над порогом.
- Это портал?
- Да. Если пойдешь сквозь него, не выпив, то - плюх! – пояснила она. – А это и есть ключ. Поэтому это хорошее место для укрытия, понимаешь?
Трассонец абсолютно ничего не понял, но гордость не позволила ему признаться в этом. Отхлебнув, он шагнул внутрь. Вино отличалось несколько более резким и фруктовым вкусом, чем его любимые арборейские сорта, но оказалось вполне приемлемым. Он осушил кружку одним большим глотком, а затем облизал губы.
- Я и понятия не имел, насколько хочу пить.
Он передал чашу Джейк, чтобы та наполнила её еще раз, а затем, отыскав безопасный угол, прислонил туда амфору. В кладовой стоял запах плесени и кислого, пахнущего медью вина, которое, очевидно, и являлось излюбленным напитком руттеркинов. Вдоль каждой стены до самого потолка высились ряды бочек и коробок, очертания большей части которых скрывала густая шелковая завеса паутины. В центре помещения находилось несколько стульев и бочонок, на котором лежал набор игральных костей.
Потерявший Память Герой закрыл дверь, придвинул к ней стул и, усевшись на него, прильнул глазом к одной из щелей. Без свечи Джейк комната вновь погрузилась в пурпурный полумрак. Брилл и руттеркины превратились в едва различимые силуэты, и лишь воображение подсказывало ему местонахождение тех посетителей таверны, которые находились вдали от багровых огоньков свечей. За исключением постоянного чавканья да случайного насмешливого шипения, в помещении стояла полная тишина.
Джейк вложила одну из чаш в его руку.
- Когда придет Тессали, скажи мне, чтобы я погасила огонь. Иначе он увидит свет через щели, да?
Потерявший Память Герой даже не стал спрашивать, с чего она взяла, что Тессали будет искать их в Речных Вратах. В Арборее он встречал достаточно эльфов и знал, что охотничий инстинкт у них в крови. Сделав длинный глоток из кружки, он причмокнул губами и отпил ещё раз.
- А что помешает Тессали отыскать нас здесь? Отсюда некуда деваться.
- Не беспокойся ты, - в голосе Джейк слышалось веселье. – Брилл и руттеркины питают определенную, как бы сказать… слабость к эльфам и людям. Тессали и его охранники здесь не задержатся.
- Только никаких убийств! Может, они и преследуют нас, но, по большей части, именно мы виноваты в недопонимании, которое к этому привело, - он не стал упоминать о том, что их стремление поймать Джейк было полностью оправданно. – Они не заслуживают того, чтобы оказаться на тарелке руттеркина.
- Почему ты все время беспокоишься об этих «убийствах»? – требовательно спросила Джейк. – Если ты и правда считаешь, что жизнь реальна, то почему так завидуешь тем, кто приближается к Единой Смерти?
- Я не завидую! – отвернувшись от щели, трассонец взглянул на свою собеседницу, которая сидела на стуле, рассеянно перекатывая игральные кости между пальцами. – Но убийство, и в особенности убийство бессмысленное, является врагом любой цивилизации. Даже ваши Пыльные это понимают, в ином случае сомневаюсь, что они отправили бы тебя в Дом у Ворот.
- Моя работа не имеет к этому никакого отношения! – Джейк швырнула кости в заросший паутиной угол. – Это все Комосал Тревант! Он завидует моим дарам!
- Дарам?
Прищурившись, Джейк устремила на него лукавый взгляд.
- Я знаю, что ты видел их, Зоомби. Поэтому ты и не хочешь со мной целоваться, да?
- Ты имеешь в виду свои клыки? - Подняв кружку, чтобы скрыть выражение своего лица, он принялся пить, не сводя с тифлинга настороженного взгляда. – И то, как твои зрачки превращаются в бриллианты?
- Разумеется, - подойдя к нему, Джейк отодвинула от его лица опустевшую кружку. – Это происходит лишь тогда, когда я испытываю сильные эмоции. Страх или злость, все в таком роде, но в особенности - влечение, Зоомби.
Рот трассонца пересох.
- И ты з-зовешь это даром?
- Ну разумеется! – забрав у него чашу, Джейк вернулась в центр комнаты. – Мое предназначение в том, чтобы помогать людям достигнуть Единой Смерти. Но Тревант этого не понимает. Он говорит, что я слишком страстная для того, чтобы быть Пыльной, - Джейк развернулась обратно к трассонцу, расплескав часть вина, которое наливала в его кружку. – Я спрашиваю тебя, как я могу быть слишком страстной? Ведь я помогаю другим, разве нет?
- Ну…
- Но Тревант – трус. Он утверждает, что другие фракции вышвырнут Пыльных из города, если я буду помогать слишком активно, - она передала вино трассонцу. – А я утверждаю, что он обманщик. Как он смеет утверждать, что познал Единую Смерть, если всего боится? Это невозможно!
- Значит, вот в чем состоит истинная причина того, зачем ты привела меня в Морг, - подытожил Потерявший Память Герой. – Ты хотела, чтобы я отомстил Треванту за предательство.
- Ты сделаешь это, Зоомби? – Джейк опустилась на пол рядом с ним и, положив руки ему на колени, заглянула в глаза. Её ресницы трепетали. – Ради меня?
- Возможно – эм, нет, - Потерявший Память Герой, которому всегда было непросто устоять перед женскими чарами, едва успел одернуть себя. – Разве ты не должна была отвести меня к Госпоже Боли?
Поднявшись, Джейк отступила назад, взгляд её темных, похожих на обсидиан глаз стал холоден и тверд.
- Я собираюсь сделать и то, и другое, Зоомби. Мы можем вызвать её в любой момент, - её губы изогнулись в хитрой улыбке, и она пожала плечами. – Так что плохого в том, если мы сделаем это в кабинете секретаря Треванта?
Потерявший Память Герой нахмурился.
- Не понимаю, каким образом это поможет тебе отомстить.
Джейк поднесла кружку к губам и сделала долгий глоток, не отводя от него взгляда.
- Уверен, что не только ты способна рассказать мне, как её призвать, - предупредил трассонец.
- Но станет ли кто-либо ещё это делать? Хочешь знать, отчего все сочли тебя психом, услышав, что ты желаешь её видеть? – поставив кружку на бочку, Джейк посмотрела ему прямо в глаза. – Госпожа весьма сурово обходится с теми, кто решается её призвать – или помогает в этом. Поэтому тебе нужна я. Только я покажу тебе, что надо сделать. В ответ я прошу – нет, требую – лишь одного: Комосал Тревант должен находиться поблизости, да?
- Мы уже заключили сделку в Доме у Ворот, - Потерявший Память Герой повернулся обратно к щели, чувствуя, что вино уже начинает путать его мысли. – Тогда ты ни слова не сказала про этого Треванта.
- Именно.
Трассонца охватило чувство, что Джейк отчего-то присудила победу в их споре себе. Он сделал ещё один глоток вина и про себя проклял царящую в Речных Вратах тьму. Заглядывая в окутанное мраком помещение, он испытывал неприятное чувство, будто подсматривает за владениями Аида и при этом рискует быть пойманным в любой момент.
В главной зале раздался резкий скрип, а затем пурпурный полумрак прорезал луч серого света. Привыкшим к темноте глазам Потерявшего Память Героя он показался столь ярким, что он был вынужден зажмуриться. В распахнутой настежь двери вырисовывался прямоугольный силуэт закованного в доспехи человека. Воин оглянулся через плечо.
- Нам понадобятся факелы, - голос принадлежал Матею.
Потерявший Память Герой кинул взгляд на Джейк и прошептал:
- Убери свечу. Они здесь.
Когда он вновь обернулся к щели, Матей вместе с остальными членами своего отряда уже вошел в Речные Врата. Прямо за ним следовал ещё один Убийца Милосердия с факелом в руках, затем Тессали, насылательница снов и остальные охранники.
Они зашли достаточно далеко, чтобы пламя факела осветило даже самые темные углы помещения. Уперев руки в бедра, Тессали, старательно избегавший смотреть на то, что лежит на тарелках руттеркинов, встал в самом центре светового пятна.
- Мы преследуем колдунью-тифлинга и воина в бронзовой броне.
Оторвав шмат мяса с бедренной кости, которая, судя по её толщине, некогда принадлежала эльфу, один из руттеркинов поднялся на ноги и уставился Тессали прямо в глаза. Никакого другого ответа не последовало.
- Если вы скажете нам, где они находятся, мы заберем их и уйдем, - произнес Тессали. – Они психи, оба, и весьма опасны.
Его заявление вызвало хор перешептываний. Обнажив меч, один из Убийц Милосердия встал перед Тессали и прижал клинок к шее стоящего руттеркина.
- Фактор задал тебе вопрос, болван.
Руттеркин спокойно поднял деформированную руку и положил незащищенную ладонь прямо на лезвие.
- Прш… да… тбой… попируем.
Речь руттеркина оказалась столь медленной и невнятной, что Потерявший Память Герой не сразу понял, что тот хотел сказать. Прежде чем Убийца Милосердия успел отреагировать, Тессали оттащил его назад и толкнул обратно к двери.
- Мы здесь только ради всеобщего блага, - произнес эльф. – Мы не ищем драки.
- Тогда уходите, - проскрежетал Брилл.
Матей развернулся к слааду.
- На первый взгляд кое-что из этого мяса кажется человеческим. Ты же не хочешь, чтобы я присмотрелся получше, не так ли?
Брилл расправил массивные плечи.
- Привозное. Самолично доставил его сюда прямиком с Кровавой Войны.
- И, полагаю, у тебя есть документы, это подтверждающие?
Брилл сглотнул столь громко, что звук этот можно было расслышать даже за запертой дверью. Взяв факел, Матей направился к кладовой.
Потерявший Память Герой прошипел тихое ругательство.
- Что там? – прошептала Джейк.
- Брилл нас предал, - так же шепотом ответил трассонец. – Готовься.
Он потянулся к мечу, но почувствовал, что Джейк положила руку на его предплечье.
- Брилл не кидала. Это часть игры.
Тифлинг потянула его назад в темный угол. Едва они успели укрыться за двумя стоящими там большими бочками, как покореженная дверь распахнулась, и Матей, за которым шел ещё один Убийца Милосердия, переступили через порог.
Их факел тут же с шипением угас. На мгновение Потерявший Память Герой услышал журчание воды, затем два всплеска, за которыми последовали пара захлебывающихся воплей. Кладовую наполнил мускусный речной запах, который тут же исчез.
- Что случилось? – это был Тессали. – Свет!
Насылательница снов пробормотала краткое заклинание, и лезвие её кинжала вспыхнуло ярчайшим белым светом, затопившим всю таверну. Сложно сказать, кто больше удивился, Тессали или Потерявший Память Герой, увидев, что толпа руттеркинов уже успела окружить отряд эльфа.
- Гонь… Вет… Така!
Один из руттеркинов вырвал светящийся кинжал из рук кабалитки и швырнул его в сторону кладовой. Дверной проем на миг наполнился кружащимися черными потоками, снова послышалось журчание, а в воздухе разлился мускусный речной запах.
- Тебе пора уходить, эльф, - проскрежетал Брилл.
Взглянув поверх бочки, Потерявший Память Герой увидел, как еле видимые во тьме руттеркины расходятся в стороны, чтобы дать Тессали пройти. В сопровождении своих людей эльф начал отступать к дверям, но затем решительно остановился. Его лицо было практически неразличимо в багровом свете свечей.
- Мне известно, что они вошли сюда – человек и тифлинг. И я не уйду, пока не узнаю, что с ними стало.
В тусклом свете было видно, как рука Брилла взметнулась, указывая на кладовую.
- Они прошли сквозь эту дверь, как и твои стражники, - он издал несколько хрипов, долженствовавших обозначать смех. – Иди же. Взгляни сам.
По залу прокатилась волна шипящих смешков.
- Твои шутки сейчас некстати, - несмотря на свои слова, эльф устремил задумчивый взгляд в сторону кладовой. – И можешь быть уверен – Гармониум вернется сюда, чтобы проверить твою лицензию.
- В этом нет нужды, - голос, принадлежащий человеческой женщине, пробудил в душе Потерявшего Память Героя смутное ощущение дежа-вю, что иногда посещало его. Из темного угла раздался скрип отодвигаемого стула, а затем женщина продолжила. - Я сижу здесь уже несколько часов и могу уверить вас – тех, кого вы ищете, тут нет.
Тессали повернулся в сторону говорившей, которая, судя по всему, направилась к стойке.
- И кто же вы, миледи?
- Одинокая женщина, попавшая в беду.
В пятно неяркого света вошла высокая и величественная красавица, одетая в простое белое платье. Её гладкая кожа имела оливковый оттенок, глаза были зелеными, словно изумруды, а лицо с высокими скулами выглядело царственно и завораживающе – и лицо это Потерявший Память Герой знал так же хорошо, как и свое собственное.
- Не будете ли вы добры проводить меня в более безопасную часть города? – незнакомка обвела комнату взглядом, словно удивляясь тому, как могла оказаться в подобном месте. – Кажется, я потерялась.
Резко встав, Потерявший Память Герой распахнул дверь и занес ногу над порогом. Он едва сдерживал рвущиеся с языка слова. Схватив его за руку, Джейк оттащила его назад, а затем осторожно прикрыла дверь кладовой.
- Зоомби, да что на тебя нашло? – прошипела она. – Мы почти в безопасности!
Трассонец снова устремил взгляд на щель.
- Это она! Женщина, которая появляется передо мной… - он чуть было не прошептал «когда я пью», но вовремя спохватился. – Та, которую я знаю из прошлого.
- Пф. Этого не может быть.
В это время в главной зале Тессали, потирая подбородок, продолжал задумчиво рассматривать незнакомку.
- Это неподходящее место для женщины… вроде вас. Как вы сюда попали?
С озадаченным выражением лица она покачала головой.
- Я не могу… я правда не знаю. Я была дома, а потом это.
- Да, возможно, вам и правда стоит пройти со мной, - обхватив её за плечи, Тессали посмотрел на Брилла. – Её счет оплачен?
Даже слаад не успел сориентироваться достаточно быстро, чтобы извлечь выгоду из сложившейся ситуации. Он лишь покачал головой и проскрежетал:
- Не знал, что она здесь.
- Хорошо, - Тессали махнул своим оставшимся спутникам, приказывая им открыть дверь. – Мы уходим.
- Нет! – ахнул Потерявший Память Герой.
Он направился к выходу из кладовой, но Джейк преградила ему дорогу.
- Зоомби, не будь дураком!
- Я не могу позволить им забрать её! – прошептал трассонец. – Она знает, кто я такой!
- Что она здесь делает? Как тебя нашла? – продолжала допытываться Джейк. – Эта женщина, должно быть, лишь одна из иллюзий насылательницы снов!
- С дороги!
Трассонец оттолкнул Джейк в сторону, но, вспомнив о портале, вернулся назад и отыскал в темноте кружку с вином. Сделав глоток, он снова подошел к двери и распахнул её, но к этому времени в таверне уже не было ни Тессали, ни незнакомки. Потерявший Память Герой ещё раз отхлебнул из чаши и шагнул через порог, напрочь позабыв и об оставшейся позади амфоре, и о своей проводнице.