Броско одетый молодой дроу из тени в переулке у ворот дома Бэнр следил, как Бриза До'Урден бежит из дома Ксорларрин. Он поднял свою глазную повязку — недавнее приобретение, зачарованное, чтобы показывать ему вещи, которых не видел глаз, и не позволять ему быть замеченным иначе, чем глазами — чтобы лучше осмотреть женщину. Бриза была не намного младше его, и мужчина решил, что да, действительно замечает её сходство со знаменитым отцом.
Он понимающе улыбнулся, увидев что жрица из дома До'Урден движется осторожно и продолжает оглядываться по сторонам, как будто ожидает, что на неё набросится свора убийц. Его особенно позабавило — и заинтересовало — то, как торопливо она миновала дворец Баррисон Дель'Армго.
Джарлакс слышал эти слухи из очень надёжного источника, поэтому, конечно же, стал искать подтверждение. Он принципиально старался узнать истину обо всём. Информация для него была особенно важна, поскольку этого дроу не защищал ни один дом — официально, по крайней мере.
Благодаря знаниям он оставался в живых.
Точнее, благодаря им и его неприкрытому обаянию — по крайней мере, так он говорил любому, кто спрашивал, обычно проводя рукой по своим коротким белым волосом, которые укладывал с помощью слизи из убитых желатиновых кубов, чтобы стояли на его красиво изгибающемся черепе торчком, как корона белого пламени.
Он был благородного происхождения — одного из самых благородных, каких только может достигнуть любой мужчина в Мензоберранзане — но был не богат. Пока что. Он определённо намеревался разбогатеть. Тот факт, что он пока не достиг этой возвышенной цели, вовсе не означал, что он не может вести себя так, как будто владеет значительными средствами. Он управлял молодой организацией, построенной в основном на обещаниях и мечтах, и тратил больше монет, чем оставлял про запас, на лучшую одежду и различные полезные безделушки, которые не мог украсть — вроде глазной повязки.
И в земле теней Джарлакс казался ходячей лампой. Его одежда всегда была ярких цветов — модное сочетание из ярко-голубой рубахи, подогнанного по фигуре красного жилета и цветастого пояса, сотканного из огромных перьев, одно из которых по слухам было волшебным.
Он носил лишь одно оружие — рапиру, делал это открыто, но те, кто знали его, также знали, что он в мгновение ока мог достать ещё одно — будь то метательный нож, многозубцовый кинжал для парирования или другая рапира.
Конечно, для этого пройдохи оружие было скорее отвлекающим, чем смертоносным средством. Для убийства Джарлакс обычно использовал другие, более изобретательные способы.
Но он был здесь не для того, чтобы убивать. Не на этот раз.
- Хорошо, что ты пришёл, - сказал он, по-прежнему стоя лицом к опустевшей улице, хотя знал, что связной из дома Ксорларрин стоит прямо у него за спиной.
- Возможно, Джарлакс не так умён, как он сам считает, - заметил Хоррудиссомот.
- Ты нашёл меня лишь потому, что я сам этого хотел, - ответил Джарлакс. Это была ложь, по большей части предназначенная скрыть его оплошность — он приподнял повязку, чтобы посмотреть на Бризу До'Урден, а ведь этот предмет мог бы помешать волшебнику Ксорларринов определить его местонахождение с помощью магии. Но он никогда не произносил правду, которая могла бы повредить его загадочности, и продолжил гнуть свою линию.
- У нас мало времени, если мать Зирит действительно хочет, чтобы всё было сделано.
- Что тебе известно? - спросил Хоррудиссомот. - Какие новости о домах Симфрей и Тр'Арах?
- Ничего определённого. Но улицы вокруг них сегодня необычайно пустынны.
- Ты понимаешь свою задачу?
- Я понимаю свою плату, - ответил Джарлакс, поворачиваясь лицом к волшебнику.
- Это значительная сумма.
- Как мы и договаривались.
Денди протянул руку, но волшебник не достал мешок с монетами и драгоценными камнями.
- Его нужно доставить, и доставить живым.
Джарлакс нетерпеливо вздохнул, не убирая руки.
- Слуги матери Зирит долго обсуждали это со мной. Сделка была заключена.
- Я просто...
- И в условиях сделки оговаривалось, что плата — вперёд, - напомнил ему Джарлакс.
- Да ты хоть знаешь, кто я такой? - воскликнул надменный волшебник, который действительно считался одним из сильнейших магов города.
- Достаточно, чтобы хватило нацеленных прямо на тебя арбалетов, заклинаний и обученных убийц, если в них возникнет необходимость, - ответил Джарлакс. - И достаточно, чтобы мудро позволить тебе найти меня здесь, рядом с дворцом матери Бэнр, дорогой подруги твоей верховной матери Зирит.
Хоррудиссомот выпрямился и окинул наёмника хитрым взглядом.
- И моей дорогой подруги, - добавил Джарлакс.
- Половина сейчас, - предложил волшебник.
- И я доставлю половину интересующего тебя воина.
- Не меня.
-Значит, твою верховную мать, - сблефовал Джарлакс, притворяясь, что не знает о настоящем обмене.
- Мать До'Урден, - вынужден был поправить Хоррудиссомот.
- О, ну конечно — после того, как с ним закончит Зирит. По любым меркам он — настоящий подарок. Многие благородные женщины следят за ним издалека. Мне говорили, что от грациозности его боевых приёмов просто дух захватывает.
- Ты притворяешься, будто незнаком с ним лично.
- Дорогой мой Хоррудиссомот Ксорларрин, я лично знаком с каждым дроу в Мензоберранзане.
- А с этим?
- Он великолепен. Ты знаешь, что в Мили-Магтир он был слишком хорош? Преподаватели сдерживали его во время тренировок. Не хотели, чтобы он опозорил благородных потомков знатных домов дроу, поскольку его дом стоит так низко, что грядущую битву между ними и домом Тр'Арах не стали бы даже обсуждать в Ку'елларз'орл, если бы не присутствие этого мужчины.
- Битву всё равно не обсуждают.
- Мы говорим о ней прямо сейчас.
- Лишь потому, что за него положена награда... за живого.
Джарлакс пожал плечами. Ему было неважно.
- Тогда отдай мне награду, и я приступлю к работе. Любая задержка — и тебе придётся объяснять матери Зирит, что нужный вам воин может погибнуть или оказаться в руках Джарлакса, который решил поднять цену.
Где-то во мраке у себя за спиной Хоррудиссомот услышал щелчки дюжины взводимых арбалетов, шёпот волшебного слова — возможно, командного слова для жезла — и речитатив молитвы.
А перед ним спокойно стоял Джарлакс, выжидающе протянув руку.
Хоррудиссомот отдал ему мешок с сокровищами.
- И напомни матери Зирит, что любые другие выжившие, которых я заберу из этого боя, принадлежат мне по закону и с благословения её и её союзниц из Правящего Совета. Таков был наш уговор, и таково сокровище, которого я больше всего жажду в обмен на мои услуги.
- Ты собираешь армию, Джарлакс? - спросил волшебник. - Армию безродного бродяги? За такое мужчину могут убить, знаешь ли.
- За такое могут убить множество дроу, - ответил Джарлакс. - Подозреваю, даже больше, чем ты способен представить.
Волшебник фыркнул.
- Поторопись, Джарлакс, ведь Тр'Арах выступает сегодняшней ночью.
- Откуда ты знаешь?
Волшебник засмеялся и щёлкнул пальцами, исчезнув в мгновение ока.
Джарлакс прикрыл один глаз и огляделся исключительно через свою повязку, убеждаясь, что Хоррудиссомот действительно ушёл.
Молодой наёмник облегчённо вздохнул, потянулся вниз и постучал пальцем по пряжке своего пояса, чтобы прекратить иллюзорные звуки несуществующего войска, якобы окружившего место встречи. Он молча сунул мешок в свою поясную сумку, казавшуюся мелкой, но способную вместить в себя целую драконью сокровищницу.
Всё, что теперь оставалось — придумать, как, во имя Девяти Адов, он должен вытащить этого блистательного молодого воина из грядущей войны между домами, не потеряв при этом половину своего пока что скромного наёмнического отряда.
Или собственную голову.
- Слухи преувеличены, - заверил свою мать, верховную мать Хаузз, Дувон Тр'Арах. - Я был с ним в академии. Да, он хороший боец, но упоминать этого выскочку рядом с великими оружейниками — истинная блажь.
- Ходят слухи, что даже Утегенталь Армго не хочет иметь дела с этим созданием Симфрей, - сказала Донгелина, старшая дочь и первая жрица младшего дома. Она только что миновала порог столетия, и стало ясно, что Донгелина никогда не станет старшей жрицей. Но, может быть, верховной матерью?
Дувон нахмурился.
- Скорее всего, Утегенталь просто не хочет тратить на него время. Зачем? Какая ему выгода?
- Слава?
- Великий Утегенталь убил дюжину воинов-дроу в единственном бою. Репутация? - в ответ на идиотское, по мнению Дувона, предположение, он с отвращением покачал головой. - Да если Утегенталь согласится драться с этим низкорожденным симфреевым отродьем, его слава только пострадает.
-Успокойся, сын мой, - приказала мать Хаузз. - Не взирая на твои впечатления за проведённое вместе в Мили-Магтир время, этот воин обладает выдающейся репутацией. Но мне интересно, почему ты так убеждён в своём мнении, раз прошло несколько десятков лет? А ещё мне интересно, почему ты так жаждешь этого боя?
- Ради славы дома Тр'Арах! - без малейших колебаний воскликнул молодой воин. - И уверяю тебя, мать, что если бы оружейником дома Симфрей служил Утегенталь Армго — или Дантраг Бэнр, раз уж на то пошло — я стал бы умолять тебя воздержаться от битвы. Но этот жалкий самозванец? Нет. Я убью его собственными клинками.
- Берегись, младший братец, - насмешливо фыркнув, сказала Донгелина.
- Я видел его. Я знаю, как его победить.
Донгелина закатила глаза, но повернулась обратно к матери, поскольку было ясно, что никто из присутствующих не желает продолжать этот спор. Если самомнение Дувона приведёт его к гибели при победе над домом Симфрей, это станет всего лишь мелкой досадой. Мать Хаузз вынашивала поистине грандиозные планы, и была готова заключить новые союзы, как только дом Тр'Арах покажет себя в битве. Позёрство сына не слишком её беспокоило.
Она была уверена, что всего через пятьдесят лет дом Тр'Арах войдёт в число первых двадцати домов Мезоберранзана. И хотя сама мать Хаузз почти наверняка никогда не займёт место в Правящем Совете, она надеялась, что одно из этих мест достанется Донгелине.
- Волшебники готовы? - спросила мать Хаузз. - Те, которых мы наняли для обеспечения заградительного огня, будут готовы?
- Волшебники Ксорларринов стоят дорого, но они того стоят, - ответила Донгелина, наполнившись гордостью от простого напоминания, что она заключила сделку с могущественным четвёртым домом. Она, простая Донгелина Тр'Арах, стояла перед троном Зирит и торговалась с грозной верховной матерью, как персона, заслуживающая её внимания.
- А твои жрицы?
- Мы обрушим на них огонь! - заверила Донгелина. - Мы заморозим их на месте, оставим их парализованными и неспособными защититься от убийц Дувона.
- Нужно всё сделать быстро, - пояснила мать Хаузз. - Мы должны выступить без предупреждения и с максимальной скоростью.
- Только прикажи, мать, - сказал Дувон.
- Дурак, она только что это сделала — отозвалась Донгелина, и Дувон искоса посмотрел на неё с видом крайнего недоумения. - Волшебники Ксорларринов уже на позициях, - продолжила первая жрица.
- Мне не сказали.
- Ты мужчина. Тебе говорят сейчас, - ответила Донгелина.
Мать Хаузз засмеялась на своём троне и взмахом руки дала им знак приступать к действиям.
За стенами дома Тр'Арах, из мрака между волшебными огнями младших домов в нижней части Мензоберранзана, вышли солдаты и жрицы.
Вокруг них царила тишина, не считая шёпота зевак, распространяющих слухи, что дом дроу выступил на битву.
- Только ворота, - просигналил Хоррудиссомот своим волшебникам-подчинённым на затейливом языке жестов дроу. Отряд из шестерых магов висел в воздухе через улицу от дома Симфрей, укрытый полем общей невидимости, хотя каждый маг также обладал чарами, преодолевающими этот двеомер, и они могли видеть друг друга. Хитрая магия, но для самого могущественного мага дома Ксорларрин — сущий пустяк. - Все молнии, весь огонь. Только на ворота.
- Хватит и одной молнии, - просигналил в ответ один из волшебников.
- Все, - вслух сказал Хоррудиссомот, хотя сам запретил любые звуки, кроме тихого шёпота, необходимого для некоторых заклинаний. Он хотел внушить подчинённым, что у него есть план... и что он не любит, когда его приказы подвергают сомнению.
- Сразу друг за другом, - добавил он с помощью пальцев. - Мы откроем ворота, и на этом наша работа окончена — если я не отдам другой приказ.
Он ненадолго прикрыл глаза, чтобы вспомнить слова нового заклинания, потом снова посмотрел на улицу, когда один из лейтенантов хлопнул его по плечу. Зрение Хоррудиссомота могло не только преодолеть чары невидимости, но было усилено и другими заклинаниями, которые позволяли ему видеть лучше любого другого дроу. Едва обернувшись, он сразу заметил наступающих воинов Тр'Арах, крадущихся вдоль стены другого младшего дома.
- На счёт десять, - просигналил он своим магам и начал плести чары — двеомер, создание которого занимало больше времени, чем простой огненный шар или молния.
Он закрыл глаза и настолько полно сосредоточился на своём заклинании, что даже не услышал внезапного и яростного магического шторма, который группа магов обрушила на на врата дома Симфрей. Молнии разбивали прутья, огненные шары плавили петли. К граду боевой магии присоединились новые заклинания, созданные, чтобы активировать любые глифы или печати, которыми Симфреи могли запечатать вход.
Морозная вспышка окутала ворота прочным льдом, пока новый огненный шар не превратил его в облако тумана.
И новые молнии посыпались на металл, корёжа и разбивая его, и наконец открыли ворота.
Начав эту атаку, волшебники Ксорларрин потеряли свою невидимость, но всего миг спустя Хоррудиссомот вернул им маскировку.
Теперь всё зависело от воинов Тр'Арах, движущихся в наступление. Ручные арбалеты щёлкали всякий раз, как только они замечали стражника Симфреев. Сбоку от наступающих бойцов находился знатный сын матери Хаузз, Дувон, и его элитная стража, ехавшая на огромных ящерах с липкими лапами, которые позволяли им легко подняться по стене и перемахнуть через ограду.
- Второй залп! - просигналил Хоррудиссомот, и его волшебники начали готовить следующий раунд магического веселья, на этот раз включающий в себя более специфичные и ситуационные заклинания, вроде перекрывающей проходы паутины или чар, замедляющих движение либо крадущих магию врага.
По сигналу Хоррудиссомота, волшебники Ксорлларинов взялись за руки, построившись клином. Находящийся на острие клина придворный маг стрелой полетел вперёд, потащив за собой невесомых подчинённых. Они пересекли улицу, оказавшись у изгибающейся лестницы одной из двух башен, расположенных по бокам двора Симфреев.
Там они стали ждать и наблюдать за развернувшимся между домами Симфрей и Тр'Арах сражением.
В дальнем конце улицы Джарлакс, повязка которого преодолевала невидимость, наблюдал за левитирующим строем магов с некой смесью трепета (ему определённо не хотелось ссориться с волшебниками дома Ксорларрин), надежды (их отправили, чтобы помочь ему забрать нужного воина?) и восхищения (он подозревал, что Хоррудиссомот просто берёт деньги у обеих сторон конфликта).
- Скорее всего, он будет сражаться на верхних террасах, - просигналил Джарлакс своему старшему лейтенанту, Аратису Хьюну. Джарлакс кивнул, затем оба плотно завернулись в свои волшебные плащи-пивафви и Джарлакс позволил опытному убийце вести себя. Они двигались через улицу от тени к тени скользя сразу позади первой линии воинов Тр'Араха и прямиком перед второй атакующей группой, включавшей в себя придворных жриц матери Хаузз.
Двое дроу быстро подкрались к стене Симфреев справа от сорванных ворот. Аратис Хьюн скользнул в сторону, и Джарлакс прошёл мимо, достав клочок чёрного бархата. Джарлакс подбросил его перед собой, закрутил, и бархат, вращаясь, начал удлиняться, удвоился, а затем утроился в размерах. Ткань плотно прилипла к стене Симфреев и застряла на ней — или, скорее, слилась воедино.
Поскольку полотно превратилось в дыру в некогда прочной стене, и сквозь эту дыру прошёл сначала Джарлакс, затем, сразу за ним — Хьюн. Оказавшись внутри, Джарлакс потянул за край дыры, убирая её, снова превращая в простой кусок ткани, и быстро сунул его себе за пояс.
Двое дроу оглядели открывшийся перед ними двор. Неподалёку от них, у первого яруса правой башни уже шла битва.
Джарлакс указал на левую башню и дал Аратису знак двигаться.
- А если я его найду? - спросили пальцы убийцы. - Мне что, в пылу битвы пытаться вести разговоры со смертельно опасным воином?
В ответ Джарлакс достал дротик для ручного арбалета, казавшийся толще и крупнее обычного.
Сочившийся ядом.
- Это его остановит? - просигналил Аратис.
Джарлакс пожал плечами. Аратис тяжело вздохнул. Джарлаксу уже доводилось видеть этот вздох. Он прекрасно знал, что они — совсем новый отряд наёмников, пытающийся укрепить свои ряды и власть, прежде чем какая-то другая банда или дом дроу поглотит или перебьёт их. Джарлакс и Аратис понимали, что прыгнули выше головы, но риск именно такого рода — и дальнейшие дела — позволял обзавестись репутацией. Их задачу это не облегчало, особенно учитывая ожесточившиеся схватки на обеих башнях и прибытие на сцену жриц обеих домов, освещающих мрак ударами пламени, волшебными молотами, которые поражали врагов сами по себе, и параличом, удерживающем противников на месте.
Может быть, они действительно прыгнули выше головы.
- Молись за меня, - просигналил Аратис. - Только не Ллос!
Несмотря на напряжённую ситуацию, Джарлакс сумел улыбнуться в ответ на это высказывание, превратившееся в литанию для его банды наёмников, каждый из которых в матриархальном обществе Мензоберранзана, среди мизандрии Паучьей Королевы оказался изгоем.
Аратис Хьюн двинулся влево, а Джарлакс пошёл вправо, и если ассасин просто воспользовался своими умениями для восхождения на башню, Джарлакс надел пару необычайных перчаток, обладавших свойствами паучьих лап, и активировал один из нескольких двеомеров на своих знаменитых сапогах, наделявший его левитацией.
Всё ради стиля, подумал он.
И начал подниматься, одна рука за другой, практически взбегая по отвесной каменной стене башни.
- Там твой друг, - просигналил один из волшебников Хоррудиссомоту, который кивнул в в ответ, пускай даже и не считал бродягу Джарлакса другом.
- А там — приз, - просигналил другой, указывая всем на цепочку мостов между башнями, где сражение только разгоралось.
Авангард дома Тр'Арах, включавший пару всадников на ящерах, высыпал на мосты с правой башни, а небольшой отряд защитников выбежал из дверей левой. Воины Симфрей остановились, увидев, что их значительно превосходят числом — все, кроме одного.
Сверкая красными глазами, этот словно бесстрашный воин с нетерпением рвался вперёд. В его руках было по мечу, и он крутил ими — по бокам, потом перед собой, над головой, за спиной и снова по бокам.
Отряд Тр'Арах дал залп, засыпав узкий мост арбалетными дротиками, но этот передний воин Симфрей крутанулся и нырнул, и его пивафви широко взметнулся, собрав в свои защитные складки все стрелы, которые могли бы поразить владельца.
Воин вышел из вращения как раз в тот миг, как на него налетел всадник на ящере — или попытался налететь, поскольку один меч ударил в опускавшуюся челюсть ящера, второй рубанул по лапе сбоку, и под эту лапу воин перекатился, уходя от выпада умелого наездника Тр'Араха.
Оказавшись на спине, одним плавным движением воин Симфрей подобрал ноги и ударил падающего ящера — достаточно, чтобы оттолкнуть того вправо, где он ударил со всех сил, выбрасывая ящера с наездником через низкие перила.
Ящер ухватился за перила, всадника рвануло вниз, но он удержался в седле, поскольку способность этих животных бегать по стенам и потолкам требовала привязывать наездников к седлу. Ящер и наездник попытались выкарабкаться на ровную поверхность, но воин Симфрей уже был рядом, один меч рубил и колол морду ящера, снова ранив его пасть и ускользнув слишком быстро, чтобы зверь сомкнул зубы на клинке, а второй меч хитро парировал укол наездника, поймав оружие сбоку, и быстро скользнул по нему вниз, очень быстро, достаточно быстро, чтобы рассечь стремя и кожу ящера. Зверь дёрнулся и рефлекторно огрызнулся на собственного наездника, и хотя висящий дроу был достаточно ловок, чтобы увернуться от челюстей, это движение открыло его для воина Симфрей.
Тот прыгнул в воздух, вытянулся в одну линию и ударил ящера двумя ногами в горло и подбородок, отбрасывая зверя назад, столкнув его с моста почти полностью, за исключением единственной лапы, схватившейся за нижнюю перекладину перил.
Воин Симфрей не успел закончить начатое. Он упал на мост и вскочил, перекатившись на ноги, бросился вперёд — весь этот поединок занял не больше нескольких мгновений.
- Убейте его! - крикнул он приободрившимся товарищам, которые снова бросились в атаку, и встретил пехотинцев Тр'Арах, несущихся на него по двое в ряд. Первая пара уже опустила длинные многоклинковые алебарды.
Чемпион Симфрей ушёл влево, затем снова вправо на шаг, затем — обратно влево, к перилам моста. Его удары и увороты заставили пехотинцев Тр'Арах наклонить своё тяжёлое оружие, но это были умелые бойцы, следившие за движениями противника и не позволявшие себе открыться
Однако они сильно удивились, когда чемпион Симфрей неожиданно прыгнул прямо на них, и удивились ещё сильнее, когда он швырнул правый меч в воздух, и оказались полностью захвачены врасплох, когда он выхватил из-за пояса длинный кнут, хлестнул им справа налево, изгибая запястье, чтобы опутать древки алебард, и дёрнул вражеское оружие в сторону. Прежде чем они смогли вырвать оружие — один просто мудро бросил алебарду и попытался достать меч — воин обрушился на них, вынудив обоих отступить вправо серией быстрых уколов. Этот вихрь ударов ускорился вдвое, когда воин прижал кнут обратно к волшебному захвату на бедре и вернул себе второй меч, с отточенным совершенством подобрав его из воздуха, когда оружие полетело вниз после броска.
Затем воин оказался за ними, прорезав путь до середины моста, крутясь, проходя между следующей парой, потом ещё одной, его клинки слились в великолепную вспышку, каждый меч сражался с двумя противниками с каждого бока, парируя, контратакуя, выводя бойцов Тр'Арах из равновесия.
Что оказывалось смертоносным.
Поскольку следом за чемпионом шли его подчинённые, и каждая пара солдат Тр'Арах, которую он миновал, встречалась с натиском, заставляющим задуматься об отступлении.
Ряды Тр'Арах на мосту смешались.
Впрочем, они и так не успели нормально построиться.
Хоррудиссомот, по-прежнему паривший со своими коллегами в воздухе около башни, огляделся кругом. Поскольку Хоррудиссомот всё равно видел их, он понятия не имел, который из магов прочитал новое заклинание и стал видимым.
- Кто прочёл заклинание замедления? - спросил он, поскольку при взгляде на растерявшихся бойцов Тр'Арах их движения определённо казались замедленными в сравнении с ошеломительной вспышкой, в которую превратился чемпион Симфрей!
Волшебник рядом с Хоррудиссомотом хмыкнул и покачал головой.
- Матери Зирит следовало потребовать большую плату у матери До'Урден, - заметил он.
Хоррудиссомот смотрел на блистательного воителя, который уже прошёл через всю линию, оставляя противников ранеными, стреноженными и растерянными, когда на них нападали солдаты Симфрей. Чемпион ни секунды не медлил, и он не стал входить в другую башню. Вместо этого он прыгнул с моста на перила окружавшей башню лестницы, соскользнул чуть ниже, затем прыгнул снова с башни, чтобы ухватиться за поддерживающие мост балки. Затем — назад на лестницу, потом — назад к башне, с каждым прыжком туда-обратно спускаясь на десять-пятнадцать футов, пока не оказался на земле, согнув при касании ноги под безупречным углом и перекатившись, чтобы смягчить силу столкновения — раз, два — и снова вскочил на ноги, устремляясь к основной группе Тр'Арах, состоящей в основном из крайне удивлённых жриц.
Хоррудиссомот был рад, что его нет среди них.
Прижавшись к стене башни, Джарлакс с трепетом и восторгом затаил дыхание, глядя как спускается чемпион Симфрей, прыгая с перил на балки моста, на стену башни и обратно с такой ловкостью и грацией, как будто он тренировал этот потрясающий и молниеносный спуск каждый час каждого дня.
- Хмм, - произнёс хитрый наёмник, когда его цель пронеслась мимо. Просто «хмм», поскольку это был один из редких случаев в его полной событиями жизни, когда Джарлакс лишился дара речи.
С другой стороны он увидел вспышку, сигнал от Аратиса Хьюна, и кивнул, давая понять, что займётся чемпионом, а Хьюн может позаботиться о других делах — как они и договаривались.
Хотя, глядя вниз, Джарлакс понятия не имел, как ему вообще подобраться к этому ловкачу.
Воин, который должен был стать его жертвой, был внизу на поле между башнями Симфрей, уклоняясь от ударов пламени, метательных копий и свистящих отравленных дротиков. Он насел на жрицу, махавшую змееголовой плетью — не слишком опасной, всего с двумя отравленными головами...
...вовсе без голов, отрубленных клинками чемпиона.
И следом за этим ударом его кнут хлестнул женщину Тр'Арах прямо по лицу. Джарлакс ожидал, что воин проскользнёт мимо, как на мосту, но нет, он остановился и добил жрицу широким ударом мечом по шее.
Джарлакс понял, что жрица была защищена магией, заметив искры и разноцветные вспышки от её волшебных барьеров.
Они не помогли.
Её голова упала отдельно от туловища.
Теперь рядом оказался пехотинец Тр'Арах, с танцующими, прядущими вязь клинками, быстро сокращая расстояние.
Но чемпион Симфрей выхватил второй клинок и встретил этот вихрь с безупречной лёгкостью. Каждый удар противника раз за разом легко уводился в сторону, пока наконец воин Тр'Арах самую чуточку не потерял равновесие.
Всего чуточку.
Но в схватке с этим чемпионом это было слишком много. Тот шагнул мимо и резанул противника по ногам сзади, обрушив его, беспомощного, на землю.
- Мне следовало потребовать у матери Зирит большую плату, - простонал Джарлакс. Почти у самой земли, по-прежнему прижимаясь к стене башни, он замер — и заметил, что чемпион не добил последнего противника, как поступил со жрицей.
Правда, у наёмника не было времени размышлять об этом, и все его усилия заполучить этот живой приз вдруг показались напрасными, поскольку чемпион Симфрей внезапно, абсолютно внезапно замер, застыв полностью неподвижно, совсем не шевелясь, как будто просто примёрз к земле.
А перед ним на поле стояла первая жрица Донгелина Тр'Арах, злобно ухмыляясь и махая всаднику на ящере — её брату, Дувону, понял Джарлакс — чтобы тот убил беспомощного чемпиона, парализованного её могущественным двеомером.
- Дорогая сестра, ты лишила меня главной забавы! - воскликнул Дувон Тр'Арах, направляя своего ящера мимо Донгелины, глядевшей на чемпиона Симфрей, злобно ухмыляясь успеху своего заклинания парализации.
- Просто убей его, идиот, - отозвалась она. - Ты получишь свою долю славы, и мы расскажем всем, что ты победил этого труса Симфрей так быстро, что казалось, будто он замер от страха.
- Лучшая ложь — это двусмысленная правда, - процитировал Дувон, и хотя он немного сожалел, что придётся убить этого мужчину беззащитным, он хмыкнул и ударил пятками ящера, бросая его бегом.
- Конечно, - крикнула вслед первая жрица Донгелина, - приобретя подобную репутацию, ты привлечёшь внимание Дантрага Бэнра и Утегенталя Армго — они всегда ищут достойных соперников.
Дуван придержал своего зверя и оглянулся, наградив сестру злобным взглядом. Та улыбнулась ещё шире.
Но нет, он отмахнулся от этого предупреждения. Он хотел совершить это убийство, невзирая на риск, и снова пустил ящера бегом, удерживая поводья левой рукой, а правой — широко отведя меч на высоту шеи абсолютно неподвижной жертвы.
Жрицы дроу проходили годами проходили суровое обучение — дольше, чем последователи любого другого бога на Фаэруне. С ранних лет почти все девочки в Мензоберранзане, особенно знатного происхождения, обучались семантическим, соматическим и материальным составляющим божественной магии и малых заклинаний, даруемых милостью Ллос. Попадая в Арах-Тинилит, академию жриц, они изучали ещё более затейливые и могущественные чары и тренировали тела, чтобы направлять магию без вреда для здоровья.
Но всё это было лишь частью подготовки. Они изучали также боевые искусства и способности опознания — опознания ран, нуждающихся в исцелении, демонических сил, которые слишком велики, чтобы ими управлять, и опознания жертв своих заклинаний, таких как чемпион, застывший на поле перед несущимся на него Дуваном.
Прочитав своё заклинание, Донгелина не сводила глаз с воина Симфрей. Её умелый взгляд высматривал любое движение, даже дёргающееся веко, которое могло выдать слабость её двеомера.
Но нет, он застыл абсолютно неподвижно.
По крайней мере, так ей казалось.
Поскольку этого воина тоже обучали с ранних лет, и пока он рос, познавая окружающий мир, его научили обманывать жриц Ллос, обычно таких самоуверенных, что не допускали даже мысли, будто кто-то способен бороться с одним из их заклинаний. Именно это он и сделал, сопротивляясь заклятию, обратив собственные навыки Донгелины против неё, отреагировав с абсолютным, полным контролем.
Он не шевелился, но заклинание было здесь не при чём.
Поэтому Донгелина была в шоке, когда её брат приблизился к жертве, и за мгновение до его обезглавливающего удара чемпион Симфрей взорвался движением, рухнув на колени и перехватив меч подобно копью, чтобы вонзить его в морду ящера Дувона.
Ящер завизжал и дёрнулся, клинок Дувона рассёк воздух высоко над упавшим воином, и когда Дувон попытался остановить своего зверя, рванув поводья обеими руками, чтобы заставить его развернуться, по лицу его щёлкнул кнут воина Симфрей.
Дувон инстинктивно отдёрнулся в сторону внешнего плеча его разворачивающегося зверя. Центр его тяжести сместился, и раненный ящер перевернулся, придавив наездника. Взбесившись от боли после удара мечом и неразберихи падения, ящер замолотил лапами, и бедный Дувон мог лишь сжаться, прикрываясь руками и надеясь, что зверь не вырвет ему какой-нибудь важный орган.
Что ещё хуже, он ничего не мог сделать со своей беспомощностью перед смертоносным воином, которого его меч должен был прикончить несколько секунд назад.
Но нет, заметил Дувон с удивлением... и облегчением. Чемпион бежал дальше, бесстрашно и безрассудно, направляясь к его сестре и её телохранителям.
Джарлакс спрыгнул со стены и выстрелил из своего ручного арбалета в рухнувшего сына Тр'Арах, решив, что будет неплохо забрать его себе. Он надеялся, что сонное зелье на дротике сделает своё дело.
Но в этот момент из-за башни позади него показались двое солдат Тр'Арах, гнавшиеся за чемпионом Симфрей. Передний боец остановился и пригнулся, а второй перекатился прямо через спину товарища, разворачиваясь, и оба быстро оказались лицом к Джарлаксу, бросившись прямо на него.
Это не сработало...
Исключительно рефлекторно наёмник выдернул свой верёвочный пояс из штанов. Его сумки, волшебные и обыкновенные, посыпались на землю, когда шнур выскочил наружу. Джарлакс швырнул пояс на землю перед врагами. Один из них злобно усмехнулся — на столько абсурдным было предположение, что подобный незатейливый предмет может отвлечь их, а тем более заставить споткнуться.
Но верёвка превратилась в живую змею, длинную и толстую, и улыбка быстро исчезла с лица дроу. Двухголовый удав, оба конца которого немедленно бросились в атаку, опутал лодыжки воинов Тр'Арах и стянул их вместе. Они сумели удержаться на ногах и даже направить свои клинки на змею, пока Джарлакс, который оказался быстрее, не выхватил жезл из петли в своём пивафви и не произнёс нужное слово, выстрелив пузырём липкого сиропа. Пузырь ударил в воинов, сбивая их на землю.
Теперь они были надёжно стреножены — змея сжимала кольца, а сироп удерживал их на месте.
- Ваш дом потерпел поражение! - бросил им Джарлакс, устремляясь в другую сторону. - Но у меня найдётся для вас местечко!
Он, конечно, надеялся, что это правда, но все потеряло значение, когда он снова сосредоточился на чемпионе Симфрей и знатных дроу Тр'Арах и увидел, как рядом с его целью возникли полупрозрачные, призванные магией кружащиеся клинки. Воздух вокруг оружейника заполнился парящей липкой паутиной — а другой воин Тр'Арах прыгнул на него сзади.
Джарлакс вздрогнул, но сразу же перестал доверять своим глазам, поскольку чемпион Симфрей взорвался движением, кружась вокруг и разрубая своим мечом паутину. В последний момент его клинок обрушился на клинки атакующего воина с достаточной силой и скоростью, чтобы отбить их в сторону. Чемпион нырнул, бросаясь в ноги своему противнику.
И когда воин споткнулся, оружейник упёрся в землю рукой с кнутом и оттолкнулся, бросая пошатнувшегося противника прямо на барьер клинков, воздвигнутый первой жрицей.
Мужчина-Тр'Арах закричал, но всего на долю мгновения, а затем его тело разрезало на части — инерция и сила движения клинков создали облако из красной жидкости, кусков мозга, плоти и костей.
И позади кровавого облака вскочил на ноги чемпион Симфрей, поскольку заляпанные кровью клинки теперь стали отчётливо различимы. Он призвал свои врождённые способности дроу и создал сферу непроницаемого мрака, закрывая барьер клинков, затем нырнул внутрь, как будто пытаясь обогнуть преграду.
Первая жрица стала читать новое заклинание, а её телохранители бросились к сфере, ожидая, что чемпион выйдет из неё сбоку.
Но нет, воин Симфрей призвал ещё одно волшебство, известное благородным дроу — левитацию, и вместо того, чтобы пересечь шар темноты, он выскочил из него сверху, поднявшись высоко над барьером клинков под таким углом, чтобы его преодолеть. Перескочив барьер, он прекратил действие левитации и ловко приземлился на землю перед потрясённой Донгелиной.
И несмотря на всех своих стражей и защиту, несмотря на всю магию, дарованную Паучьей Королевой своей преданной последовательнице, первая жрица дома Тр'Арах погибла.