Из чьего, я слышу, дома звуки яшмовой свирели,
В темноте летя, пропели?
Проникают эти звуки в вешний ветер, устремляясь
В город Ло и рассыпаясь
Нынче ночью меж мелодий и печальных и тоскливых,
Слыша "Сломанные ивы",
Кто же может не заметить, что о родине в печали
Думы на сердце упали?!
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923
В изголовии ложа
Сияет, светлеет луна.
Показалась похожей
На иней упавший она.
Посмотрел на луну я,
Лицо к небесам обратив,
И припомнил родную
Страну я, лицо опустив.
Источник: "Дальнее эхо. Антология китайской лирики (VII-IX вв) в переводах Ю.К. Шуцкого", 2000, стр. 136
Прекратился уж полет высокий
Птиц, летающих сплошною стаей.
Тучка сиротливо-одиноко
На свободе в дали уплывает.
И, друг другу не надоедая,
Смотрим друг на друга я и горы.
И докуда зрения хватает,
Есть лишь эти горные просторы.
Источник: "Дальнее эхо. Антология китайской лирики (VII-IX вв) в переводах Ю.К. Шуцкого", 2000
За чаркой винной так и не заметил
Вечерней темноты.
Засыпали мне платье эти
Опавшие цветы.
Я пьяный встал и по луне шагаю:
Она в ручье, в воде.
Вернулись в гнезда птичьи стаи,
И не видать людей.
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923, стр. 30
За чашей винной так и не заметил
Вечерней темноты.
Засыпали мне платье эти
Опавшие цветы.
Я пьяный встал и по луне шагаю:
Она в ручье, в воде.
Вернулись в гнезда птичьи стаи,
И не видать людей.
Источник: "Книга о великой белизне", 2002, стр. 404
Ланьлинского прекрасного вина
Густ золотистый аромат.
И чаша яшмовая вновь полна:
В ней с блеском янтари горят.
И пусть теперь хозяину меня
Вином удастся опьянить —
Тогда, где будут чуждые края,
Я не возьмусь определить.
Примечания
Ланьлин — местность, славящаяся вином.
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923
Я стою... У яшмовых ступеней
Иней появляется осенний.
Ночь длинна-длинна... Уже росой
Увлажнен чулок мой кружевной.
Я к себе вернулась и, печальна,
Опустила занавес хрустальный.
Но за ним я вижу: так ясна
Дальняя осенняя луна!
Источник: "Дальнее эхо. Антология китайской лирики (VII-IX вв) в переводах Ю.К. Шуцкого", 2000, стр. 163
Воды прозрачны-чисты,
И месяц осенний сияет.
Я в озере южном срываю
Белых кувшинок цветы.
Лотос, — почти говорит, —
Мой баловень нежный, любимый;
И в лодке проплывшего мимо
Грустью меня он разит.
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923, стр. 32
Много лет в "Горах Востока"
Быть мне не пришлось...
А цветы цвели уж сколько
Раз в "Пещере Роз"?
Там и тучка исчезала
Без меня, одна...
За который дом упала
Светлая луна?..
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923
Вот если бы убрать-стесать
Откос Царевниной Горы —
То воды Сяна с той поры
Открыли бы широко гладь.
Отведал я Балинских вин.
Я их, не зная меры, пил
И вот уж хмель меня убил
В красе осенних вод Дунтин.
Примечания
Дунтин — название озера.
Царевнина гора — гора над Дунтином. Место прогулок Сянской царевны при императоре Шуне (III тысячелетие до Р. Х.).
Сян — река в южном Китае.
Балин — местность в провинции Хунань, в южном Китае, славящаяся винами.
Источник: "Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р.Хр.", 1923