Выложена с польския кроники на руское с Мартинова писма Бельскаго[3]

Неразумные грекове искони пишут ¹ о мужестве своем,¹ что чинили в прошлых днех выше иных людей. И не могут меры познать себе в таковых писмах своих о воинских обычаях. А всех людей на свете сами ленивее и никогда воинского дела от себе не явили для тех похвальных слов. Наконец и глупость в себе великую показали, коли Тамерлан, царь татарский, побил Баязета, царя турского, на границах армянских.[4] И для того погинули бы все турки, толко б детей Баязетовых греки могли загнесть.[5] А греки по смерти Баязетове берегли их и помогали им против недругов их и любили их, что своих.

А как Амурат, а по-турски Мурзабек, — сын Баязетов[6] — пришел к летом, почал чинить тесноту християном, хотящи разширить царство свое, и принес великой страх греком, волохом[7] и иным государем, и привел тесноту княжеству Албанскому.[8]

В то время в княжестве Олбанском в Епире был государем князь Иоан Кастриот[9] — от роду князей Македонских,[10] а жена иво Войсава была от рода князей словенских болгарских,[11] с которою были у него три сына и три дщери.[12]

Воюючися с турки по всяк час, князь Иоан Кастриот олбанский обнищал до конца и для того умыслил дань давать Амурату, царю турскому. И дал ему в закладе три сыны[13] своя — Станислава, Юрья и Констянтина. А договор был таков меж ими, что было их Амурату не отводить от веры християнской и не обрезать их во свою веру.

Д как их привели во Андрианополь[14] ко Амурату, и Амурат, не помнячи слова своего, того ж часа велел их обрезать и новыя имена им велел дать. Юрью дали имя Скандербег,[15] то есть Александр, а братья его иные имена подавал. И дал их Амурат учить грамоте и научены были языком арапским, турским, греческим,² словенским, воложским.[16] И учили их обычаем воинским — стрелять, и копьи бити, И иными оружии, И учинился тот Скандербег лутчим пред братьею. А было у него знамя на плечах, ³ что меч.³[17]

А как был Скандербег во 18 лет, послал его Амурат с войском до Асии.[18] И там Скандербег мужеством своим и разумом и храбростию выше всех людей оказался. А как воротился до Андриаполя, с великою честию принял его Амурат.

И в тот час служил во дворе Цареве татарин[19] — велик ростом и добре толст пред всеми людми. Завидящи Скандербегу, что его Амурат лутчеи любит неж его, вызвал его битися в тесном месте нагим пред царем. Скандербег рек ему, ⁴ что пристоит на бешеных,⁴ что нагим перед людми⁵ битися, да только учиню то, естьли мне велит Амурат. А как сошлись вместе в тесноте, что не мог⁶ един от другаго далече⁷ уклонитися, и умыслил татарин Скандербега штыком пробить. А Скандербег, ⁸ то видячи,⁸ нагнулся, что лук, от него и, ухватив ибо за руку, тял саблею по плечам и розсек даж до живота и пал татарин, ⁹ a Скандербег и голову отсек ему.⁹ И за то Скандербег взял дар от Амурата.

Потом Амурат ходил до Витаний, к городу Прусу[20] — к столному месту всея Витаний. И тут вышли против Амуратовых людей два персина — великие мужи,¹⁰ — одному имя было Замса, а другому — Яя, хотячи того, кто б с ними бился один на один. Амурат почал говорить людем своим и давал им великие дары, чтоб кто шел против их. ¹¹ И никто ¹² не пошел против их.¹¹ И рек Амурат Скандербегу: «Что стоишь, сыну мой Скандербеже? Чаял¹³ ли тое срамоту нам от себе отгнати, чтоб на нас иные впред не порывались». Скандербег, поцеловавши ноги Амуратовы по обычаю своему, и велел себе привесть коня и збрую, и выехал на великое поле. И многие люди с обеих сторон приехали смотрить того.

Скандербег, выехав, почал звать к себе одного персина, а другой бы то видял, а не помогал. И поехал к Скандербегу Замса во всю пору[21] — как есть обычай персом — с рогатиною, а мыслил Скандербега рогатиною проткнуть¹⁴ в горло. И Скандербег ущитился от него, а рогатина изломалась, ¹⁵ а Скандербег тял его саблею и ранил.¹⁵ Другий персин, видячи то¹⁶ и забывши слово свое,¹⁷ что было никому не помогать,¹⁸ прибегши,¹⁷ переменил товарыща своего.¹⁸ Скандербег, видячи то неправду их, ¹⁹ почал беречися их. И,¹⁹ взявши рогатину, толкнул Яя в горло, свалил с коня²⁰ и, воротясь, ²¹ Замсе раненому²¹ голову отсек²² и пришел пред Амурата. В тот час Скандербег немерное мужество показал,²² что таковых великих²³ двух персинов убил. И ²⁴ великою честью от Амурата почтен и двои дары взял от него.²⁴

Потом Амурат ходил к Никомидии.[22] Тогда Скандербег первый на стену вскочил и прапор отнял.

Амурат, видячи дородство ²⁵ Скандербегово, в великой чести имел его у себе. И многижды посылал ²⁶ иво Амурат против крестьян — греков, словян и иных. И он, ходячи, побивал християн, служачи Амурату. А всегда он то у себя на памяти имел о християнской вере, да никому того не объявил, боячись турков.

Скоро потом Иоан Кастриот — отец Скандербегов — умер.[23] Амурат уведал то и послал там войско свое, хотячи завладеть землю его чрез приговор свой. Скандербег о том велми тужил, ²⁷ да никому не объявил в кручине, ²⁸ боячись проносу.

Братья Скандербеговы почали просить Амурата, чтобы их отпустил на вотчину отца их по приговору своему. ²⁹ Амурат дал им испить зелья смертнаго и поморил их.³⁰[24] А ³¹ Скандербегу ласково ³² почал говорить лестию, а ³¹ хотячи иво отпустить на вотчину его с честию, только б еще пождал времени. И почал тужить³³ по братьи его, что в таковых молодых летех померли. Скандербег, видячи неправду его, почал говорить лстивыми словы:

«О милостивый царю Амурате! Не умер отец мой и братья моя и никто ³⁴ ближней приятель мой, коли ты здоров, Амурате! Милее мне то, Амурате, что держати меч в руках моих, нежели лежать дома. И ³⁵ про то, ³⁵ Амурате, дай мне недруга своего, у которого б помочью божиею и твоим имянем, ³⁶ а своим разумом, ³⁶ отнял землю его и завладел. И то милее ³⁷ мне ся ³⁷ кажет, что силою возму, а не даром, что мне даешь».

Амурат, слышачи то от Скандербега, веселился, а Скандербег по всякой час ³⁸ тешил его ласковыми словесы³⁸ и ко всем турком любовь казал. А, однако, Амурат мыслил ³⁹ о смерти Скандербегове: ³⁹ наносили на него Амурату, что Скандербег держит ссылку с християны и хощет⁴⁰ отъехать на вотчину свою. Амурат, хотячи изведать того, послал Скандербега на деспота ⁴¹ Ерыка серпскаго⁴¹ в Мисию.[25] ⁴² Скандербегу того и не хотелось, да только,⁴² шедчи, побил деспота, служачи Амурату.

Потом писали к Скандербегу многия княжата словенских земель, чтоб ехал на вотчину свою и оне хотят ему помогати против Амурата. Скандербег о том ни с кем не думал, ⁴³ толко сам себе говорил:

«Шалный⁴³ тот человек, что великое дело починает, а ⁴⁴ достатку⁴⁵ не имеет».⁴⁴

Ерык, деспот сербский, видячи тесноту от Амурата, послал ко Владиславу, королю полскому и угорскому, просячи помочи на Амурата. Владислав, король полский и угорский, по слову Евгения, папы римскаго, и Яна Гуниада,[26] воиводы угорского, собрав великое войско з Гуниадом против турского.⁴⁶ Амурат турский⁴⁷ уведал то, послал. против их людей своих 80000 с Калибашем, воиводою своим,[27] а иных 50 000 со⁴⁸ Скандербегом, а сам с янычаны[28] и с иными людми за ними же пошел. А христиан было з Гуниадом ⁴⁹ против турков толко⁴⁹ 36000. Калибаш с людми своими, пришедчи, стал на реке Мораве.[29]

Гуниад уведал то и послал лазучников деспотовых и своих, чтоб осмотрили войско Калибашево — в какове месте и как сторожно стоит. И как Гуниад розведал о турках и, взявши с собою 30 000 людей лутших, а тем⁵⁰ людем своим велел итти за собою неподалеку, чтоб люди людем могли пособь учинить. И перелезчи реку Мораву тайно и пришел изгоном на Калибаша.

И Колибаш ⁵¹ дрогнул было от⁵¹ него, а как увидел, что немногие люди, опять укрепился и учинили бой. А к⁵² Скандербегу послал, чтоб к нему шел спешно на помочь. И как люди Гуниадовы ⁵³ собрались, Колибаш⁵³ увидел то и убоялся и почал к Скандербегу посла по послу посылать, чтоб поспешал к нему. А Скандербег с людми своими не борзо шел, а проведывал, которая сторона изнемогает.⁵⁴ И послал к Гуниаду тайно, чтоб не давал турком осматриватца.[30]

А как к Гуниаду, воиводе угорскому, с тем посланник Скандербегов приехал и то ему сказал и Гуниад почал вопить, по полком своим ездячи, чтоб люди бились беспрестанно и сказывал им про то. Угры и ляхове слышачи то и почали⁵⁵ напущать на турки, а турки, видячи их ⁵⁶ смелой напуск,⁵⁶ нимало против не постояли и побегли, а угры и ляхове ⁵⁷ почали гонять их⁵⁷ и побили ⁵⁸ их безмерно много.⁵⁸

Скандербег, видячи время⁵⁹ ко отъезду своему, и поймал писаря⁶⁰ Амуратова,[31] что переписывал ездячи⁶¹ людей побитых, и велел ему своею рукою писать грамоту к воиводе албанскому, к наместнику⁶² турского,⁶³ от Амурата,⁶² чтоб отдал Скандербегу отчину его, а сам бы ехал ко Адрианополю. И писарь написал ему такову грамоту, какова ему надобет,⁶⁴ печатью Амуратовою запечатал. И Скандербег, взявши грамоту, писаря и турков многих побил. И взявши с собою Амеса — сестрича своиго[32] — и триста словян, которые с ним были, и поехал на вотчину свою в Олбанию.

И, пришедчи к Дыбре, границе болгарской,[33] послал к некоторым⁶⁵ княжатом християнским и объявил им мысль свою. И они, слышачи то, радовались тому и хотели⁶⁶ ему помогать и до смерти, толко бы не перестал с турком воиватца.⁶⁷ Скандербег, видячи приязнь их к себе, радовался тому и пошел с людми своими к городу Крои — к столному месту олбанийскому,[34] — оставивши приятелей своих в лесе в горах, а перед собою послал Амеса — сестрича своево — з грамотою к воиводе.

Амеса, приехав, поцеловал наместника по обычаю турецкому и дал ему грамоту Амуратову, а другую от Скандербега, и сказал ему приезд Скандербегов на вотчину ево за отпущением Амуратовым.

Воевода, вычетчи грамоту Амуратову, и велел ехати Скандербегу к городу. А как Скандербег в город⁶⁸ приехал, воевода ему город и люди и со всем, что в городе, отдал.

Взявши Скандербег город Крою у воиводы олбанского[35] и послал по тех людей, которых оставил за городом. А как люди приехали к нему — побил с ними Скандербег всех турков, которые были в городех, кроме воиводы олбанского и тех, которые похотели к Скандербегу.

А как то уведали тутошние люди — болшие, и середние, и малые — и с великою радостию пошли к Скандербегу, радуясь тому, что его милостивый бог привел на вотчину иво, и государем иво учинили на княжестве Олбанском.

Скандербег, одержавши город Крою и околние места⁶⁹ и послал лутчих людей своих 2000, а велел им стояти на границах для приходу турских людей. А турков еще⁷⁰ велел выискивать и всех⁷¹ побивати.[36]

В то время приехали к Скандербегу ⁷² княжата христьянские,[37] многие околние люди⁷² и прославили его ж выизволителем отчины своей ⁷³ из неволи.⁷³ Скандербег учинил им ⁷⁴ речь широку теми словы:⁷⁴

«Есть вам ведомо, милые соседи и люди мои, коли отец мой, воюючись с тем неверным Амуратом, был изневолен от него. И для того, хотячи покою от него, дал дань ему и мене дал в закладе ему. И аз, будучи там, служил ему и он то ни во что ставил. Братью мою ядом смертным⁷⁵ поморил и мне хотел тож учинить, да бог укрыл мя. Вотчину мою посел, а вас всех ⁷⁶ заневолить хотел.⁷⁶ И яз то все у себя таил много лет, что не было часу моиво.

А нынеча, милая братия и соседи⁷⁷ и люди мои, возмем оружия своя и почнем держав своих доставати, призываючи бога в помочь себе. И бог поможет нам за наше терпение и правду перед ним».

Было то слово Скандербегово любо всем людем, и все рекли:

«Дай боже по твоему слову, Скандербеже, а ты буди правителю наш!».

И собрався⁷⁸ к тем городом, в которых еще турки сидели, и пришедчи, облегли город Петревль,[38] и они поддались Скандербегу. Оттоле шедши, Петральб и Стелю взял.[39] Тут пристал к Скаядербегу Моисей-жид и крестился[40] и много помочи учинил Скандербегу. Тот жид великой правитель был в турках.

На весне Скандербег пошел к Светограду.[41] И пришедчи, розослал людей в войну около города. Люди тутошние прибегли плачучи Скандербегу и говорячи:

«Не туркам ты чинишь убыток — нам убогим!». И он смиловался над ними.

Скандербег очищал землю свою около Мокрой горы, даж и до. границ болгарских, что было завладел Амурат после отца своиво. ⁷⁹ И поддавались ему. Еще к тому ж Скандербег Мокрею и много иных городов побрал у турков,[42] хотя⁸⁰ не были отца его.⁷⁹

И Амурат то уведал, что Калибаша⁸¹ побит от угров, и безмерно кручинился о том. И послал х королю угорскому, просячи миру с ним, а деспоту городы его ворочает. И положили мир на десять лет.[43] А больши того было ему досаднее, что ⁸² над ним⁸² Скандербег учинил. И для того умыслил все силы своя на Скандербега послать, да для того отложил, что зима зашла.

Скандербег уведал то, что Амурат на него готовитца со всеми силами своими, и учинил сейм в Лысом, городе венецком,⁸³[44] и на сейм съехались многая княжата и Панове околичные.[45] И Скандербег почал им говорить теми словы:

«Думаю яз, ⁸⁴ милые мои соседи и люди,⁸⁴ что вы держите в памяти своей, которым обычаем турки овладели много земель християнских,[46] что учинили греком, босном, сербом в Мисии, болгаром, венетом[47] и иным многим людем во Асии и в Европе. Потом уж и отцу моему. А все то не силою или каким иным воинским обычаем — толко обманом ⁸⁵ и словом⁸⁵ и иными неправдами. И того не дай боже, чтоб⁸⁶ и нам, ныне в той стороне ⁸⁷ будучим, которого⁸⁷ зла не понесть.

Еще к тому же, чаю, не тайно у вас, откол пошел род Амуратов. Аз то подлинно ведаю и скажу вам: ⁸⁸ толко от разбоя и от насилства почали.⁸⁸ И для того их и от места выгнали…

Исперва они были люди неславны ⁸⁹ и на великую силу могли быть отверстаны⁸⁹ от лесных мужиков[48].⁹⁰ И для того б нам против таких срамота не стоять, что ни мужеством, ни храбростию чужие земли заседали, толко за несчастия людского. А болше они там наезжали,⁹¹ где людей плохих⁹² слышали.

⁹³ А коли к тому пришло — добро⁹³ и нам от них⁹⁴ стеречися и не верить им ни в чем, помнячи, что ⁹⁵ над людми от них сталось.⁹⁵ А много о том не надобет сказывать и сами то ведаете⁹⁶. Да и то мне не дивно,⁹⁷ что они весь свои умысл и надежду на саблю покладывают[49]: ⁹⁸ в том у них душевное спасение лежит,⁹⁸ — так себе они чают, а у нас то велико, что правда пред ними. А болши того не хощу говорити, что речь тайна есть, а много мышлю во уме своем.

А⁹⁹ что приходит страх в сердца ваша — и аз вам ныне скажу¹⁰⁰ в себе лечбу:¹⁰¹ нет тут ничего неразумнаго, чтоб чего не мог человек разсудити. Всякое дело необычное, коли человек что починает, чего не умеет — страшно есть ему, потому что не ведает, как за него принятца. А как познает, и ему то иногда и слюбитца. И для того я мышлю, что и ¹⁰² вам страх приходит от турков,¹⁰³ а все то для того,¹⁰³ что необычай к войнам и лежанье в вас вкоренилось.[50] Да то мы ныне все оставим.

А что о мне ¹⁰⁴ вы ныне¹⁰⁴ мыслите, что аз ¹⁰⁵ от них¹⁰⁵ в городех или в лесех укрывался — ¹⁰⁶ не мог бы того терпеть для срама и для греха, видячи¹⁰⁶ неповинных людей бьют и вяжут и в неволю ведут ¹⁰⁷ в полон,¹⁰⁷ а все нашу братью-християн, и пустошат отчины наши.¹⁰⁸

Буду всегда пред лицем неприятеля нашего с людми своими ставитца за нашу правду, надеяся на милость божию. ¹⁰⁹ Ведаю, что силы его Амуратовы переломити не могу, потому что много всего у них; и аз с помочью¹¹⁰ господа бога моего¹⁰⁹ буду промышлять над ним: где станет у города — буду наезжать на него те день и нощь и чаю милости божией, что будет он отъезжати¹¹¹ с убытком. Толко пришедчи будет ¹¹² ли жить¹¹² у нас и состаретися; и аз то ведаю, что того не будет — ¹¹³ будет приезжать и отъезжать.¹¹³ И тако¹¹⁴ люди свои начнем собирать в одно место, не откладывая ни за чем, а городы свои укрепим.

И будем неприятеля своиво ждать поготову, чтоб нас¹¹⁵ спящих не застал. А как уведает, что мы готовы против его ¹¹⁶ будет ему жаль упору своего».¹¹⁶

Как то¹¹⁷ Скандербег изговорил, закричали все велиим гласом:

«Буди так, чтоб был¹¹⁸ Скандербег вызволителем и вожем нашим против неприятеля нашего!».

И, вставши, Арамнит, князь македонский,[51] дал Скандербегу люди своя, и многие иныя княжата сами пошли с ним против Амурата.

По малом времени пришла весть, что Калибаш идет[52] до Албании со многими людми и для того олбаняне в великой страх впали и убоялись такова небывалаго дела и почали бегать к городом. Скандербег почал ¹¹⁹ говорить им:¹¹⁹

«Что вы таковы страшливы безмерно! То бывает на глупых которыя з боязни изнемогают. Стойте крепко и не бойтеся! Естьли нас переможет, ино и тогда набегаемся. А толко ж нам бог поможет, тогда нам и добро будет и в воли будем жити».

И собрав Скандербег людей своих конных 8000 да пеших 7000. И шедчи стал у Дыбры, блиско войска Калибашева.

А как¹²⁰ Калибаш уведал о Скандербеге и пошел на него, Скандербег велел огни свои погасить в ночи и людем своим молчати велел. Калибаш тому рад быеть — чаял того, что Скандербег боится его.

А Скандербег в то время строил люди свои ¹²¹ на бой[53].¹²¹ Болшой полк так учинил: ростянул ¹²² и закривил иво так, как коли невод¹²² в воде идет, а промеж конных людей поставил пеших стрелцов, чтоб могли и туды и сюды проходить. А голову им учинил Айдынуса. В полку на правом криле поставил воиводу Моисея, наместника Дыбрьского, а на левом криле — Таняда, сестрича своего,[54] а серед полку был сам Скандербег. И отобрал лутчих людей 3000 и послал их 700 с¹²³ сестричем своим. А велел им укрытися и не велел рушитца потамест, покамест¹²⁴ раненые с обеих сторон будут.

А сам Скандербег стал наготове. И хотячи выведать он турков, послал стравщиков на задор еще на солнычном восходе. А людем. своим не велел в полку никакову человеку¹²⁵ рушитца, чтоб не смешались.

Калибаш увидел людей Скандербеговых немногих и учал смеятися им говорячи: «Что вы¹²⁶ так слишком смелы?». И ни за что их докладывал и напустил на них неурядно. Люди Скандербеговы открепились и пронесли их назад, даж до полков. И Калибаш напустил на них всеми своими полки, видячи их немногих — мыслил о том, чтоб оне не ушли — и гнал их до полков Скандербеговых, и учинили бой.¹²⁷ И стоял бой ровно на обе стороны долго:¹²⁷ турки своею¹²⁸ силою, а Скандербег — своим мужеством.

А в то время Амет пришол с западным¹²⁹ полком и напустил на турки. Турки, видячи той великой ¹³⁰ их напуск, ни мало не постояли и почали бегать, а Скандербег — гонять и побил их. Тут Скандербег великую корысть себе побрал и роздал все людем своим, а себе толко наряд взял.

В тот час християном сталася великая радость с тоя победы,[55] а Скандербег¹³¹ за то¹³² людем своим кланялся.

А потом¹³³ писал и другом своим с великим¹³⁴ челобитьем, что помогали ему против турков.

Потом папа римский писал к Владиславу, королю полскому и угорскому, чтоб не держал перемйрья с турки и прощал его.¹³⁵ И король по слову папежскому писал к Скандербегу,[56] просячи помощи у него по христьянству против Амурата.

И для того Скандербег учинил сейм во Епире и на сейме просил помочи у сосед своих на турки для короля Владислава.[57]И они дали ему 35000 королю Владиславу людей на помощь против турка.

И Амурат уведал то, что зговорились на него християне, и тому безмерно дивился, что король поломал перемирье, а на слове не стоит. И для того не верил греком и словяном, которые в иво мочи, и послал по люди во Асию.[58]

А как из Асии пошли люди ко Амурату, и тех людей переняли на мори папа римской и венеты и король аполинский. И они дали им по золотому с человека и тем откупилися от них и пришли целы во Адрианополь.[59]

Амурат, собрався с людми своими, пошел на короля Владислава, а Владислав с людми своими пошел против его. А как сошлись к бою — побили турки людей Владиславовых и самого короля убили.[60]

А Скандербег с людми своими к бою не поспел,[61] потому что мешал ему Ерык, деспот сербский, как шел через иво землю. И слышавши Скандербег о смерти королевской, безмерно о том тужил, а ¹³⁶ на деспота гневался,¹³⁶ потому что ево для обиды король воивался с турки. А как Скандербег шел всход х королю Владиславу, и он мешал ему, а добродество королевское забыл.

Потом Скандербег то все отомстил деспоту,[62] что он ни чинил ссоры меж християны. О том деспоте пишет,[63] что он — ни християнин, ни турчин, а все зло от него чинилось; того деспота дочь была дана Амурату в жену,[64] хотя у него было много иных жен.

Амурат с того побою возгордел и мыслил все силы своя на Скандербега послать. А наперед послал к нему грамоту,[65] хотячи иво уловить теми словесы.

Грамота Амуратова к Скандербегу:

«Амурат-атаман, царь турский, государь от востоку солнца и до запада — Скандербегу, вскормленику, а потом отметнику моему.

Никоторого здоровья писать к тебе не могу, что много вины твоей предо мною, что учинил еси во Угрех и в Епире при Калибаше и что отцу жены моей, деспоту, и что учинил еси наместнику моему во Албании ¹³⁷ и уряд его одержал. А еще того всего болши¹³⁷ — веры нашея отступил еси и великого пророка Магомета отрекся еси, а приял блудную веру гаурскую, а то есть християнскую. Видел еси добродейства мои и ни во что поставил еси их. А было б тебе еще того и лутче, толко б ты не так учинил: дал бы аз тебе вотчину твою, толко б ты у меня попросил того, еще б к тому и прибавил. И то тебе ставитца моим милосердием, что тебя еще не до конца гонил есми и люди немногие на тебя посылал, ждучи и чаючи того от тебя, что попамятуешь и добродейство мое к себе и покаешися.

А естьли не престанешь того чинить, и яз ¹³⁸ помышлю злом¹³⁸ на тебя; а естьли приклонишися ко мне, будеши иметь у меня первую честь и отчину свою будеши держати с покоем и помочь против всякого недруга твоиго буду тебе давать. А прямую тебе правду скажет посол мой Арадын и к тому буди добр, естьли еси умен.

Дан из Андрианополя».

Скандербег ту грамоту прочел и посмеялся и, переписавши, розослал по приятелем своим. А к Амурату велел написати сими словесы.

Грамота Скандербегова к Амурату:

«Воин веры христовой Юрьи Кастриот, князь олбанский, — Амурату, атаману турскому.

Кладешь меня в писме своем, Амурате, розными обычаи и зовешь меня вскормленником своим. И яз то терпением своим и крепостию здержу, берегучи твоей старости, ¹³⁹ чтоб мне¹³⁹ еси болши смеху, нежели гневу привел. И для того и грамоты твои от посла твоиво с любовию приял еси. Потом имянуеши меня отметником и отступником от веры твоей, которые ты не правдою — толко силою боронишь. А говоришь, что аз, забывши добродейство твое и душу свою, восприял блудную веру христьянскую. А на остаток притягаешь меня к себе гладкими словесы, что магнит железо.

Опамятуйся,¹⁴⁰ что чинишь, атамане! Что есть чудеса пророка вашего Магомета и которое писмо силное вашея веры? Ведаю, что веруешь во единого бога — и то вси ведают, что бог един. А как прийти к нему, коли мы сами негодны, для злости и грехов наших, видети лице его или слышати глас его, толко самим Исусом Христом спасителем нашим — тот нас поставит перед лицем божиим. А то что глухому сказывать — коли не слышишь, а глупому — коли не разумеет!

К тому ж еще сказываешь: неправ яз пред тобою и чиню неправду тебе и про что поднял руку свою на тебе. То ли неправда моя, атамане? Прав яз пред тобою и руку свою вознес на тя за неволею моею — ¹⁴¹ не шло ми о малое дело.¹⁴¹ Первое — о души, чтоб было есми отдал ее в руки диаволу. Другое — вотчину мою ты завладел еси. Еще к тому же братью мою изгубил еси злым смертоносным ядом и мне самому тож учинить хотел еси и меня бог¹⁴² укрыл от руки твоея.

Про то ли меня зовешь отметником своим, что аз взял вотчину свою у тебя всю обвойвану и запустошену? ¹⁴³ Не мог терпети есми боли того, ¹⁴⁴ от тебе¹⁴⁴ атамане!¹⁴³ Волность над всеми богатствы мило человеку, а ты у всех людей силою отнимаешь ее — толко хощешь ты один быта в воле на¹⁴⁵ свете.

И для того прошу¹⁴⁶ я у тебя,¹⁴⁶ атамане: откинь высокие гордости свои, а с победы угорские нынеча¹⁴⁷ не возношайся — волно богу и поднять и опустить. А мне того не памятуй, тем меня к себе не привлечеши. Своим разумом¹⁴⁸ з божиею помощию ходить буду.¹⁴⁹ Не хощу¹⁵⁰ у недруга думы,¹⁴⁹ помочи и покою не прошу. Толко о том молю бога, чтоб одолеть его.

Дан от Епира в лето по рождестве Христове 1444 году».

Амурат, прочетчи Скандербегову¹⁵¹ грамоту, подивовался иво смелости: чаял того, что устрашитца для побою угорского. А, однако, злые своей мысли не объявил и никому рек:

«Разумею, Скандербеже, что хощешь ты ¹⁵² от нас¹⁵² злые смерти — и дам тебе то!».

И послал на Скандербега до Албании великое войско с Мустофою да с Ферызесом[66] — воеводами своими — ¹⁵³ по 20000 с воиводою,¹⁵³ и пошли нарознь в землю Скандербегову.

И Скандербег, шедчи, Фаризеса побил, и оттоль немного отшел — пришла весть к нему, что Мустофа идет, а с ним 20000 войска. И Скандербег ¹⁵⁴ того ж дни¹⁵⁴, шедши, и Мустофу побил наголову — одва Мустофа и Фаризес сами ушли. И тут олбаняне великую корысть поймали, а людей, которых живых поймали, тех Скандербег на откуп давал. Мустофа, прибежавши ко Амурату, думал ему не воиватца с Скандербегом до времени.

А в то время убил друга и помощника Скандербегова Захарью Леха, князя словенского во Иллирике, племянник иво Дукан,[67] для того, что тот Захария уложил меж собою и Скандербегом:[68] кто преж умрет бездетен — ино обе державы один возмет, который останетца, ¹⁵⁵ a их, род свой, отставил.¹⁵⁵ По смерти того Захария, Борза — мати его — не ждучи Скандербега, поддалась венетом[69] и отдала им городы[70] во Иллирике: Щедро, Дайнам, Бализию, Дрынаст и много иных городов невеликих. И для того Скандербег завоивался с венеты[71] и трижды побивал их над Дунаем, а городы побрал многия.

И Амурат, слышачи войну у Скандербега с венеты, послал опять Мустофу и Карагуса до Албании.[72] Скандербег уведал то и пошел из Иллирика во Албанию,[73] осадивши городы. А как сошлись к бою, вызвал Павел Дукаин Карагуза битися сам на сам, а как съехались — убил Павел Карагуса[74] копием в правое око и свалил¹⁵⁶ его с коня. И, слезши с коня, отсек голову ему и отъехал.

Скандербег, не мешкаючи, в то время напустил всеми людми на Мустофу и на людий Карагузовых. Турки для убиения Карагуза, воиводы своиво, впали в боязнь и недолго постояли против Скандербега и почали бегать, а Скандербег с людми своими — гонять и побил их, а Мустофу жива поймал.

В тот час побито турков 35 000 да живых поймано 3000. Богатьства и наряду много побрал у них Скандербег и богатьство все роздал людем своим, а себе толко наряд взял.

Потом Амурат Мустофу выкупил за 2000 золотых червонных, такожде и иных людей откупили всех ¹⁵⁷ турки.

По том бою Скандербег, не мешкаючи, пошел опять до Иллирика для того, что было венеты розбили Бализию.[75] И венеты уведали о приходе Скандербегове и о том, что побил Скандербег турков, и для того отдали Скандербегу Бализию и Дайнам,[76] а от иных городов во Иллирику и в Далматии оброк поступили ему,[77] видячи разум его и счастье против Амурата. И затем просили Скандербега, чтоб себе и их оборонял от турков.

Амурат по том побои и для смерти Карагузовы был безмерно гневен на Скандербега и умыслил сам итти к Епирю. И для того послал во Асию по люди натолийские и пришло их к нему 100 000, а иных людей было 50 000. И собрався пошел на Скандербега. И, вышедчи из Дрианополя, почал говорить людем своим:

«Доколь будеть терпеть тому вору, который веры нашея отрекся и мне изменил и много нам учинил зла своим упрямством.¹⁵⁸ Всегда мы то ни за что кладем и о том не радеем, а он меры себе не ¹⁶⁹ познает, подобно¹⁵⁹ чает худобы нашей. Что много терпим ему?

Час тому пришел, что ему взять заплата за свои дела от нас. Сколько было королей и царей и княжат великих, богатых и сильных, которых мы наказали и упорную их силу переломили,¹⁶⁰ а того вора не накажем. И то срамота нам велия будет, только тот Скандербег ¹⁶¹ от нас¹⁶¹ отстоитца».

И как те слова Амурат изговорит, многия почали думать ему, чтобы послал пред собою немногих людей розведати дороги, куды итти со многими людми и где стать, что приход гораздо нужен многим людем ко Албании. И иные против того говорили:

«То нас перекладане многажды обмануло; как там с малыми людми появится — оскочат около и побьют, а отходить будет нужно. Того не дай боже ныне,¹⁶² чтоб початок наш был с убытком, ¹⁶³ a недруга потешил.¹⁶³ Хотя недруг с воробья, а ты ево ставь болши лебедя. И для того лутши всем итти розделився поблиску, ¹⁶⁴ чтоб полк полку мог помогати,¹⁶⁵ где будет притожь».¹⁶⁴

А паши приговорили, чтоб треть войска послать городы осадить. И Амурат послал 50 000, а велел им стать под Светоградом, а сам за ними шел, розделясь, ¹⁶⁶ как у них обычай есть. ¹⁶⁷ И от того во¹⁶⁶ Албании на всех людей пришел великий страх и ужас.[78]¹⁶⁷ А Скандербег то ни во что ставил, говорячи:

«Всегда малые люди многих¹⁶⁸ урывают потому, что их много, а нас мало и нам есть кого бить и гонять, а им некого».

И собрав Скандербег людей своих, и что пришло от сосед его, а всех 35000 и учинил речь им такову:[79]

¹⁶⁹ «Естьли б кто межь нами таков был, у кого¹⁶⁹ страх в сердцы, тот бы ехал прочь и стой¹⁷⁰ на стороне, где б¹⁷¹ иво турки не достали. Буду яз¹⁷² так людей перебирать, как Гедеон, коли¹⁷³ бился со алмалики».

И не было у него такова, кто б мысль свою отменил, видячи крепость Скандербегову.¹⁷⁴ А Скандербег не мог ведати числа людем турским,¹⁷⁵ что в приходе,¹⁷⁶ и о Амурате, ¹⁷⁷ кроме тех людей, что стояли под Святоградом. И для того выбрал сорок человек добрых молодцов[80] и, нарядя их в мужицкое платье, послал в город з запасом, а сам, ¹⁷⁸ сказав вся им,¹⁷⁸ стал в горах.

И они, набравши мехов с житом, и поехали в город. А шли блиско войска турского. И сторожи турские увидели то и, прибегши, сказали в полках своих. Турки, услыша то, и кинулись на них 50 человек и учали у них отнимать что везли, а их хотели вязать.¹⁷⁹

И мужики боронились от них и многих поранили, а иных побили — мало их от них здоровых отъехало.¹⁷⁹ Потом прискочили на них многие люди и они бились с ними, ускакиваючи за кони и за мехи, что за стену, да и тех побили и прогнали. И в то ж время убили турчина — доброго правителя¹⁸⁰ из Асии. Турки, прибегши в полки, сказали, что мужики крепко бьютца, и воиводы послали на них 4000 людей. а велели их переимать живых и привести к себе. Турки погналися за ними, а мужики, поворотясь от города, побегли в горы. Турки, видячи то, что мужики бежат, погнали за ними и прибежали на то место, где был Скандербег укрылся. И Скандербег, выскочивши, побил их, турков, наголову¹⁸¹ — немного их живых ушло, а иных живьем поймал. И уведал от них¹⁸² Скандербег о всем подлинно. И коли того турки доведали, пришел на них великий страх и ужасно¹⁸³ окопались около себе великим валом, боячись приходу на станы.

Потом вскоре Амурат пришол под Светоград[81] и стал около города. На третей день Амурат послал к городу в ночи к воиводе, а велел ему говорить, чтоб здал город, а дары б всякия взял у Амурата. А естьли того не учинит — будем мучить их так, чего и не слыхали. Петр Перлат, воивода светоградский, послов в город не пустил и рек им:

«Добрый час есте изобрали в ночи,¹⁸⁴ чтоб вас люди мои не видали. А я так говорю вам — отойдите прочь, заправду, покаместо вас люди мои не увидят!».

И некоторые горожане, слышачи то з города, хотели их побить, и Перлат не велел им,¹⁸⁵ говорячи:

«Все люди тот обычай держат, что волно послу притти и отита».

И Амурат про то зело розгневался на Перлата, что посмеялся послом его, и послал к нему иных послов в день, чтоб город здал, а дары б у него взял. И Петр Перлат отказал им:

«Николи аз того еще не чинил, к чему меня Амурат приводит¹⁸⁶ и ныне того же не буду чинить и до смерти своея, а чести своей не¹⁸⁶ променю на бесчестье!

Лучше б то Амурат учинил, чтоб отступил от города¹⁸⁷ и, отошед назад, ко Адрианополю, покаместо еще цел. А себя и людей не томил, берегучи своей старости, естьли хочет долго пожить, чтоб в той нуже, и в суете, и в шуму не умер, не доживши многих лет веку своего.

А естьли Амурат будет умен — и он мою думу полюбит, а естьли так не учинит — будет мое слово поминать и каятися упору своиго».

И Амурат, услышав то, рвал у себя ус и бороду и думал с людми своими как бы мог взять тое злодейскую яму. И устроивши люди своя, послал к приступу наперед простых людей,[82]чтоб горожане над темя людми истомились — таков бо всегда у турков обычай. А в то время Амурат, ездячи по полкам, говорил:

«Хто преж всех взойдет на город и тому дам» 1000 денег,¹⁸⁸ а другому — половину того».

И как изготовясь, турки пошли к городу всеми людми с десницами и¹⁸⁹ хто как умел.¹⁹⁰ Горожане з города крепко бились с ними тако ж, кто как умел. И отбили их прочь от города¹⁸⁹ и многих турков тут побили.

Скандербег, видячи то, что Амурат умыслил доставать город, почал говорить державцем городцким, чтоб сидели крепко в городе, а он им помогать будет. А к Петру Перлату послал тайно с тем, чтоб сидел в городе без боязни, а как турки пойдут к городу, и они б на них вылазя кричали ¹⁹¹ и зычали,[83]¹⁹¹ а в то время Скандербег будет на турки приходить; то у них и зсылка будет Скандербегом.

И Амурат людем своим немного дал отпочинуть и почал опять посылать к приступу,[84] говорячи: «Не пойду прочь, не взяв города!».

А как турки почали приступать к городу, и горожане ¹⁹² на них зазычали крепко всеми людми¹⁹² и почали отбивать их от города.

Скандербег, слышачи то¹⁹³ и взяв с собою 1000 людей, а пять тысящ оставил в подсаде с Моисеом, наместником,¹⁹⁴ для пригоды¹⁹⁵ и пришел¹⁹⁶ на них изгоном.¹⁹⁷ А горожане ¹⁹⁸ вышли из города вон.¹⁹⁸ Турки, хотя их было много, ¹⁹⁹ а не ведают, кому противитца, не могли окрепитца,¹⁹⁹ вскоре мало не побегли прочь — ²⁰⁰ таков на них страх и ужас нашол.²⁰⁰ Скандербег,²⁰¹ видячи людей своих истомных, и велел им отитти прочь. А турки²⁰² не смели²⁰³ гонять их, боячися подсады.

В тот час турков много побито от Скандербега и от горожан и много всяких статков у них горожане побрали и в город внесли.²⁰³ Потом Скандербег на них опять пришел в ночи и много турков побил,²⁰⁴ доколь не собрались, а как турки собрались, и он прочь отшел. И в тот час турков побито 2000.

И Амурат для того был велми кручинен, что ни над чем извяз. И²⁰⁴ велел людем своим еще готовитца к приступу.[85] А против Скандербега поставил Ферыбаша, а с ним послал 35 000 войска лутчих людей. Как пойдут те люди к городу и он бы с Скандербегом бился, а приступным бы людем не давал мешать.

И как Скандербег уведал то, что против иво Ферыбаш оставлен ²⁰⁵ и рад тому был.²⁰⁵ А как пришло к бою, послал Ферыбаш к Скандербегу,[86] чтоб с ним Скандербег бился сам на сам и Скандербег произволил к тому. А как съехались²⁰⁶ — убил Скандербег Ферыбаша копием в лоб и свалил с коня.

И воротясь к людем своим, и велел им напущать на турки не мешкаючи, ²⁰⁷ доколь бы иного воиводы не выбрали.²⁰⁷ И турки, ухвативши тело Ферыбашево, ²⁰⁸ почали утекать, а Скандербег учал их гонять. И побил того часу²⁰⁸ турков 7000 и много живых поймал. И²⁰⁹ много греков и словян и иных християн ²¹⁰ k нему²¹⁰ пристало, к Скандербегу, от турков.

И турки,²¹¹ видячи несчастье свое, пошли²¹² к Дыбре, что стоял на высокой горе блиско Светограда. ²¹³ А воды в нем не было²¹³ — толко один колодез и ту воду в него пущали дождевую желобом. И, пришедши, облегли город и пробивши стену послали к Перлату, воиводе дыбрскому, даючи ему великие дары и людем иво, чтоб отдал город. И Перлат послом отказал, что город не здаст.

Некто один изменник Скандербегов прибег к турком и росказал им худобу городовую и что вода нужна у них. Турки научили его, чтоб вкинул какое стерво в тот колодез и отпустили иво в город. И он, пришедчи в город, вкинул в колодез пса в ночи да кошку,[87] хотячи добра турком. Наутрее горожане увидели то и познали, что есть изменник меж ими. И для того пошли на думу многие горожане, думали говорячи:

«Воровство промеж нас являетца и для того добро нам себя поберечь, покаместь нас болшая нужда не зоймет или иное зло на нас не приидет».

И захотели город здать Амурату. Перлат, воивода дыбрский, видячи недобрую мысль их, и почал им говорить:

«Что слепота сердца ваша осилела, ²¹⁴ милые товарыщи!²¹⁴ Для чего сами себе и место свое отчинное хотите потерять, а ласкового государя нашего Скандербега хощете роскручинить, а турка, неприятеля нашего, что змия лютого и злаго, хотите за пазуху положити!

Кому можете верити — Амурату или сыну иво Магомету, или людем их? Кому они веру держали и кому не изменили? Всем людем они злодеи, того ищут, чтоб кому могли зло учинити, а волных бы в неволю ввести. Помните ли, что люди наши им учинили ныне под Светоградом и преж того во многих местех. И земли им не стало, где погребати побитых, а еще у могих и раны не зажили. Верьте мне, как вас увидят в своих руках, побьют вас для своих побитых и раненых, отмещаючи кровь их. И будете о том каятца,²¹⁵ да не ²¹⁶ поможете ничего. Для чего²¹⁶ так вам чинити и Амурата тешить?²¹⁵ Благословени те люди, которые померли за вотчину свою на своих местех против супостатов».

И велел Перлат принесть воды²¹⁷ ис того колодезя. А как принесли воду, рек Перлат горожаном:

«Естьли вы не верите тому, яз вам образец учиню!».

И почал воду пить перед ними. И, пивши воду, рек им:

«Николи аз таковы воды сладки не пивал!».

На такове месте многие люди, видячи²¹⁸ прямую службу к Скандербегу, почали пить воду. А большая половина не пила, говорячи:

«Воды многие откушали, а изменника не можем найтить!». И мыслили город здать. Перлат почал им говорить:

«Ныне изменник у нас в руках есть, толко будет меж нами правда и одна мысль — тогда изменник тотчас объявитца». И просил их, чтоб умысл свой отменили.

Горожане ни которыми делы того не остали, а Перлата не слушали, говорячи:

«Коли к нам Амурат присылает часто и дает нам волю — здадим ему город, ²¹⁹ чтоб потом не розъярился».

И здали город²¹⁹ Дыбру, а потом²²⁰ и Светоград. Амурат их пустил волно, кто куды похотел.[88] Кто к Скандербегу — тот совсем пойди, а кто к Амурату — тот на старом месте жить почал. Были тут люди не одного города и языка: были словяне, олбаняне, волохи, немцы²²¹ и греки. А одни других береглись и не верили.²²² И то не может быта крепко, где не одне люди будут — ²²³ издавна то чинитца, что одне другим не верят.²²³

А как пришли дыбряне и светоградцы к Скандербегу с Перлатом, положивши на шеи поясы свои, и пали перед Скандербегом, и сказали ему неволю свою. Скандербег Перлату и всем тем людем, которые с ним пришли к нему, то отпустил и пожаловал их. Много Перлат служил Скандербегу и крепко сидел в городех до²²⁴ меры, да толко то не добро чинил, что многим людем допущал з города говорить с турки.

Амурат, осадивши город Светоград и Дыбру, и пошел ко Андрианополю в землю свою.[89] Скандербег на него приходил, во многих местех и в теснотах и побивал иво.[90] И проводя Амурата из Албании, послал войну в землю турскую. И, шедши, люди Скандербеговы повоевали многие места и великия корысти побрали.

Потом Скандербег собрал людей своих 38 000 и пошел до Светограда и стоял под городом не мало время, а не мог города взять,[91] потому что не было у него такова наряду, ²²⁵ каков был у Амурата,²²⁵ и пошел прочь. И Амурат уведал то²²⁶ и пошел²²⁷ было опять в Олбанию,[92] да для того воротился, что зима зашла. А на весне, взявши с собою сына своиго Магомета, и пошел²²⁷ ко Албании[93] и перед собою послал Себалю, воиводу своего. А велел ему стать у Крои — столного места олбанийского. Скандербег собрал людей своих 30000 и мыслил прийти на Себалю, да побоялся с тылу Амурата.

Потом вскоре Амурат пришел с Махометем и стал около Крои. На третей день послал послов в город к воиводе кройскому, чтоб ему город здал, а за то возмет от Амурата честь и дары великия, а людей всех Амурат одаривши отпустит волно, хто куды похощет. Ураконт, воивода кройский[94] послов в город не пустил и ничего им не говорил, толко велел железом бряцать на городе. Амурат велел поставить наряд з дву сторон[95] и велел бить по городу безпрестани и выбили стену от верху до половины, а болши того бить было нельзя. Потом велел готовитца к приступу. ²²⁸ И послал наперед к приступу черных людей,²²⁸[96] чтоб горожане истомились над ними — ²²⁹ таков обычай у турков всегда.

И в то время²²⁹ Амурат, что шалный ездя по полкам, говорил:

«Естьли кто умрет — избавлен будет муки; а кто будет жив, ²³⁰ а нам послужит²³⁰ — тот великую честь от нас примет. А кто преж на стену вскочит — тому дам 100 денег, или аспр».

Ураконт видячи, что со всех сторон готовятца к приступу, и почал говорить людем своим теми словы:

«Ничего того не бойтесь, милые мои²³¹ товарыщи, что Амурат немного стены выбил, ²³² а сердца нашего и мужества не выбил.²³² А болши того он нам и городу не может ничего учинить. А хотя б что и было — и так говорю вам: то крепкой город, где ²³³ одной мыслию и любовию стоят все люди, а не рознью.²³³ А то пристоит на бешеных, а не на нас²³⁴ целоумных, что нам бегати и замыкатися, как овцам в овчарне от волка — так нам в городе.

Какая нам то слава будет, что нас стены боронить будут, а не мы стены? Честнее то нам и славнее, толко мы стены будем боронить и крепко стоять.

Скандербег — государь наш — приказал нам боронить стен²³⁵ и города и что есть в нем,²³⁶ а не нас стенам боронить велел от супостат.²³⁷ И для того памятуйте наказ Скандербегов и будут руки наши боронити от супостата живот наш, а тело наше заступит город от находящих бед».²³⁸

А как турки изготовясь пошли к приступу, горожане стали с великою крепостию²³⁹ противу их и отбивали их.²³⁹

А Скандербег в то ж время с поля пришел на турков и многих побил и великое богатство побрал.

И Амурат послал на него Шереметя, воиводу своево, а с ним 4000 лутчих людей. Там же поехал Магомет — сын Амуратов — без ведома Амуратова. Скандербег, не ведаючи про Магомета, учинил бой с Шереметем. Турки оскочили окол Скандербега[97] и ранили коня под ним и кинулись на него многими людми, хотячи иво поймать. Люди Скандербеговы стали крепко окол Скандербега, а в то время привели ему коня, и Скандербег седчи на коня и отъехал в горы. А турки за ним не гоняли, боячись от него подсады. ²⁴⁰ Дивовались тому олбаняне, что на таком великом деле в то время толко²⁴⁰ десять человек убито Скандербеговых.²⁴¹

И Магомет, приехав, сказал Амурату о побитых людех своих и о Скандербеге. И Амурат так не тужил, что людей побито много у него, но то ему великая печаль была, что Скандербег ушел у него. И стоячи под городом не приступал к городу.

А в то время горожане укрепили пролом, что было турки испробили ²⁴² снову. И Амурат послал опять к городу и почали приступать. Горожане²⁴³ побили их²⁴⁴ под стеною и великую корысть побрали.²⁴³

И Амурат, видячи людей своих побитых,²⁴⁵ не велел приступать к городу до времяни. А Магомет — сын иво, — ²⁴⁶ что злая собака,²⁴⁶ велел безпрестанно приступать, ²⁴⁷ горожане их побили опять под стеною. В то время турков осмь тысящ побито.²⁴⁷

Амурат для того отложил приступы, а мыслил итти на Скандербега и его убить или²⁴⁸ поймать, а потом вся Олбания в руках иво будет. И Скандербег уведал то, что в войску турском деетца и что Амурат умыслил итти на него. И, выбрав лутчих людей, пришел в ночи на станы турския. И наметал огню по станом и пожег много богатейства, и коней, и людей, и всякого запасу у турков. И для того Амурат почал быть поготову[98] и почал ставить треть войска своиго на конех, чаючи того, что Скандербег не даст им по вся ночи покоя.

Потом послал Себалю, воиводу своиво, а с ним 36 000 ²⁴⁹ войска своиво²⁴⁹ и велел ему искать Скандербега. А Скандербег в те поры уведал, что многие запасы идут к турком[99] из Македонии. И, шедчи, побил их наголову и запасы все побрал. Себаля ходил искати Скандербега и не нашол.

А Амурат велел копать подкоп к городу. И горожане, вышед в ночи, побили турков на стороже, иных и живых побрали. И уведали о подкопе, и учали копать против их.

И Скандербег умыслил, чтоб ему еще притти на турков и собрал людей своих 35000 и розделил их на трое: один полк дал Моисею, а другой — Танюсу, а третей сам взял. И приговоря меж собой, пришли на турков в ночи, а кричали по-турски, будто что свои, к ним пришли, и тем великое замешание учинилось в войску турском — даж сами меж собою побились.

²⁵⁰ А как турки²⁵⁰ собрались на Скандербега и учинили бой с ним. В то время пришел Моисей с людми своими и турки, видячи многих людей, побегли, а Скандербег их учал гонять и побил.²⁵¹ Так были турки остращены от Скандербега, не ведали, что чинить, а с места пойти для сорома не хотели, а болши для того, что боялись Скандербега, чтоб их не побил²⁵² на походе в тесном месте.

И Амурат умысля послал послов к воиводе в город[100] не с тем, чтоб ему город здали, — с тем послал к нему,²⁵³ чтоб верно служили Скандербегу, государю своему, и крепко сидели. И дары великия послал к нему. Ураконт, видячи послов турских и слышав посолство от них, рек им:

«Аз дары возму ²⁵⁴ у вас²⁵⁴ не для того, ²⁵⁵ чтоб мне их опять назад отдать; а платить их мне нечим, толко мне не пожалует государь мой Скандербег.²⁵⁵ Для того их возму у вас, чтоб Амурат учинил то, чего аз буду просить у него, а ему ж на пользу просьба моя».

И послы спросили его:

«Чего хощешь — мы то известим Амурату».

Ураконт рек им:

«Прошу Амурата, чтоб отошел прочь ко Адрианополю, поки иво в той нуже и в шуму и в суете смерть не застанет».

И Амурат, слышачи то, рек:

«Явное то гонение пришло на меня от бога, что яз себе малого недруга ни за что покладал, а хотел иво жива поймать, и он не дался мне».

И для того Амурат впал в немочь.[101] Видячи то, паши иво почали думать, как им чинить над городом и над Скандербегом: голодом ли горожан выморить или Скандербега гонять, или дань взять з земли Олбанския. И приговорили, чтоб дань взять,[102] да толко Скандербег того не хотел и не дал дани им.²⁵⁶

И Амурат, видячи смерть свою, созвал к себе велмож своих и просил их, чтоб таковы же послушны были сыну иво, как ему были. А сыну своему рек:

«Памятуй себе, Магомете, сыну мой милый, колико прародители наши и мы по них укротили силных царей, и королей, и великих княжат. Как Асию и иные земли овладели, греков, влохов, угров, сирян, египтян, сарачинов, сербов и иных многих побивали.

Уж бы яз в то время и Царьгород взял, толко б мне не тот Скандербег мешал. И для того не переставай гонити иво даж до конца. И никакова недруга себе не²⁵⁷ ставь плоха²⁵⁸ — всегда будь готов против иво. Памятуй ²⁵⁹ нынешнюю пригоду мою:²⁵⁹ пришел есмь на того воришка и для того и души своей отставаю».

Потом Амурат замолчал и умер под Кроею в стану своем.[103] Магомет с великою жалостию и плачем отошел от Крои. А тело Амуратово, по обычаю своему, мастьми намазавши, и повезли до Витаний к Асии погребать.

А как турки отошли прочь, и Скандербег приехал в Крою. И великою радостию ²⁶⁰ и веселием сам, и люди иво, и жены, и дети их веселились.²⁶⁰ Ураконту ж, воиводе кройскому, за такую иво службу и разум дал княжество Макидонское.[104]