Впервые два любящих родственника – Изяслав Мстиславич, Мономахов внук, и его дядя Юрий Владимирович, Мономахов сын, столкнулись в 1133 году. Когда Князь Киевский Ярополк Владимирович посадил Изяслава на Переславль, трамплин в Киев. Ярополков брат Юрий, недавно выгнавший из Переяславля старшего брата Мстиславича, Всеволода, изготовился гнать и Изяслава. Под нажимом и угрозой Ярополку пришлось Изяслава оттуда убрать.

Как вы понимаете, такое не забывается. Скажет позднее флорентиец с языком змея Никколо Макиавелли: «Человек может простить смерть отца, но не потерю вотчины».

Второй раз случился полутора годами спустя. Когда, выгнанный после Переяславля еще и из Турова очередным Мономашичем, Изяслав подался к брату, княжившему в Новгороде – и повел дружину на Суздаль, город ненавистного Юрия. Суздальцы устояли, новгородцы бежали, потом выгнали своего нехраброго князя Всеволода Мстиславича вон из Новгорода: с ним пришлось уехать и Изяславу; его любовь к Юрию все росла. Взаимно: ведь прыткий племянник пытался выгнать дядю Юрия из его города! Дядя это ему еще припомнит.

(1139 год – незачетная, так сказать, попытка Юрия по тому же адресу, но другому адресату: вынудив новгородцев взять в князья своего сына, Юрий призывал их идти на Киев совместно с суздальцами! Почему Ольгович в Киеве?! Не повелись.)

Далее: перед смертью Киевский князь Всеволод Ольгович завещал престол брату Игорю (бездетному, бессемейному, сыну престол не сдаст…), а Изяслав целовал крест, что поддержит этот договор. Тем не менее Игоря он разбил и пленил мгновенно. Тогда старший Мономашич – Вячеслав Владимирович – заявил свои права на Киев: и двинулся туда, а свой Туров передал племяннику, Владимиру Андреевичу, сыну младшего брата Андрея. Изяслав проявил принципиальность: Киев оставил себе, а уже ушедшего из Турова дядю Вячеслава этого самого Турова и лишил, попомнил. И Владимира тоже туда не пустил. Так что братья Вячеслав и Андрей, солидарно с братом Юрой, готовы были сожрать Изяслава живьем. Пусть читатель судит о политической мудрости Изяслава. Он умел наживать друзей, не откажешь.

Когда Игорь Ольгович, принявший схиму, был заточен в монастыре, брат его Святослав воззвал к Юрию: помоги освободить, признаю твое старшинство! Отличный союзник, – и Юрий собирает дружину, выдвигаясь ему в помощь.

Изяслав делает два хода. Тактически выигрывает, стратегически вяжет себе петлю:

Во-первых, он дает поддержку Давыдовичам, которые начинают отбирать у Святослава его Новгород-Северский. И вот Святослав уже занят.

Одновременно Изяслав дает отмашку князю Рязанскому Ростиславу Ярославичу (один из дядей другой ветви, то же поколение, что братья-мономашичи): Юрий ушел из дому – давай! И Ростислав бросается грабить Суздальскую землю, у него тут свои планы и претензии. Юрий еще недалеко: возвращается гнать вон Ростислава. Но сына Ивана все же отправил с дружиной Святославу в помощь: портить жизнь Изяславу.

Во-вторых, Изяслав собрал в Киеве вече и раскрыл подлые замыслы Ольговичей: извести Киевского Князя! Измена! Завести народ – дело политикам привычное. И? Бросились к монастырю, выволокли Игоря Ольговича, забили, растерзали.

Изяслав убил родственника, которого могли бы по закону восстановить на престоле. Обычное в политике дело. Но.

Вывод об отношении к такому Киевскому князю со стороны других князей, а также опомнившегося народа, делайте сами.

Святослав Ольгович горит местью за брата и остается верным союзником Юрия.

Необходимо отметить важнейшую черту характера Юрия, что является достоинством людей великих: несокрушимое упорство в достижении цели. В случае длительной конкуренции упорство оборачивается тяжелой злопамятностью.

В 1149, сын Изяслава Ярослав княжил в Новгороде, Изяслав с ним и братом Ростиславом Смоленским пошел войной на Суздальщину. Причина – «новгородские дани»: Новгород или Юрий будет собирать дань с округи течения Северной Двины, то есть с Чуди Заволочской. Владения Новгорода охватывали все бескрайние северные территории, но на Двине скоро встанет Устюг, а недалече и Белозеро, исконно суздальские города на суздальской земле. Хозяйственный Юрий (в прошлом сумевший посадить сына на Новгород, а потом Изяслав его выгнал и заменил своим сыном) резонно рассудил, что он и сам может собирать дань с чуди.

Изяслав убытка в хозяйстве не потерпел. Акция носила характер возмездия и возмещения. Новгородцы с запада, а смоляне и киевляне с юга водвинулись в ростово-суздальскую землю до Волги, ограбили все, до чего достали, и ушли назад, уведя семь тысяч пленных.

Покарать на месте грабителей Юрий Долгорукий не успел.

Но поступил иначе.