На этом счастливая молодость Олега кончилась. И настала жизнь, полная несправедливости, сражений и предательств, поражений и побед. Которая закончилась клеветой в летописи, отредактированной враждебной волей.

Вернувшийся на Киев Изяслав передал в удел вернувшемуся с ним сыну Ярополку Вышгород. После чего «вывел» Олега из Владимира-Волынского. На что ему сын умершего брата-гонителя? «Вывести» князя из его княжества было не так просто – это не пьяного из зала вывести. Во-первых, здесь требовалась сила – то есть располагать войском явно большим, чем «выводимый» князь мог ему противопоставить. Во-вторых, Великий Князь Киевский должен был заручиться согласием или нейтралитетом тех князей, кто имел вес и мог бы оспорить его действия. В-третьих, Князь Киевский должен был иметь уверенность, что ближайшие князья – родственники «выводимого» – не окажут ему противодействия и не смогут оспорить решение.

Требовался очень взвешенный учет баланса сил и интересов. То есть неприятностей не возникнет.

Этот очень важный момент обычно историками совершенно не учитывается. Вывел и вывел. Дело такое, номенклатурное. – Далеко не так. Потому что через самое короткое время этот неблагоразумный и довольно скверный поступок обойдется Изяславу очень дорого. Жизни стоить будет.

А Владимир-Волынский с княжеством Изяслав передал сыну Ярополку.

Забегая вперед: Ярополку этот отцовско-великокняжеский дар тоже поперек горла встанет: через несколько лет в результате разгоревшихся из-за этого всего междоусобиц Ярополка тоже убьют.

Мысль тут неизбежно возникает вот какая – праздная, конечно, мысль: не хотел Господь, чтоб княжил Изяслав в Киеве. Раз выгнал, второй выгнал – не понял Изяслав указаний перста Божьего, заупрямился. А когда смертный упорно идет против Высшей Воли – добра ждать не стоит.

Потому что именно отбирание Владимира-Волынского у Олега послужило запуском многих несчастий.