Ночью они занимались любовью в душе, но Дженна легла спать одна, потому что у Димы была работа, которую он должен был сделать до утра. Она проснулась посреди ночи оттого, что его обнаженное тело обнимало ее, и это было так хорошо! Она могла бы отстраниться, но она не ожидала, что спать с другим человеком так приятно. Дженне никогда не нравилось, когда в ее постели был кто‑то другой – будь то любовник, друг или ее сестра. Ей нравилось свое пространство, но к Диме она тянулась во сне. Решив, что не стоит беспокоиться об этом, когда у них было всего две недели вместе, она свернулась калачиком и позволила себе снова заснуть.

Затем Дженна проснулась в пустой кровати, но шум воды в душе подсказал, что Дима встал совсем недавно. Дженна откинула одеяло и голышом прошлепала в ванную. Он стоял под душем, горячая вода каскадом стекала по его золотистому телу. У Дженны пульсировало между ног, ее соски налились желанием. Дмитрий повернулся, как будто знал, что Дженна здесь, и его приветливая улыбка притянула ее как магнит. Дженна вошла в душ и сразу же получила поцелуй, от которого у нее подогнулись ноги. В этот раз у них не было проникающего секса, но они доставили друг другу удовольствие руками. К сожалению, продолжение пришлось отложить, потому что Дмитрий спешил на встречу.

Дмитрий напомнил Дженне, чтобы она приберегла для него круиз по гавани. Дженна еще долго стояла под горячей водой. У нее было целое утро, чтобы осмотреть достопримечательности, и она планировала использовать его по максимуму.

Дима оставил в ее распоряжение машину с водителем. Дженне понравилось, что водитель был одновременно дружелюбен и явно влюблен в свой родной город. Он рассказывал ей истории о многих зданиях, мимо которых они проезжали, а также о своей собственной жизни в Нью‑Йорке. Он настоял, чтобы она съела на обед хот‑дог в одном уличном кафе.

В два часа водитель отвез ее в гавань, но не к докам, где были пришвартованы лодки, принимавшие круизы по гавани. В доке, куда они приехали, ряд за рядом стояли яхты. Мужчина, одетый в накрахмаленную морскую форму, шагнул вперед, чтобы открыть ей дверцу, когда водитель остановил роскошный седан у обочины. Когда Дженна выходила из машины, он протянул ей руку:

– Мисс Билз, его высочество ждет вас на яхте.

Дженна приняла помощь матроса и повернулась к водителю:

– Большое вам спасибо, Джеки. Это была потрясающая экскурсия. Я никогда не видела город таким, как сегодня.

– Это было для меня удовольствием, Дженна, – он подмигнул, – моя сестра подумает, что я герой, когда я отдам ей билеты на Неделю моды, которые вы для меня организовали.

– Я рада. Скажи ей, чтобы она написала мне. Мне интересно ее мнение.

Дженна знала, что начинающий модельер ухватится за возможность поговорить с таким человеком, как она. И она была рада помочь, если это возможно. Джеки был фантастическим водителем из компании Дмитрия, при этом учился на инженера, а у его младшей сестры были другие устремления. Она уже поступила в престижную школу дизайна одежды, и это показало Дженне, что молодая женщина серьезно относится к карьере дизайнера. Дженна вспомнила то время в своей жизни, когда она поступала в университет, чтобы получить степень в области журналистики. У нее было так много планов на будущее… Дженна достигла своих целей. Теперь ей было тридцать пять, и она задавалась вопросом, нужны ли ей новые мечты, чтобы не стоять на месте.

Дженна последовала за матросом к большой сверкающей яхте. Ступив на борт, она огляделась в поисках Димы, но не удивилась, не обнаружив его на палубе. Моряк провел ее в большую гостиную, где она увидела Диму, работающего на своем ноутбуке. Однако при ее появлении он сразу же поднял глаза. Его взгляд сразу потеплел, и Дженна поняла, что Дима рад ее видеть.

– Привет, милая моя. Как прошел твой день?

– Фантастически. Джеки – потрясающий гид по городу, и этот молодой человек чертовски умен.

– Из него получится хороший инженер.

– Ты знаешь, кто он? – удивленно спросила Дженна.

Темные брови Димы сошлись вместе.

– Ты думаешь, я бы отправил тебя в город на целый день с кем‑то, кого я не знаю?

– Я просто не подумала бы об этом раньше, – честно призналась Дженна.

Дмитрий встал и направился к ней.

– Ты недостаточно высокого мнения о собственной значимости.

– Дело не в том, что я не считаю себя важной персоной. Дело в том, что я не могу быть настолько важна для тебя.

– Вот тут ты ошибаешься, Дженна. Ты очень важна для меня.

– Осторожно, – сказала она, страх сделал ее голос резким, – у нас не такие отношения, Дима.

– Дженна, количество людей, которым разрешено называть меня этим именем, – это очень короткий список, и в него входят только члены семьи. – Он обхватил ладонями ее затылок, на его лице не было и намека на юмор. – И все же ты в нем. Как ты думаешь, какие отношения нам нужны, чтобы ты была для меня еще важнее?

– Я просто… Наши отношения не могут зайти слишком далеко.

– Почему это? – Дима прикоснулся губами к ее губам.

– Я…

Если Дженна скажет ему правду, почему они не могут быть вместе, это укрепило бы близость между ними. Если не скажет, это может дать ему ложную надежду. Они же договорились, что между ними только дружба и секс. Дженна отступила от Димы.

– Почему мы ведем эту дискуссию? У нас же секс без обязательств.

– Но мы друзья. Какая бы ни была причина, по которой ты не хочешь жить со мной или среди моей семьи, она беспокоит меня.

Дженна прикусила губу, размышляя. Говорить или не говорить?

– Скажи мне.

– Что? – Она одарила его своим лучшим бесхитростным взглядом. Этот взгляд был потрачен впустую. Дима просто уставился на нее, явно ожидая ответа.

Дженна вздохнула, отчасти желая поделиться своим прошлым, а отчасти понимая, что независимо от того, сколько лет прошло, это никогда не перестанет причинять боль.

– Я не самый старший ребенок в своей семье, – сказала Дженна, глядя в пол. Дима сел и притянул ее к себе на колени. – Мэтт был на два года старше меня. – Она положила голову Диме на грудь.

Об этом было легче говорить, не глядя в глаза.

– Он был самым лучшим на свете старшим братом.

Руки Димы крепче обняли ее.

– Что с ним случилось?

– Он заболел, когда мне было десять. Сначала мы не знали, что это было, понимаешь, – боль нахлынула, как и всегда, – но оказалось, что моя мама носила ген дегенеративного заболевания.

Дима замер.

– Твоя мать не больна.

– Я тоже.

Дмитрий выдохнул, и она не заметила, что он задержал дыхание.

– Мэтт умер, когда мне было шестнадцать, после долгих лет боли и медленно, неумолимо теряя все больше и больше себя из‑за болезни.

– Мне очень жаль.

Дженна кивнула, признавая искренность его чувств.

– Мы все сделали тест на этот ген, – она подняла голову, так что их взгляды встретились, – я – единственный ребенок, кроме Мэтта, унаследовавший его от мамы.

– Ты все еще можешь заболеть?

– Нет. Если бы болезнь проявилась, то это произошло бы в раннем возрасте.

– Тогда объясни, почему эта ужасная трагедия означает, что у нас с тобой не может быть будущего.

– Я перевязала маточные трубы на следующий день после моего двадцать первого дня рождения.

– Чтобы ты не могла передать этот ген, который причинил такую ужасную боль вашей семье, – догадался Дмитрий, его голос звучал так, словно он не сомневался в своей правоте, – ты очень смелая.

– Я не чувствовала себя смелой в двадцать один год. Я была в отчаянии. – Дженна все еще горевала о потере своего брата.

Дмитрий погладил ее по спине, прикосновение было успокаивающим и в то же время… соблазнительным.

– То есть ты не можешь иметь детей и поэтому считаешь, что у нас нет будущего?

Реакция Дмитрия была спокойной. Дженна решила, что, раз эта новость его не задела, он и не планировал будущее с ней.

Он покачал головой, но ничего не сказал. Просто встал, потянув ее за руку, и направился к выходу из комнаты.

– Куда мы направляемся?

– Я бы хотел, чтобы это была кровать, но на самом деле мы направляемся на смотровую площадку. Наш круиз по гавани начался.

Яхта двигалась, а Дженна даже не заметила этого, она была так поглощена своим разговором с Димой. Он отпустил ее, когда они добрались до палубы. Из ультрасовременной акустической системы зазвучал голос, который бегло комментировал достопримечательности, которые можно было увидеть с воды, а также лакомые кусочки истории Нью‑Йорка, которые она никогда не слышала. Первый час они с Димой стояли у перил, осматривая все вокруг, но в конце концов сели вместе на открытый диванчик, где потягивали лимонад и наслаждались видами, пока их тела соприкасались от плеча до бедра. Это было странно. И Дженна не была уверена, что она чувствовала по этому поводу.

– Какие еще у тебя есть возражения против отношений со мной? – спросил Дмитрий, как будто их разговор не прерывался во время экскурсии.

– Последние две недели были жестокими. Я не могу себе представить, что всю жизнь буду компрометировать свою честность.

В этот момент корабль остановился рядом со статуей Свободы.

– Что мы делаем? – спросила Дженна.

– Ты сказала, что хочешь поиграть в туриста. Ничто не может быть более культовым, чем статуя Свободы.

Однако это была не просто рядовая экскурсия. Дмитрий организовал экскурсию внутрь «пламени». Оттуда через небольшой люк они попали на служебную дорожку для обслуживания прожекторов, направленных на пламя ночью. Вид был великолепным. Ветер развевал светлые волосы Дженны вокруг ее головы.

– Это невероятно! – Дженне приходилось практически кричать, чтобы быть услышанной. Дима обнял ее одной рукой, притягивая к своему телу, – это впечатляет.

Дженна чувствовала себя в безопасности в его объятиях, несмотря на то, как узкая платформа качалась у нее под ногами. Да, это была на самом деле королевская экскурсия. Если бы не Дима, Дженна никогда бы не побывала в таком восхитительном месте… Дженна была уверена, что, пока они вместе, Дима ее еще не раз удивит возможностями королевской семьи. Но что дальше? Рано или поздно это кончится. Стоит ли привыкать? Дженна опять погрузилась в тяжелые мысли об ее отношениях с Димой и их будущем… Которого, скорее всего, не было.

Они вернулись на яхту, и Дженна не возражала, чтобы Дима повел ее в трюм. Она сбросила туфли и села на диван, поджав под себя ноги.

– Я устала.

– То есть в клуб перед вылетом мы не пойдем? – с насмешкой спросил Дмитрий.

– Я не тусовщица.

– Зато ты откровенна. И мне это в тебе нравится. – Дмитрий смотрел прямо ей в глаза.

– Ну… Это взаимно.

– Неужели? – решил подразнить ее принц.

– Я никогда не говорила обратного.

…Даже когда ей было так больно.

– Это приятно знать.

О чем был этот разговор? Дженна была совершенно потеряна, слишком устала и морально истощена, чтобы разобраться в этом.

– А теперь дай мне сюда свои прекрасные уставшие ножки, – заботливо сказал Дмитрий. – Тебе следовало надеть теннисные туфли для сегодняшней прогулки.

– Мои сандалии были совершенно удобными…

…во всяком случае, в первые часы осмотра достопримечательностей. Теперь у нее болели ноги.

– Не спорь. Давай ножки, тебе понравится.

– Ты сам напросился.

Она не могла отказаться от массажа ног, даже если его будет делать принц. Особенно если его будет делать этот принц.

Оказалось, что принц Дмитрий из Мирруса делал великолепный массаж ног.

– Когда мы вернемся на берег? – спросила Дженна.

– Мы поужинаем на борту, а затем пришвартуемся как раз вовремя, чтобы успеть на наш рейс.

– Я не упаковала вещи.

– Мои люди позаботятся об этом.

– Я хочу сделать это сама.

– Почему?

– Потому что я – независимая женщина.

– Как влияет на твою независимость то, что твои вещи упакует другой человек?

– А ты считаешь, не повлияет?

– Я уверен, что нет. Я человек, который сам принимает решения. Но я позволяю другим делать что‑то за меня, если это экономит мне время на то, что у меня получается лучше.

– Доминировать в деловом мире?

– Нет. Если ты не заметила, конкретно сейчас я делаю тебе массаж ног.

– У тебя это очень хорошо получается.

– Я прошел курс массажа во время учебы в университете.

– Зачем?

– Я встречался с женщиной, которая сказала мне, что, если мужчина хочет доставлять удовольствие в спальне, он должен научиться делать хороший массаж.

– Это звучит… сильно.

– Меня привлекают сильные женщины.

– Я заметила. – Дженна хитро посмотрела на него, ее глаза хищно блеснули.

Дмитрий сменил технику массажа. От чувственных ощущений Дженна начала извиваться и постанывать.

– Пожалуйста, скажи мне, что на этой яхте есть спальня.

– Хочешь принять душ, милая моя?

– После.

– После? – Он дразнил, пока его пальцы делали что‑то, что заставляло ее тело петь и изгибаться, одновременно пытаясь прильнуть к нему и убежать от такой одуряющей ласки.

Дмитрий рассмеялся. Смех был низким и таким сексуальным!

– Дима, нам нужно куда‑нибудь переместиться, где никто не сможет нас застать.

Он кивнул, больше не поддразнивая, сексуальная энергия исходила от него интенсивно и мощно. Он встал и протянул руку. Дженна пошла за ним без колебаний. Дмитрий вывел ее из гостиной, прошел по коридору и лестнице, которая заканчивалась двойными дверями. За дверями был маленький филиал рая.

Каюта была такой роскошной спальней, какую Дженна никогда не видела. Даже спальня во дворце уступала этой в уюте. Просторная и оформленная в теплых, насыщенных тонах дорогими тканями, комната кричала о богатстве и привилегиях. В другой ситуации Дженна, вероятно, сочла бы это чрезмерным, но в тот момент она была только благодарна, что на яхте есть место, где они могут уединиться.

Вскоре от идеального порядка в спальне не осталось и следа…