К книге
СтихотворенияБАЛИНТ БАЛАШШИ СТИХОТВОРЕНИЯ. СТИХОТВОРЕНИЯ. [ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЕ] Colloquium octo viatorum et deae echo vocate[87]
57%
БАЛИНТ БАЛАШШИ СТИХОТВОРЕНИЯ. СТИХОТВОРЕНИЯ. [ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЕ] Colloquium octo viatorum et deae echo vocate[87]
65

На ту же мелодию

Раз юноши весной в лес забрели густой,

всего их было восемь,

Смеялись без забот, день к вечеру идет;

пусть Эхо, — кто-то бросил, —

Любимых имена откроет нынче нам,

а мы его попросим!

Кредул[88] сперва сказал. — Ответь, — он прокричал, —

открылась в сердце рана,

Влюбляюсь все сильней, от нежности моей

пылаю непрестанно,

Я чувств таких не ждал, но кто, ответь мне, та,

что век душе желАННА?

Ответ он получил, и восхищен им был,

ведь вышло очень схоже,

Затем вскочил второй. — Скажи мне имя той,

кто мне всего дороже,

И без кого, скажи, моя несчастна жизнь,

мучений адских гОРШЕ?

Чуть смолк он, третий встал и ласково сказал:

— Нашел себе я пару,

Она со мной всегда, и в сердце никогда

не затушить пожара.

Кто краше всех богинь, мила, как георгин,

цветущий в форме ШАРА?

Четвертый следом был, у Эха он спросил:

— Мы видимся все реже,

Она в чужой стране, но помнит обо мне

и чувства в ней всё те же,

Стремлюсь я к ней одной. В беде, скажи мне, кто

всегда меня поддЕРЖИт?

Кредула младший брат был выйти пятым рад.

— Терзаюсь страстью вновь я.

Скажи, прошу тебя, кто мучает меня,

о ком слагаю строфы?

К кому же, как не к ней, любовь моя сложней

мудреных филоСОФИй?

Аминта был шестым, вскричал он: — Я томим

давно любовным жаром,

Ревную каждый час, сгибаюсь всякий раз

от нового удара.

Прошу я одного: кто та, из-за кого

не избежать кошМАРА?

Тирсис тут вышел в круг, сказав: — В плену разлук

печалями объятый,

Отвергнут девой я, но все же для меня

она дороже злата,

Чей лучезарен взгляд, а волосы горят

как дивный свет заКАТА?

Последним встал Монтан: — Немало в сердце ран,

в которых виновата

Любимая моя, забыла про меня,

а я ей верен свято,

Чей голос так лукав, чей переменчив нрав,

как будто солнце МАРТА?

Замкнулся грустный круг, ваш скорбный старый друг

пропел вам эти строки,

Кто от коварства пал, лишенья испытал,

скитальцем одиноким,

Кто показал притом на языке родном

изящества уроки.

Печальный этот год тревоги мне несет.

В канун Варфоломея,

В изгнанье уходя, прощаюсь навсегда

с отчизною своею.

Былого не вернуть, пускаюсь в горький путь,

что Млечного длиннее.

Предыдущая главаГлава 65 из 114Следующая глава