«Совсем маленько я тогда не дошел, – мысленно опечалился Завьялов. – Я повернул к лор-отделению на втором этаже и не дошел до Косолапова. Платона, видать, в Раю метнуло, когда я был на лестнице. Табличка перед лор-отделением последнее, что я запомнил, глядя еще собственными глазами. Точнее, глазом».

«Раскрепостилась девушка до бессознательности, впустила в себя этого гада, – пробурчал Лев Константинович. – Или… мадам История легонько подтолкнула Платона в нужную ей сторону. Тут фиг поймешь».

Жюли негромко тявкнула, сообщая, что закончила письменную работу. Иннокентий пробежал глазами набранный текст, пробормотал «уви, мон шер ами» и обратился к интеллектам:

– Жюли удалось подслушать практически весь разговор Платона и Миранды. У моей жены есть некоторые замечания и добавления по существу вопроса. Я с ней в этом случае полностью согласен: мне тоже показалось, что Миранда находится на распутье.

Следуя рассказу жены стилиста происходило вот что.

Жози-Жюли почти сразу же отправилась за девушками на кухню. Циклопы не заметили, как крошечная собачка забралась под стол, и говорили свободно. Платон предлагал сразу же смыться из квартиры: незаметно или по поводу, добежать до магазина, например. Миранда, как показалось Жюли, держала паузу. Задавала отвлекающие вопросы, уходила от темы… Начала расспрашивать Платона о том, как того угораздило очутиться в женском теле и хвалила за отличную идею – разыскивать ее через Косолапова.

Но едва Платон предложил закончить разговор и сматываться, Миранда повела речь о бесперспективности их миссии, забормотала о полученных доказательствах разумности Истории, о некой важной миссии…

Подслушивающая их Жюли решила, что узнала достаточно, и пора сообщить друзьям о появлении Платона в Рае. Тихонько двинулась на выход…

Миранда увидела собачку и тихо вскрикнула: «Она из наших! Платон, в ней путешественник сидит!»

Платон ринулся за собачкой, и если бы не своевременное появление мужчин на кухне, наверняка свернул бы псинке шею.

Говоря о вероятной участи жены, стилист зябко поводил плечами, глаза взволнованно закатывал и ежился. Жюли вздыхала, но в общем-то держалась героически.

Посчитав, что у Константиновича больше опыта в проведении контр-операций и розыскных мероприятий, Завьялов уступил ему бразды.

– Значит, – задумчиво нахмурился Потапов, – у нас получается, что Миранда все же предала нас. Сообщила Платону об опасности, указала на подслушивающую собаку.

– Жюли в этом не уверена, – покачал головой Иннокентий. – Ей показалось, что Миранда никак не может выбрать, чью сторону ей принять: подчиниться Платону или все-таки попробовать обратить сообщника в новую идеологию.

– Возможно, – согласился генерал. – Последовавшие события говорят о том, что и Платон в раздрае, уже не слишком уверен в своей сообщнице. – И хлопнул ладонью по подлокотнику. – Эх, нам бы как-нибудь связаться с Мирандой! Чем дольше она с Платоном, тем больше вероятность, что он ей заново мозги промоет!

– Увы, Лев Константинович, – развел руками Иннокентий, – это невозможно. Платон не обсуждал дальнейших планов, не сообщил, куда хотел направиться. Жюли предполагает лишь одно: Платон намеревался жить в теле Бориса Михайловича Завьялова. Его билет в один конец отнюдь не предполагал реального самоубийства.

– Интересно, как он нынче ПМС в теле Раи переживет, – хмыкнул контрразведчик. – Заместо богатого Бори оказаться в нищей медсестре – тот еще подарочек. – И обратился к растерянному Косолапову: – Николай, что ты можешь рассказать о Рае? Платон, наверняка, не подготовил здесь какого-то лежбища, он собирался захватить носителя Завьялова и пользоваться его ресурсами. Подумай, куда они могли направиться, что есть у Раи?

Косой пожал плечами:

– Денег у нее – кот наплакал. Прописана у родителей, но живет на съемной хате в Митино. Я знаю адрес. Заезжали как-то, чтоб она переоделась.

– Туда они не поедут, – задумчиво покачал головой Лев Константинович. – Припомни, Рая газетами с объявлениями о сдаче жилья интересовалась?

– Не видел.

– А о подругах, любовниках, каких-то престарелых тетушках рассказывала?

– Нет.

– Так я и думал, – вздохнул Потапов, – Платон диверсант не глупый, Раису контролировал, заставил держать язык за зубами. Но попытаться все же стоило. Ты, Коля, завтра еще раз, на свежую голову, подумай. Вдруг что проклюнется?

– Угу, – изображая энтузиазм и рвение, кивнул потрясенный событиями Косолапов.

Лев Константинович тяжело встал с дивана, оглядел компанию, взирающую на него, как новобранцы на комбата – снизу вверх, вздохнул:

– Отбой, ребята. Всем на боковую. Назавтра день тяжелый – встречаемся с циклонами… Авось встречаемся, точнее. Но Зою ищем – обязательно.

3 часть

Почти сутки назад, разрабатывая контакт с дубль-интеллектом Инны Марычевой, генерал предложил выбрать местом встречи кабачок с названием, удобно переводимым на интерлингву, поскольку Инна не должна понять, о каком конкретно месте толкует странный тип с собачкой. Старый смершевец категорически не хотел оставлять следов, намеков и малейших адресных привязок. На воду осторожный Константиныч дул.

Путем недолгих обсуждений остановились на кафешке «Старый капитан». Кафе располагалось в тихом переулке, утром в понедельник там не должно быть многолюдно.

Едва проснувшись и умывшись, Завянь снабдил друзей наличностью и отправил Иннокентия и Колю в магазин, где Кешу вынули из треников и приодели в джинсы и ветровку.

Лев Константинович вновь выступил английским джентльменом.

Нервничающую Жюли нарядили в бархатную юбочку.

– Порядок, – оглядев экипировку, остался доволен разведчик. – Выдвигаемся.

На машине Косолапова доехали до места встречи. Прежде чем покинуть автомобиль, Лев Константинович суеверно сплюнул через левое плечо.

– Надеюсь, все получится, ребята, – сказал немного хмуро.

– Должно получиться! – воодушевленно ерзая по просторному заднему сиденью косолаповского джипа, воскликнул Иннокентий. – О самоубийстве и убийстве в доме Марычевых уже по радио сообщили. Путешественники вернулись в наше время и сообщили хроно-департаменту о неполадках. В кафе нас точно-точно ждут!

– Твоими бы устами… – прокряхтел привычно недоверчивый разведчик и выполз из автомобиля на улицу. – Следи тут, Коля, за окрестностями.

Косой смотрел на генерала все так же: снизу вверх и преданно. Отлично знающий Косолапова Завьялов подозревал, что смотрит так Колян не только из чувства искреннего восхищения башковитым контрразведчиком, Косой изгрыз себя упреками: он приволок Раису на место встречи с другом. Из-за его дурацких брачных игр произошла трагедия.

Косого было очень жаль. Борис еще ночью пытался друга успокоить: «Коля, ты ни в чем не виноват, Платон все равно б до нас добрался. Он прибыл сюда уничтожить будущее, если бы не получилось встретиться с Зоей-Мирандой и увести ее с собой, он попросту убил бы одного из нас. Рано или поздно он смог бы раздобыть оружие, подкараулить меня или Зою и выстрелить из-за угла. А теперь мы хотя бы знаем, от кого нам ждать удар. Мы предупреждены. А раньше мозг сломали: куда Платон подевался? Откуда вынырнет, когда…»

Завьялов говорил доходчиво и искренне. А в голове превосходительство ворчал: «Смотри, Бориска, за Косым теперь – глаз да глаз! Обманутый мужик способен что-то учудить…»

Николай, казалось бы, поверил, что он в самом деле удружил компании. Но виноватый взгляд старого приятеля Завьялову не нравился.

«И в самом деле, Константиныч, – вылезая из машины, сказал Завянь Потапову, – может быть, лучше отобрать у Коли телефон? Вдруг, получит он извещение от Толи Волкова и подорвется все исправить в одиночку?»

«Надеюсь, ума хватит, стерпит, – пробурчал Лев Константинович. – Не станет рисковать чужими шкурами».

В небольшом кафе были заняты лишь три стола. За двумя торопливо завтракали мужики, явственно командировочного вида. За третьим…

За третьим сидела платиновая Галочка из «Золотой Ладьи». Та самая ухоженная моложавая блондинка, которую привел концептуальный конформист Козлов.

Сидела, элегантно кофеек потягивала. Невозмутимо дожидалась контактеров.

Завянь и генерал слегка и обоюдно обалдели. Не сговариваясь, замерли. Лев Константинович предполагал увидеть в «Старом капитане» кого угодно: полицейского при полной форме, такого же командировочного мужика, изъятого с вокзала…

Но… Галя?!

«Хорошо, что с нами нет Миранды, – пробормотал Потапов. – Такого издевательского облома она бы не пережила».

«Н-да, – тут же согласился Боря. – Пронзительная готическая сказка о безжалостной Истории оборачивается фарсом».

Галина, с едва заметной усмешкой, глядела на двух остолбеневших мужиков. Потом устала ждать пока они опомнятся и подняла ладошку, помахала. Мол, что стоите тут столбами? Вперед, я вас не съем.

Жюли поскребла лапками по рукаву Иннокентия. Попросила спустить ее на пол. Побежала вперед, разведывать-принюхиваться.

Потапов-Завьялов подошли к столу. Генерал оглядел обстановку: на первый взгляд – спокойно, мужики жуют и подозрительными не выглядят. За барной стойкой официант позевывает.

– Подвинься, – не здороваясь с Галиной, буркнул контрразведчик.

Агентесса хроно-департамента сидела лицом к входу, на самом краешке диванчика, великосветским жестом предлагала Кеше и второму визитеру усаживаться напротив.

«Ненавижу оставлять за спиной входную дверь, – пояснил Лев Константинович для Бориса свою просьбу подвинуться. – Предпочитаю круговой обзор ограниченного помещения».

Агентесса насмешливо фыркнула, но уступила место контрразведчику. Теперь Потапов видел не только дверь, но и служебный выход на кухню ресторанчика.

– Доброе утро, – слегка язвительно поздоровалась Галина и тут же отомстила превосходительству за хамство: – А я вам говорила, Михаил Борисович: поедемте кататься. Поехали б, и не было проблем.

Лев Константинович не отреагировал на колкость, невозмутимо положил локти на столешницу.

Кеша быстренько супругу с пола подобрал и, сев спиной к двери, устроил Жози-Жюли на коленях.

– Итак, – сказала Галя, – давайте сразу уточним, кто здесь есть «ху». Борис Михайлович, вы где?

Завянь ударил в грудь генерала Потапова.

Лев Константинович поморщился. Ему совсем не нравился высокомерный и насмешливый настрой агента хроно-департамента, занявшего тело симпатичной блондинистой бабенки. Поглядывая на раскомандовавшуюся тетку, военный отставник сурово пробурчал: «Вот чует мое сердце, Борька, с этой курвой мы можем не сработаться. У нее апломба больше, чем мозгов».

«А что ты предлагаешь, Константиныч? – уныло произнес Завьялов. – Что? Мы тут. Она командует. Все правильно».

«Ну-ну, – усмехнулся генерал. – Посмотрим, что она скажет, когда узнает, что хроно-личность Зоя Карпова циклопами похищена. Сидит тут, понимаешь ли, директора городского пляжа изображает…»

– Отлично. Капустины? – продолжала тем временем опрос самоуверенная агентесса.

Иннокентий послушно приподнял над столиком Жози.

– Мы тут, – сказал, как пионер перед вожатой. – Капустина Жюли в собаке Жози, Капустин Иннокентий, как и положено, в теле Бориса Михайловича.

– Ну, в принципе, мы так и предполагали, – деловито нахмурилась блондинка. – Где Карпова?

«Бориска, помолчи! Дай я этой курице правду-матку врежу!»

– В теле Зои Карповой циклоп, обученный и подготовленный в хроно-департаменте. Женщина с телепатическими возможностями.

Произнося две фразы, Лев Константинович растягивал удовольствие. Тянул слова, вбивал их в медленно округлявшиеся глазки агентессы. Иезуитски наслаждался каждым щелчком накрашенных ресниц: «Что, получила? Потомок хренов, стерва шелковая».

Галина растерянно хлопала глазами.

– Вы хотите сказать…

– Миранда – воспитанница хроно-департамента, – уничижительно выдавливал Лев Константинович. – Прибыла сюда в составе террористической группы из двух человек. Группу возглавляет телепат Платон. Он занял тело медсестры Раисы Журбиной. И кстати, как я подозреваю, он тоже ваш кадр: он просил передать привет от работника шустовского центра. На данный момент нахождение Зои Павловны Карповой не известно. Циклопы ее похитили и где-то держат. Мы проводим розыскные мероприятия.

– Вы – что? – икнула Галя.

– Проводим розыскные мероприятия, – четко повторил Потапов. – Работаем, сударыня.

Агентесса откинулась назад, оперлась о спинку диванчика и поглядела на пожилого визави, изобразив овцу перед воротами.

Все поворачивалось совсем не так, как предполагала Галя.

– А вы, собственно, кто такой, уважаемый?

– Генерал-майор в отставке, Лев Константинович Потапов.

Горделивая генеральская осанка и его мастерский доклад прилично изменили обстановку. Пришелица таращилась на Потапова, заметно теряя былую самоуверенность. На ее личике уже мелькали, пропечатывались предполагаемые депеши начальству в хроно-департамент: «Облом. Попали. Будущее под угрозой! Что будем делать, господа?!»

– Но она должна была быть с вами!! – выпалила агентесса. – Вы ее забрали от Грачевых, увезли… а кстати, – поперхнулась. – Какого черта вы туда поперлись?!

Не известно, как выглядела дамочка, занявшая тело ухоженной блондинки, какими манерами она обладала, как воспитана… Сейчас перед тремя мужчинами и одной полусобакой сидела раскрасневшаяся тетка с поплывшими чертами и ухватками базарной бабы: «Какого черта», «поперлись»… Куда подевалась недавняя элегантная язвительность?

«Не комильфо, сударыня», – довольно хмыкнул контрразведчик, практически мгновенно разладивший нервную организацию пришлого агента.

– Мы не поперлись. Мы действовали в предложенной обстановке, в связи со сложившимися обстоятельствами, – внушительно проговорил Потапов.

– С ума сошли? Какие обстоятельства?! – Агентесса плаксиво покривилась и добавила с апломбом: – Сидели бы себе спокойно и никуда не вмешивались! Ваши бестолковые действия нам всю игру сломали!