Хоть лагерь и спас их от бури, но остальным бедам помочь не мог. Здесь не было даже еды. И отец наверняка уже направил в пустыню ещё больше солдат, чтобы убедиться, что Лара и Арен погибли. А значит, самая большая трудность ждала их впереди: выбраться из Красной Пустыни живыми.

Ларины сёстры забрали из лагеря все припасы, а всё, что осталось, испортилось, сгорело или ушло глубоко в песок. Хуже того, сёстры двигались коротким путём на север, в Маридрину, а Ларе и Арену нужно было на юг, в Валькотту, находившуюся вдвое дальше.

– Ищи всё, во что можно налить воду, – велела Лара Арену. – И что-нибудь съедобное, хотя я сомневаюсь, что найдётся много.

На этот счёт она оказалась права. Кроме горстки фиников, одинокого мешка муки и банки перца, еды не нашлось никакой. В оазисе росло несколько плодовых деревьев, но после бури они стояли голые. Слой песка полностью засыпал сады, а мякоть плодов, которые Ларе удалось откопать, была несъедобна. Это означало, что им предстоит около двух недель без еды.

– Не так уж много нашлось. – Арен сбросил собранные припасы на землю у источника. Лара лопатой выгребала оттуда песок, от усилий всё её платье пропиталось потом. Было чертовски жарко, но потребность в питьевой воде перевешивала нужду в мытье, а с такой работой Лара могла справиться и с закрытыми глазами – что было прекрасно, учитывая, что жжение под веками до сих пор не прошло.

Она нашарила чашку, наполнила водой и протянула Арену.

– Важнее всего вода.

– Но она тоже довольно мутная. – Он шумно отпил, потом раздался всплеск и бормотание: – Боже, как хорошо. Сейчас бы поплавать.

– Вылезай! – завопила она, с усилием разлепляя веки. Ужас от того, что он творил, перевесил боль. – Нельзя!

Арен выбрался из источника, ошеломлённо глядя на неё, и Лара подняла руку, один за другим загибая пальцы:

– Животным нельзя пить напрямую, чтобы не испортить воду. Следует использовать только чистые сосуды, предпочтительно из серебра или золота. И никаких, мать их, купаний!

– Там полно песка, и к тому же здесь нет никого, кроме нас.

Потоки слёз, струящихся по лицу, мешали Ларе глядеть на него достаточно свирепо.

– А как насчёт того, что я не хочу пить воду, в которой побывали твои вонючие ноги?

Он пожал плечами, словно это был единственный веский довод.

– Нам нужно вернуться к побережью. Оно ближе.

– На побережье усиленные патрули. Солдаты отца будут наблюдать за пустыней на случай, если мы выйдем.

Держать глаза открытыми становилось мучительно, но Лара проигнорировала боль: Арен стянул рубаху и отбросил в сторону. Потом внимательно оглядел пустыню вокруг, заслоняясь рукой от солнца. У него появился новый шрам на рёбрах и другой, чуть выше локтя, и Лара обнаружила, что всматривается в него, ища изменения в так хорошо знакомом теле. За время плена у него поубавилось мышц, он похудел, хотя это нисколько не умаляло его красоты. Арен повернулся, и Лара снова закрыла глаза, чтобы он не заметил, как она на него смотрит.

– Эти солдаты никак не могли пережить бурю, – сказал он. – А раз они не вернутся, твой отец будет считать, что и мы тоже мертвы.

– Или что мы их убили.

Он мрачно засопел.

– Возможно.

– То, что эта группа мертва, не значит, что за ними не придут другие, – дополнила Лара. – Серин заподозрит, что я попытаюсь попасть сюда. Он ничего не оставляет на волю случая.

– Мы можем устроить на них засаду. Заберём ездовых животных и припасы.

Лара оперлась на лопату и обдумала эту идею.

– Он пришлёт большой отряд. И они придут под покровом темноты.

– Можно спрятаться, а затем напасть на них со спины при свете дня.

– Получилось бы, будь у нас стрелы, но их забрали сёстры, уходя отсюда. И мне не нравится мысль встретиться в рукопашной с парой десятков обученных солдат.

На мгновение Арен замолчал.

– Тогда что ты предлагаешь? Сидеть здесь и медленно подыхать от голода?

Капля пота скатилась по исцарапанной коже у глаза, и Лара поморщилась, сдерживая желание потереть больное место.

– К востоку отсюда есть караванный маршрут. Я предлагаю устроить засаду на купцов и забрать всё необходимое, чтобы добраться до Валькотты. У них, конечно, будет охрана, но вдвоём мы справимся.

Молчание.

Лара снова принялась вычищать источник. Даже не открывая глаз и не глядя на Арена, она уже чувствовала его осуждение. Уже знала, какие слова сорвутся с его губ, стоит ему набрать достаточно воздуха.

– Ты хочешь убить невинных торговцев, чтобы забрать их припасы? Выглядит чересчур жестоко.

Лара умела выживать, и это часто требовало жестокости.

– А ты предпочтёшь, чтобы мы умерли?

– Я предпочитаю не впадать в крайности. Почему бы нам не попросить купцов о помощи? Или не украсть то, что нам может понадобиться, а их оставить в живых. Или ещё лучше – использовать золото из запасов – я знаю, у тебя оно есть – и купить всё необходимое.

Странно было думать, что когда-то она считала Арена безжалостным человеком, полностью лишённым сострадания. Что почти всю жизнь была уверена, будто все итиканцы таковы.

Воткнув лезвие лопаты в кучу песка, Лара повернулась к Арену.

– Здесь мы можем встретить только торговцев, которые идут на север вслед за бурей. Если мы оставим их в живых, несколько дней – и они достигнут окраин Красной Пустыни. Где, без сомнения, столкнутся с солдатами моего отца и подвергнутся допросу. Сейчас отец не уверен, живы ли мы. Но мы сразу же лишимся этого преимущества, как только торговцы опишут встречу с двумя людьми с приметами как у нас.

– Я это понимаю, – холодно согласился Арен. – Но наша фора будет слишком велика, чтобы поймать нас в пустыне.

– Но недостаточно велика, чтобы быстрые всадники с возможностью менять лошадей каждый день не опередили нас на пути в Валькотту и не перехватили с другой стороны.

– У тебя на всё найдётся ответ, да? – Раздался глухой лязг, потом всплеск воды – Арен пнул лопату, и она упала в источник. – И как же поразительно, что твой первый ответ – убийство.

Лара почувствовала, что начинает распаляться. Кровь в жилах вскипела, и попытка сохранить самообладание провалилась.

– Думаешь, я хочу убивать людей? Или мне это нравится? – Она вновь открыла глаза, перешагнула через груду песка и приблизилась к Арену, сжимая кулаки. – Я не пытаюсь спасти себя. Я пытаюсь спасти тебя, потому что ты единственный, кто способен заключить союз с Валькоттой!

– Почему это должен быть я?

– Потому что! – заорала она. – Помимо Анны ты единственный итиканец, кого лично знает императрица! Думаешь, она даст нам свой флот для разорительной битвы, если Джор попросит её об этом? Или Лия? Это должен быть ты, потому что только твоим гарантиям она хоть сколько-то поверит!

Он отвернулся.

– Я знаю, что такое тяжёлый выбор, Арен. – Голос у Лары дрогнул. – Я знаю, что такое жертвовать жизнями невинных, чтобы спасти дорогих тебе людей. – Она жестом указала на остров костей погибших слуг и музыкантов, которых она даже не попыталась защитить. – Мысль об этом терзает меня, но это не значит, что я поступила бы иначе, потому что на другой чаше весов были жизни моих сестёр. То, что выбор тяжек, не значит, что ты можешь его не делать. – Она сделала паузу и спросила: – Так что, несколько торговцев или все до единого в Эранале? Выбирай!

Лара слышала лишь журчание воды в источнике и рёв крови у себя в ушах.

– Нет, – Арен покачал головой. – Я не убиваю невинных ради спасения собственной шкуры. Я отказываюсь.

Досада, подкреплённая отчаянием, впилась в неё когтями, словно дикий зверь, – Лара могла защитить его от бурь, солдат и голодной смерти, но не от самого себя. Она открыла было рот, чтобы продолжать спор, но расслышала удары копыт о камень, и её сердце перевернулось.

– Прячься!

Она за руку потащила Арена в лагерь и укрылась за одной из жилых построек. Толкнула его к стене, причём твёрдые мышцы его обнажённой груди оказались почти под её ладонью. И тут же ощутила его знакомый запах.

«Сосредоточься, дура!»

С мечом в руке Лара осторожно высунулась из-за угла и вслушалась.

– Сколько их? – прошептал Арен, сжав её предплечье. Его тёплое дыхание согревало Ларе ухо.

Она слышала только одного, но это не означало, что там нет других. Не означало, что они не появятся со всех сторон, готовые атаковать.

Лара снова скользнула за угол и прижалась спиной к стене рядом с Ареном, в то же время бдительно выискивая вокруг признаки движения и проклиная своё нечёткое зрение.

Но никто не шевелился. Только чей-то одинокий верблюд пил из источника. Убить его будет легко.

Или было бы легко, если бы Лару не слепили слёзы.

Она сделала глубокий вдох и вскинула меч.

– На счёт три, – сказала Арену одними губами. – Один.

Арен выскочил за угол. Лара с бранью выбежала за ним.

И влетела ему в спину.

– Что ты делаешь?! – сердито рявкнула она.

– Благодарю госпожу Удачу, – откликнулся он и шагнул в сторону. – Посмотри сама.