Через десять минут им пришлось остановиться, чтобы привязать Бронвин к лошади.

– Убери, – пробубнила она. – Больно.

– Не могу, иначе ты истечёшь кровью до смерти. – Но Арен сочувствовал ей, его самого не раз ранили стрелами. – Мы вытащим стрелу, как только будем в безопасном месте.

Если она продержится до этого момента.

Бронвин так кренилась вперёд, наваливаясь на шею лошади, что Креста взяла у неё поводья. Но даже в темноте Арен заметил, как она тревожно оглядывается и периодически останавливается проверить сестре пульс.

– Куда мы направляемся? – спросил он наконец. – Кто нас встречает?

– Выше по реке есть небольшая пещера. Там нас ждёт наша сестра Сарина, у неё припасы для вашего с Ларой путешествия.

– Какого путешествия? – Арен терпеть не мог не знать дальнейшего плана. Терпеть не мог оказываться на позиции ведо́мого, всю жизнь пробыв лидером.

– Лара объяснит, когда встретится с нами.

– Или нет. Возможно, она мертва.

Креста тихо рассмеялась.

– Какое счастье, что я не иду с вами дальше. Хуже не придумаешь – быть третьим лишним в любовной ссоре.

– Мы больше не любовники, – процедил Арен сквозь зубы.

В ответ она почти весело фыркнула, словно их с Ларой конфликт значил не больше, чем мелкая размолвка из-за отделки комнаты.

– Как скажете, Ваше Величество. Но вряд ли вы легко отделаетесь. Солдатам нашего отца Лару не убить. Эту женщину вообще практически невозможно убить – поэтому мы прозвали её таракашкой. И сам факт, что мы всё ещё на свободе, говорит о том, что всё идёт в точности по её плану.

Бронвин застонала, и Арен ударил коня пятками, неловко дёрнув поводья, и подъехал к ней. Речная вода плескалась так высоко, что у него промокли ноги. Он наклонился и прижал пальцы к горлу Бронвин – пульс у неё был очень слабый, кожа холодная.

– Нужно спешить.

Но в темноте лошади могли идти по реке только медленным шагом, копыта оскальзывались на мокрых камнях. Пешком Арен шёл бы в два раза быстрее, но, конечно, не с ношей в виде Бронвин. Он невероятно устал, тело отвыкло от тяжёлых нагрузок, и это приводило его в ярость. Он ненавидел чувствовать себя слабым, после того как всю жизнь был сильным.

Арен раньше, чем Креста, заметил мелькающее впереди знакомое свечение водорослей, и при виде небольшого огонька у него сделалось тесно в груди. Крохотная часть Итиканы и доказательство, что на этом этапе в плане участвовал и его народ.

Ещё десять минут пути по тропе между деревьями привели их к низкому утёсу, в устье пещеры в нём мерцал огонь.

Креста торопливо спешилась и привязала лошадей, Арен отвязал Бронвин, снял с седла и понёс к пещере.

– Охотница! – громко позвала Креста, и спустя мгновение появилась беременная женщина с длинными тёмными волосами, в одной руке у неё был меч, в другой – нож.

– Бронвин подстрелили.

– Вот чёрт! – Беременная женщина – Арен предположил, что это и есть Сарина, – убрала оружие в ножны и зашагала к нему. И резко остановилась. – Где Лара?

– Сбивает их со следа, – ответила Креста. – Скоро появится.

– Заходите.

Арен внёс Бронвин внутрь и замер как вкопанный при виде знакомого лица.

– Нана?

Она стояла с оружием на изготовку, но стоило ей увидеть Арена, как мачете со звоном выпало из её рук.

Казалось, Нана целую вечность не могла найти слов, но потом она прошептала: «Ты живой. Ты здесь. О, слава Богу…» – и по её лицу потекли слёзы.

За всю жизнь Арен ни разу не видел, чтобы бабушка плакала. Даже когда его отец – её собственный сын – сгинул в море.

Затем она взглянула на Бронвин, утёрлась и тут же приняла свой обычный собранный вид.

– Неси её сюда.

– Стрела пробила плечо, – пояснил он, опуская девушку на землю. – Потеряла много крови.

Нана, ворча, вытащила нож, чтобы срезать с Бронвин одежду.

– Ох, Бронвин. – Беременная женщина оттеснила Арена в сторону, чтобы он освободил место, медленно присела и взяла сестру за руку. – Почему же именно тебя всегда ранят?

Стрела пробила плечо насквозь, наконечник в свете костра блестел от крови. С другой стороны подошла бледная обеспокоенная Креста, спросила:

– С ней всё будет хорошо?

Нана не ответила.

– Арен, обломай наконечник и иди наружу сторожить. Ты, – она метнула мрачный взгляд на Сарину, – идёшь с ним.

– Креста пойдёт.

– Креста останется, – безапелляционно возразила Нана. – Мне нужен помощник, а она, в отличие от тебя, следует инструкциям.

Не обращая внимания на их стычку, Арен нагнулся и отломил головку стрелы, Бронвин застонала. Он отбросил наконечник в сторону, встал, и тут хриплый голос крикнул снаружи:

– Охотница! – и чуть погодя: – Это Лара.

Арена захлестнуло облегчение: его блудная жена шагнула внутрь, тяжело дыша, плечи у неё ходили ходуном. Она была насквозь мокрая, медовые волосы свисали неопрятными колтунами. На щеке темнел свежий синяк, штаны порвались на коленях, и на коже кровоточили ссадины. Но когда она подняла голову, чтобы посмотреть на него, сердце Арена всё же пропустило удар.

Нана заговорила, возвращая его к реальности:

– Что ж, звёзды сегодня к нам неблагосклонны: вот и ты, и ты всё ещё жива.

– Простите, что разочаровываю. – Взгляд Лары устремился к Бронвин, при виде сестры она тут же сжала губы. – Она?..

– Жива, но еле-еле. Вымой руки и иди помоги мне. Хоть раз и от тебя будет польза.

Лара молча прошла мимо него, и Арен практически бегом бросился прочь из пещеры. Ему было почти больно дышать. Стало лучше, лишь когда он постоял немного под пасмурным небом, запрокинув голову, тёплый дождь смыл с него пот, и мышцы расслабились достаточно, чтобы он смог сделать глубокий вдох.

Появилась Креста.

– Я в разведку.

Бесшумно, словно итиканец, она исчезла среди деревьев призраком в ночи.

Из пещеры послышался вскрик боли – видимо, вытащили стрелу, – и Арен прошёл дальше по склону, не желая ничего слышать. И чувствовать.

– Так вы король Итиканы.

Арен чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он обернулся – за ним стояла Сарина, её тёмные волосы промокли под дождём. По виду ей оставалось до родов несколько недель, но двигалась она так же тихо, как Креста. Как все двенадцать сестёр. Сайлас создал двенадцать образцов совершенного оружия. И лишь сейчас, как подозревал Арен, начал осознавать, насколько они опасны.

– Был им.

Она вздохнула с нарочитым раздражением.

– Не морочьте мне голову этой тягомотиной, пожалуйста. Моя сестра внутри, возможно, умирает, у меня не хватит терпения слушать бессмысленное нытьё.

– Бессмысленное? – переспросил он ядовито, даже не пытаясь это скрыть.

– Итикана пока не пала. Эранал успешно сопротивляется попыткам пробиться сквозь его оборону, и насколько мне известно, бо́льшая часть мирных жителей сумела добраться до безопасного острова раньше, чем солдаты моего отца.

Он это знал. И также знал, что большинство не смогли взять с собой ничего, кроме одежды, в которой были. На других островах остались только солдаты итиканской армии для борьбы с маридринскими войсками. Месяцами Арен обретался под открытым небом с остатками гарнизона Срединного Дозора, спал в грязи и ел то, что удавалось добыть на охоте или сорвать в джунглях, всё это время сражаясь с захватчиками, которые жили в домах и жрали как короли, поскольку припасы им доставляли через мост.

– И что, по-вашему, все эти мирные жители сейчас едят?

Она смерила его невозмутимым взглядом.

– Они живут на пайках, очевидно. Вот почему время имеет значение. Ваша сестра взяла на себя первую часть плана Лары, а теперь, когда вы на свободе, начнётся его вторая половина. Вы ещё сядете на свой трон снова, помяните мои слова. Мой отец не знал, с кем связался, когда разозлил вашу жену.

– Не называйте её так.

– Почему нет? Это правда.

– Потому что она лживая предательница и заслуживает, чтобы ей перерезали горло, вот почему!

Внезапно Арен обнаружил, что лежит на спине, а к его шее приставлен нож.

– Позвольте выразиться предельно ясно, Ваше Величество, – прошипела Сарина. На фоне тёмного неба на её лице видны были только белые зубы. – Посмеете и дальше отзываться таким образом о моей сестре, и горло перережут вам. Это понятно?

Он молча глядел на неё с вызовом.

Лезвие ножа прижалось сильнее, по горлу Арена потекла капля крови.

– Ты для меня ничего не значишь. Ты ничто. Мы с сёстрами согласились помочь тебе только потому, что Лара любит тебя, а мы любим её. Не говоря о том, что мы обязаны ей жизнью.

Она немного расслабилась, и Арен задумался, как ему освободиться, не навредив ребёнку.

Но беременная или нет, Сарина знала своё дело. Он находился в её власти.

– Ты понятия не имеешь, что она пережила, – продолжила она. – Что мы все вытерпели от отца, Серина и прочих. Пятнадцать долбаных лет нам промывали мозги, вколачивая в нас веру в то, что наш народ голодает и умирает по вине Итиканы. Нас избивали, морили голодом, превратили в убийц, и каждый раз, каждый раз нашёптывали, что всё это нужно, чтобы спасти Маридрину от тебя. Что из-за тебя нам приходится страдать. Что ты злобный демон, думающий лишь о собственной жадности, и тебе нет дела до невинных жертв.

В голосе Сарины звучала искренняя ярость, и рассудок говорил Арену, что провоцировать её опрометчиво. Но он всё же не смог удержаться:

– Она узнала правду, едва прибыв в Итикану. Снова и снова она сталкивалась с реальностью лицом к лицу и всё равно выбрала поверить лжи своего отца и ударить меня в спину!

– «Выбрала»? – выплюнула Сарина сквозь зубы. – Почему же ты так глуп? Как ты не понимаешь, что его ложь была подобна яду? И мы никогда не исцелимся полностью. Я знаю правду. Я видела её собственными глазами, и всё же ночь за ночью я просыпаюсь в припадке безумия, словно ненависть к Итикане никогда меня не покинет.

Так же резко, как напала на него, Сарина поднялась на ноги, потирая поясницу. Осторожно следя за ней, Арен тоже встал и потрогал порез на горле.

– Лара совершила ошибку, – заключила женщина устало. – Если бы она доверилась тебе и рассказала всю правду, ничего из этого бы не произошло. Но пойми, пожалуйста, любое её доверие к тебе – это уже практически чудо. Она такая же жертва махинаций моего отца, как ты и Итикана. Хотя, в отличие от тебя, она не хочет, чтобы он победил. Лара остаётся королевой Итиканы, даже если ты отказался быть её королём.

С этими словами она вернулась в пещеру, оставив его под дождём. Спустя несколько минут появилась Лара, постояла немного у входа, затем подошла к Арену.

– Как Бронвин? – спросил он.

– Мы остановили кровотечение, но она очень слаба. Только через день или около того можно будет с уверенностью сказать, поправится она или нет. И даже в этом случае всегда есть риск, что рана воспалится. – Лара потёрла виски. Почти физически можно было почувствовать, насколько она устала и какой дорогой ценой ей удалось сбить погоню со следа. Арен с трудом пресёк желание протянуть руку и размять ей шею – он знал, что там ей всегда сводит мышцы от напряжения.

– Она справится, – сказал он вместо этого. – Она боец.

Лара опустила руки и взглянула на него:

– Удивительно, что тебя это вообще волнует.

Он хотел презрительно отрубить «Естественно, меня это волнует, я же не ты», но произнёс только:

– У меня нет претензий к твоим сёстрам.

– Даже к той, что чуть не перерезала тебе горло?

Она протянула руку к его шее, но Арен оттолкнул её.

– Не трогай меня.

Лара обхватила себя за плечи обеими руками и сделала шаг назад.

– Сарина сказала, ты втянула Анну в свой план, – вспомнил он. – Где она? Что она делает? И куда, ты предполагаешь, я должен поехать с тобой?

– Анна на пути в Эренделл, – ответила Лара. – Она намерена выполнить свою половину условий Пятнадцатилетнего Договора. И попросить у Эренделла помощи в том, чтобы вернуть Северный Дозор обратно под наш контроль. – Она отвернулась. – Под ваш контроль.

У Арена похолодели руки.

– Ты хочешь отдать мою сестру за договор, которого больше не существует? У неё там нет власти. Нет союзников. Они могут сделать с ней всё что захотят. – Он отвернулся, лихорадочно размышляя, как остановить Анну, пока не стало слишком поздно. – Единственная возможная причина их хорошего отношения – выгодные условия на мосту. А мост Итикана больше не контролирует! В их глазах Анна бесполезна.

Как и Итикана. Если бы Эренделл хотел отбить Северный Дозор у Маридрины, они бы, наверное, сумели это сделать. Но у них не было никаких причин оставлять остров себе.

– Этот план – глупость.

Лара помолчала, но после паузы заметила:

– Я не согласна. После того как мы расстались, я несколько месяцев провела в Эренделле. Они с радостью примут участие в этом предприятии, но только если вы выполните свою часть сделки.

– А именно?

– Одно дело для Эренделла – захватить Северный Дозор. Но совсем другое – плыть через Бурные Моря, чтобы отбивать Южный Дозор прямо под носом у Маридрины. Нам нужно привлечь другого союзника.

У Арена всё внутри оборвалось, потому что он догадался, что она планирует сделать. И не менее ясно он сознавал, что даже мечтать об этом – безумие.

– Вот почему, – продолжила Лара, – мы с тобой отправимся на юг, чтобы восстановить отношения Итиканы с императрицей Валькотты.