В Книге Третьей Сатана обращается в своём обольщении к славе и знаменитости, но Христос отвергает земную славу как лживую, деградирует военных героев в их заслугах и прославляет духовный героизм вместо военного. С вершины высокой горы Христос обозревает античные царства, над которыми ему предлагается быть властителем, ведущим бесчисленные войска, которые также представлены его взору. Христос не впечатлён этим видом «хвастовства»:

«[…] Что слава, коль не суета молвы,

Не льстивая хвала народных толп?

А что народ, аще не жвачный скот,

Не смерды, что достойному хулы

Возносят гласом велиим хвалу?

Хвалу поют, не ведая, чему,

Не ведая, кому – другим вослед;

И сладко ли от сброда чтимым быть,

Молвою стать, осесть на языке

У черни, чья хула – уже хвала?

Хула – удел приверженцев добра. […]»

(Книга Третья: 46–57)

“[…]For what is glory but the blaze of fame,

The people’s praise, if always praise unmixed?

And what the people but a herd confused,

A miscellaneous rabble, who extol

Things vulgar, and, well weighed, scarce worth the praise?

They praise and they admire they know not what,

And know not whom, but as one leads the other;

And what delight to be by such extolled,

To live upon their tongues, and be their talk?

Of whom to be dispraised were no small praise-

His lot who dares be singularly good.[…]”