- Пожалуйста, только не говори мне, что эта ночь была прекрасной! - со смехом сказала Грейс, когда Лео провожал ее утром к лодке.

- Это почему? - потребовал ответа Лео. Ему отчего-то было неприятно, что Грейс покидает его в таком хорошем настроении.

- Потому что ты и сам знаешь, что эта ночь была катастрофой с самого начала и до конца. Я оказалась совершенно не такой, как ты ожидал, - откровенно ответила Грейс, усаживаясь на сиденье.

Лео усмехнулся. Грейс действительно была не похожа на других женщин - она смело говорила то, что думала. К тому же в ней не было ни капли тщеславия, которое присуще всем женщинам без исключения.

- Я позвоню тебе.

- А это не обязательно, - снисходительным тоном сказала Грейс.

- Я сам решу, что обязательно, а что нет! - раздраженно заявил Лео.

Пять минут спустя он смотрел, как лодка уносит Грейс к берегу. Сердце терзало непонятное чувство. Неужели это сожаление?

Лео стиснул челюсти. Сегодня утром он чуть было не попросил ее остаться. Но почему? Ведь она права: ночь, которую они провели, действительно оказалась катастрофой. Вместо опытной женщины ему досталась девственница! Еще и презерватив подвел…

Как ни странно, от мысли об этом его охватил не страх, а возбуждение. Лео почувствовал, как затвердела его плоть, когда он вспомнил, каким тесным и горячим было ее лоно. Как бы там ни было, секс был просто великолепным. Даже больше: в Грейс Донован было что-то притягательно опасное, приводящее к зависимости…

А это значит, ему нужно перестать думать о ней и забыть как можно скорее.

Через три недели после маленького ночного приключения Грейс заперлась в ванной и все же решила сделать тест на беременность. Нервы были на пределе, ведь ее медицинских познаний было достаточно, чтобы понять, что это не просто задержка, а…

На прошлой недели она получила СМС-сообщение от Лео Зикоса, который явно терял терпение, но, поскольку у нее не было новой информации для него, она решила не отвечать.

У Грейс перехватило дыхание, когда она увидела две четкие полоски.

Результат положительный. Она беременна.

Этого просто не может быть!

Грейс в изнеможении опустилась на край ванны.

Впрочем, почему же не может? Они оба молодые, здоровые люди, переспавшие по обоюдному согласию. Презерватив, как сказал Лео, «не выдержал напора», а значит, шанс, что все обойдется, ничтожно мал…

Грейс охватил ужас. Она, как никто другой, понимала, как трудно будет окончить университет с ребенком на руках и без поддержки постоянного партнера.

Лео… Его образ не покидал ее разум вот уже три недели, как бы она ни старалась забыть о случившемся и вернуться к прежней жизни. В ее мыслях, снах и мечтах был только он… Грейс никогда не отличалась мечтательностью, мечтать о парнях ей и вовсе не приходилось.

«И что теперь?» - подумала она, запихивая тест в упаковку, чтобы выбросить где-нибудь подальше от дома. Нужно ли рассказать Лео? Безусловно, она расскажет ему… позже, когда решит, что делать. Прямо сейчас у нее на руках была проблема посерьезнее, чем моральный долг перед мужчиной, который не может предложить ей ничего, кроме денег.

А может, Лео окажется не таким, как ее отец, которого она никогда не встречала?…

Грейс не хотелось даже думать об этом. Она была достаточно умной, чтобы понимать, что мать с самого раннего детства отравляла ей душу горечью собственных обид. Тогда Грейс была слишком маленькой, чтобы говорить с ней о таких вещах, и слишком наивной, чтобы из рассказов матери сделать какие-то выводы. Тогда она чувствовала только обиду по отношению к отцу, который бросил их и ни разу не пришел навестить свою старшую дочь.

Да, у ее отца были другие дети. Грейс нашла в соцсетях его страницу и узнала, что у нее есть сводные братья и сестра с такими же рыжими волосами, как у нее. Глядя на их счастливые лица, она еще острее ощущала свое одиночество и корила отца за свою непростую судьбу.

Грейс была благодарна отцу только за то, что когда-то он боролся за ее существование, уговорив Кейру не прерывать беременность.

И разве она может сделать меньшее для своего собственного ребенка?

Грейс любила детей, но всегда думала, что обзаведется ими в отдаленном будущем. И теперь, когда все изменилось, она пыталась отключить эмоции и разумно подойти к решению проблемы. Ведь после ее безрадостного детства она понимала, что лучшим решением будет отдать ребенка в приемную семью, где о нем смогут позаботиться гораздо лучше, чем это сможет сделать сама Грейс.

От одной мысли об этом сердце сжималось от боли. Но так будет лучше для ребенка. Что она вообще сейчас может ему предложить? Ее мать с трудом сводила концы с концами, неся бремя матери-одиночки. Кейра часто говорила дочери, что ненавидит ее за то, что раннее материнство лишило ее свободы и юности. Им постоянно не хватало денег на самое необходимое, и, главное, Грейс помнила, как сильно в детстве ей хотелось, чтобы у нее был отец.

Отдать ребенка на усыновление - в ее ситуации единственный разумный выход. Но в то время как ее разум находил доказательства тому, что это правильное решение, ее сердце разрывалось на части от мысли о том, что ей придется отдать ребенка чужим людям.

В дверь ванной постучали.

- Грейс, ты там?

Тетя. Судя по голосу - не в духе…

Грейс спрятала тест в карман джинсов, открыла замок и переступила порог, намереваясь укрыться в комнате. Но Дэлла остановила ее, положив руку на плечо.

- Ты беременна? - грозно спросила она.

Грейс бросило в жар.

- Почему вы спрашиваете?

- Ох, это по моей вине, - с наигранным сочувствием ответила Дженна, спускаясь по лестнице. - Я стояла позади тебя в очереди в магазине и не могла не заметить, что ты купила… тест!

Грейс побледнела.

- Да, я беременна.

Отрицать очевидное было бессмысленно.

Тетя разразилась проклятиями, затем в ход пошли оскорбления и угрозы. Затем она переключилась на ее «безответственную мать». Это было невыносимо… К тому времени, как Дэлла прекратила кричать и корить племянницу за аморальное поведение, Грейс поняла, что оставаться в доме дяди и тети дальше не может.

Белая как мел и опустошенная после случившегося скандала, Грейс пошла в свою комнату, позвонила Мэтту и стала собирать вещи.

Ее жизнь, которую она выстраивала с таким трудом, разваливалась на части еще быстрее, чем она опасалась.

Лео написал сообщение Грейс, но она проигнорировала его. Он устал ждать ответа, просыпаться посреди ночи в холодном поту и мучиться от неведения…

Меньше чем через два месяца должна состояться его свадьба, и Марина не давала ему об этом забыть, названивая с разными организационными вопросами. Невеста была неизменно в приподнятом настроении, и Лео вполне ясно осознавал, что сомнения в правильности решения были только у него. От этого он злился на Марину еще больше. Мысли об их совместном будущем тревожили и угнетали его.

Впрочем, о Марине он думал нечасто. Его сознание захватили мысли о Грейс.

Разумеется, Лео навел справки о мисс Донован, пока ожидал от нее звонка. И то, что ему открылось, еще сильнее его ошеломило. Ее раннее детство было ужасным, последующие годы не намного лучше. Всем, чего добилась, несмотря на свое положение, она была обязана только себе. Но оставалось еще много того, чего он не понимал. К примеру, почему молодая женщина, студентка пятого курса медицинского университета, не смогла позаботиться о своей защите от беременности? И почему она не сказала ему, что изучает медицину?

Теперь Лео понимал, что незапланированная беременность может разрушить ее жизнь. Грейс оказалась в гораздо более уязвимом положении, чем он.

И когда желание получить ответы на накопившиеся вопросы стало невыносимым, Лео решил не ждать новостей от Грейс. Он сообщил своему водителю ее адрес и направился к ней домой, чтобы поговорить с глазу на глаз.

Однако по указанному адресу Грейс не обнаружилось. Неприятная блондинка лет сорока внимательно изучила его визитку, но сменила тон только после того, как заметила лимузин. Она предложила войти, но Лео вежливо отказался - ему не хотелось иметь никаких дел с женщиной, выставившей мать его будущего ребенка на улицу.

После короткой беседы с неприятной дамой в этом не было никаких сомнений.

Thee mou[2], он скоро станет отцом!… Нравится ему это или нет.

Лео сел в автомобиль и стал медленно и глубоко дышать, пытаясь собраться с мыслями. Первым делом он позвонил Марине.

- Ну и ну, Лео… - вздохнула Марина с неискренним сочувствием. - Признай, это прегрешение посерьезнее моего романа с женатым мужчиной, так ведь? Что ты теперь будешь делать?

- Мы встретимся и поговорим.

- Полагаю, сейчас тебе следует говорить не со мной, а с матерью твоего ребенка, - мрачно заметила Марина. - Ну и кашу ты заварил, Лео!

Лео стиснул зубы - ему нечего было сказать в свое оправдание. Он понимал, что его идеально продуманная жизнь терпит стихийное бедствие.

Неужели все его планы по поводу его будущей семейной жизни рухнут из-за одного несчастного случая с контрацепцией?

Лео выругался. Помолчав немного, назвал водителю адрес, гадая о том, кто такой Мэтт Дэвисон и в каких он отношениях с Грейс. Не то чтобы он ревновал, но теперь, когда Грейс станет матерью его первого ребенка, ее моральные качества стали намного более важны, чем в ту ночь, когда они познакомились.

Неужели ему предназначено повторить ошибки отца?

Сердце Лео наполнилось горечью. Нет, он не женится на одной женщине из-за ее богатства, в то время как другая носит под сердцем его ребенка. И любовь тут ни причём. Анатоль Зикос женился на матери Лео, хотя был влюблен в другую женщину, свою любовницу, и за долгие годы страсть не утихла. Лео гордился тем, что он сам был более рациональным человеком, нежели его отец. И хотя ситуация с Грейс была запутанной и сложной, он сможет найти во всем этом хаосе приемлемое для них обоих решение.

Грейс тихо напевала, пока готовила ужин, радуясь, что запах жареной курицы и овощей не вызывает у нее приступа тошноты, как запахи другой еды. К счастью, занятия в университете еще не начались. У нее осталась неделя на подготовку.

В дверь позвонили, и она подумала, что Мэтт, должно быть, забыл ключи. Родители друга погибли, когда тому было восемнадцать лет, но они оставили ему достаточно средств, и он смог приобрести эту квартиру. Грейс поселилась в гостевой спальне и, не желая пользоваться добротой Мэтта безвозмездно, взяла на себя обязанности по дому.

Грейс поспешила к входной двери. На ней были узкие джинсы и мягкий свитер в голубую и черную полоску, ее ярко-рыжие волосы заплетены в длинную косу.

- Лео… - взволнованно произнесла она, когда увидела на пороге героя своих грез.

- Почему ты не ответила на мое сообщение?

- К сожалению, в тот момент мне нечего было сообщить тебе.

Лео стоял настолько близко к Грейс, что заметил, что на ее лице нет ни грамма косметики, ее белоснежная кожа сияла, взгляд прекрасных светло-зеленых глаз заставил его сердце забиться сильнее. Она была еще более красивой, чем он помнил.

- Твоя тетя выставила тебя на улицу.

- Так вот как ты узнал, где я! Позавчера приходил дядя, просил вернуться, но я не хотела усугублять конфликт в их семье, поэтому отказалась, - призналась Грейс. Она чувствовала себя неуверенно рядом с возвышающимся над ней Лео - без каблуков она была совсем маленькой по сравнению с ним. Посмотреть вверх в его чарующие глаза, обрамленные густыми черными ресницами, было ошибкой.

Его глаза были такими прекрасными и притягательными, что сердце быстро забилось в груди, во рту пересохло, а тело охватило возбуждение.

Это не более чем влечение, физиологическая реакция, - дурочка, уже через секунду одернула она себя, раздражение тут же охладило ее пыл. Спору нет, Лео Зикос - привлекательный мужчина, и в том, что ее тянет к нему, нет ничего удивительного, особенно после того, как она с ним переспала и ей стало известно, какое великолепное тело скрывается под этим деловым костюмом. От этой мысли на лице Грейс проступила краска стыда.

- Я никогда раньше не встречал кого-то, кто так сильно краснеет, - удивленно заметил Лео, наблюдая за тем, как яркий румянец заливает ее щеки и распространяется по нежной шее.

- Ты должен был сделать вид, что ничего не заметил, а ты только смущаешь меня еще сильнее, - раздраженно ответила Грейс. - Когда я была маленькой, у меня часто были приступы красноты. Всему виной моя бледная кожа, это весьма неловко.

Лео не мог понять, как получилось так, что их разговор ушел в такую неожиданную сторону. Впрочем, у него не был заготовлен сценарий для беседы с Грейс. Повисла неловкая пауза - ни один из них не знал, с чего начать.

Едва Грейс собралась вернуться на кухню, послышался скрежет поворачивающегося ключа. Дверь распахнулась, и Лео увидел парня лет двадцати, с каштановыми волосами и голубыми глазами за линзами очков.

- Мэтт… Это Лео, - тихо объявила Грейс.

- Ох, верно… хм… - Мэтт бросил на Лео полный недоверия взгляд, затем улыбнулся Грейс: - Понимаю, вам нужно поговорить. Можете пойти в гостиную. А я пойду на кухню - присмотрю за плитой. Что у нас там? М-м-м, курица!

- Спасибо, Мэтт, - поблагодарила Грейс и жестом предложила Лео следовать за ней.

- Кто для тебя Мэтт? - спросил Лео, как только Грейс закрыла за ними дверь. Хотя причина враждебности парня по отношению к непрошеному гостю была вполне очевидна.

- Мэтт - хороший друг… Слава богу, что он у меня есть. В такие короткие сроки администрация университета не смогла найти для меня подходящего жилья, поэтому я очень благодарна Мэтту за то, что он предложил пожить у него, - честно призналась Грейс. - Мы с Мэттом учимся на одном курсе.

- Почему твоя семья тебя выгнала? - резко спросил Лео, встав у окна, подоконник которого был завален книгами и журналами разнообразной тематики.

Грейс устало посмотрела на него:

- Думаю, тебе уже известно почему.

- Ты должна была сама рассказать мне эту новость, - мрачно заметил Лео. - У меня есть право узнать об этом первым!

- Возможно, так бы оно и было, если бы мы состояли в отношениях, - спокойно продолжила Грейс, - но поскольку это не так, ситуация несколько другая.

- Если ты беременна, мы определенно состоим в отношениях, - раздраженно заметил он.

- Что ж, я вынашиваю твоего ребенка, - спокойно согласилась Грейс, - но в этом случае нам не обязательно состоять в каких-либо отношениях!

- И как же ты себе это представляешь? - поинтересовался Лео, теряя самообладание.

- Я сама могу о себе позаботиться. Я вполне независимая женщина, - объявила Грейс. - Я продолжу обучение, рожу ребенка во время весенних каникул и затем найду для него приемных родителей.

- Приемных родителей?! - Лео был в абсолютном шоке от ее решения, такого поворота событий он явно не ожидал. - Ты собираешься отдать кому-то нашего ребенка?

Грейс сложила руки на груди, чтобы унять дрожь, и попыталась найти в себе силы продолжить разговор.

- Я понимаю, что будет больно, когда настанет время расставаться, Лео. Я не хочу отдавать никому своего ребенка, но я росла в семье с одной матерью, и ей едва удавалось сводить концы с концами.

- Но… - Лео умолк, не желая вступать в яростный спор. Ему потребовалось время, чтобы справиться с незнакомыми чувствами, раздирающими его сердце. Мысль о том, что его лишают права видеться со своим ребенком, заставила сердце Лео болезненно сжаться. - Я не уверен, что готов согласиться на твое решение.

- Насколько мне известно, по закону у тебя нет права голоса в этом вопросе, - мягким тоном заметила Грейс. - Мы не состоим в браке, а значит, у тебя нет юридических прав на этого ребенка.

- Тогда я женюсь на тебе.

Грейс застонала от его упрямства.

- Не глупи, Лео. Абсолютно чужие друг другу люди не женятся просто так.

Лео гордо поднял голову и посмотрел на нее свысока.

- Меня не волнует, как мы это сделаем. Думаю, все дело в том, что ты не хочешь этого ребенка, а вот я хочу и готов растить его без твоего участия.

Теперь настала очередь Грейс чувствовать себя выбитой из колеи. Она побледнела.

- Дело не в том, что я хочу или не хочу этого ребенка… Это не главное. Правда в том, что, будучи студенткой, без жилья и работы, я мало что могу дать ему…

- Тебя не должно это заботить, я могу помочь тебе во всем, - тут же заявил Лео. - К тому же я думаю, тебе будет лучше жить в моей квартире в Лондоне.

- В твоей квартире? - неуверенно переспросила Грейс. - Зачем вообще мне переезжать к тебе?

- Потому что ты вынашиваешь моего ребенка, и я собираюсь предоставить тебе все, что будет необходимо, пока ребенок не родится, - без тени сомнения заявил Лео.

- Я комфортно себя чувствую здесь, у Мэтта, - ответила Грейс.

Она раздраженно нахмурила брови, потому что Лео предлагал ей варианты развития событий, которые она даже не рассматривала. Она уже на протяжении нескольких дней обдумывала свое положение и в конце концов с болью в сердце пришла к выводу, что отдать ребенка в приемную семью будет самым правильным решением. Теперь Лео требовал, чтобы она разделила обязанности с ним, и ситуация становилась еще более запутанной.

- Оставаться здесь с Мэттом не самое разумное решение, - пробормотал Лео.

- Почему это? Он мой хороший друг.

- Но это не та роль, которую он бы хотел играть в твоей жизни, - продолжил Лео. - Мэтт влюблен в тебя.

Грейс была ошарашена его словами.

- Глупость какая!

- Друг был бы рад узнать, что отец ребенка приехал за тобой, чтобы поддержать тебя. А вот мужчина, желающий стать твоим любовником, почувствовал бы тревогу и раздражение, и именно так Мэтт себя и повел, когда увидел меня, - разъяснил Лео. - Ты ведь не глупая, Грейс. Твой хороший друг хочет, чтобы ты жила с ним, потому что он влюблен в тебя.

- Это не может быть правдой, - в замешательстве проговорила Грейс, осознавая, что вся та забота, которой окружил ее Мэтт, могла быть продиктована не дружбой, а… Выходит, все это время она игнорировала очевидное, не замечая его чувств. - Как ты пришел к такому выводу?

- Все это было написано на его лице, когда он увидел меня и понял, кто я, - мрачно ответил Лео. - Со временем все будет только хуже, если ты останешься, но не ответишь на его чувства.

Ты причинишь ему боль. Или ты собираешься ответить Мэтту взаимностью?

- Хм… точно не собираюсь, - виновато пробормотала она, признав, что на это раз правота на стороне Лео. Влечение, которое она испытывала к нему, заставило ее понять, что она никогда не сможет ощутить того же самого к Мэтту.

- Тогда переезжай в мою квартиру, - мягко предложил Лео, - там тебе не придется считаться с чьими-либо чувствами.

Грейс хотелось врезать ему за то, что он разрушил весь ее разумно построенный план одним точным наблюдением, которое открыло ей глаза на правду. Мэтт много проводил с ней времени. Мэтт всегда был готов поддержать, выслушать и помочь, а она, выходит, сама того не желая, держала его на крючке, заставляя надеяться, что между ними когда-нибудь может быть что-то большее. В этой ситуации ей нужно как можно быстрее съехать с квартиры Мэтта, чтобы установить между ними некоторую дистанцию.

- Когда?

- Прямо сейчас! Не вижу смысла откладывать переезд. Ты, полагаю, еще не успела полностью распаковать чемодан, - уверенно заметил Лео, стараясь не показывать удовлетворения, которое он ощущал, потому что все получалось так, как он этого хотел.

Лео, ожидая в гостиной, слышал, как громко и возмущенно Мэтт отреагировал на новость. Грейс ответила ему тихо и спокойно, что собирается переезжать.

Если Грейс рассматривала такое радикальное решение, как передача ребенка в приемную семью, ему нужно как можно быстрее найти разумный выход. Она ведь даже не задумалась ни на минуту, когда он предложил ей заключить брак. Лео цинично усмехнулся; он прекрасно понимал, что делало его соблазнительным в глазах женщин: в первую очередь, разумеется, его богатство, затем привлекательная внешность и то, что он хорош в постели. И все же Грейс, побывав в его объятиях, сделала то, чего не делала ни одна женщина до нее. Она не попыталась удержать его, более того, она не выказала никакой заинтересованности в отношениях… хотя и не отказалась провести с ним ночь.

Видавший виды чемодан, две коробки с документами и огромная стопка книг заняли почти все место на полу в прихожей. Мэтт настоял на том, чтобы помочь Грейс перенести ее вещи в ожидающий внизу лимузин. Водитель Лео выбрался из машины, чтобы забрать у своего босса коробки и перетащить их в багажник.

- Позаботься о ней… и не причиняй ей боль, - проговорил Мэтт вполголоса, когда Лео уже собирался сесть в машину.

- Я позабочусь о ней, - холодно ответил он, ему не нравилось выслушивать советы от этого парня.

- Не могу поверить, что я на это согласилась, - пробормотала Грейс.

В пути ее начали одолевать сомнения.

- Сейчас тебе нужно время, чтобы принять решение, - спокойно заметил Лео. - Несколько дней… или несколько недель, сколько бы тебе ни потребовалось. Тебе не нужно принимать жизненно важные решения за одну ночь.

- Ты не хочешь, чтобы я отдала ребенка в приемную семью? - спросила Грейс, сжав руки в кулаки от переполнявшего ее напряжения.

- Такой вариант означает, что ты полностью исключаешь меня из жизни ребенка. Как тебе вообще такое в голову пришло? - тихо продолжил он. - Я готов во всем тебе помогать. Есть и другие выходы из ситуации, и я думаю, что тебе стоит принять их во внимание.

Грейс стала делать глубокие вдохи, ей казалось, что Лео несправедливо выставляет ее во всем виноватой. Она оказалась в весьма непростой ситуации и старалась найти разумное решение.

- Это последний год моей учебы, я должна буду отработать многочасовые смены в местной больнице. И справиться с этим, будучи беременной, совсем не легкая задача.

- Мы придумаем, как справиться с этой проблемой. Я записал тебя на прием к одному врачу, он мой давний друг, - спокойно сообщил Лео. - Сначала мы отправимся к нему…

- К врачу? Зачем это?

- Я хочу убедиться в том, что ты действительно беременна… и здорова, - пробормотал Лео.

Грейс начала глубоко дышать, стараясь справиться с негодованием. Он имеет право убедиться в том, что ее беременность - не выдумка, напомнила она себе.

Осмотр был проведен быстро и деликатно, в конце приема доктор мягким, приятным голосом порекомендовал ей все то, что обычно рекомендуют женщинам в положении.

После того как Грейс выполнила требование Лео, она тихо сидела в лимузине и думала о своем ребенке. Возможно, она слишком быстро приняла решение отдать его в приемную семью, ведь после этого она не сможет продолжать жить как ни в чем не бывало - так, будто она никогда и не была беременной. Мысль о том, что, отдав ребенка, она сможет вернуться к прежней жизни, была соблазнительной… но что это будет за жизнь?! Разве она сможет забыть о том, что отказалась от собственного ребенка? Холод сковал сердце Грейс, стоило ей только подумать об этом.

Решение о передаче ребенка на усыновление можно принять только один раз, и потом уже ничего нельзя будет изменить, в этом случае она бы обрекла свое сердце на вечную боль и опустошающее чувство потери, которые не оставляли бы ее ни на минуту. И внезапно шанс остановиться и подумать о том, что будет делать дальше, не переживая, где и как она будет жить, или что о ней могут подумать другие люди, стал самым драгоценным подарком. Лео, нужно отметить, мог быть весьма убедительным, когда ему это было нужно.

Машина остановилась у престижного квартирного комплекса. В суперсовременном лифте Грейс ненароком заглянула Лео в глаза, и ее сердце бешено забилось, она поспешила отвернуться, но это не помогло, потому что в зеркальной панели лифта видела его отражение.

О, как ей хотелось запустить пальцы в его иссиня-черные волосы. Ее завораживали прекрасные черты его лица, сильный подбородок, уверенность во взгляде - все это притягивало ее к нему с невероятной силой. Рядом с ним она теряла самообладание. Грейс не узнавала женщину, которой становилась рядом с Лео, странные, зачастую неприличные мысли заполоняли ее разум, и она теряла контроль над своим телом.

- Прекрати с этим бороться, - произнес Лео низким, хриплым голосом; едва уловимый акцент пронизывал каждое произнесенное им слово.

Грейс подняла на него глаза:

- Бороться с чем?

- С этим…

Он приблизился и с легкостью привлек ее к себе.

Грейс почувствовала, как сильно он возбужден, и не менее сильное возбуждение пронзило ее тело.

- Это какое-то сумасшествие…

- Я никогда еще раньше не испытывал такого невыносимого желания, - пробормотал Лео. - Я почувствовал это притяжение в ту же секунду, как увидел тебя. Я пытался побороть его и дать тебе уйти. Но мне надоело быть рассудительным.

Грейс пришла в замешательство от его откровенного признания.

- Но…

- Никаких но, «meli mou», - прошептал Лео, и она почувствовала его теплое дыхание на своей щеке, затем на губах. - Все, что я хочу услышать от тебя, - это «да, Лео».

- Лео, у тебя есть терпение?

- Ни капли.

Лео обхватил ее сильными руками и наконец завладел губами в страстном поцелуе. Грейс совершила неуверенную попытку вырваться, но он прижал ее сильнее и углубил поцелуй, который только распалил огонь желания в ее теле.

Вкус этого поцелуя был острым и одновременно сладким, и настолько прекрасным, что она не могла им насытиться. Она даже не заметила, как двери лифта открылись. На пару мгновений они прекратили целоваться, Лео, тихо выругавшись на греческом, распахнул дверь в свою квартиру. Все происходило словно в бреду лихорадки, потому что ее тело охватило страстное желание, и она потеряла над собой контроль.