Продолжая целовать, Лео уложил Грейс на кровать, оторвавшись от губ только для того, чтобы снять с нее босоножки. Грейс старалась дышать ровно, чтобы успокоиться, она не хотела, чтобы ее волнение и неуверенность были заметны. Пожалуй, ей следовало бы рассказать, что она впервые делит постель с мужчиной, но Грейс так и не решилась на признание. К тому же ей нравилось ощущать себя более красивой и соблазнительной, чем она была на самом деле.

- Мне нравятся твои волосы, - признался Лео, расстегивая пуговицы рубашки. - Их цвет просто восхитительный.

- Из-за них в школе меня дразнили морковкой, и я многие годы ненавидела их, - вспомнила Грейс.

- Когда ты улыбаешься, meli mou[1], твое лицо озаряется светом, - мягко сказал Лео, склонившись над ней и завладев ее губами в жарком поцелуе, который заставил ее затрепетать от наслаждения, необычные сильные чувства охватили ее тело. Обжигающее возбуждение становилось невыносимым.

Лео побудил ее развернуться и стал медленно расстегивать молнию на ее платье, обнажая спину, затем усыпал поцелуями ее покрытые веснушками плечи.

- Ты всегда движешься так медленно?

Нет, он никогда так не делал раньше, и, если учесть, что он уже был невероятно возбужден, Лео не имел ни малейшего понятия, почему ему так хотелось стать для нее идеальным любовником.

- Это зависит от настроения. Сейчас я хочу насладиться тобой.

Лео приспустил ее платье и восхищенно уставился на ее полную грудь, поддерживаемую чашечками бюстгальтера. Нетерпеливо вздохнув, он расстегнул его, затем обхватил ладонями ее нежные груди и стал ласкать розовые соски губами.

- У тебя просто восхитительная грудь, - хрипло пробормотал Лео, проводя языком по ее возбужденным соскам, целуя их и прикусывая зубами.

Задыхаясь от желания, Грейс выгнула спину и запустила пальцы в густые черные волосы Лео.

Раньше Грейс думала, что в постели ей придется притворяться, - она не ожидала, что будет так сильно увлечена процессом, - однако и забывать о том, что происходящее - эксперимент, не следовало. А потому, когда Лео снова склонился над ней и стал жадно целовать, Грейс занялась собственным чувственным исследованием его тела: начала гладить мускулистую грудь, спустилась ниже, к рельефному прессу…

- Не надо… по крайней мере, не в первый раз, - сказал Лео, отстранившись, затем поднялся с постели. - Я слишком сильно возбужден и уже на грани.

Грейс удивленно моргнула, она полагала, что ему так же, как и ей, хотелось ощущать на себе прикосновения. И что еще за «не в первый раз»? Не говорила ли это в нем его чрезмерная самоуверенность? Ее тело томительно содрогалось при мысли даже об одной близости, и она не предполагала, что ей захочется второго раза.

Грейс наблюдала за тем, как Лео снимает с себя одежду. Все произошло как-то внезапно, она даже и не успела поразмышлять над тем, как будет выглядеть ее первый мужчина.

Его член оказался больше, чем она предполагала, но эти размышления носили чисто научный характер, пыталась уверить себя Грейс, оценивая длину и толщину его гордо стоящего фаллоса. Как студент-медик, она понимала, что ее лоно сможет вместить его, и даже полагала, что в первый раз не почувствует боли - отчасти это было связано с тем, что благодаря многолетним занятиям верховой ездой у нее была неплохая растяжка.

С тем же научным интересом Грейс гадала, почему вид обнаженного тела Лео вызывает в ней такую реакцию, ее тело пылало огнем, дыхание стало сбивчивым, словно ей не хватало воздуха.

- Ты что-то притихла, - заметил Лео, доставая из тумбочки упаковку презервативов.

Увидев это, Грейс почувствовала облегчение - в глубине души она боялась, что с ней может случиться то же, что с ее матерью.

- Я привык, что женщины постоянно болтают.

- Я довольно стеснительная, - ответила Грейс и поспешила накрыться шелковой простыней.

- Такая красивая девушка не может быть стеснительной, - заметил Лео, потянув за край простыни. - Я хочу видеть тебя обнаженной.

Грейс знала, что она далеко не красавица, но все же позволила обнажить себя.

Лео, не сводя с нее восхищенного взгляда, лег рядом и снова начал ласкать ее. Грейс замерла от предвкушения - тело ее налилось томительным возбуждением. Лео раздвинул ей ноги и нежно провел пальцами по ее лону. Грейс напряглась, понимая, что там она была влажной от возбуждения и что это абсолютно естественная реакция и этого не стоит стесняться.

Грейс закрыла глаза, когда Лео стал пальцами ласкать самое сокровенное и чувствительное место на ее теле, - возбуждение разливалось по ее венам обжигающей лавой. Бедра стали двигаться в ритме его ласк, и Грейс постаралась забыть о стеснении, когда он закинул ее ноги себе на плечи и склонился к возбужденному лону.

- Здесь ты тоже прекрасна, - невозмутимо констатировал Лео и припал губами к ее нежной плоти.

Грейс уставилась в потолок, пытаясь вернуть контроль над безумными реакциями своего тела, но, когда он провел кончиком языка по ее клитору, острое наслаждение пронзило тело, заставив содрогаться, как от лихорадки, но Лео, словно не замечая ее сладостной муки, продолжал выписывать языком круги по средоточию ее чувственности. Когда Грейс достигла пика наслаждения, ощущения были поистине взрывными и восхитительными.

- Ты невероятно чувствительная, meli mou, - прошептал Лео, посмотрев в ее полные обжигающей страсти глаза.

Тело продолжало содрогаться от наслаждения, однако оргазм не сумел затуманить ее мысли. Лео потянулся за презервативом, и Грейс закрыла глаза, пытаясь морально подготовиться к вторжению в ее тело. Это наконец-то произойдет, скоро она выйдет из тени неведения и станет такой же нормальной, как большинство женщин.

Лео обхватил руками ее бедра, и твердый эрегированный член уперся в ее лоно. Мгновение - и Лео быстрым сильным толчком вошел в нее. Грейс ощутила острую боль, и с ее губ сорвался тихий мучительный стон.

Лео застыл на месте.

- Я сделал тебе больно?

- Немного… Я была девственницей, - призналась она.

- Девственницей?! - воскликнул Лео. - И ты говоришь мне об этом только сейчас?

- Это мое личное дело, - дерзко заявила Грейс. - Теперь, когда дело сделано, может быть, продолжим с того момента, на котором остановились?

В другой ситуации Лео рассмеялся бы в голос, но сейчас он был охвачен злостью и вместе с тем восхищением. Все его представления об этой девушке оказались ошибочными. Он стал ее первым мужчиной! В этом было что-то притягательное…

Лео выругался, раздумывая, как поступить. Он не любил сюрпризов, и правильнее было бы отправить Грейс домой, но… Внутри ее было так тесно и тепло, что не продолжить начатое было бы преступлением.

Лео попытался быть сдержанным, но, когда вошел в нее глубже, Грейс томно застонала, и на этот раз точно не от боли.

Грейс снова закрыла глаза, по ее телу лавиной растеклось наслаждение, тот мимолетный укол боли был давно забыт. Лео действовал осторожно, даже чересчур.

- Все нормально… Мне уже не больно, - виновато пробормотала она.

Его движения стали более смелыми и глубокими, Лео хрипло застонал, когда ее мышцы сжались вокруг него. Ощущать его внутри себя было настолько приятно, Грейс не могла поверить, что она долгие годы жила, не ведая этих удивительных ощущений. Ее сердце затрепетало, переполненное восхищением, Лео проникал в нее все сильнее и глубже, и наслаждение заполняло ее. Она не могла говорить, не могла дышать, захваченная потоком эйфории. Когда, наконец, наслаждение достигло пика, ее тело начало содрогаться от оргазма. С губ срывались горячие стоны, она продолжала в исступлении двигать бедрами, затем вскрикнула и без сил распласталась на постели с чувством глубокого удовлетворения.

- Не хочешь объяснить, почему ты выбрала меня? - спросил Лео, заставляя ее вернуться к реальности. - Почему я?

- Ты сам меня выбрал, - напомнила ему Грейс, высвободившись из его объятий. - У меня не было никакого хитрого плана, если ты об этом.

Я просто посчитала тебя привлекательным и решила, что настало время открыть для себя новый мир.

- Я бы предпочел, чтобы ты меня предупредила, - сухо заметил Лео.

- Не думала, что будет больно, но я ошибалась, - с чувством собственного достоинства призналась Грейс. - Но спасибо тебе за опыт. Было хорошо.

Лео знал, что о его умениях в постели ходят легенды, но после слов Грейс он почувствовал себя как-то нелепо. Он поднялся с кровати и направился в душ. Там его ждал еще один сюрприз.

Лео грубо выругался.

- Презерватив порвался… Грейс в ужасе села на кровати.

- Что?!

- Вероятно, он не выдержал напора, - нарочито грубо объявил Лео.

- Он… порвался? - прошептала Грейс. - Но ведь я не принимаю противозачаточные…

Лео напрягся еще сильнее.

- Разве ты не должна была позаботиться об этом до того, как решила провести с кем-нибудь ночь?

У Грейс не было ответа на этот вопрос, все, чего ей сейчас хотелось, - вернуться домой.

- Могу я воспользоваться ванной комнатой? - с осторожной вежливостью попросила Грейс. - И еще не смог бы ты попросить кого-нибудь переправить меня на берег?

Лео посторонился, чтобы пропустить Грейс в ванную, закипая от гнева. Вот, значит, как: сделали дело, и теперь он свободен?! Женщины никогда с ним так не поступали!…

Однако мысль о том, что для Грейс это была первая близость, остановила его нарастающий гнев. Лео бросило в жар, когда он подумал, что могло произойти с Грейс, если бы она покинула клуб с каким-нибудь другим мужчиной, с кем-то безответственным или опасным.

- Я хочу, чтобы ты осталась на ночь. Я переправлю тебя на берег завтра утром, - заявил Лео.

- Ты не вправе указывать, что мне делать! - взорвалась Грейс. - Я способна позаботиться о себе.

- Пока у тебя не очень-то хорошо получается, - сухо заметил Лео.

Грейс окинула его испепеляющим взглядом, развернулась и с грохотом захлопнула за собой дверь в ванную.

Грейс стояла под струями душа и вспоминала, какой сегодня день менструального цикла. После немудреных подсчетов она поняла, что сегодня был, пожалуй, самый неудачный день для проблем с презервативом.

Лео тихо выругался и пошел принимать душ в другую ванную комнату. Почему Грейс на него злится? Всякое может случиться… Хотя он в такую ситуацию попал впервые. Даже в юности у него никогда не было незащищенного секса - он прекрасно знал, к чему может привести безответственность. Рождение любовницей отца его сводного брата было огромным испытанием для Лео и его матери.

Грейс появилась из ванной, укутанная в большой махровый халат, который она нашла на вешалке. Он был ей велик, и она закатала рукава, но в общем-то ей было комфортно. Грейс осознала, что близости, которую она наивно ожидала после случившегося между ними, быть не может, и теперь она ощущала себя еще более скованно, чем до этого.

- Я подумал, что ты проголодалась, - сказал Лео, указывая на сервировочный столик, уставленный блюдами. - Я не знаю, что тебе нравится, поэтому заказал всего понемногу.

- Кухня на твоей яхте работает круглосуточно? - удивленно спросила Грейс, подняв серебряную крышку с одного из блюд.

От аппетитного аромата еды заурчало в животе; Грейс, не раздумывая, налила себе кофе и положила на тарелку несколько закусок, радуясь, что можно отвлечься на еду, так как напряженное молчание становилось невыносимым.

Лео надел джинсы и синюю футболку, его волосы были влажными после душа, на прекрасном смуглом лице появилась тень щетины. Грейс то и дело поглядывала на любовника. И хотя переживала о возможных последствиях своей неосторожности, она не могла не признать, что Лео выглядел как мужчина ее мечты.

- Есть доктор, к которому я могу обратиться в любое время, если ты…

- Нет! - Грейс не позволила ему договорить. Она не хотела принимать таблетку для предотвращения беременности после полового акта, несмотря на то что беременность могла помешать ей закончить обучение. - Я не рассматриваю этот вариант.

- Просто ты должна знать, что у тебя есть такая возможность, - пробормотал Лео. - Когда ты уезжаешь домой?

- Послезавтра, - сказала Грейс.

- Ты должна сообщить мне свой адрес и телефон. Ситуация довольно серьезная… - Лео налил себе кофе. - Дай мне слово, что, если у этой ночи будут… последствия, я смогу предоставить тебе поддержку и помощь.

- Хорошо.

Лео говорил правильные вещи, однако слова не были гарантией, что он правильно поступит впоследствии. Когда-то отец Грейс отговорил ее мать делать аборт, когда та забеременела, будучи студенткой. Отец обещал, что они поженятся и вместе будут воспитывать ребенка, но потом ушел к другой женщине, и Кейра Донован осталась одна в затруднительном положении.

Лео положил перед ней блокнот и ручку. Грейс написала адрес и номер телефон.

- Прошу прощения, но я очень хочу спать…

- Уже поздно… можешь лечь здесь, - предложил Лео.

- Хорошо, я останусь… - зевая, произнесла Грейс. - По крайней мере, здесь есть кровать.

- Кровать? - удивленно спросил Лео.

Грейс забралась под одеяло, не сняв халат.

- Я не собирался к тебе прикасаться, - заметил Лео.

- Очевидно, я нанесла удар по твоему эго, прошу меня извинить, - сонно пробормотала Грейс.

Когда она закрыла глаза, Лео разделся, выключил свет и лег рядом.

- Что ты имела в виду, когда сказала, что здесь, по крайней мере, есть кровать?

- В квартире, которую мы снимаем, всего одна комната, а моя кузина нашла себе мужчину в первый день нашего отпуска, - пояснила Грейс. - Мне пришлось проводить ночи на ресепшен, чтобы они…

- Это просто возмутительно!

- Вовсе нет. Эту поездку оплатили родители Дженны, чтобы у нее была компания. Теперь, когда она встретила Стюарта, я стала ей мешать.

- Должно быть, ее родители будут в бешенстве, когда узнают, как она с тобой обходится?

- Дженна получает то, что хочет, - сонно пробормотала Грейс. - И так было всегда. Она их дочка, их маленькая принцесса… а я всего лишь бедная племянница, которую они приютили по доброте душевной.

- Так нельзя поступать с детьми!… - гневно начал Лео, но, заметив, что Грейс уснула, умолк.

Ее признание заставило Лео задуматься: он понял, что история Грейс и ее кузины отчасти напоминает ситуацию с ним и его братом. В их семье к детям также относились по-разному, предпочтение и большая забота доставались Лео, как первенцу и наследнику всего богатства. Впервые в жизни Лео взглянул на эту ситуацию глазами брата. Неудивительно, что Бастиен вырос таким целеустремленным и жестоким человеком.

Размышляя об этом, Лео долго не мог уснуть. Лишь на рассвете ему удалось забыться неглубоким тревожным сном.