— Ты только посмотри на этих двоих, — сказала Бьянка неделю спустя, когда они ехали в машине. — Фрейя хочет, чтобы я приехала на Сицилию, но я украду ее малышек и увезу их с собой.

Эверетт взглянул на фотографию играющих Луизы и Терезы, на девочках были солнцезащитные очки, украшения и обувь Фрейи.

— Мило, — только и произнес он, потому что не собирался особенно восхищаться детьми.

— Правда, — согласилась она, выключила телефон, положила его в сумочку и отвернулась к окну.

Она была разочарована, а ему стало совестно.

Эверетт продолжал думать о том, что она может забеременеть. Фрейя потеряла первого ребенка. Он с тяжелым сердцем вспоминал об этом, не говоря уже о том, что хотел испытать это на себе. Он точно не желал, чтобы Бьянка страдала.

Но он не мог сопротивляться ей. И не хотел контролировать свое желание. Он стремился наслаждаться, даже если это разрушит его. Он ни разу не встречал такую чувственную женщину, поэтому жаждал проводить с ней все время.

Он целую неделю воплощал в жизнь фантазии Бьянки. В свободное от работы время он играл роль австралийского фермера; владельца греческого острова; винодела на чилийском винограднике; мужчины, который согласился стать шафером своего сводного брата, чтобы отомстить ему за свою разрушенную карьеру. А всего час назад он играл роль бывшего мужа Бьянки, с которым та застряла в шале во время снежной бури.

Когда Эверетт спросил ее, почему она предпочитает читать любовные романы, она сказала:

— Они мне как друзья. Я потеряла связь с большинством своих друзей, пока болела моя мама. Я подружилась с несколькими сослуживцами, но потом начала собирать улики и боялась проговориться, если пойду выпить с кем-нибудь из них. У каждого своя жизнь, карьера, брак и семья. Любовные романы отвлекают меня от повседневности, в них всегда все хорошо заканчивается, и это дает мне надежду. Они мне нужны. Очень тяжело быть одной.

Вот почему она хотела создать семью.

От этой мысли ему всегда становилось грустно. Трудно заботиться о ком-то. Его мать жива и, к счастью, здорова и живет спокойно. Он заботился о Джованни и его семье, но однажды едва не погубил его. Ему не хватит смелости снова рисковать, и, наверное, он должен признаться в этом Бьянке.

— Мой отец хотел еще детей, — произнес Эверетт, — но моя мать отказалась рожать. — Он провел рукой по бедру. Ему всегда было неприятно говорить о своем детстве. — Я думаю, она хотела детей, но с моим отцом было трудно жить. Она боялась остаться одна.

— Из-за его черепно-мозговой травмы?

— Еще до этого. Он занялся автомобилестроением, потому что любил скорость. Это высокий риск. Моя мать сильно переживала, потому что не знала, вернется ли он домой.

— Я не понимаю, как можно кайфовать от опасности. Пока я работала за спиной Троя, я постоянно боялась. — Бьянка поджала губы и слегка фыркнула. — Но ты не боишься, что тебя поймают, да?

Эверетт посмотрел в ее добрые карие глаза, понимая, что она видит его насквозь.

— Многие заблуждаются, считая, что смельчаки — импульсивные идиоты без чувства самосохранения. Некоторые бывают и такими, но мой отец обожал все контролировать. Он верил, что может предвидеть все риски, просчитать случайности и победить хрупкость человеческого бытия.

— А ты? — Она уже знала ответ. Он очень любил риск.

— Я пошел характером в отца, и он это поощрял. — Эверетт скривил губы. — Мне было семь, когда он впервые взял меня на автомобильный тест. Он разогнал машину до двухсот миль в час, и мне чертовски понравилось.

— Это более чем опасно, — выдохнула Бьянка. — Я не физик, но разве перегрузки не могут убить маленького ребенка?

— Если бы он резко остановился или тронулся с места слишком резко, то да. Вот почему моя мать сходила с ума по этому поводу. Чем больше я становился похожим на него, тем сильнее она отдалялась от нас обоих. Она по сей день утверждает, что отправила меня в школу-интернат, чтобы спокойно работать. Но я думаю, просто не хотела, чтобы я видел, как она расстроена.

— Печально. — Бьянка разглядывала его лицо. — Мне жаль, Эверетт. Тебе наверняка было очень больно.

Он пожал плечами:

— Люди делают то, что должны, чтобы защитить самих себя. Я подражал своему отцу, считая, что так не буду бояться за него. Если я сумею выжить в автомобильной гонке в Монте-Карло, то и он выживет, несмотря на возгорание на закрытой трассе. Моя мать считала иначе. Она не выдержала напряжения и потребовала развода. Это случилось накануне аварии, в которой отец разбился.

— Он разбился, потому что был расстроен?

— Может быть. Но я не утверждаю, что авария произошла по ее вине. Не надо гнать машину слишком сильно, если хочешь выжить, — твердо сказал он. — А если ты не хочешь втягивать в это свою семью, то не женись.

В этом вся суть.

Она серьезно кивнула:

— Понимаю тебя, но ты не ввязываешься в рискованные истории.

— Я люблю риск. Я устроился на работу, из-за которой чуть не убили моего лучшего друга. Поклялся, что откажусь от этой работы, но менее чем через год связался с разоблачительницей финансовых мошенников, и мне пришлось выйти из тени. Я не лучший кандидат в мужья, Бьянка. Ты не захочешь, чтобы у твоих детей был такой отец. Я не желаю иметь детей и быть отцом.

Она смотрела прямо перед собой. Ему показалось, что в свете уличных фонарей он заметил слезы в ее глазах.

— Вот отчего ты сказал, что твоя интуиция подсказывала тебе не связываться со мной.

— Я не хотел тебя обижать. Как только понял, что тебе угрожает опасность, я решил поддержать тебя. Как бы высокомерно это ни звучало, но я умею разбираться с плохими парнями.

Однако Эверетт не просто так сыграл роль принца на белом коне.

Едва он впервые взглянул на Бьянку в самолете, ему захотелось узнать, что скрывается за ее соблазнительным выражением лица. Она очаровала его и бросила ему вызов, и он не устоял. Он давно решил, что никогда не женится, чтобы не заставлять свою семью страдать, но с Бьянкой он мог просто развлечься.

— Что случилось с твоим отцом? — спросила она. — Твои родители не помирились после аварии?

— Они пытались. Мама винила себя. Мой отец вбил себе в голову, что она не хотела его, даже когда был в отличной форме, поэтому сейчас он ей вообще не нужен. Он не смог делать расчеты, благодаря которым преуспел в своей области, поэтому его карьера закончилась. Он много пил, заводил любовниц. В конце концов, они развелись. Здоровье отца ухудшилось, и он умер от сердечного приступа несколько лет назад.

— Прости, Эверетт.

— Это закономерный итог его жизни. Вот почему я не хочу, чтобы ты увлекалась мной. Мы не проживем вместе долго и счастливо, Бьянка.

— Я не ребенок, Эверетт, — холодно сказала она. — Я знаю, что счастье мимолетно. Но ты все равно гонишься за счастьем, чтобы удержать его рядом с собой хотя бы на пару минут. Если ты уже отказался от попыток стать счастливым, то у нас нет шансов. И наверное, нам надо расстаться, пока не стало хуже.

— Как вы с Эвереттом познакомились? — спросила женщина у Бьянки.

— Я…

Бьянка все еще размышляла об их разговоре в машине. Похоже, у Эверетта было трудное детство, если он отождествляет себя с человеком, который погубил себя, а его мать отказалась от любви из-за страха, что ее сын станет копией своего отца. Бьянка не упрекала Эверетта за страх стать плохим отцом своему ребенку, но его мрачный взгляд на вещи уничтожил крошечные ростки надежды в ее душе.

— Ты расскажешь ей, дорогая? — Эверетт выглядел сдержанным и отстраненным, и вдруг ответил сам: — Бьянка сидела рядом со мной в самолете. Я не мог оторвать от нее глаз. — Он собственнически коснулся рукой ее поясницы. — Мы вместе поужинали, и она переехала в мой дом через несколько недель.

Ей стало обидно от того, как мило он переформулировал правду об их знакомстве.

— Это не так романтично, как я надеялась. — Жена сенатора разочарованно надула губы, и ее глаза сверкнули любопытством. — А потом вы сбежали, да? Вы скрывались от прессы или от своего жениха?

Бьянка улыбнулась, делая вид, что это замечание позабавило ее так же, как и сама женщина, а вот Эверетт напрягся.

— Мы сбежали, потому что хотели побыть наедине, — прямо сказал Эверетт. — Простите, пришел тот, с кем мне надо поговорить. — Он отвел Бьянку в сторону.

— Как грубо! — упрекнула его Бьянка.

— Да, она грубиянка.

Бьянка говорила о его поведении, хотя он не был не прав. Жена сенатора переступила запретную черту. Но она не была первой, кто так поступил.

Эверетт и Бьянка целыми днями общались с консультантами, юристами и советниками. Бьянка тщательно подбирала каждое слово и старалась не сорваться от напряжения.

Потом у них была пара часов свободного времени, и они занимались страстной любовью, примеряя на себя различные роли. Бьянка растворялась в его прикосновениях и притворялась, что он не вскружит ей голову. Но она лгала самой себе, потому что влюблялась в Эверетта. Он умен, сексуален и заботлив. Разве можно устоять перед таким мужчиной?

Она хотела, чтобы Эверетт стал отцом ее детей, но он не стремился к этому, поэтому она притворялась, что они просто развлекаются.

— Я выйду на минуту, — произнесла Бьянка. — Мне нужно в дамскую комнату.

— Конечно. Мне как раз надо поговорить с одним гостем.

Кивнув, она торопливо ушла, желая побыть одна и отвлечься от неослабевающей сексуальной привлекательности Эверетта, зная, что его милые жесты рассчитаны только на публику. Он никогда не полюбит ее.

Дежурная в дамской комнате предложила Бьянке стакан воды со льдом, и она выпила таблетку от головной боли. Поправив прическу и макияж, она задалась вопросом, сколько времени ей придется делать вид, что замужем за идеальным мужчиной, который ее не хочет.

— Лола! Я не знала, что ты здесь. Почему ты не с нами?

Бьянке потребовалось три секунды, чтобы понять, что обращаются к ней. Она отвернулась от зеркала и уставилась на незнакомку. Бьянка решила, что Лола — сокращенно от Лолита — ее сводная сестра, с которой она никогда не встречалась. Ее сердце заколотилось как сумасшедшее, она заставила себя удивленно раскрыть глаза и улыбнуться.

— Мне кажется, вы меня с кем-то спутали, — выдавила Бьянка.

— Наверное. — Молодая беременная женщина застыла, разглядывая лицо и волосы Бьянки. — Я думала, вы девушка моего брата. Вы очень похожи на нее.

Бьянка попыталась решить, не навредит ли она себе, если скажет, что в последнее время ее часто с кем-нибудь путали.

— Мой парень — единственный ребенок в семье, — пошутила Бьянка. — Я сомневаюсь, что он ваш брат.

Женщина хихикнула, но скорее скептически, чем весело.

— Давайте сделаем селфи? Я отправлю его брату. Но сначала… — Она положила руку на свой живот и кивнула на туалетные кабинки. — Я скоро вернусь.

— Конечно.

Как только незнакомка повернулась спиной, Бьянка выбежала из дамской комнаты, уверенная, что несколько женщин удивленно уставились ей вслед. Опустив голову, она торопливо пошла к Эверетту.

— Я надеялся увидеть тебя здесь. — Роман Киллиан, основатель «ТехСек», пожал руку Эверетту. — Я не знал, поблагодаришь ли ты меня или прогонишь за то, что я отправил видео Джованни.

— Я был не в том состоянии, чтобы самому решать свои проблемы. Спасибо за помощь. — Эверетт спросил, как поживает семья Романа, и узнал, что все благополучно.

— А твоя жена? — серьезно спросил Роман.

— Она здесь, со мной. — Эверетт переступил с ноги на ногу, стараясь взглядом отыскать Бьянку. Он не любил спорить с ней, и ему особенно не нравилось, когда она исчезала из его поля зрения. — Она в дамской комнате.

Они стояли плечом к плечу и оглядывали зал.

— Она хорошо справилась с чрезвычайной ситуацией.

В ответ на этот безобидный комментарий на затылке Эверетта поднялись волоски, а в горле пересохло. Он отпил шампанского.

— Почему ты так считаешь?

Роман покосился на Эверетта:

— Возможно, я снова перегнул палку. Учитывая, что она чуть не убила моего клиента, я собрал о ней информацию. В то время я знал ее под чужим именем, которое она назвала экономке.

— Я сам искал Сэнди Ортис. В Нью-Йорке было несколько женщин ее возраста с таким именем. Ничего криминального. На ее мать тоже нет компромата.

— Под каким именем ты искал ее мать?

— Изабель Палм… — Эверетт выругался. — Она носила фамилию Ортис? Значит, это настоящая фамилия Бьянки?

— Изабель Ортис родила Алехандру Ортис в Нью-Йорке в тот же день, в какой родилась Бьянка, а последний платеж за услуги роддома внесла Изабель Палмер год спустя.

— Алехандра, сокращенно — Сэнди. — Эверетт пытался понять, с какой стати мать Бьянки поменяла фамилию. — Бьянка не знает своего отца. Может быть, ее мать пряталась от него?

— Хороший аргумент, поскольку среди кубинских мафиози есть Алехандро Родригес по кличке Сандро. Двадцать шесть лет назад его осудили на восемь лет за незаконный оборот наркотиков. Его девушка Изабель Ортис исчезла во время судебного разбирательства, но ее никто не искал.

Получается, бабушка Бьянки знала, что ее дочь уехала в Нью-Йорк?

Но если мать Бьянки назвала дочь в честь возлюбленного, то она наверняка любила его.

— Где сейчас Сандро? — с подозрением спросил Эверетт.

— Здесь. Он прикончил своего соперника, пока сидел в тюрьме. Морально, — сухо прибавил Роман. — Он вышел через пять лет и стал осторожнее. Если судить на первый взгляд, он зарабатывает деньги на магазинах шаговой доступности, ночных клубах и банкоматах с криптовалютой.

Это были всем известные способы отмывания незаконных средств. Эверетт снова выругался.

— Даже если Бьянка связана с ним, она не обращается к нему, — заметил Эверетт. — Она живет у меня, а не у него.

Хотя она могла общаться со своим отцом все это время. Если знает, кем именно работал Эверетт, она может собирать о нем сведения. Ему стало тошно от мысли о том, как много он рассказал ей о себе.

— Вот и она. — Роман изобразил на лице интерес.

Эверетт уставился на Бьянку с непроницаемым выражением. Она схватила его за руку.

— Давай уйдем отсюда, — настойчиво сказала она. — Я плохо себя чувствую.

Несмотря на недоверие, Эверетт встревожился. Он обхватил рукой ее локоть и мельком посмотрел в сторону дамской комнаты.

— Что случилось?

— Мне нездоровится. Извините. — Она едва взглянула на Романа.

Эверетт резко кивнул Роману и провел Бьянку через толпу к гардеробу. Как только они уселись на заднее сиденье автомобиля, он опять спросил:

— Что случилось?

Голос Эверетта был на удивление резким. Застывшее выражение его лица стало жестче, он проницательно смотрел на Бьянку, словно уже знал ответ на вопрос.

Она не могла признаться, что встретила женщину, которая знакома с ее сестрой. Она никогда никому не говорила, кто ее отец. Мать внушила ей, что это их секрет.

— Я же сказала, что плохо себя чувствую. — Она ощутила металлический привкус на языке.

— Бьянка… — предостерегающе проворчал он.

— Нет. — Она погрозила ему пальцем, ее напряжение сменилось гневом. — Ты управляешь моей жизнью с тех пор, как мы познакомились. Я собиралась жить по-своему. Ты пытаешься заставить меня чувствовать себя виноватой за то, что я втянула тебя в это, но ты соблазнил меня. Ты привел меня в свой дом. Ты заставил меня довериться тебе, и ты делаешь вид, что заботишься о моих интересах, но это не так. Ты просто используешь меня для сексуальных игр и в качестве приманки на глупых вечеринках! Зачем ты вообще так делаешь?

Бьянка понимала, что говорит почти истерично, но у нее просто сдали нервы после всего, через что она прошла. Она отказалась от своей жизни и несколько месяцев была одна, а потом оказалась в центре внимания. А он завладел ее мыслями, телом и независимостью.

И теперь о ней может узнать мужчина, от которого ее так старательно скрывала ее мать.

— Если бы твоей главной целью в жизни было желание оказаться в центре внимания на вечеринках, ты бы не скучал на них. Зачем мы на них ходим? — выпалила она. — Я ненавижу вечеринки. Избавь меня от этих мероприятий, потому что я не желаю видеться просто так с кучей незнакомцев. Какая мне польза от встречи с ними?

Эверетт запрокинул голову, словно от сильного ветра.

— Ты расстроилась потому, что мы пошли на вечеринку и поговорили с незнакомцами? Тебе кто-то что-то сказал?

— Все что-нибудь говорят. Я ненавижу, когда меня выставляют напоказ. — Она дрожала и злилась. — С какой стати ты вообще связался со мной? Ты усложняешь мне жизнь. — Она ткнула себя пальцем в грудь. — Я сообщила о преступлении. Теперь меня часами расспрашивают, и я ношу неудобную одежду, чтобы быть замеченной. Почему я должна разрушать свою жизнь ради тебя?

Бьянка крепко сжала губы и отвернулась к окну, стараясь не расплакаться. Ей не следовало оставаться в Майами с самого начала. В этом вся проблема. В том, что ее заметил человек, знакомый с ее отцом, виновата сама Бьянка, а не Эверетт.

Она услышала шорох пиджака Эверетта и тихий сигнал телефона.

— Бьянке нужно отдохнуть.

Она повернула голову:

— Кто это?

— Что значит, мы не можем ставить условия? — угрожающе спросил Эверетт. — Если вы не справляетесь, я найму более опытного юриста. Люди Аккерли тянут время, чтобы утомить Бьянку, надеясь, что она сдастся. Хватит играть им на руку.

— Это мой адвокат? — прошипела Бьянка. — Не увольняй его!

— Отмените все встречи, — сказал Эверетт. — Сообщите им, что она приедет в Нью-Йорк в конце месяца. Они смогут устроить еще одну встречу, когда мы приедем.

Кроме того, они могут подождать, пока не предстанут перед судом. — Он закончил разговор.

— Во что бы то ни стало ты продолжаешь управлять моей жизнью, — язвительно произнесла она. — Тебе не приходило в голову, что я предпочла бы покончить с этим?

— Пройдут годы, прежде чем это закончится, — ответил он. — Возможно, это не закончится никогда.

Бьянка понимала его. С того момента, как обнаружила, что происходит в «Моррис и Аккерли», она знала: она единственный человек, который может это остановить. Она не сомневалась, что потеряет работу, дом и друзей. И большую часть свободы.

И все же ей было трудно с этим смириться.

— Я не утверждаю, что ты слишком эмоционально реагируешь, но, когда кто-то реагирует слишком эмоционально, я настораживаюсь. В твоем случае долгие интервью и встречи с незнакомцами поставили тебя в тупик. Избавляя тебя от этого давления, я помогаю тебе успокоиться. — Он беспокойно провел рукой по своему бедру и прибавил: — Я не догадывался, что ты чувствуешь, будто я тебя использую, когда мы занимаемся любовью.

— Не называй это любовью, если не собираешься любить меня, — огрызнулась она, и ей захотелось съежиться от унижения. Ее горло так сильно сжалось, что она не могла сглотнуть, не говоря уже о том, чтобы что-то сказать. — Жаль, что у меня нет твоего хладнокровия.

— Так вот в чем дело! Ты злишься на то, что у нас нет будущего?

— Я злюсь потому, что ты пытаешься создать мне будущее, частью которого не хочешь стать.

Бьянка легла спать, как только они вернулись домой. Эверетт налил себе шотландского виски, взял список гостей на сегодняшней вечеринке и еще раз прочел его. Потом отправил сообщение Роману и попросил его собрать по минимуму сведения о каждом госте.

Ожидая ответа, Эверетт мысленно просмотрел все, что сказала ему Бьянка, стараясь увидеть подтекст в ее словах. Он сам ненавидел вечеринки, но в последнее время относился к ним спокойнее главным образом потому, что у него была возможность наблюдать за тем, как Бьянка общается с гостями, улыбается и оживляется. Он чувствовал себя достойнее, стоя рядом с такой прекрасной женщиной. Мог держать ее за руку, и слышать аромат ее волос, и реагировать на нее так, как ему хотелось.

— Не называй это любовью, если ты не собираешься любить меня.

Эверетт потер грудь основанием ладони, не в силах избавиться от жгучей боли. К счастью, на его телефон пришла ссылка на файл от Романа.

Открыв файл, он попытался найти гостя с фамилией Родригес. В городе было десять человек с такой фамилией. У одного из гостей с вечеринки был брат, который встречался с некой Лолитой Родригес, дочерью Сандро.

Быстро просмотрев страницы Лолиты в социальных сетях, он заметил, что эта девушка, которой было чуть за двадцать, — точная копия Бьянки. Эверетт опешил.

Повторялась ситуация с Джованни. Эверетт отвлекся и упустил смертельно опасные детали.

Ругаясь себе под нос, Эверетт схватил телефон и сделал звонок. Они уедут подальше ото всех, и Бьянке придется ответить на все его вопросы, потому что ей будет некуда бежать.