– Фотографии были опубликованы ночью, ваше величество. Они… отвратительные. – Кто на фото? – спросил Люка. Эми настолько увлекла его, что он не сразу понял, о ком идет речь. Гильермо сунул планшет ему под нос.

Голова Люки чуть не взорвалась. Он грязно выругался:

– Где, черт побери, была охрана?!

– Они поднялись в замок, как только поняли, что на территории остался турист. Но они опоздали.

Охранники ничего не заметили. Несмотря на правила, запрещающие посещение руин без гида, какой‑то турист все же пробрался туда, фотографируя силуэт дворца на закате. Поскольку в это время суток освещение было очень плохим, а все личные комнаты короля были с видом на море, вероятность компрометации члена королевской семьи была минимальной. Папарацци ни разу не снимали бывшего короля, потому что даже он не был настолько глуп, чтобы стоять голышом в углу террасы.

– Мы предполагаем, что фото – любительское, – сухо продолжал Гильермо. – Учитывая качество фотографии и тот факт, что сначала ее разместили на личной странице в социальных сетях. А потом фото перепечатали таблоиды.

Заголовки говорили сами за себя:

«Принц очень любит женщин?»

«Король Валлии наследует дело отца!»

«Еще один позорный монарх!»

– Команда по связям с общественностью старается устранить ущерб. Я позаботился, чтобы мисс Миллер вернулась в Лондон.

Люка почти не слышал его. Всю свою жизнь он старался быть правильным, и вот однажды, когда он расслабился, его застукали и сравнили с отцом самым отвратительным образом.

Это был не тот скандал, которого он хотел. Эми высмеивали так же жестоко, как и его самого.

– В Лондоне ее будут преследовать репортеры, – сказал Люка, его мысли метались. – Она никуда не уедет, пока я не поговорю с ней. Команде по связям с общественностью не предпринимать никаких шагов без моего ведома.

Гильермо поджал губы и пошел к двери, чтобы передать приказ короля.

Люка барабанил пальцами по столу. Все было намного грязнее и унизительнее, чем он хотел.

– Моя сестра уже знает? – спросил он.

– Мы установили систему безопасности на телефон. – Гильермо кивнул на стационарный телефон на столе Люки. – Тайный совет расходится во мнениях о том, как реагировать. – Он выглядел так, словно проглотил рыболовный крючок. – Некоторые встревожены и предлагают пересмотреть линию преемственности. Я пытался вас предупредить, ваше величество. Я настоятельно рекомендую вернуть мисс Миллер в Лондон.

– Я поговорю с сестрой. – Кивнув, Люка отпустил Гильермо.

– Не могу поверить, что ты это сделал, – сказала София. В ее тоне не было ни возмущения, ни остатков позора, который они оба испытывали после различных подвигов отца.

Люка не стал объяснять, что все получилось не так, как он хотел. Теперь он стал образцом разврата.

– Тебе остается только обратиться к «нянечкам», – серьезно сказал он, используя их детское название для членов Тайного совета, который теперь держал их обоих на привязи. Именно они настояли на том, чтобы Люка взошел на трон, хотя София имела на это право по рождению.

– Моя поездка уже готовится. Я встречусь с ними, как только приеду домой. Я подготовила заявление, которое срочно опубликую. – Она помолчала, а потом спросила с мягкой настойчивостью: – Ты уверен, Люка? Потому что у меня по этому поводу очень твердая позиция. Я не хочу тебя подставлять.

– София, стань королевой. Так будет лучше для Валлии. Не беспокойся обо мне.

– Я не могу не беспокоиться. Ты мой единственный брат. – Она вдохнула. Люка подумал, что София потеряет самоконтроль из‑за эмоций, но она хорошо научилась сохранять хладнокровие. Она откашлялась и заговорила ровным голосом: – У меня есть вопросы, но они могут подождать. Ты останешься моим наследником при условии, что искренне покаешься и скажешь, что ничего подобного больше не повторится.

В чем ему каяться? В том, что его застукали голышом с женщиной? В том, что у него было свидание с его сотрудницей? Или в том, что он занимался любовью с Эми?

– Даю слово, – сказал Люка, хотя ему было не по себе.

– Спасибо. Скоро увидимся. Люблю тебя, – ответила София.

– Я тоже тебя люблю. – Люка повесил трубку, и ему показалось, что его окутал холодный влажный воздух из темной пещеры.

Эми не переставала дрожать даже после горячего душа и нескольких чашек горячего кофе. Более того, она не могла выйти из своей комнаты и уехать из страны.

– Я сама оплачу поездку в такси, – умоляла она горничную Фабиану.

– Я не имею права вызывать такси, синьорина.

Фабиана приготовила равиоли с блестящими помидорами черри и соусом песто. Еда выглядела так же восхитительно, как и пышный омлет, который Эми не поела утром, как и фокачча, которую она не поела в обед, и как послеобеденный чай с бутербродами и пирожными, которые она проигнорировала несколько часов назад.

Ее тошнило. Весь ее мир рушился, а она не могла даже связаться с лучшими подругами, которые помогли ей пережить подобный кризис в прошлом.

Потом появилась очень спокойная женщина средних лет и представилась старшим менеджером отдела кадров дворца. Она была искренне обеспокоена и призвала Эми «честно признаться», если Люка принудил ее к сексу.

Эми настаивала на том, что они переспали по обоюдному согласию, но теперь она задавалась вопросом: помогла ли она Люке?

Она злилась на себя, потому что знала, чем все закончится. Она отлично осознавала потенциальную опасность близости с ним, но все равно пошла вперед и поставила себя в ужасное положение.

– Мне приказано обеспечить вам максимальный комфорт, – говорила Фабиана. – Принести вам еще что‑нибудь?

– Походные ботинки, – раздраженно сказала Эми. Она уже в сотый раз просила поговорить с Люкой. Ее заверили, что он увидится с ней, как только сможет.

Фабиана посмотрела на шлепанцы, желтые пижамные штаны и шелковую футболку Эми:

– Я бы не советовала вам пытаться уйти пешком. Папарацци ходят вокруг замка. Сейчас он очень строго охраняется.

Эми накинула на плечи шелковую шаль, которую нашла в шкафу.

– Восстановите мой вай‑фай. – Об этом она тоже просила не в первый раз.

– Я передала вашу просьбу. Я скажу об этом еще раз. – Фабиана одарила ее очередной вымученной улыбкой и поспешила к выходу.

Эми была ужасно расстроена. Она вышла из гостиной в патио с садом. Из куста появился охранник. Он был там весь день и при виде Эми снова поднял руку:

– Сюда нельзя.

Она повернулась и вошла обратно.

Ей нужно вернуться в Лондон. И точно определить, насколько плохо ее положение. Сумеет ли она контролировать ущерб, нанесенный «Лондон коннекшн»?

Ей не терпелось поговорить с Би и Клэр. Интересно, что они теперь думают о ней? Она сказала им, что бросает все дела ради крупного клиента с солидным бюджетом и «необычной просьбой». Они поддержали ее в прошлый раз, но сейчас у них есть полное право сомневаться в ее мотивах. Тем более поступок Эми поставил под угрозу их средства к существованию.

У матери Эми, вероятно, случился припадок. Даже без звонка или сообщения Эми знала, о чем думает Дебора Миллер.

Она чувствовала себя такой беспомощной! Антикризисное управление давало ей деньги на жизнь. Ей надо что‑нибудь придумать, чтобы выбраться из этого положения.

В любой чрезвычайной ситуации необходимо учитывать три потенциальные угрозы. Во‑первых, физическая безопасность. В данном случае никто не пострадал.

Во‑вторых – финансовые потери. Эми посерьезнела, согласившись, что эта проблема сильно ударит по ней. Теперь она не получит денег от Люки. А это означает, что все расходы на поездку сюда и обратно она будет оплачивать из своего кармана. Она передала несколько своих контрактов другим агентам в «Лондон коннекшн», поэтому потеряла значительный доход. Спасение репутации «Лондон коннекшн» обойдется в кругленькую сумму, и Эми тоже понесет убытки.

Как она за все это заплатит?

И, в‑третьих, был подорван авторитет Эми. По сути, в этом дворце команда профессионалов – точно таких же, как она сама, – решает, как спасти Люку, и Эми точно знает, какие методы они используют. Они будут обвинять ее. Они станут утверждать, что она его соблазнила. Они скажут, что она подставила его, чтобы поднять престиж «Лондон коннекшн».

У нее так скрутило живот, что она обхватила себя руками и простонала, едва не согнувшись пополам.

Остается надеяться, что Люка не обвинит ее во всех грехах.

А почему нет? Конечно, он во всем ее обвинит. Ведь учитель Эйвери Мэйсон обвинил Эми. Директриса и родители Эми тоже считали ее виноватой.

Она в истерике выскочила из своей комнаты в холл и так удивила охранника, что тот приготовился обороняться. Резко остановившись, она ухватилась рукой за дверной проем.

– Скажите королю, что я подожгу свою комнату, если он не поговорит со мной в ближайшие десять минут. Либо врежьте мне, чтобы я потеряла сознание, либо заранее вызовите пожарную команду, потому что я обязательно это сделаю.

Охранник схватился за дверь прежде, чем Эми успела захлопнуть ее перед его носом.

Он что‑то сказал по‑итальянски в датчик на своем запястье, потом кивнул Эми:

– Идите за мной.

Проведя Эми по знакомым коридорам, он впустил ее в апартаменты Люки. Люди расступались при ее приближении, но она не смотрела в глаза. Она пялилась в пол, пока ей не сказали войти.

Эми вошла в кабинет, и дверь за ней закрылась.

– Ты познакомишь нас, Люка? – спросила женщина.

Эми подняла голову и увидела Люку и его сестру.

Он выглядел свежим в элегантном костюме и галстуке, был гладко выбрит, и только легкий намек на круги под глазами наводил на мысль о том, что у него был трудный день. Он посмотрел на Эми, но она уставилась на его сестру‑близнеца.

София Альбицци являлась женственной копией Люки, почти такого же роста, как он, стройной, гибкой и с более мягкими чертами лица. Если энергия, исходящая от Люки, была динамичной, то энергия Софии была такой же властной, но спокойной. На ней был брючный костюм темно‑синего цвета, похожий на костюм Люки. Волосы она уложила в пучок и улыбалась спокойно и приветливо.

Эми напоминала подающую прошение крестьянку: сутулая, в шали и тапочках, с растрепанными волосами и без макияжа. Она чувствовала себя ужасно, встретившись с парой, олицетворяющей безупречное совершенство. Ей хотелось повернуться и выйти, но Люка оттолкнулся от края стола.

– Ваше величество, это Эми Миллер. Эми, это моя сестра София – королева Валлии.

– Королева? – Эми решила, что должна сделать реверанс.

София мельком взглянула на Люку.

– Мое новое положение пока держится в секрете, – сказала София. – Утром выйдет пресс‑релиз. Надеюсь, вы пока сохраните эту информацию при себе?

Эми удивилась ее недоверию:

– Кому я могу разболтать? Вы перекрыли мне доступ в Интернет.

– Да, – призналась София. – Принц сказал, что вы понимаете, как важно ограничивать общение во время кризиса. Мы должны составить четкое и единое сообщение.

Принц Люка. Он был свергнут с трона ею. Эми едва не упала в обморок. Она быстро моргнула, когда перед ее глазами появился туман.

София подошла к ней – властная и до смешного привлекательная, источая утешение:

– Я понимаю, вы расстроены, Эми. Это был тяжелый день для всех нас, но, я надеюсь, вы позволите нам еще немного побаловать вас нашим гостеприимством? Вы обещаете, что не подожжете дворец?

К горлу Эми подступил ком. Внезапно у нее возникло ужасное чувство, что она разочаровала Софию. Но не так, как она постоянно разочаровывала свою мать. София просто была уверена, что угрозы Эми не пустые.

Люка прав: София идеальная королева.

– Я хочу домой, – устало сказала Эми.

– Наши люди скоро отправят вас домой… – начала София, но Люка прервал ее.

– Я провожу вас в вашу комнату, – сказал он.

София вопросительно посмотрела на брата, но Люка ничего не ответил и открыл дверь для Эми.

После того, как появились фотографии, он устраивал переговоры и разговаривал по телефону. Он чувствовал себя так, словно провел на ринге двенадцать раундов, принимая удары со всех сторон.

Не в его характере драться. И особенно унизительно держать язык за зубами, пока сестра проводит расследование.

Пока они ждали официального заключения о том, домогался ли Люка Эми, некоторые политики предлагали публично осудить Эми, чтобы спасти репутацию Люки. Несколько членов совета пытались сделать его жертвой интриги, чтобы сохранить статус‑кво.

Сторонники Софии тут же спросили, какой королевой станет Эми, вынудив Люку жениться на ней.

– Мы с Эми просто воспользовались моментом, вот и все, – сказал Люка.

– Буря в СМИ не уляжется, пока мы не предпримем решительных действий, – настаивала София. – Как бы мы ни пытались это объяснить, фотографии будут публиковаться при любом упоминании короля Валлии.

– Из меня сделали копию нашего отца, – мрачно произнес Люка, ненавидя себя за это. – Я не допущу, чтобы меня заставляли отвечать за его грехи. Королевы Валлии всегда олицетворяли собой достоинство и честь. Если я отойду в сторону, ты станешь королевой.

Настал поворотный момент.

Люка позаботился о том, чтобы Эми успокоилась, но не позволил воспоминаниям о прошлой ночи управлять собой. Он должен быть сосредоточенным. От тумана желания у него кружилась голова, но он продолжал бороться с этим. Он поклялся, что его оплошность не повторится. Завтра его сестра заберет у него корону, и Люка снова станет принцем, достойным осуждения.

Тем не менее он обязан объясниться с Эми.

– Согласно протоколу, мы закрыли доступ ко всем социальным сетям и разрешили только безопасный обмен сообщениями на случай инцидента, – говорил Люка, пока они шли. – И я хотел оградить вас от худшего из того, что происходит в Сети.

– Я понимаю. – Она отрывисто кивнула, выглядя как привидение.

Люке стало совестно – это было непривычное чувство, потому что он редко совершал ошибки.

– Я предположил, вы понимаете, что происходит за кулисами. – Ему хотелось остановиться и прикоснуться к ней. Обнять и поцеловать, и поклясться, что он ни в чем ее не винит.

– Я не мог привлечь вас к обсуждению сегодня. Я понимаю, несмотря на наш контракт, мне пришлось отодвинуть вас на второй план. Я предпочел обратиться к своим старым работникам.

– Вы думаете, я расстроена потому, что вы отодвинули меня на второй план? Нисколько. Почему вы не сказали мне, что нас увидели на террасе? Вы это спланировали?

– Конечно нет! – Прошлой ночью он не думал ни о чем, кроме Эми. Неужели она решила, что он выйдет на улицу обнаженным ради кого‑то еще? – Это была случайность. Как я мог такое спланировать?

– Случайность? – Эми усмехнулась. – Вы просто случайно выбрали меня, чтобы я приехала сюда и придумала, как унизить вас перед обществом. Вы просто случайно поцеловали меня и отвели в свою комнату… – Она закрыла глаза от стыда.

– Когда я услышал щелчок дверного замка, я решил, что вы уходите. – Он шагнул к ней, видя ее отчаяние. – Я не знал, что вы выходите на террасу.

Она подняла голову и попятилась, сохраняя дистанцию между ними. Ее отступление и волнение задели Люку за живое.

Он замер, испытывая странную боль, и почувствовал привкус горечи во рту.

– Я не прикоснусь к вам, если вы этого не хотите. – Люка развел руки в стороны в знак примирения.

– Я не хочу, чтобы вы снова вскружили мне голову, – тихо сказала Эми, скрестив руки на груди и нахмурившись. – Этого не должно было случиться, Люка. Никто не должен был узнать о нас. Вы говорили, что тоже этого хотите.

– Верно. Послушайте, все пошло не так, как мы планировали, но, как только фотографии опубликовали, мне пришлось воспользоваться этим шансом. Ведь я нанял вас ради этого.

– Вы не нанимали меня для того, чтобы я спала с вами. Я не возьму за это денег, – произнесла она прерывающимся голосом.

Его оскорбило ее замешательство.

– Я нанял вас, чтобы вы меня унизили. И вы это сделали.

Эми ахнула, словно он ее ударил.

– Я искренне считал, что вы меня поймете. Подвернулся случай, который был мне нужен. Не понимаю, почему вы так расстроены.

– Я должна была найти подходящую женщину. – Она очень плотно обернула шаль вокруг плеч и рук. – Я должна была контролировать ситуацию, чтобы минимизировать ущерб. Это не было бы отвратительное разоблачение, когда рушится репутация женщины.

– Моя команда не выставит вас виноватой. – Он выругался и шагнул к ней. – Я не позволю этого. Я беру на себя ответственность. Это была моя ошибка.

– Я переспала со своим клиентом, Люка! – Эми вытянула руку, и шаль соскользнула с ее плеча. – Я так сильно скомпрометировала его, что он лишился трона. На самом деле не важно, что говорите вы или ваша команда. Люди самостоятельно сделают выводы.

Он мельком взглянул на ее татуировку, прежде чем Эми закрыла плечо шалью.

Она так сильно дрожала, что Люка снова приблизился к ней, однако она опять шагнула назад.

– Я не буду вас трогать, – нетерпеливо произнес он. – Но я волнуюсь за вас. Сядьте. Вы поели? Я приказал проверять, хватает ли вам еды.

– Я не собака! – воскликнула она, сверкая глазами. – Вы не можете приказывать проверять, хватает ли мне еды и питья. По крайней мере, сегодня я вышла из комнаты и прогулялась в ваш кабинет.

Люка сжал пальцами свой затылок.

– Я понимаю, что вы злитесь, но не говорите глупостей.

Эми одарила его взглядом, который мог оторвать ему голову.

– Вы ничего не знаете о моих переживаниях.

– Так объяснитесь, – отрезал он в ответ. – Потому что я не вижу катастрофы в том, что произошло, в отличие от вас. На фото только я виден голышом, а не вы. Вы расстроились оттого, что мы переспали? – Он приложил максимум усилий, чтобы спросить об этом. Он не обвинял ее. Ему действительно нужно было знать, но он приготовился к худшему. – Вы чувствуете, что я воспользовался вами? Вы боялись отказать мне?

Его сердце замерло, он затаил дыхание.

– Я должна была отказать вам. – Эми ссутулилась. – Я понимаю, что ошиблась, и я хочу все исправить. – Она закрыла лицо руками.

Сегодня Люка увидел разочарованные взгляды наставников и советников и понял, что упал в их глазах. А сейчас, видя как Эми опустошена их разоблачением, он не мог заставить себя сожалеть о том, что между ними произошло. Ведь она помнит, какое удовольствие они дарили друг другу.

– Завтра будет сделано заявление. Я откажусь от короны, и Софию признают законной королевой. Моя коронация должна была состояться до осеннего заседания парламента. Ее коронация пройдет в другое время, но она немедленно приступит к управлению страной. Подождите, когда все уляжется.

Эми фыркнула и отвернулась от Люки. Она напоминала дерево без листьев, с полым стволом, которое раскачивалось от сильного ветра.

Люке хотелось обнять ее, согреть и поклясться, что все будет хорошо. Но он промолчал, от переживаний у него болело все тело.

– Когда я смогу выйти в Интернет? Би и Клэр наверняка вне себя, – тихо и хрипло сказала Эми.

– Мои люди им все объяснили.

Она повернулась к нему лицом, в ее глазах читалось недоверие и стояли слезы.

– Вы не можете говорить за меня, Люка. Вы не можете отказать мне в возможности высказать свою точку зрения!

– Это стандартная ситуация, когда для подробных объяснений недостаточно информации…

Эми быстро вошла в спальню и захлопнула дверь перед его носом.