Лисса пережила бурю эмоций в первую напряженную неделю после преждевременных родов. Она одновременно радовалась и пугалась, глядя на своего крошечного ребенка в инкубаторе. Но Элиас был настоящим бойцом и с каждым днем становился крепче.

Она оставалась в больнице с малышом еще три недели и научилась кормить и купать Элиаса, поэтому материнские обязанности вскоре стали для нее естественными. Такис навещал их каждый день. Он принес ей цветы и подарил красивый браслет с сапфирами и бриллиантами, но на самом деле ей хотелось, чтобы он поцеловал ее, а не метался по больничной палате, как тигр в клетке. Его раздражительность нервировала и ее, и ребенка.

– Хочешь подержать его? – спросила она, когда Элиаса привезли домой через месяц после рождения.

Такис отнес ребенка в автокресле в детскую. Он покачал головой, когда Лисса осторожно взяла ребенка на руки.

– Пусть он освоится на новом месте. Тебе надо покормить и переодеть его. – Такис подошел к двери. – Я позову няню.

Лисса нахмурилась. Такис держал Элиаса на руках всего пару раз, и в обоих случаях с явным нежеланием. Но ребенок был таким хрупким, что она предположила: Такис просто боится ему навредить. Сначала она была против няни, но Мария очень помогала ей, тем более что Элиаса приходилось кормить ночью.

Лисса ночевала в спальне, примыкающей к детской, и поначалу была так поглощена материнством, что не удивлялась, почему Такис так слабо интересуется сыном. Он опять допоздна работал в своем кабинете. Через месяц его безразличие стало очевиднее. Лисса винила себя, потому что хорошие отношения, которые были между ними до рождения Элиаса, остыли до такой степени, что она и Такис редко виделись. Если бы она не призналась ему в своих чувствах, между ними все было бы по‑прежнему. Лисса не осмеливалась вернуться в спальню, которую раньше делила с Такисом, а он не предлагал ей этого.

Хуже всего было то, что он нарушил свое обещание любить ребенка. Хотя Такис никогда не давал такого обещания. Он сказал, что передаст сыну свою фамилию и привилегии от богатства. Что он защитит его. Но этого было недостаточно.

Она представляла себе будущее, в котором отчаянно борется за внимание Такиса. В ее душе что‑то сломалось. Оглядываясь назад, она поняла: оплакивая в юности своих родителей, она нуждалась в любви дедушки. Она заслуживает гораздо большего и знает, что должна делать. Она спасется от брака без любви, который разбивает ей сердце.

Такис вошел в дом и положил букет цветов, который купил по пути домой из офиса, на стол в прихожей. Он надеялся, что цветы помогут ему помириться с Лиссой. В последнее время она выглядела несчастной, и он знал, что это его вина.

Она не понимала, почему он дистанцировался от нее и Элиаса, а Такис не мог объяснить, что защищает их. И, честно говоря, он защищал себя. Однажды Лисса заявила, что он боится ее, и она оказалась права. Он понял, что рискует привязаться к ней.

Он проверил комнаты на первом этаже, потом поднялся в детскую, ожидая увидеть Лиссу. Элиас спал в кроватке. Такис взглянул на ребенка, который до боли в душе напоминал ему Янниса, и быстро вышел из комнаты. Он нашел Лиссу в спальне, где она ночевала с тех пор, как привезла Элиаса домой из больницы. Она напряглась, когда оглянулась через плечо и увидела его.

– Я не ждала тебя так рано, – выпалила она.

Такис оглядел ее стройную фигуру. Лисса потрясающе выглядела в джинсах и футболке. С трудом верилось, что она родила всего два месяца назад. Ему стало интересно, как она отреагирует, если он разденет ее и займется с ней страстной любовью. Иногда он замечал, с каким вожделением Лисса смотрит на него, явно желая близости с ним.

И тут он заметил чемодан на кровати и груду одежды рядом с ним. Его душа ушла в пятки.

– Что происходит?

– Моя сестра пригласила меня пожить с ней и Джейсом в Салониках. Я видела малышку Акасию всего пару раз, и Элиасу будет приятно познакомиться с двоюродной сестрой. Джейс пришлет за мной самолет.

Такис облегченно вздохнул:

– Я должен был организовать эту поездку. Тебе понравится у Элеоноры.

Лисса застегнула молнию на чемодане:

– А когда вернусь в Афины, я разведусь с тобой.

Он резко мотнул головой, словно Лисса ударила его.

– Я не понимаю, куколка, – осторожно сказал он.

– Не называй меня так! – рявкнула она, сверкая глазами. – Я не твоя кукла. Мы оба знаем, что я тебе никто.

– Ты моя жена и мать моего сына.

– Ты не хотел ни того ни другого. – Ее губы дрожали, она отвернулась от него и засунула толстовку в чемодан. – Я могу смириться с твоим равнодушием, если только оно не коснется нашего сына. Я не позволю Элиасу задаваться вопросом, почему папа его не любит. Это слишком жестоко. – Она провела рукой по глазам. – Я увезу его в Англию. Я найду работу в отеле и сниму жилье, а тебе не придется видеться с нами.

Такис почувствовал, как стены крепости, которой он отгородился от Лиссы, начали рушиться.

– Так мы не договаривались.

– Мы поженились по расчету, когда я забеременела, – сказала она напряженным тоном. – Но меня это не устраивает, поэтому я решила покончить с этим.

Такису стало страшно.

– Скажи, что мне сделать, чтобы ты осталась, – прохрипел он, не скрывая отчаяния.

В глазах Лиссы сверкали слезы, она выглядела очень решительной.

– Ты должен любить меня. И мы оба знаем, что этого не будет.

Такис уставился на нее:

– Мы можем это уладить…

– Как? – У нее перехватило дыхание. – Я люблю тебя, и меня разрывает на части от того, что ты меня не любишь. Я понимаю, почему после смерти Янниса ты отказался от эмоций. Но другой малыш нуждается в твоей любви. Элиас – твой сын, а ты игнорируешь его, и мое сердце сжимается от мысли, что он пострадает от равнодушия, от которого страдала я. – Лисса вздернула подбородок. – И я заслуживаю большего, чем брак по расчету. Я заслуживаю любви, – страстно произнесла она. – Я хочу стать свободной, чтобы однажды влюбиться в того, кто ответит мне безоговорочной любовью.

Она подошла к двери:

– Я забыла автокресло Элиаса на нижнем этаже. Он скоро проснется. Я вызвала такси, чтобы доехать до аэропорта.

Такис смотрел, как Лисса выходит из комнаты. Она призналась, что любит его, а потом заявила, что уходит от него. Неужели она солгала о своей любви, как мачеха лгала ему много лет назад? Но школьное увлечение, которое он испытывал к Марине, не сравнится с сильными чувствами к Лиссе. Истина поразила его как гром среди ясного неба.

Он прошел по коридору, открыл дверь в детскую и приблизился к кроватке. Голубые глаза уставились на него, не мигая, а потом Элиас улыбнулся. Такис почувствовал, как его сердце разбивается на тысячу осколков.

– Я сторонился тебя, потому что боялся, – резко сказал он ребенку. – Я боялся уронить тебя или сделать тебе больно. – Он с трудом сглотнул. – Боялся быть твоим папой, потому что я не умею быть отцом. Но я научусь. Я обещал твоей маме, что всегда буду любить и защищать тебя.

Глубоко вздохнув, он осторожно взял сына на руки и прижал к своему плечу. Темные волосы ребенка были шелковистыми, от него так приятно пахло. Такиса захлестнула нежность, у него заныло в груди.

Он должен простить себя за смерть Янниса, которую не мог предотвратить. Он наказывал себя двадцать лет и похоронил свое сердце в ледяной могиле. Но его холодность постепенно растаяла от теплых улыбок Лиссы и света, который вспыхивал в ее глазах, когда она смотрела на него.

– Твоя мама мудрая и красивая, и у тебя ее глаза. – Он посмотрел на дверь и увидел в дверях няню, которая держала в руке бутылочку со смесью.

– Вы хотите покормить ребенка? – спросила она, протягивая Такису бутылочку.

Он решил, что обязательно покормит его, но не сейчас. У них впереди целая жизнь.

– Элиас побудет с вами, – сказал он няне. – У меня важный разговор с женой.

Лисса вернулась в спальню с детским автокреслом и остановилась как вкопанная, увидев, что Такис распаковывает ее чемодан. Ее эмоции были на пределе. Она даже не вытерла слезы, катившиеся по щекам. Поставив автокресло на пол, она прислонилась к дверному проему.

– Не надо, – выдавила Лисса. – Я должна ехать. – Она заставила себя посмотреть на Такиса, и в ее душе опять затеплилась надежда. – Ты забрал у меня все. Оставь мне хотя бы мое достоинство.

– Я люблю тебя.

Ее сердце дрогнуло, когда Такис произнес слова, которые она мечтала услышать. Но она покачала головой. Он говорит о любви только потому, что она уезжает.

– Нет, – произнесла Лисса прерывистым тоном. – Не играй со мной. – Она прижала пальцы к своим дрожащим губам, ненавидя себя за то, что плачет перед Такисом.

Подойдя, он отвел руку Лиссы от ее губ.

– Я понял, что попал в беду, как только увидел тебя, – мрачно сказал Такис. – Я не любитель свадеб, но я не мог отказаться, когда Джейс попросил меня стать его шафером. Все смотрели на невесту. Все, кроме меня. Я видел только тебя.

Он отпустил ее пальцы, которые сжимал с такой силой, словно был утопающим, который хватается за спасательный плот. Подняв руку, он отвел от ее лица пряди волос.

– Ты украла мое сердце. Я влюбился в тебя, но боролся со своими чувствами и настаивал на том, что мы поженимся, чтобы решить проблемы.

– Моя беременность была для тебя проблемой, – глухо сказала Лисса.

– Я убеждал себя, что не заслуживаю счастья, но я просто искал себе оправдание. Правда в том, что я боялся признаться в своих чувствах к тебе, потому что однажды любовь чуть не убила меня. После смерти Янниса я поклялся никогда не влюбляться. Мне это было не нужно, и уж точно не хотелось никого любить. Но я не мог забыть тебя.

Он нежно провел пальцем по ее щеке:

– Я думал, что сумею контролировать себя, если буду тебя сторониться. Но сердце не проведешь, дорогая. Оно бьется только ради тебя.

– Такис. – Она не верила своим ушам.

– Если я попрошу, ты дашь мне шанс вернуть твою любовь?

Она сглотнула:

– Я не могу.

Такис побледнел и закрыл глаза:

– Прости за то, как я обращался с тобой. Я знаю, что не заслуживаю твоей любви. – Он ущипнул себя за переносицу, и Лисса опешила, увидев слезы в его глазах.

– Это будет несправедливо по отношению к Элиасу. Я не вынесу, если он почувствует, что отец его не любит.

– Я обожаю нашего сына, – настаивал Такис. – Клянусь, я буду любить его, пока дышу. Такис поддел пальцем ее подбородок: – Ты унижаешь меня своей смелостью. Ты была убита горем после гибели родителей, но ты готова любить снова. Я видел твою преданность Элиасу и хотел бы… – Он с трудом сглотнул, попытался улыбнуться и не смог. – Большие мальчики тоже плачут. Особенно когда теряют человека, которого любили больше всего на свете.

Наконец Лисса поверила ему.

– Ты не потерял меня, любимый, – мягко сказала она. – Я здесь и хочу остаться с тобой навсегда.

Он поцеловал ее с такой нежностью и любовью, что у Лиссы подкосились ноги.

– Я люблю тебя, – прошептала она у его губ, когда он уложил ее на кровать.

– Ты мой мир. Ты и Элиас. – Он с благоговением смотрел на Лиссу. – Ты для меня – все, а я без тебя – ничто.

Через неделю вертолет пролетел над Санторини и приземлился на территории отеля «Афродита». Отель еще не открылся для гостей, поэтому Лисса с удивлением увидела несколько машин на подъездной дорожке.

– Мария погуляет с Элиасом, – сказал Такис, проводя Лиссу в отель.

– Сегодня здесь устраивается торжество? – спросила Лисса.

– Свадьба. – Он загадочно посмотрел на нее.

Лисса вошла в свадебный зал и увидела длинный стол с изящной посудой, бокалами для шампанского и потрясающими цветочными букетами в центре столов. Белоснежные розы, переплетенные с пурпурной лавандой и веточками ароматного розмарина, были именно тем, что она выбрала бы для свадьбы своей мечты.

Снаружи на террасе были рядами расставлены стулья, обращенные к беседке, закутанной белой вуалью и украшенной розами. За романтической аркой открывался удивительный вид на кальдеру, а небо и море были такими же синими, как сапфир в обручальном кольце Лиссы.

Удивительно, что невеста, кем бы она ни была, учла каждую деталь, которую Лисса изобразила в своих эскизах.

– Надеюсь, я ничего не забыл, – пробормотал Такис. – Я ориентировался на твои рисунки.

– Надеюсь, невеста одобрит, – беспечно сказала Лисса, скрывая разочарование по поводу того, что другая женщина будет наслаждаться идеальной свадьбой.

Такис улыбнулся:

– Наверное. – Он переплел пальцы с ее пальцами и опустился на колено. – Ты выйдешь за меня замуж, моя Лисса? Здесь, сегодня, перед нашей семьей и друзьями. Ты позволишь мне доказывать тебе до конца моих дней, как сильно я люблю тебя? Все это… – Он оглядел прекрасную свадебную обстановку. – Для тебя. У тебя будет свадьба, о которой ты мечтала.

– Н‑но мы уже женаты, – тихо произнесла она.

– Мы возобновим клятвы, которые дали друг другу.

– О, Такис, я так тебя люблю.

– Я люблю тебя, душа моя. – Он обхватил ладонями ее лицо и нежно поцеловал в губы.

– Значит, у нас сегодня свадьба? – спросила Лисса через несколько блаженных минут, когда он провел губами по ее щеке и уткнулся носом в ложбинку за ухом.

– Да.

Она с грустью посмотрела на свой топ и джинсовую юбку:

– Я не одета.

– Твоя сестра привезла тебе свадебное платье накануне нашего приезда. Твой брат тоже здесь.

– Элеонора на Санторини? Она знала, что ты все это спланировал?

– Мне потребовалась ее помощь, чтобы сделать нашу свадьбу идеальной.

Лисса улыбнулась ему сквозь слезы:

– Я думала, ты не любитель свадеб.

– Мне понравится наша свадьба, потому что я люблю тебя, куколка, и сделаю все, чтобы ты была счастлива.

– Просто люби меня.

Такис схватил ее за руку и повел в номер для новобрачных.

– Твое платье в шкафу. Твоя сестра запретила мне смотреть на него.

– Сколько у нас времени до церемонии? – тихо спросила Лисса и встретила его пылающий взгляд.

– Довольно много, – прорычал он, подхватил на руки и понес к кровати.

Позже в тот же день Лисса смотрелась в зеркало и думала, что видит сон. На ней было сказочно красивое свадебное платье цвета слоновой кости, с кружевом и лифом с открытыми плечами, и пышной юбкой, расшитой жемчужинами и бриллиантами. Ее брат Марк вывел ее на террасу, где собрались ее друзья из Англии и друзья Такиса. Там же была Элеонора с Джейсом и их маленькой дочерью, а Элиас спал в коляске.

Лисса взглянула на Такиса, который потрясающе выглядел в светло‑сером костюме, темно‑синей рубашке и серебристо‑сером галстуке. Любящий муж. Он смотрел на нее с благоговением и шептал, что она самая красивая невеста в мире.

Они возобновили свои клятвы, и он надел ей на палец потрясающее кольцо с бриллиантом, которое отлично смотрелось рядом с обручальным кольцом.

– В номере для новобрачных есть бассейн, где можно поплавать под звездами, – прошептал Такис у ее губ.

– Я не взяла купальник.

Он ухмыльнулся:

– Я тоже.

Ужин был шумным и веселым: гости смеялись, болтали и произносили тосты за здоровье и счастье жениха и невесты. Когда солнце начало садиться, а небо стало розово‑золотым, Такис взял своего сына на руки, желая показать ему захватывающий закат.

Джейс был рядом с ним и убаюкивал свою маленькую дочь.

– Помнишь, мы говорили, что никогда не женимся и не обзаведемся детьми? Что с нами случилось?

– Мы влюбились. – Такис улыбнулся. – Мы прошли долгий путь, приятель. Кто бы мог подумать, что у нас будут семьи?

– Я ни о чем не жалею, – сказал Джейс. – А ты?

– Я самый счастливый человек в мире. – Такис посмотрел на своего сына‑ангелочка, потом повернул голову и взглянул на жену, которая стала любовью всей его жизни. Она многообещающе улыбалась ему. – Никаких сожалений, – тихо произнес он.