Инара понимала, что она должна уйти, но не хотела этого. Она давно не видела Кассия таким расслабленным: он напоминал ей полусонную пантеру, лежащую на солнце.

Сразу после свадьбы он поселил ее в доме в Катаре, где Генри и Джоан занимались домом и присматривали за ней. Ее игнорировали король и королева, потому что они категорически не одобряли женитьбу Кассия на ней. Но Инаре было все равно. Она привыкла к родительскому неодобрению и, самое главное, теперь была в безопасности.

Тогда Кассий часто приезжал к ней. Они вместе ужинали, а потом он уезжал в клуб, на вечеринку или на какое‑нибудь королевское мероприятие. Он был забавным, обаятельным и интересовался всем, что говорила Инара. Он не скучал, когда она рассказывала ему о своих математических исследованиях, и не высмеивал ее энтузиазм, как это делали ее родители. Он не обращал внимания на ее внешний вид, не критиковал ее поступки и не упоминал о ней в третьем лице.

Став королем, Кассий изменился.

Он стал отчужденным, холодным и жестким. Он не улыбался и не смеялся. А вскоре его визиты к Инаре прекратились. Ей казалось, что он медленно превращается в камень, и она не знала, как это остановить.

Она сомневалась, что такое случается с каждым мужчиной, который становится королем, но в одном была уверена: ей не нравится то, каким стал Кассий.

Однако сегодня он не выглядит каменным. Он сидит, растянувшись в кресле, в котором она любила свернуться калачиком. Холодная отчужденность, которую она всегда чувствовала в нем, отступила, он перестал сурово поджимать губы. Казалось, он в любой момент одарит ее теплой, непринужденной и очаровательной улыбкой, в которую она когда‑то влюбилась.

Он напоминал ей воина, снявшего доспехи после тяжелой битвы.

Кассий наклонил голову, изучая ее из‑под густых черных ресниц. Она вспомнила, как впервые увидела его в лимузине несколько лет назад, мускулистого и обаятельного. Рядом с лимузином стояли красотки, ожидающие, кого из них Кассий выберет на ночь. Но Инара тогда не обращала на них особого внимания, потому что нацелилась осуществить собственный план, хотя удивлялась, почему эти женщины так волнуются.

Теперь она знает причину и понимает, почему те красотки хотели стать любовницами Кассия. Она вдруг пожалела о том, что не была одной из них. Тогда у нее был бы шанс стать его любовницей на одну ночь.

Эта мысль была как световая вспышка в темной комнате. А почему ей не стать любовницей Кассия? Конечно, он никогда не проявлял к ней интереса, но только потому, что до сих пор видел в ней шестнадцатилетнюю девочку. Она сказала ему, что ей уже двадцать один год, но он, судя по всему, ее не слушал.

Инара рассердилась. Наверное, ей стоит прямо заявить о своих намерениях. Он должен увидеть, что она больше не подросток. Возможно, ей придется это доказать. И тогда он посмотрит на нее другими глазами.

У нее чаще забилось сердце, а во рту пересохло. Она умела решать сложные алгебраические уравнения, но понятия не имела, как соблазнить мужчину.

С чего же ей начать?

Она не раз вечерами сидела за своим компьютером, отыскивая информацию о Кассии в Интернете. Она пролистывала бесконечные статьи в светской хронике, изучая фотографии Кассия и женщин рядом с ним. Иногда они были сногсшибательными красавицами, а иногда просто симпатичными, но все явно были в него влюблены.

Инара сглотнула. В комнате чувствовалось странное напряжение, которого раньше не было. Ее кожу покалывало, дыхание участилось.

– О чем ты думаешь? – спросил Кассий. – Наверное, о чем‑то очень важном.

Инара перестала теребить руками платье. Он смотрел на нее очень сосредоточенно, сжимая длинными пальцами рюмку, лениво взбалтывая бренди.

Она часто винила себя за то, что слишком много размышляет, когда надо действовать и необходимо слушать интуицию. У нее нет в этом никакого опыта, поскольку ее интуиция подводила ее в прошлом – по крайней мере, так говорили ее родители, – но сейчас ей нечего терять. Завтра он уедет в Катару, и она упустит единственный шанс заставить его увидеть ее в другом свете.

Сейчас или никогда.

Она встала и подошла к нему.

Он выгнул темную бровь:

– Чего ты хочешь, малышка?

– Я не такая уж маленькая. – Она остановилась напротив него, обдумывая свой следующий шаг.

– Да, – пробормотал он. – Наверное, ты права. – Он неторопливо оглядывал ее с головы до ног.

Инаре стало жарко, у нее перехватило дыхание.

Его глаза светились как тлеющие угли, она чувствовала давление его взгляда, которое напоминало ей медленное прикосновение. Внезапно ей больше всего на свете захотелось стать красивой, сексуальной и желанной для Кассия и быть его избранницей на ночь. Она уже не та испуганная шестнадцатилетняя девочка, которую собственные родители были готовы отдать чудовищу.

Она несколько раз медленно вдохнула, пытаясь унять бешеный стук своего сердца. Потом сделала еще пару шагов к Кассию и оказалась почти вплотную к его креслу. Он сидел, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках. Она отчетливо осознавала, какой он рослый и мощный – намного крупнее и сильнее ее.

Он положил голову на спинку кресла и осмотрел Инару блестящими глазами. Напряжение между ними усиливалось.

– Хм, я никогда не пила бренди, – произнесла она скрипучим голосом. – Можно попробовать?

Он слегка переместился в сторону, и Инара уставилась на его тело. Она заметила, как натягиваются брюки на его мощных бедрах, а хлопчатобумажная ткань рубашки облегает плечи. Он снял пиджак и галстук и расстегнул воротник рубашки. Она видела, как пульсирует венка у основания его шеи.

– Никогда? – спросил он.

У него был такой взгляд и голос, что Инара задумалась, имеет ли он в виду только бренди. Но ей было невдомек, о чем еще он может говорить. Ей вдруг стало еще жарче, она прерывисто задышала.

– Нет. – Она сложила руки перед собой. – Это вкусно?

Ей стало неловко. Она вела себя глупо, как ребенок. Но что еще она могла сказать? Ей никогда не удавались светские беседы, из‑за чего сердилась ее мать. Что касается соблазнения мужчины, то…

– Ради бога, Инара, – заявила ее мать на первом мероприятии для аристократов, на которое им удалось достать приглашение. – Если ты можешь только утомлять собеседников, тогда просто закрой рот и улыбайся. Некоторые мужчины любят молчуний.

Поэтому Инара предпочитала молчать, так как не могла себе позволить сказать что‑нибудь интересное. И ясно, что сейчас ей не стоит доверять себе, потому что Кассий привык к красивым и опытным женщинам. Эти женщины намного интереснее и привлекательнее ее. Такая, как она – бледная, худая, неопрятная и неуклюжая, – вряд ли кому‑то понравится.

«Но сейчас он смотрит на тебя так, словно ты можешь стать его женщиной».

Ну, по крайней мере, ей так кажется. Взгляд его янтарных глаз стал золотисто‑коричневым, как подогретый бренди, он задумчиво смотрел на Инару. Ее ладони вспотели, у нее сдавило горло. Ей захотелось сбежать в свой безопасный кабинет или спальню, а вообще – куда угодно, где нет Кассия.

– Математические знания никому не нужны, Инара, – холодно твердила ее мать после очередного провала своей дочери на светском мероприятии. – Нам нужен аристократический союз. Если ты даже замуж выйти не можешь, то какая от тебя польза?

Поэтому ее родители решили выдать Инару за старика с нездоровым сексуальным влечением к несовершеннолетним девочкам.

Но теперь она не пешка своих родителей, у нее было пять лет свободы от постоянной критики. Если она сейчас не сделает первый шаг, у нее никогда не будет шанса изменить его мнение о разводе с ней.

Он лениво улыбнулся:

– Да. Это очень вкусно. Иди сюда и попробуй. – Он развел ноги в стороны, показывая, что она может встать между ними.

Она медленно приблизилась и встала между его мощными бедрами. Он уставился на нее золотисто‑карими глазами из‑под шелковистых черных ресниц.

Кассий подался вперед.

– Вот, – тихо сказал он. – Выпей. – Он протянул ей рюмку.

Она чувствовала жар его тела и изнывала от желания. Всякий раз, когда она думала о том, как сближается с Кассием, ее фантазии были непонятными и туманными. В своих мечтах она целовалась с ним, хотя понятия не имела, что такое поцелуй с мужчиной. Она отчетливо представляла себе, как он обнимает и поглаживает ее тело.

От этих отрывочных фантазий ее бросало в жар и лихорадило. Она пугалась, поэтому старалась реже витать в облаках. Не то чтобы она совсем ничего не знала о сексе. Просто она не представляла, каково заниматься сексом с Кассием.

И вот теперь она находится к нему так близко, как никогда в своей жизни, и это не похоже на ее подростковые фантазии. Она испытывает интуитивно‑физическое влечение, которое не сравнится с ее призрачными фантазиями.

Инара сглотнула и протянула руку к рюмке. Кассий тут же убрал рюмку из зоны ее досягаемости. Она рассердилась, шагнула ближе и снова протянула руку. Но Кассий опять отвел рюмку в сторону.

Он наблюдал за ней, улыбаясь и смотря на нее с вызовом.

Неужели он флиртует с ней?

У нее сдавило горло, ее охватила странная эйфория. Хотя Инара ничего не знала о флирте, она нутром чувствовала, что Кассий играет с ней. А это означает только одно: он видит в ней не просто женщину, а привлекательную женщину, которую хочет.

– Что ты делаешь? – хрипло спросила она.

– По‑моему, ты знаешь, что я делаю. – Его убийственно сексуальная улыбка стала шире, а глаза заблестели. – Если ты хочешь попробовать мой бренди, малышка, подойди ближе.

Кассий знал, что ведет себя крайне неуместно. Но бренди ударил ему в голову, он устал и давно не наслаждался обществом хорошенькой женщины. Он давно ни с кем не флиртовал и вообще не испытывал интереса к сексу.

Сейчас его переполняет желание, и, хотя Инара не та женщина, на которой ему следовало оттачивать навыки соблазнения, он не мог остановиться.

Она такая красивая и милая. И невинная, в белом платье, из‑под которого виднеется нижнее белье. Она очень стройная и изящная, ее глаза сверкают из‑под очков, а волосы струятся по плечам как лунный свет.

Его жена‑малышка.

Однако она уже не ребенок. Ее щеки порозовели, она смотрит на него с вожделением.

Такого он не ожидал, хотя должен был. И поэтому ему надо остановиться. Между ними ничего не может быть, ведь вскоре они расстанутся. Их брак должен остаться незавершенным, потому что она намного моложе его, а он не безрассудный плейбой, который только и делает, что удовлетворяет свои эгоистичные прихоти. Он пытался отдалиться от того мужчины, каким был прежде. Он нарушит свой принцип, если соблазнит свою милую и невинную жену.

Кроме того, этого не хотели его родители. Их потрясла его женитьба, не говоря уже о том, что он сделал это, чтобы спасти Инару. И они, безусловно, были бы потрясены тем, о чем он думает сейчас. Но родители погибли три года назад, а он устал быть хорошим, сдержанным и хладнокровным. Ему надоело служить примером.

Разве нельзя провести вечер, балуя себя: пить хороший бренди и флиртовать с красивой женщиной? Просто флирт.

Между бровями Инары появилась морщинка. Она вроде собралась сделать то, что он сказал, и подойти к нему. У него перехватило дыхание от мысли, как она поступит.

В любом случае ему хотелось услышать ее запах. Она пользуется духами? Вряд ли. Она не подчиняется правилам и ведет себя естественно. И не старается измениться, в отличие от Кассия.

Ну, он не мог оставаться прежним. Король – необычный человек, нечто большее и благородное, более справедливое, бескорыстное и готовое пойти на жертвы.

Кассий старался подражать своему отцу. Интересно, что отец подумал бы о его нынешнем поведении? Он упрекнул бы Кассия за то, что тот напился и флиртует с женой, к которой поклялся не прикасаться.

Он отмахнулся от этой мысли, потому что Инара сделала еще один шаг в его сторону. Белое платье коснулось его брюк, когда она наклонилась и потянулась за рюмкой с бренди в его руке.

Она смотрела не на рюмку, а на Кассия.

Он поднял рюмку до того, как она успела взять ее, и отхлебнул бренди, а потом обхватил рукой ее затылок и поцеловал в губы.

Как только идеальные розовые губы Инары коснулись его рта, Кассий не захотел останавливаться. Она напряглась, но не отстранилась. А когда он открыл рот, позволяя ей выпить бренди прямо из его рта, она тихо простонала.

Она не пользовалась духами. От нее исходил смешанный запах стирального порошка и чего‑то цветочного, то ли шампуня, то ли мыла, и сладкого, теплого, мускусного аромата ее тела. Это было настолько эротично, что он сильнее надавил на ее затылок, ближе привлекая к себе Инару. Она не возражала и неумело коснулась языком его языка.

Кассий откинулся в кресле, ослабил хватку, пытаясь отстраниться, и поставил рюмку с бренди на стол у кресла. Но Инара не отпустила его – обвила руками его шею, наклонилась к нему и уперлась коленями в кресло. Ее поцелуй был жадным, а губы горячими, сладкими и пьянящими.

Он так давно не целовал женщину. Он забыл, как приятно чувствовать мягкие губы на своих губах и теплые объятия.

Не задумываясь, Кассий коснулся руками ее бедер и усадил Инару к себе на колени. Та вздохнула, обвивая руками его шею и нежно прижимаясь к нему. Она поцеловала его крепче, ведя себя довольно неуклюже.

Соблазнительный запах Инары был повсюду, тяжелый шелк ее волос ниспадал на Кассия как занавес. Он запустил пальцы в ее волосы и сжал их в кулаках. Она вцепилась пальцами ему в шею. Ее жаркие поцелуи лишили его и сопротивления, и здравомыслия. Из короля он превратился в прежнего Кассия, которого почти забыл.

Желание захлестнуло его, оно напоминало прилив – безжалостный и неудержимый. Прежде чем понял, что делает, он высвободил пальцы из ее волос и потянул вверх подол ее платья.

Из ее горла вырвался очередной восхитительный и чувственный стон, а когда руки Кассия скользнули вверх по ее обнаженным бедрам, она задрожала. Инара олицетворяла собой все, чего ему так не хватало, и даже больше. Он так сильно возбудился, что почувствовал боль.

Инара содрогнулась, когда он запустил руку у нее между ног, и он резко произнес:

– Я хочу тебя. Прямо сейчас. Если ты этого не хочешь, лучше сразу скажи.

– Я хочу, – хрипло ответила она. – Я хочу тебя, Кассий. О, пожалуйста…

Желание было слишком сильным, чтобы его отрицать. Три года в его жизни не было ничего, кроме холодных, гулких дворцовых комнат, постоянного людского окружения и одиночества. Но сейчас в его руках источник мягкости, тепла и наслаждения. У него появился шанс забыться и не думать об ужасных и тяжелых эмоциях.

Кассий расстегнул молнию на брюках, а потом снова усадил Инару на себя. Она вскрикнула, выгнула спину и вздрогнула.

Он зарылся пальцами в ее волосы и отстранился, уставившись в ее нежное лицо. Ее щеки стали темно‑розовыми, Инара удивленно смотрела на него из‑под запотевших очков.

– Прости, – сказал Кассий. – Я не могу медлить.

Она моргнула пару раз, потом вдруг поцеловала его и обмякла. Обхватив руками ее бедра, он быстро и глубоко входил в нее, целуя в ответ, смакуя вкус ее губ, наслаждаясь ею и проникая во влажный жар ее тела. Она ни в чем ему не отказывала, ее поцелуи были жадными, она крепче прижималась к нему, пытаясь подстроиться под ритм его тела.

Слабый голос разума приказывал ему остановиться. Инара – неопытная девушка, девственница и невеста, на которой он женился, когда ей было шестнадцать лет, и он не должен так поступать с ней. По крайней мере, он обязан быть с ней нежным, осторожным и терпеливым.

Но он просто потерял голову и терпение. Запустив пальцы у нее между ног, он погладил ее чувствительную плоть. Инара тихо всхлипнула и сильно задрожала. А он продолжал двигаться, резко и размеренно, целеустремленно приближая собственное удовольствие, пока оно не накрыло его волной. Впервые за три года он полностью забыл о том, что он – король.