— А ты ведь тоже комсомолкой была? — спросил Алешка маму.

— Была, — сказала мама. — Но только ничего особенного я не делала. Ведь и в комсомол я вступила под конец войны. Когда война началась, мне было чуть больше десяти лет. Многие комсомольцы нашей школы на фронт ушли и в партизаны, как Зоя.

Первого сентября сорок первого года, как всегда, пришли мы в школу. А через две недели слышим:

«В нашей школе госпиталь будет для раненых. А нас по другим школам распределяют…»

И верно, стала наша школа госпиталем. Девушки-комсомолки и мы, младшие, пионерки, дежурили в госпитале, помогали ухаживать за ранеными. Дежурили и днем и ночью. Много было тяжелораненых. От них не отойдешь. Но зато как было приятно, когда люди поправлялись, вставали на ноги.

«Спасибо, сестрица!» — сказал мне как-то один солдат.

А я смотрю на него и плачу: мол, какая я сестрица. А он завтра на фронт уходит опять…

Ночи особенно тревожные были. Ночью раненые беспокойно спали. И еще немецкие самолеты прорывались к Москве. Страшно было. Каждая зажигалка могла дом спалить. Наш госпиталь. И всех раненых…

Ну, и окопы рыли, когда враги подошли к городу. Сначала на окраинах Москвы, а потом и в самом городе. В каждом скверике, в каждом парке. На Садовом кольце, на бульварном. Ставили укрепления против танков, окна домов закрывали мешками с песком. Во дворах строили землянки и убежища. Чего только не делали!

В сорок третьем году я пошла на завод, ученицей слесаря. Делала детали для автоматов. «Петушки» — так мы эти детали называли. Часто по нескольку дней не уходили из цеха.

Поспишь тут же часок-другой и опять за работу. Много оружия нужно было, чтоб победить врага, вот мы и старались. Часто за смену в три-четыре, а то и в пять раз больше оружия выпускали, чем полагалось.

Работали тогда у нас на заводе такие же девчонки и мальчишки, как я. Почти все — комсомольцы. Только я не была еще комсомолкой.

Но потом и меня приняли в комсомол. Там, на заводе.

А когда война закончилась, нам медали вручили — «За оборону Москвы» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

Почти все наши заводские комсомольцы получили их. Кончилась война. Думаешь, отдыхать можно? Веселились, отдыхали, гуляли, и все же…

С концом Отечественной войны передышки у нас не было.

Враг разрушил так много городов, заводов и фабрик, что надо было нам, комсомольцам, за новое дело браться: восстановить все разрушенное, построить новые города и села, школы и электростанции.

Разъехались тогда мы по всей стране — работать, строить.

Еще несколько лет прошло, и по призыву коммунистов взялись комсомольцы за новое дело — целинное.

Тысячи комсомольцев поехали в Казахстан и Сибирь, чтобы освоить новые богатые земли…

— И ты ездила на целину, — сказал Алешка.

— И мы ездили, — подтвердила мама. — Ездили, чтоб помочь целинникам строить совхозные поселки: дома, школы, детские сады, больницы.

— И потому ты получила медаль «За освоение целинных земель»? — спросил Алешка.

— Наверно, потому, — согласилась мама.

— А еще две медали и орден?

— Орден у меня просто за работу, — сказала мама, — а медали — особые, юбилейные. Одна к двадцатилетию победы в Великой Отечественной войне, а вторая в честь столетия со дня рождения Владимира Ильича Ленина.

И у папы такие есть, и у всех, кто воевал против фашистов, кто потом хорошо работал.

Ну, а комсомол наш за большой труд после войны получил еще три ордена. Так что стал комсомол шесть раз орденоносным!..