- Но сегодня воскресенье, насколько я понимаю?

- Ну да. А в понедельник я должен быть в Свердловске.

- Улететь можно последним рейсом, в 23-55. Я узнавала в справочной аэропорта.

- А потом?

- Что потом?

- Когда мы с тобой встретимся?

- У меня в понедельник последний экзамен. Я закрываю сессию и отправляюсь в Сосновку. Мне нужно выяснить все насчет Витаускасов, поскольку надо решить, куда мне девать Алевтину. Затем я должна собрать свои вещи и уволиться с работы. Я надеюсь, что мы можем встретиться в Сосновке.

- Значит, ты все-таки решила остаться здесь?

- Сашенька, ты же понимаешь, что мое место здесь. К тому же, там все равно не дадут развернуться. Я это еще зимой почувствовала.

- Натали, ты можешь мне ответить на один вопрос?

- Нравишься ты мне или нет? Саша, я еще не успела в этом разобраться. Мне нужно время.

- Много?

- Не знаю. Сейчас я могу сказать только то, что ты... ну, в общем, ты очень хороший и надежный друг. Я думаю, там, в Сосновке, или, может, позже я смогу сказать что-нибудь более определенное. А сейчас я хотела бы показать тебе наш город. Поехали.

22

- Саша, до регистрации на самолет осталось всего полчаса. Мы можем не успеть.

-Господи, как быстро бежит время! А я не ответил еще тебе по билету.

-Какому билету?

-Экзаменационному, дорогой мой преподаватель!

-Ну, да, еще не ответил. Кажется, тебе достался Шекспир?

-Не кажется, а точно, он самый: Вильям Шекспир и его трагедии.

-А, может, лучше все-таки комедии?

-Да, нет, уж, будем следовать букве закона. Коль скоро достались трагедии, то никуда не денешься.

-И в такой прекрасный вечер, в этом уютном ресторанчике ты намереваешься потчевать меня трагедиями Шекспира?

-Ладно, ограничусь одной.

-Я слушаю вас, уважаемый студент!

-Что, уже можно отвечать?

-Ну, разумеется, если вы готовы! Я вся во внимании!

-Вильям Шекспир. "Принц датский, Гамлет".

...И дым от факелов врезается в глаза...

Со скал вода в угрюмость моря каплет,

Над замком собирается гроза...

И в вихрях вьюги черными крылами

В плаще и латах Призрак восстает.

И грозный глас гремит колоколами:

К отмщенью, к битве Гамлета зовет.

Где гибнет честь, нет жизни... По-другому

Не может быть. Такие времена.

В пустынном небе одиноко грому,

В сожженной почве вянут семена.

И Гамлет бьется, одинок и страшен,

На мир предательств шпагу обнажив.

Хохочет воронье на крышах мрачных башен.

А мир огромен, неприступен, лжив.

Он душит в корне светлые порывы,

Ломает счастье, шпаги, жизнь людей...

И волны тихи - жутко молчаливы

И безысходны. Скорбь все тяжелей.

И он погиб... Горацио, как брата,

Он обнимает. Гаснут всплески глаз...

И павшего бесстрашного солдата

На щит вздымает храбрый Фортинбрас!

-Саша! Ты!.. Это твои? Неужели, ты...

-Натали, я только ответил по билету.

-Ну, ничего себе, ответил! Да ты же поэт!

-Так и должно быть! Конечно, я далеко не Пушкин, но зато Натали Гончарова у меня настоящая! Ничем не уступающая пушкинской! Я счастлив!

22

-Алечка, мне с тобой нужно серьезно поговорить. Пойдем в библиотеку, там нам никто не помешает.

-Что случилось?

-Ничего не случилось. Сегодня я, наконец-таки, закрыла сессию и сдала всю документацию.

-Значит, мы теперь поедем на море?!

-Нет, Алечка, как раз об этом я и хотела тебе сказать, что море на несколько дней откладывается. Мне срочно нужно лететь в Сосновку. На недельку. Я должна уволиться оттуда и переслать сюда свои вещи. Заодно я узнаю, как дела у твоих родителей.

-А почему так скоро вам нужно ехать? Вы ж можете уволиться и в конце отпуска.

-Могу. Но, во-первых, там нужно найти мне замену. А это не так просто для тех мест. Представь себе, как я должна себя чувствовать, если я поставлю всех перед фактом перед самым началом учебного года? Во-вторых, тут мне тоже надо нормально устроиться. И не только с работой, но и с жильем.

-Вы разве не будете здесь жить?

-Нет. Я не хочу постоянно ссориться с матерью. А она не простит мне того, что я не выполнила ее волю насчет замужества. К тому же, очень неудобно ездить так далеко на работу. Много времени отнимает дорога. И наконец, когда-нибудь мне нужно будет устроить свою личную жизнь. Но, пока я буду жить в этом доме, личной жизни у меня не будет. Разве не так?

-Конечно, так. Значит, мы с вами, Наталья Николаевна, этим летом расстанемся навсегда?

-Никто не знает, как все будет. Заранее не будем загадывать. Теперь я полечу в Сосновку, а по возвращении мы уж точно поедем с тобой на море. Ты тут уж поживи без меня недельку! Если возникнут какие проблемы, обращайся к Марии Степановне. Она не даст тебя в обиду. И ты не обижайся, пожалуйста! Договорились?

-Угу, договорились.

-Ну, вот и прекрасно! Сейчас мне тоже надо ехать.

-Вы уже сегодня улетаете?

-Нет, завтра! Но сегодня у меня еще дела.

-Наталья Николаевна, с вами, по-моему, что-то такое происходит?

-Почему ты так решила?

-Вы сильно переменились в эти дни.

-Неужели?! И какие же перемены со мной произошли?

-Ну, как вам сказать? Вы очень радостная какая-то, возбужденная. Не ходите по дому, а летаете прямо. И потом, когда это было, чтоб вы под душем в ванной веселые песни распевали?

-Это, что, действительно так?!

-Ну, да! Только слепой не в состоянии заметить, что с вами что-то не то. Непонятно все.

-Да чего ж тут понимать, Алечка? Я люблю! Понимаешь, люблю, и любима - вот, в чем все дело! Это так прекрасно! Необыкновенно прекрасно!!!

-Ну, я так и подумала, что тут все не без любви.

-Ты знаешь, что это такое: любить, и быть любимой?

-Да, уж, могу представить. А он хоть порядочный человек?

-Очень порядочный! И сильный! Добрый и великодушный! А главное, он любит меня!

-А вы не ошибаетесь?

-В нем никак нельзя ошибиться. Ты его знаешь. Это же брат Миши - Саша Новиков.

-Ох, я еще в Сосновке стала подозревать, что без любви не обойдется. Это же от него вы в последний день письмо получили?

-Конечно.

-Ага, вы так странно улыбались еще, когда читали. Ну, думаю, все, пропала теперь Наталья Николаевна!

-Отчего же, пропала? Я ж теперь самая счастливая на свете! Я, наконец, обрела настоящий смысл в жизни! Неужели, ты этого не понимаешь?

-Понимаю. А как же теперь ваша диссертация и вся научная работа?

-С каких это пор любовь и наука начали противостоять друг другу? Да, к твоему сведению, вся наука держалась и держится на одной только любви. А я теперь готова десяток диссертаций создать. С большой любовью и радостью!

-Но, ведь, Вы же такая...

-Алечка, я, прежде всего - женщина. И, как всякая нормальная женщина, я имею право на то, чтобы иметь своего единственного любимого мужчину.

-Вы, значит, теперь к нему полетите?

- Я думаю, что мы с ним там обязательно встретимся.

- И вы с ним поженитесь?

- Ну да! В конце концов, мне давно уже пора заводить семью.

-А где же вы жить будете, когда поженитесь?

-Здесь, разумеется. Не в этом доме, я имею в виду, а в городе.

-Но у него же там работа.

-Чудачка! Работу и тут можно всегда найти. К тому же, ему нужно учиться. Вот он переведется из Свердловска сюда и будет учиться у нас. А работать я и сама за двоих сумею. Ну, вот и все. Кажется, упаковала все. Пора ехать. Давай обнимемся на прощанье и присядем на дорожку.

-Наталья Николаевна!

-Ну, что, голубушка? А, вот, слезы лить ни к чему! Ну, что ты, дружок? Перестань! Не на век же прощаемся. Через недельку управлюсь с делами и приеду. И мы поедем на море. Я же обещала? Не плачь, детка! Мы ж с тобой друзья? Тебя я тоже люблю. Поживи недельку тут сама. Лизонька теперь свободная, она тебе не даст скучать. Все! Пока! До встречи! И будь умницей!

23

"Уехала! Всего несколько часов прошло, как упорхнула, а я места себе не могу найти. Боже! Как мне плохо и тоскливо! Ну, зачем только она приехала к нам в поселок? Зачем приручила меня так, что я не могу без нее и дня прожить?! Это же неправильно, что я о родителях не думаю и не скучаю по ним, я по ней скучаю. И все мысли только о ней! Мы же чужие люди. Нет, вовсе не чужие. Она меня учит, беспокоится обо мне. Заботится и помогает. И я тоже заботилась о ней, когда ей было плохо. А теперь ей хорошо. Я должна быть рада за нее. А я почему-то страшусь чего-то. Может, я ревную? Да, наверное, это так. Я боюсь потерять ее и с тоской думаю о том времени, когда нам придется расстаться навсегда. Ну, зачем расставаться, если она так нужна мне? Если мне без нее трудно. Но она же не может возиться со мной всю жизнь. Да и кто я для нее? Простая ученица, каких десятки. У нее студенты, школьники. Она сказала, что и меня тоже любит. Ну, конечно: как всех своих учеников. Она, действительно, готова любить всех...

Боже! Как мне ее не хватает!.. Но на самом деле я должна уметь существовать и без нее. Надо чем-нибудь полезным заняться. Она всегда говорит, что, когда одолевает хандра, нужно взяться за дело, которое лучше всего лечит всякие недуги. Вот, я все время принимаюсь представлять, как сделала бы она, что подумала бы, что сказала бы? Может, я просто создала себе образ кумира, как говорит Лиза? Нет, она действительно особенная независимо от моих представлений о ней. Ее нельзя не любить и не уважать. Интересно, а как ее любит Мишкин брат? Неужели, просто, как женщину?... ...Представляю, какой счастливый этот Мишкин брат! Если, конечно, он по-настоящему любит ее. Да нет, он любит. Мишка не стал бы врать. Да и сама Наталья Николаевна утверждает, что любит. Конечно, при всем том, какие все мужчины противные сейчас, этот самый подходящий для нее. Он, действительно, лучше всех остальных: добрый, внимательный, уважительный со всеми. Да и сильный, как медведь. Хиппача, вон, как отметелил в два счета. А Хиппач и сам не из хлипких. Наталья Николаевна, конечно, будет за ним, как за каменной стеной... А уж ему-то как повезло, просто завидно! Такую женщину заполучить! Какая она милая и красивая! И голос у нее такой мягкий, приятный, прямо обволакивающий. А глаза какие! От одних ее только глаз можно с ума сойти. И взгляд очень добрый и внимательный. Да, вообще, все лицо у нее очень привлекательное, юное такое, как у рафаэлевской мадонны. Она поцеловала меня, а я до сих пор ощущаю на щеках теплоту ее губ. И эти ее обворожительные руки. Я всегда любуюсь ее руками, когда она играет на пианино или на гитаре...

...Мне надо взяться за какое-нибудь дело, а то я сижу тут в ее комнате, как сыч, и мучаю себя всякими бреднями. Но я не хочу никуда из ее комнаты выходить. Здесь все о ней напоминает...

...Вот Её кровать. Ой, подушка ею пахнет! Ничего себе, кроватище! Представляю, как Наталье Николаевне удобно здесь. Тут и вдвоем не хило. Небось, как поженятся, на этой кровати будут свои дела делать? Ой, я что-то не то думаю... Повытираю-ка я кругом пыль. Все-таки занятие какое. И на туалетном столике все разбросано. Она не любит беспорядок. Торопилась так, что и прибрать некогда былоЖутко медленно время идет! Наталья Николаевна говорила, чтоб я больше читала . Почитаю-ка ее лекции, пока такая возможность есть...

24

... Какой у нее почерк интересный: размашистый и летящий. Точно торопится куда-то. Она, ведь, и действительно все время торопится. Будто боится, что что-то не успеет сделать в этой жизни. О! Что это за список? "Необходимо изучить основательно: философия, история философии, психология, мировая история, история России, история мировой культуры, история отечественной культуры; история развития естественных наук, биологии, географии, экономики; история педагогики..." Это, что же, она все это изучала?! Да, уж похоже на то, что изучала. Вон, сколько всякой учебной и научной литературы! И везде закладки и пометки. А словарей сколько! Ого! "Русско-болгарский язык", "Русско-польский язык", "Русско-словенский язык", "Русско-итальянский язык", "Русско-немецкий язык"... Мама дорогая! Она и языки эти изучала? Ну, ничего себе! Во, пожалуйста: какие-то иностранные книжки! И тоже с пометками.

.. Та-ак! А "Закон Божий" тут что делает? И "Библия" с ним рядом! Религией, что ли, интересуется? Где же, интересно, она эти книжки достала? Неужели, в церковь ходила? Зачем ей все это?..

...Ага! А вот и ее работы! "Методика преподавания основ мировой культуры", "Преподавание основ истории мировой культуры в средней школе", "Введение в культуру. 5-6 классы". Да, серьезно она за это дело ухватилась. А тут, вот, схемы какие-то, таблицы. Ага, а эти схемы она нам показывала на уроках!

А это что такое, резинкой перетянутое? Наверное, что-то секретное? Тогда не буду смотреть. Нехорошо в чужие секреты влезать. Наталья Николаевна это очень даже не одобряет. Пусть себе лежит на своем месте, как лежало.

А, может, это вовсе и не секрет, а какая-нибудь очень важная работа? Интересно, что же это за работа? Я о ней знаю? Посмотрю, пожалуй, только заголовок. Нет, не надо! Лучше потом спросить у самой Натальи Николаевны.

...Интересно, что же все-таки там, в этих тетрадях? Надо глянуть. Может, там надпись какая имеется? Гм, странно, никакой надписи нет. А тетради старые. Может, это просто студенческие конспекты? Или, вообще, школьные тетрадки? Интересно, а какая Наталья Николаевна была ученица? Марья Степановна говорит, что Наталья Николаевна училась хорошо. Отличницей, небось, была? Думаю, что и активисткой в классе. Или даже в школе... Ну, что в том плохого, если я загляну в ее студенческие конспекты? Она и сама бы, наверное, похвасталась".

25

12 февраля 1965года. Из дневника Наталь Николаевны.