Порядочный магазин
Алеше три с половиной года. Он с мамой только что переехал из города в село, в котором мама устроилась работать учительницей. Приехали, и сразу же в свою квартиру поселились, которую им колхоз выделил как специалистам.
Дом, где оказалась их квартира, называется "учительским", потому что в нем живут учительские семьи. А находится этот дом рядом со школой. Чтобы попасть из домашнего двора в школьный, нужно пересечь забор через специальную дырку. Ее проделали нарочно, чтобы не тащиться улицей от ворот до ворот.
Расположена школа в самом центре села. По одну сторону от школы — "учительский" дом, а по другую — Дом культуры. В первый же день по приезде мама с Алешей пошли вдоль улицы смотреть достопримечательности центра: от дома пошли к школе, затем прошли Дом культуры. За Домом культуры — детский сад, а за ним — продуктовый магазин. Перешли через дорогу и обнаружили другой магазин — промтоварный.
— Смотри, Алеша, и примечай, — сказала мама, — здесь промтовары, а на нашей стороне — продукты: хлеб, сахар, молоко.
— Приметил, приметил, — ответил Алеша. — Здесь промтовары, а у нас продукты.
На следующий день с утра мама засобиралась в школу, чтоб привести в порядок тот кабинет, в котором ей предстоит вести уроки. Она караулит манную кашу на плите, а сын сидит на полу и хнычет.
— У-у-у! — воет он басом и причитает. — Я кушать хочу-у! Я пи-ить хочу-у! Я на улицу хочу-у!
А мама ноль внимания на эти стенания. У нее каша на плите.
У-у-у! — продолжает Алеша и усиленно трет кулачками сухие глаза. — На улицу хочу-у!
Каша закипает, и чайник закипает.
— Мама-а, ты, что ли, не видишь: я плачу-у! — стонет ребенок.
— Ну, и что? — спокойно спрашивает мама.
— Мне плохо, вот что. Разве не видишь, как я плачу?
— Да плачь себе на здоровье, если тебе нравится!
— А ты меня пожалеть должна, если я плачу.
— Я завтрак должна приготовить, накормить должна тебя и себя. А у нас в доме еще и хлеба нет, кажется, ни кусочка.
— Ну, и что? — спрашивает сын.
— А то! Вот тебе, Алеша, деньги, — сказала мама, — быстренько сбегай в магазин и купи хлеб.
Мама вложила Алеше в кулачок 20 копеек и проводила к двери.
— Не забудь, тебе в продуктовый надо идти!
— Знаю, знаю! — воскликнул воспрянувший от тоски Алеша. — В порядочный магазин.
— Что это за порядочный? — спрашивает мама.
— Ну, тот, который в нашем ряду.
Алеша выпрыгнул за дверь и поскакал вприпрыжку.
В магазине почти пусто. Продавщица стоит за прилавком, да высокий мужчина с усами — перед прилавком. Мужчина положил на прилавок деньги:
— Давай на все! — коротко бросил он.
— Что давать-то? — спросила продавщица.
— Ну, "Беломор", конечно.
Продавщица положила на прилавок несколько пачек папирос "Беломора" и обратилась к Алеше:
— А ты что тут, мальчик?
Алеша протянул продавщице руку и, разжав кулачок с монетой, заявил важно:
— Давай на все!
— Что давать-то? — улыбнулась продавщица.
— Ну, хлеба, конечно!
Мужик, укладывавший в "авоську" папиросы, восхищенно присвистнул:
— Вот дает, пацан, а! Ты чей-то будешь, герой?
— Мамин, — не задумываясь, бросил Алеша.
— А мама кто?
— Ну, учительница в школе. А ты не приставай. Мы вчера вовсе приехали.
— Да ты и вправду герой! — засмеялся мужчина. И протянул Алеше ладонь. — Прощай, парень! Подрастай скорей и быстренько в мастерские ко мне приходи. Понятно?
— Ага! — кивнул Алеша и добавил. — Ну, я пошел, а то меня мама заждалась, а ей на работу надо.
Первые знакомства
В "учительском" доме два подъезда, в которых по четыре квартиры: на первом этаже две и на втором — две. Прямо над квартирой, где поселились Алеша с мамой, живет учительница-пенсионерка. Ее зовут Мария Федоровна. У нее два сына — Федя и Миша. Федя собирается идти в десятый класс, а Миша — в седьмой.
Алеша видел, как оба мальчика несколько раз проходили мимо Алешиной квартиры, поднимаясь и спускаясь по ступенькам.
— Мама, он кто? — спросил Алеша, показывая на Мишу, который в очередной раз поднимался наверх.
— Это сын Марии Федоровны, — сказала мама.
Следом прошел Федя.
— А это кто? — опять спросил Алеша.
— И это сын Марии Федоровны.
— Какой же он сын, если он дядя! — удивился Алеша.
— Он совсем не дядя, а взрослый мальчик. А если у него есть мама, значит, он сын, — объяснила мама.
— Марии Федоровны?
— Да, сын Марии Федоровны.
— Она же бабушка! — воскликнул Алеша.
— Это для всех бабушка, а ему она мама. Например, твоя бабушка мне мама, хотя я давно уже взрослая.
— А Мария Федоровна тебе кто?
— Соседка, — ответила мама.
— А сетка чья?
— Какая сетка?
— Ну, которая у Марии Федоровны.
— Фу! Ты меня совсем запутал! Иди лучше выясняй все сам.
Алеша вышел на лестничную площадку и стал поджидать сыновей Марии Федоровны. Скоро у подъездной двери показался Федя.
— Ты сын? — пристал к нему Алеша.
Федя остановился и удивленно уставился на Алешу.
— Ну, сын, — сказал, наконец, он.
— А как тебя зовут?
— Федя.
— Съел медведя, — сказал Алеша.
— Что-что? — не понял Федя.
— Федя съел медведя, — пояснил Алеша.
— Вот я сейчас как дам тебе в нос, будешь знать, кто кого съел! — обиделся Федя.
— Не дашь, — успокоил его Алеша.
— Это почему же?
— Потому что я маленький, а ты большой. Большим стыдно бить маленьких.
— Ну, ты и жук! — удивился Федя.
— Что ли, ты не знаешь, кто жук, а кто мальчик? — простодушно спросил Алеша.
— Знаю. Но с тобой, видать, не соскучишься! — усмехнулся Федя и помчался наверх.
Алеша и впрямь не любил скучать. Он пошел во двор. Двор вокруг "учительского" дома большой и интересный. В нем свободно гуляют ребятишки, собаки, кошки, куры, гуси, утки. И даже два чумазых поросенка носятся друг за другом, визжа и спотыкаясь о передние копытца.
Поближе к сараям деловито хлопочет несушка. Она пытается собрать в кучу своих неуемных детей. По всей видимости, эта несушка не может договориться со своим потомством о том, где следует прогуливаться. Она хочет, чтоб цыплята были возле сараев, у нее на виду. А цыплятам больше нравятся кустики и густая трава подле забора.
Алеша решил навести порядок, поскольку, по его разумению, курица никак не может лишать цыплят права наслаждаться жизнью. И он стал прогонять курицу подальше от цыплят. И пока Алеша гонялся вдоль забора и сараев за несчастной курицей, возмущенные хозяева живности пришли с жалобами к Алешиной маме:
— Уймите, пожалуйста, вашего ребенка! Он всю птицу нам поразгоняет.
Мама позвала Алешу домой. Потом пришлось извиняться перед соседями.
— Вы уж не беспокойтесь, пожалуйста! Завтра Алеша пойдет в садик, — уверяла она всех, с кем Алеша уже успел познакомиться.
Путешественники
В малышовой садиковской группе, куда утром привела Алешу мама, оказался мальчик Олежка. Он живет в Алешином "учительском" доме, только в соседнем подъезде.
Олежка подошел к Алеше.
— Ты насовсем? — спросил он, взяв Алешу за руку.
— Не знаю, — ответил Алеша.
— Давай пойдем домой! — предложил Олежка.
Алеша не собирался так сразу уходить домой, потому что хотел сперва пересмотреть все игрушки, приглянувшиеся ему при первом взгляде на группу. Да и дома-то никого нет. Мама на уроках.
— Не! — отказался Алеша. И добавил, — Я кушать хочу.
— Тетя Люмитна! — крикнул Олежка. — Алеша кушать хочет!
— Сейчас все будем кушать, — пообещала воспитательница Людмила Дмитриевна.
Игрушки в садике Алеше понравились. Особенно бегающий по рельсам паровозик. Но после обеда, когда всех деток повели умываться и спать, Олежка с Алешей все- таки улизнули за ворота.
Сначала они зашли в "порядочный" продуктовый магазин.
— Ты что же это, Олежка, опять блуждаешь? — спросила продавщица. — И приятеля с собой прихватил?
— Мы домой идем, — ответил Олежка.
— А дома-то есть кто? — опять спросила продавщица.
— Но мальчики уже не слышали вопроса. Они были на улице.
— Меня дяденька с усами звал в мастерские, — сказал Алеша Олежке.
— Не-е! — деловито изрек Олежка. — Мы в контору пойдем. Там работает моя мама.
— А у меня дома на круглых пластинках сказки, — похвастал Алеша и спросил. — А мастерские — это что?
— Мастерские — это вон там, — Олежка махнул в сторону Дома культуры.
Они перешли дорогу и оказались прямо перед фасадом правления колхоза
— Идите! Идите! — прогнала их уборщица тетя Варя. — Тут нет никого. Обеденный перерыв. А маманька твоя в поле уехала, — сказала Олежке вдогонку.
— Пошли на пруд! — тут же предложил Олежка. По всему было видать, что он не огорчился оттого, что мама в поле уехала.
Пруд располагается рядом, сразу за сквериком, который раскинулся за спиной правления колхоза. На берегу пруда сидит дед Василько и удит рыбу. Рыба клюет плохо, зато хорошо клюет носом сам дед Василько.
Алеша громко орет песню: " В Вологде — где-где-где, в доме, где живет палисан!.." Когда Алеше бывает скучно или грустно, он поет. Это успокаивает нервы.
Мальчики вплотную подошли к рыбаку. Дед проснулся и проворчал сердито:
— Явились, граммофоны! Шли бы дальше! Всю рыбу мне распужали!
— Я тоже хочу рыбку ловить! — заявил Олежка.
— "Сам я за тобою приду!" — допел Алеша и сказал, — Я домой хочу.
— Ну, иди! — разрешил Олежка.
Но Алеша не знает дороги назад. Потому пускается в рев.
— А ты чей такой голосистый? — обратился к нему дед Василько, — Где живешь — то?
— Не знаю-у-у! — орет Алеша.
— Он здесь недавно, — поясняет Олежка. — В нашем доме живет.
— Ну, так веди его домой! — говорит дед.
Но Олежка, глядя на Алешу, тоже принимается реветь. Этот душераздирающий дуэт явно не по душе деду.
— От, причина какая, — ворчит он, поднимаясь с пня. — Надо хлопцев доставлять до дому. Все одно всю рыбу распужали.
В это время в садике происходит переполох. Заведующая позвонила Алешиной маме и сообщила, что Алеша вкупе с Олегом Огневым умыкнул из садика и теперь обретается в неизвестном направлении. Мама прибежала в садик и удостоверилась, что это действительно так. После этого она впала в панику: раньше Алеша нигде и никуда не исчезал. Она выбежала на улицу и стала спрашивать всех подряд, видел ли кто в ближайшее время двух маленьких мальчиков. И пришла в продуктовый магазин, продавщица в котором пояснила, что заходили двое: "Огневский малыш и еще с ним такой же карапуз. А ушли туда", — махнула в сторону конторы. В конторе ворчливая уборщица тоже заявила, что "подходили, я их домой прогнала".
К зданию правления трусцой торопилась Олежкина бабушка. Ей тоже из садика позвонили.
— Вот басурманы! — крикнула она на бегу. — Прямо беженцы какие, а не дети! И чего им в садике-то не сидится?
И тут женщины услышали родные голоса, сотрясающие всю округу. Повернули головы в сторону сквера и увидели древнего старца, тянувшего обеими руками двух орущих карапузов. Вот счастье-то было от встречи!
Всю дорогу до дома несла мама Алешу на руках, крепко прижимая к груди. Впрочем, дома первая эмоциональная волна схлынула. Маме пришла в голову мысль, что Алеша виноват, и его следовало бы как-нибудь наказать.
— Ты хоть понимаешь, что поступил безобразно? — строго принялась она отчитывать сына. — Кто тебе разрешал самовольно уходить из садика? Тебя за это наказать нужно!
— Я кушать хочу, — заявил блудный сын.
— Ага! Он еще и кушать хочет! — возмутилась мама, вытирая полотенцем руки.
— Кушать хочу-у! — хнычет Алеша. — Кушать! — и стонет все время, пока мама накрывает на стол.
Наконец путешественник наелся, напился, повеселел, и на него напала охота болтать.
— Мам, а мастерские — это что? — спросил он.
— Это как понимать, родной? — озадачилась мама. — Теперь тебя уже в мастерские потянуло? Немедленно скажи мне, откуда ты про мастерские узнал?
— Дядя в магазине сказал.
— Когда сказал?
— Недавно.
— И что он тебе еще сказал?
— Ничего, — честно ответил Алеша. Он выжидающе воззрился на мать. — Мастерские — это что?
— Вот что, Алексей, тобой надо серьезно заняться! — заявила мама. — Ты совсем отбился от рук. Я думаю, что тебя следует хорошенько отпороть.
Алеша тут же представил себе, как мама берет в руки большие швейные ножницы и принимается пороть его на две половины. А он еще не выяснил, что же это за штука такая — мастерские? И он обиделся. И захныкал, усиленно растирая кулачками сухие глаза:
— Я к папе хочу-у-у! Я ему все расскажу-у-у!
— А-а! Так ты еще и ябедничать собираешься! Вот я сейчас тебя и побью! — рассердилась мама. — Ты у меня все узнаешь: и про мастерские, и про все остальное. — Она решительно двинулась в прихожую за ремнем, который использовался не по назначению, а в примитивных воспитательских целях.
— Ага! Чтоб такая большая и такого маленького! — обиженно всхлипнул Алеша и завыл по-настоящему.
— Ну, что ты, малыш! — бросила мама ремень. — Не плачь, мой маленький! Да я тебя и не собиралась обижать, сынок! — Она подняла сына на руки и крепко прижала к себе. А потом заплакала:
— И что мне с тобой делать, если ты такой озорник? А я и наказать-то тебя не могу, как следует.
— Да ты не расстраивайся, — утешил ее Алеша и погладил по голове. — Ну, хочешь, я вовсе не буду из садика убегать?
Прививка
— Вашему ребенку необходимо сделать прививку! — позвонили Алешиной маме из амбулатории. — Доставьте его, пожалуйста, до 12 часов.
— Хорошо, — сказала мама. Она положила трубку, потом опять подняла и набрала номер: