– Что у вас, молодые люди? – спросил ювелир, сел за стол и потирает руки.

– Сережка. Жена нашла. Одну штуку. По-моему мнению, она старинная и очень дорогая. Посмотрите, Натан Львович?

– Отчего же не посмотреть? Показывайте…

Я вытащила сережку. И прям как была в пакете, так и выложила на стол. Натан Львович разинул рот до неприличия и выпучил глаза. Мне вообще показалось, что волосы у него на голове зашевелились и встали дыбом. Руки затряслись. Знакомая ему вещица. Интересная реакция у старого еврея…

– Вы эту вещь знаете?

– Еще бы. Мне надо срочно позвонить. Минуточку.

– Звоните. Только я должна вас предупредить, что про эту находку мы уже сообщили в полицию. И фотки им уже отослали. Так что, сами понимаете, нам ее завтра отдать следователю надо…

– Понимаю, понимаю… Подождите меня здесь.

Он быстро выскочил из кабинета. Куда только все делось: исчезла сгорбленная спина и шаркающая походка… Или он просто не хотел при нас вести разговор?

– Никита, тебе не кажется, что зря мы к этому ювелиру пришли? По-моему, нас тут сейчас кокнут по-тихому и все.

– Нет. Мне кажется, его с этими сережками что-то связывает.

– Конечно, связывает. Как бы нас здесь не связали. Не нравится мне все это. Я думала, мы придем. Он нам все про вещь растолкует. А тут смотри, какая беготня началась. По-моему, он даже про свою старость забыл. Как молодой сайгак умчался. Зря я ее подняла. Надо было наоборот, зарыть ее поглубже.

– Тогда мы не узнали бы того, что сейчас узнаем. Я думаю, что правильно ты все сделала. И сюда мы не сами пришли. Судьба привела.

– Судьба? Ты веришь в судьбу? Еще скажи, карма…

– Да, судьба. Другие ювелиры были в отъезде или заняты, а этот рядом и свободен. Все сложилось так, как и должно было. Кисмет. Судьба. Если хочешь, пусть будет карма.

– Ну-ну. Посмотрим, чем это для нас обернется… В следующий раз не давай мне с земли что попало поднимать.

– Ладно, Иришка. Не паникуй. Ничего еще не ясно.

Мы сидели на диване, разговаривали. Даже не заметили, сколько времени прошло. В кабинет стали заходить какие-то люди спортивного телосложения. Охрана, что ли? Так мы не бушуем и не сопротивляемся даже. И бежать не собирались. С чего столько народу нагнали?

Спустя минуту я поняла, почему столько охраны набилось в кабинет. Зашел тот, из-за кого весь сыр-бор поднялся. Главное действующее лицо – известный политик. Он же бизнесмен, он же меценат, он же чиновник федерального значения. Его лицо мелькает на экране довольно часто. Этому-то здесь что надо?

– Итак, рассказывайте.

– Может, сначала вы нам расскажете? Чья это сережка? И почему вас она так интересует?

– Ладно. Слушайте.

Он прошел, сел в кресло. Охрана вышла из кабинета. Забрали с собой Никиту. Я ему кивнула, чтобы шел с ними. Мы с политиком остались одни.

– У меня пропала дочь. Уже больше года прошло. Я уж и не надеялся хоть что-то выяснить. И о вознаграждение за информацию сразу объявили, и сыщиков нанимали, и ментам платили. Никаких следов дочки. И тут сережка нашлась. Я ей их на день рождения подарил. Такие ни с чем не спутаешь. Эксклюзив. Старина. Дочь их любила носить. Вот и в то вечер она их надела. На свидание шла. Я думал, что ее ограбили и убили из-за них. А значит, нет…

– Логично. Если бы из-за сережек убили, то не потеряли бы вторую. Искали бы вторую серьгу до потери пульса. Цена одной станет копеечная. Может, ваша дочь вообще жива?

– Да? Думаете? На это чудо я уже перестал надеяться.

– Пока вы труп своими глазами не увидели, все возможно. Может быть, она в рабстве или память потеряла. Вопреки людскому мнению, такие случаи не так уж редки. Мало ли. Напоили алкоголем с антидепрессантом сильным, к примеру, и память надолго отключилась. Вы с ней накануне не ссорились?

– У нас с дочкой было редкое взаимопонимание. Не было ссор никогда. В том-то и дело. Она давно бы позвонила.

– Извините за вопросы бестактные. А жена ваша с ней не ссорилась? Она ей родная? Или мачеха?

– Понимаю, куда клоните. Не ссорилась. Она ее обожала. Родная кровиночка. Своя, вымученная, единственная.

– Имела бы возможность, то позвонила. Значит, не ссора и не обида… Сережку я нашла возле нашего озера. Между берегом и камнями. Сегодня утром. Место могу показать. А дело о розыске пропавшей открыто?

– Заявление мы подали сразу же. На следующий день, как она не пришла домой ночевать. Телефон ее не отвечал. Жена в полицию побежала.

– А искать сразу начали? Или три дня менты выжидали?

– Сразу. Какие там три дня? И сыщиков мы сразу подрядили. И в полицию денег носил. Все без толку. Деньги брали, а дочь не нашли. Ни живую, ни мертвую.

– Вы говорили про вознаграждение. Звонки были?

– Еще как были. И днем, и ночью. Но все больше истерички какие-то и аферисты. Денег хотели получить. А сами ничего не знали. В общем, все звонки отрабатывались, но все было мимо.

– Понятно. А она у вас любила погулять или домашняя была?

– Домашняя. Она ходила погулять с подругами. Но редко. И алкоголь она редко пила. Не любила. Так, разве что по великому празднику и за компанию могла выпить бокальчик шампанского или вина. И все.

– Не напивалась? А наркотики? Только честно…

– Никогда. Ни разу не видел. Да и подружки ее в шутку нам жаловались на то, что она почти не пьет. Про наркоту вообще фантастика. Она же донором была. Какие наркотики?

– Да. Не типичная она у вас. Не современная…

– Зачем я все тебе рассказываю? Место покажешь? – перешел он на ты.

– Обязательно. Только там аккуратней надо, вдруг какие следы еще есть, чтобы их не затоптать… Лучше полиция сначала осмотрела бы.

– Значит, так поступим. Я генералу сейчас позвоню. Сегодня же менты сюда приедут. Ты им место покажешь и расскажешь, что там да как.

– Хорошо. Договорились. Сережку я заберу. Мы уже в полицию по ее поводу звонили. С меня ее потребуют.

– Забирай. Ты нашла. У тебя пусть пока и будет.

– Я тогда домой поеду. Буду ждать полицию у себя. Надеюсь, что вы найдете дочь живой, – сказала я, написала ему адрес и вышла из кабинета.

Мы с Никитой приехали домой голодные, как сто китайцев. Мама стала нас кормить. Пока ели, я все рассказала маме с Петькой.

– Теть Ира, ты опять приключения себе нашла. Вот здорово!

– Ага. Ты забыл добавить на свою голову. Сложится, что не так, и нас раздавят, как козявок. И имени не спросят, – мама стала пессимисткой.

– А здесь-то нас за что давить? Мы всего лишь нашли сережку. Так что не за что нас гробить, – оправдываюсь я.

– А то я тебя не знаю. Ты же полезешь со своими жизненными принципами искать эту девицу.

– Нет, не полезу. Этот чинуша им так сейчас хвоста накрутит, что они землю рыть будут. Еще такое усердие покажут, что только держись.

– Вот именно, покажут. Показуху устроят за его деньги. А искать на самом деле никто беднягу не будет. А то ты их не знаешь, – это уже Никита вставил свои три копейки.

По сути, муж и мама правы, как ни крути. Почему менты и сыщики год назад ничего не нашли? С такими силами и денежной подпиткой? Да потому, что чем дольше они искали, тем больше доили несчастного отца. Он был в отчаянии и готов был отдать все. Или многое. Я так подозреваю. А богатых обычным людям не жалко. Это не только в нашей стране. Это везде так. Богат – значит, тебе не больно. Стереотипы у нас про них еще те. Если родители богаты, значит, дочка наверняка тупая гулена, которая пьет, как лошадь, наркоманка и потаскушка. Вот такой набор перечисляет обыватель.

И никто не будет разбираться, что девушка в престижный институт поступила сама. Училась сама. Работала, а не на шее родителей сидела. И донором была. Не пьет, не нюхает, не колется и по чужим кроватям в поисках острых ощущений не скачет. В общем, со всех сторон положительная особа. А ее все равно дегтем измажут. Только потому, что богатые они. А значит, другие. И человеческого отношения к себе они не заслуживают.

После обеда стали прибывать различные полицейские чины. Сначала группа из семи человек во главе со следователем в звании майора. Потом приезжали полковники, подполковники, люди в штатском. Постояли, посовещались. Потом высшие чины уехали. А группа из семи человек осталась работать. Они показали документы, оформили протокол изъятия вещественного доказательства, то бишь сережки. Расспрашивали, где, когда, как нашла сережку.

– Не было там второй серьги?

– Конечно же, была. Только вторую боялась, что не унесу. Тяжело. Идиот! – так я думала про этого полицая.

Другого слова, чтобы охарактеризовать его, у меня не нашлось. Наберут кретинов в полицию. А потом удивляемся, что они дела раскрыть не могут. Но вслух свое мнение я высказывать не стала. Сдержалась.

– Включите логику. Если бы была вторая, наверное, я обе бы подняла. И про обе бы сообщила в полицию. Или вы думаете, что про одну я сообщила в полицию, а вторую закрысила, присвоила? Так одна-то она на кой черт мне сдалась? У меня два уха. Я тогда обе присвоила бы. И взятки гладки. Вы бы и не узнали, что они найдены.

– Вы не находили еще какие-нибудь вещи?

– Когда и где? Назовите время и место. А то я по жизни много чего находила. Вот, к примеру, в детстве нашла рубль советский. А почти год назад, под Рождество, пса породистого нашли, привязанного на помойке. Вон он бегает. Про это тоже рассказывать? Вопрос сформулируйте правильно. Что конкретно вас интересует?

– Что-либо еще возле озера, в его окрестностях вы находили?

– Мяч теннисный. Наш пес его потерял. Думали, новый придется покупать. Это его любимая игрушка была. Теперь мяч нашелся. Вон Грейс с ним в пасти носится. Еще у нас недавно на каменном троне у озера труп обнаружили. Тоже своего рода находка. Девушка молодая. Дело ведет следователь Берест Александр. Вот его телефон. Я нашла, предположительно, вещи этой девушки. Следователь сказал ему завтра их привезти.

– Где эти вещи?

– У меня.

– Предъявите.

– Зачем? Они относятся к другому трупу. Я должна позвонить этому Бересту.

– Звоните.

Я позвонила следователю. Он сказал отдать вещи, что были найдены, этому менту. Уведомил, что дело у него заберут и объединят. И отдадут этому придурку. Значит, ничего и никого они не найдут. Тупик. Надо бы этому политику рассказать, какого дубинушку сватают вести дело по пропаже его дочки. Все вещи, найденные у озера, я отдала следователю. Протоколы с грехом пополам они написали, и мы пошли к озеру. Шли пешком. По дороге он меня пытал.

– Зачем вы пошли к этому озеру?

– Гулять.

– Почему в такую даль? Рядом же можно выгулять собаку.

– Можно. Но Грейс всю неделю ждал, когда в лес гулять пойдет. Он здесь от души выбегивается. Реализует свои охотничьи инстинкты. Иногда, если жарко, в озере плавает. Да и привыкли мы сюда ходить.

– Часто сюда ходите?

– Когда пса привозят. Как в лес идем, так пса берем. Да и сами часто без собаки гулять в лес ходим.

– Зачем?

– Променад. На природу полюбоваться.

– Не боитесь? Все-таки труп нашли.

– Нет, не боюсь. Вы же найдете убийцу. Вон вы какой умный.

Этот чудак даже не понял моего сарказма. Оно и к лучшему. Главное, что все обнаруженное я ментам отдала. Протоколы оформили. Хватит им помогать. Я Никите обещала не совать свой нос в это дело. Вот и не буду.

На место привела. Где точно нашла сережку им показала. Пригласила всех на чай, когда устанут, чтобы приходили. Я бы не звала, но мама велела пригласить. Честно говоря, саму любопытство мучает: найдут они что-нибудь или пустыми придут? Поэтому позвала в гости и накормить пообещала. Права моя мама: доведет меня неуемное любопытство и жажда приключений до цугундера…

Уже поздно вечером звонок зазвенел от задней калитки. Там у нас выход в лес. Значит, полицейские пришли. Открыла им калитку. Они перемазались. В озеро, что ли, лазили? Где они там вообще столько грязи нашли? Провела их в ванную. Пока они пытались почиститься, мы с мамой им стол накрыли. Проголодались, наверное, как суслики в неурожайный год. Пусть немного подкрепятся, тогда станут добрее. А мама, как опытный разведчик, у них все и выпытает. Я давно замечаю, что маме все рассказывают, в том числе и менты. Даже служебные сведенья. Только мне надо отсюда испариться под благовидным предлогом.

– Если есть у кого-то из вас что постирать, то давайте. Не поедете же вы в город грязными. Только карманы проверьте, чтобы ничего в них не было.

– Мокрыми тоже ехать не очень приятно.

– Зачем мокрыми? Вы пока едите, я закину ваши вещи в машинку. И режим с сушкой включу. Всего минут сорок от силы. Да и женам вашим не стирать. А то наслушаетесь дома «комплиментов» …

Смотрю, они обрадовались. Только вот не знают, во что переодеться. Принесла пятерым одежду. Такой размер у нас есть. А остальным толстякам большие халаты. Полотенца всем дала и сказала, что могут в гостевой ванной на первом этаже принять душ. Кто не стесняется, те могут по двое идти. Там один может душ принять, а второй в ванной поваляться. Они быстро решили, кто за кем мыться пойдет.

– Мы с мужем в город поедем и вас можем отвезти до вашей работы или до метро. Кому куда надо. А то ваша машина уже уехала. Как добираться будете? А мы довезем вас, куда скажете.

Смотрю, у них вообще рот до ушей. Оно и понятно. Ведомственная машина их привезла и уехала. Добирайтесь, типа, как хотите. Доброе слово и кошке приятно. А тут и шерстку погладили, и вкусно покормили, и за ушком почесали. Неужели и после этого не проболтаются? Сама быстро пошла вещи в машинку закидывать. Спустя десять минут решила войти в кухню. Они уже сытые, бдительность потеряли. Наверняка уже маме все рассказывают.

В общих чертах выяснилось следующее. Они ничего не нашли. Обыскали все. Удивлялись, как я нашла сережку и пакет с телефоном. Там же практически все заросло. Отчитаются начальству. А там уже будут решать, перекапывать здесь все и стоит ли осматривать с водолазами озеро.