– И куда в тебя лезет столько?

– Тетя Ира, ты ничего не понимаешь. Я молодой и растущий организм. Мне строительный материал нужен для роста.

– Куда ты растешь, великан Петя? Ты и так уже почти Никиту догнал.

– Может, я хочу Гену догнать?

За столом наступила неестественная тишина. Не к месту помянул Петруха моего бывшего жениха.

– Тогда до завтра, – мама пытается сгладить неловкость.

– Пока, мама. Спокойной ночи! – ответили мы с Никитой хором.

Первым прыснул Петька, потом засмеялась мама. Затем захохотали и мы с Никитой.

– Тетя Лена, они хором говорят. Ха–ха–ха! – засмеялся Петька.

– Пошли, милый, репетировать… – сказала я мужу.

Обнявшись, мы вышли из дома и пошли гулять по поселку. Обнимались и целовались. Потом встретили неугомонного Петьку и стали уже вчетвером гулять. Четвертым был пес. Домой пришли только к двенадцати. Заснули вообще только под утро.

Поспать нам не дали. Петька, зараза, не дал. Не тот, который петух с крыльями. В этот раз мы на него даже внимание не обратили, хотя окна и были открыты: привыкли уже к его кукареканью. А тот, который человек неугомонный. Он к нам в семь примчался, чтобы спросить, в чем на гулянку идти.

– Петька, а ты чего стал так заморачиваться насчет одежды?

– Ничего я не заморачиваюсь. Но у нас же праздник будет.

– Не совсем. Просто мы будем тестировать оборудование.

– Зачем?

– Вдруг что-то пойдет не так. Любое оборудование нужно обкатать и к нему привыкнуть.

– Даже к кастрюлям и сковородкам?

– Даже к ним. Чего тебе не спится? Мы к восьми собирались вставать. Зачем нас рано разбудил? Мы час могли спать. Иди домой. Мы скоро придем.

Еле выпроводили нахального подростка домой. Я думаю, что у Петьки любимая девушка появилась, поэтому он перья свои распустил. Пришлось вставать. Я спала на ходу. Никита тоже. Напились кофе, чтоб проснуться. Один Петруха бодр и свеж. Когда приехали раньше оговоренного времени в кафе, там вовсю кипела работа. Поварята сдавали экзамен. Старались. Всем хотелось остаться в этом кафе работать.

– Как стараются. Как ты их отбирать будешь? На мой взгляд, они все хороши, – спросила мама тетю Алю.

– Ох, Лена, не знаю. Они в это кафе уже влюбились и живут они все рядом. То им мотаться на работу, а тут рядом с домом. Дураков нет в обычное кафе возвращаться. Вот и стараются, пуп себе рвут.

– Кто пробовать будет?

– Все попробуем. Стол накроем и попробуем.

– Аля, ты за окном видела, что творится?

– Ты про людей?

– Про них. Толпа.

– Права была Иришка. Спрос будет, успевай поворачиваться. Хорошо, что два зала взяли. И про вытяжку схитрила. На запахи люди сбежались.

– Того и гляди стекло выдавят. Мыть придется окна…

– Вчера же мыли.

– Посмотри, как люди лицом в них уткнулись. Мыть придется…

– Альбина Владимировна. Я вот тут придумала еще один зал прибрать к рукам. Детское кафе там открыть для школьников.

– Ириша, давай сначала посмотрим, как здесь дела идти будут, а потом поговорим.

– Давайте, боюсь, что у нас будет проблема рассадить всех желающих. На такой ажиотаж даже я не рассчитывала. Завтра вы все в пене будете.

– Это хорошо, что спрос будет.

– Ваше старое кафе вам покажется самым спокойным местом на земле. Я к тому, что всех лишних поварят не убирайте. Оставьте троих про запас. Завтра запарка будет. Иначе не справятся ваши поварята.

– Пожалуй, так и сделаю.

– А остальным кого назад отошлете, скажите, что не все потеряно. Пусть поднаберутся опыта, и у них будет шанс сюда вернуться.

– А ты психолог…

– Мы с Никитой закажем еще столы и стулья. Этих будет мало. Пошла я работать.

Когда мы решили все организационные вопросы, все приготовили, накрыли столы и собирались сесть гулять, появился главный инженер. Мы пригласили его к столу, но он отказался. Спросил, когда кафе начнет работу.

– Завтра с девяти часов начнем.

– Значит, на ланч и обед мы можем рассчитывать?

– Вполне.

Только он вышел из кафе, к нему метнулась вся толпа с вопросами. Как бедолагу не затоптали? Он натиск голодных и любопытных с достоинством выдержал. Ответил. И толпа тут же умчалась работать.

Блюда были вкусные, мы съели все подчистую. Повара, кого оставили в кафе, были счастливы. Кого вернули на старое место работы, расстроились. Но поняли, что можно еще вернуться, засияли. Значит, у них есть шанс на поварское счастье. Работники стали все натирать и готовить к открытию. Здесь мы были не нужны, поэтому завезли своих домой. А сами с Никитой засобирались по моим делам. Первым делом поехали к семье Гвоздевых. Нас встретили радушно и пригласили пить чай. За чаем я стала задавать вопросы.

– Александр после того происшествия общался с Костиной?

– Нет. Она от него бегала.

– А год назад?

– Нет.

– Чем он снимал боль?

– Таблетки не помогали. Ставили уколы, но и они в последнее время перестали помогать, – сказала его мать и принесла рецепты на лекарства.

– Александр разговаривал с Королевой?

– Нет.

– Он пытался выяснить, кто подмешал Роману таблетки?

– Он сам лечился, и ему не до этого было.

– Может, год назад что-то произошло? Хоть что-нибудь?

– Он просто заговорил о смерти: боль терпеть уже не мог.

– Можно узнать адрес его электронной почты? С какими сообществами он общался в интернете?

– У нас полиция уже брала его ноутбук. Они ничего не нашли.

– Вы не могли бы мне дать его ноутбук? Может, я что найду…

– Нет! – вскрикнула его мать.

– Да! – ответила его бабка.

– Так да или нет?

– Дадим. Полиция ничего не нашла. Пусть любитель покажет класс, –высказался его дед.

Я задала несколько вопросов. Родня Александра отвечала односложно. Настала пора прощаться: больше мне здесь ничего не скажут. Я напомнила про ноутбук. Полиции он уже не нужен: все, что могли, они уже оттуда почерпнули. Дед торжественно протянул его мне. Я кивнула, поблагодарив за помощь.

Затем мы рванули к Королевым. Там повторилась та же песня. Отец был в больнице, а мать готова была отдать ноутбук и свою душу в придачу. Полиция также ничего в компьютере Натальи не нашла, поэтому ноутбук вещдоком не являлся, и его вернули матери. Она отдала его мне, лишь бы я нашла убийцу ее кровиночки. С двумя ноутбуками мы приехали к Максу. Он сказал, что скинул мне на почту часть работы. Я попросила поработать с ноутбуками жертв. И ничего не удалять из них. А если есть возможность, то и восстановить удаленные записи.

После этого мы поехали домой. Навестили маму, забрали Грейса и пошли с Никитой гулять в лес. Нам надо было отдохнуть. Мы просто ходили по лесу, гуляли и говорили про что угодно, только не про дела. И решили до завтра ничего в почте не трогать и не говорить ни про какие убийства. Хотелось просто отдохнуть. Погуляли, пса привели к маме домой. Сами пошли к себе. Там лежали в постели и просто молча обнимались. И не только обнимались…

На следующий день была не запарка. На следующий день в нашем кафе было светопреставление: народ шел непрерывным потоком, и все места были заняты. Многие стояли и ждали своей очереди. Когда Никита с Петькой стали расставлять дополнительные столы и стулья, толпа одобрительно загудела. Официанты у нас не были предусмотрены: мы сделали самообслуживание в кафе. Очередь двигалась с крейсерской скоростью. Решили, что не станем держать официантов вообще: они бы только мешались под ногами клиентов и тормозили весь процесс. Правда, пришлось открыть третью кассу. Хорошо, что я настояла ее установить. Пригодилась…

К концу рабочего дня все были в мыле. Поздно вечером подсчитали выручку. Она в четыре раза превышала выручку кафе, которое уже было у Востриковых. Значит, все правильно я просчитала с кафе. Зашли в гости к маме и ей рассказали про первый рабочий день. Попили кофе и пошли домой. Мы еле доползли до кровати, рухнули на нее и провалились в сон…

На следующий день было еще хуже. Голодная толпа клерков напирала. Молва о вкусной и здоровой пище в кафе еще вчера разнеслась по офисам со скоростью урагана. История была похожа на сказку: не бывает такого счастья, чтобы и кафе под боком, и пища вкусная и недорого. Офисные клерки решили перепроверить добытую информацию. Люди толпились: мест хватало не всем. В конце рабочего дня ко мне подошли Востриковы.

– Что ты говорила про еще один зал?

– Говорила, что можно сделать три зала. Я с главным инженером уже эту тему на всякий случай муссировала. Закинуть Михаила туда с ремонтом дня на четыре – и вот вам еще один зал готов к приему посетителей.

– Как ты это просчитываешь?

– Погодите. С сентября здесь вообще кошмар начнется.

– Дети начнут приходить?

– Вот именно. Надо бы им отдельный зал. Иначе здесь такое начнется…

– Мы согласны. Запускаем проект с завтрашнего дня?

– Начнем ремонт с выходных.

На том и порешили. Никита опять взял все на себя. Михаил ночью сварганил новый проект. Нам понравился. На следующий день мы договора подписали по аренде и начали работать. В самом кафе работали Востриковы. В новом помещении строители. В обеденный перерыв их кормили, чтобы не было шума. Посетители узнали, что рядом делали ремонт только тогда, когда он закончился.

Новое помещение было сделано в детском стиле. Но, честно говоря, мне там приятно было находиться. Этот зал с другими никак не объединялся. Общей у них была только кухня и подсобные помещения. Добавился еще один выход. В общем, дела шли успешно. Работа кипела.

Наступили выходные. Вот в выходные я и решила добить дела по убийствам. Макс восстановил все записи Королевой. Девочку кто-то целенаправленно сводил с ума. Макс установил адрес, откуда ей слали письма и сообщения. Это был дом Николая. С Гвоздевым была та же картина. Ему сообщили, что знают, кто его подставил, и предложили с мерзавками посчитаться. Он согласился. Так родился союз мстителей. Оставалось только все структурировать за выходные, чтобы преподнести на блюдечке полиции, а то они всю мою работу могли угробить. А так они три дела по трем трупам закроют. Лепота…

В воскресенье забрала компьютеры у Макса. Забрала также распечатки переписки с компов жертв.

Утром в понедельник созвонилась с полковником и объяснила, зачем звоню. Он приехал через час. Вместе с тем же глупым майором. Мама, Петька и Никита сидели и ждали, когда я начну рассказ, как было дело. Полковник с майором ерзали на диване от нетерпения…

– Итак, вы поняли, кто преступник?

– Да. Вычислила. Все это затеял и срежиссировал Николай Мельников.

– А где доказательства? У Николая Мельникова есть алиби. Его видело много народа.

– Но он был на месте преступления и контролировал процесс. Алиби? У Николая Мельникова есть родной брат близнец, которого Николай просил засветиться в нужное ему время в общественном месте. Так он создавал себе свое алиби.

– Какой близнец? – закричал майор.

– Похожий на него. Близнец. Полная его копия. Давайте, я вам лучше покажу и расскажу.

Я включила видео с соревнований по танцам. Там показала на обоих братьев, показала на Софью и на Костину, на Марка и начала рассказ.

– Была девочка Лена Костина. Она была хорошей девочкой, но однажды ее изнасиловал любовник матери, и она стала злой и развратной девочкой. Себе на уме девица. Занималась бальными танцами. Ее наняли неудачливые конкуренты, чтобы убрать предполагаемого победителя: уж очень хотелось им победить или занять хоть какое-то призовое место. Конкурс престижный. Спонсор богатый. Для этого Костина, ссылаясь на Гвоздева Александра, что это его идея, просит Королеву Наталью подсыпать в воду Роману порошок слабительный. Лене заплатили и так сказали сделать. Она дает этот порошок Наталье. Та обещает сделать грязную работу. Наташа давно и безответно любит Гвоздева. Для него готова на все, но в последний момент не делает того, о чем ее просили. Разговор Костиной и Королевой слышит Софья. Она давно любит любовника Костиной – Марка, поэтому решается Костину подставить и подсыпает порошок. Спросите, как она это провернула? Все оказалось просто. Глупая Королева не закрыла шкафчик: и порошок, и вода были доступны и на виду. Софья берет бутылку воды, отходит и сыпет порошок. Закрывает очень сильно бутылку и ставит на место. Глупая Наталья даже не заметила, что бутылка вскрыта.

Роман спросил воду. Она ему ее дала. Так она невольно поучаствовала в отравлении Романа Мельникова. Роман выпивает воду, и ему становится плохо: он аллергик, а в порошке аллерген. Приехавшая врач скорой помощи неправильно ставит диагноз и упускает драгоценное время. Роман впадает в кому. После комы он становится по разуму, как пятилетний ребенок. И какие могут теперь быть танцы, если он почти дурачок…

Это то, что было на соревнованиях. Потом Софья, узнав, что Марк спит с малолеткой Костиной, начинает его шантажировать. Марк пугается и бежит к Елене. Все подтверждается. Он в ужасе и бросает Костину. Но она и сама рада такому повороту. У нее есть новый любимый мужчина – Иван. Она его полюбила с первого взгляда там, на соревнованиях, и на Марка ей плевать.

Но Софья – умелая шантажистка. Она начала шантажировать Костину и стращать тюрьмой. Угрожает, если та не напугает Марка, что подаст на него в полицию заявление о совращении, то Софья посадит ее. Софья говорит бедолаге, что может доказать, что Романа отравили и отравительница именно Костина. Если новая любовь об этом узнает, то всему конец. Костина бежит шантажировать Марка. Тот в ужасе: он слишком труслив и понимает, что сядет, а в тюрьму не хочется. Тут появляется Софья и предлагает ему свою помощь. Условие одно: он на ней женится, а она заставит Костину замолчать.

– Допустим. Пока у вас все складно, – перебил меня полковник.

– Дальше Николай узнает от Софы, что зачинщик отравления – Гвоздев. Мол, хотел просто снять конкурента с соревнований. Согласитесь, какой из дристуна танцор?

– Говнистый! – проорал майор. И что от такого следователя ждать?