А ему было дано задание. Натан не был глупым и доверчивым. Он тоже сначала пытался рассмотреть подвох в действиях этой малышки. Но потом понял, что судьба его свела с самым настоящим везунчиком. Бывают такие люди, которым всегда и всюду везет. Сам Натан таких не встречал. Но тут против фактов не попрешь…

Прав Анатолий, во всем прав. Не бывает таких совпадений в жизни. Но он забыл добавить, если только это не угодно Богу. Она спустя год находит след. Как ищейка какая-то унюхала и нашла серьгу. Там же общественное место. Кто угодно мог ее подобрать и присвоить. Серьга даже без пары бешеных денег стоит. Но нет. Эта малышка подобрала и честно показала. Натан понял. Бог для нее вещь сберег. А значит, она и распутает этот клубок загадок. Завтра он станет наводить про малышку справки. Даже если она окажется пустышкой, он эту девушку все равно наймет. Чует он, что не все в этом деле просто. А она ключ к разгадке. Интересно за ней будет со стороны понаблюдать. Наивная… Однако не дура. Хоть и пытается из себя дуру изображать, но у нее это плохо получилось. А шеф клюнул. На показуху купился глупец. Поживем – увидим, на что она способна. Чует мое сердце, что удивит она еще всех…

До позднего вечера сидел Натан Львович. Вспоминал, что случилось за неделю. Прокручивал в голове все, что увидел и услышал. Много чего он повидал в своей жизни. Видимо, напоследок Бог решил его удивить.

Ранним утром Петька оповестил всех своим воплем, что выздоровел. Опять поднял нас спозаранку. Но на прогулку его мама не пустила. Рано еще.

– По-моему, ему просто не хотелось к себе домой возвращаться.

– Думаешь, притворялся?

– Да нет, Никита, не притворялся. Просто он так сильно не хотел ехать домой, что организм ему помог и стал температурить. Психосоматика.

– Теперь его нет смысла домой отсылать. Скоро опять выходные настанут. Больного же не пошлешь.

– Пусть сегодня отдыхает. А завтра будем его эксплуатировать и в хвост и в гриву.

– Согласен. Чего добру пропадать. Он нам с поисками поможет.

– Знаешь, Никита, а ты прав. И нам тоже не фиг филонить. Нужно Грейса выгулять. Ты как? Пойдешь со мной?

– Собирайся. Прогуляемся и поищем твою улику.

В лес мы пошли на голодный желудок. Петька приучил пса гулять с утра пораньше. А мы, честно говоря, проспали. И пес еле вытерпел.

– Никита, я вообще не понимаю, почему он в доме ночует. Летом мог бы и на улице спать. Вон в беседке. И сам бы себя выгулял. Охранником бы поработал. Разбаловали мы его.

– Он нам так весь участок загадит.

– Не бойся. Он себе давно подкоп под забором сделал. Так что ему есть куда гадить. Для этих дел он в лес ходит. Пес чистюля и не гадит там, где живет. Грейс это в лесу делает. На природе, подальше от дома…

– Да? Не замечал. Большую дырку вырыл?

– Приличную. От души.

– Ладно. Итак, куда пойдем сначала.

– Давай рассуждать логически. Куда бы я пошла, чтобы и бутылку выкинуть, и до трассы дойти незамеченной и быстро. Тропинка не должна быть популярной для населения. Желательно, никого по пути не встретить…

Дошли до озера. Встали на распутье и думаем, куда идти.

– Первая тропинка популярна, поэтому ее оставим на потом. Там все время люди гуляют, а преступник только что убил. Ему надо уйти так, чтобы его никто не вспомнил.

– Он может по ней пойти. Бейсболку и очки нацепил, никто не узнает.

– Да. Но там не оставишь машину. Там же стоянка, людей много. И есть вероятность, что номера запомнят. Не пешком же он уехал и не на попутке. Мы такие версии потом перепроверим. Если по этим ничего не получится. Так что эта тропа на потом.

– Вторую и третью тропу?

– Их можно. Но я предлагаю сегодня наведаться на турбазу и попросить у них записи с камер.

– Зачем?

– Камеры турбазы просматривают дорогу в обоих направлениях.

– На хрена им это надо?

– Не знаю. Просто у них там выезд сложный: часто аварии случались. Наверное, из-за этого. Чтобы иметь видео спорных аварий. На самом деле я не знаю. Но факт остается фактом. Камеры у них там до сих пор стоят. Мы можем записи просмотреть и вычислить убийцу.

– А ты откуда знаешь, что камеры до сих пор стоят?

– Водители маршруток сказали. Там недавно авария была. Они видео с камер смотрели.

– Когда это ты с ними побеседовать успела?

– Когда в магазин ходила. Помнишь, еще с продавщицей скандал был?

– Так ты же сказала, что за солью пошла.

– И за солью, и попутно информацией разжилась.

– Понятно. Значит, вторую и третью на потом оставляем… Четвертая?

– Нет. Она практически заболочена. Он бы вымазался по самое не хочу. А значит, ехал бы грязный. Лишнее внимание ему ни к чему.

– Пятая?

– Сюда он мог сунуться. Здесь мало кто ходит. И машину там приткнуть можно, среди кустов ее никто не заметит. Там хорошее место.

– Давай пятую прочешем. Если не найдем ничего, то думать будем.

Пошли искать. Стали пошагово рассматривать тропинку в лесу и ее окрестности. Спустя полсотни метров раздалось громкое «ура!».

– Нашел! Иришка, ты гений! Как ты его вычислила? На раз!

– Мы вычислили. Только руками не трогай: вдруг этот олух царя небесного расслабился и отпечатки не уничтожил.

– Но как? Блин. Ну ты Холмс…

– Погоди радоваться. Если там нет отпечатков, то бутылка даст только то, что станет ясно, чем отравили девушку.

– Иришка, меня одно интересует. Чтобы ее отравить, надо иметь время яд подсыпать.

– Это, Никита, если она не пьяная или не обколотая. А пьяной и обколотой все по барабану. Тогда она ничего не заметила бы. Еще он мог у нее бутылку попросить, чтобы воды попить. Если она ему дала свою воду, он не брал с собой стакан, верно? Значит, он ей не только знаком. Она не брезгует пить после него из бутылки. Значит, у них были чувства или отношения.

– С чего ты взяла?

– С того, что женщины обычно брезгливы. И пить после кого-то с горла бутылки не приучены. А она вон какая чистенькая и ухоженная. У них отношения были или намечались. Может, она к нему неровно дышала. Или я ничего в этой жизни про женщин не понимаю.

– Как жаль, что мы не знаем, в каком она была состоянии.

– Как бы узнать? Майор нам не скажет.

– Он скорее удавится.

– Ладно. Бутылку упаковали. Остается до конца тропы дойти и там посмотреть.

– Зачем? Мы же бутылку нашли.

– А можем найти намного больше. Может, от машины след остался или от его обуви след. Может, еще что-то найдем. Может, он курит, и окурки обнаружим. Только там трогать ничего не будем. Сразу Натану Львовичу позвоним. Мне кажется, что так проще будет майора заставить поделиться информацией. Как думаешь, через чинушу прогнуть его получится?

– Не знаю. Деньги у политика есть. Это точно. Только вот связи в полиции какие-то несерьезные.

– Ну да. Они так нагло его динамят. Разводилово для лоха.

– Оказывается, богатые чинуши и политики могут быть такими лохами, что диву даешься.

– У него просто горе. Он ни о чем думать не может. Только о дочке. Он обут, одет, сытый и в тепле. А где она? Как она себя чувствует? Что с ней? Он об этом думает. На остальное у него элементарно сил не хватает. Они его подчистую так обобрать могут…

– У ментов совести совсем нет.

– Не надо всех одним миром мазать. Есть много честных и порядочных, которые службу несут. Просто у чинуши друзья такие гнилые. Увидели, что могут пощипать бывшего друга безнаказанно и стали себе кусочки рвать по-живому. Скажи мне, кто твой друг…

– И я скажу, кто ты? Думаешь, он сам по жизни много накосячил?

– Я не знаю, какой он человек. Может, он нормальный. Может и гнилой.

Так с разговорами и прошли до конца тропинки. Там она выходила к площадке, закрытой кустами. У последнего дерева привязали Грейса, чтобы и мы видели его, и он нас. Стали рассматривать землю. Хороший съезд, прямо к лесу. Шли аккуратно, тщательно рассматривая землю, чтобы ничего не затоптать и ничего не прозевать. Обнаружили, где недавно стояла машина.

– Иришка, смотри. Заднее колесо явно запаска. Все протекторы стерты, а заднее правое совсем новое.

– Эта машина здесь не один раз приезжала.

– Хорошо, что дождей нет давно.

– Окурков нет: он не курит или не дурак и не стал мусорить. Никакого мусора вообще нет. Чисто, как будто специально убрали.

– Так сама же говорила, что волонтеры лес очищали.

– Я не думала, что они сюда дошли. Но он сам ничего даже случайно не уронил. Обычно в таких местах, где машины ставят, полно мусора: и бумажки из машины выкидывают, и окурки вытряхивают. А тут чисто. Получается, у нас только бутылка и следы машины. Все. Приплыли.

– Разве этого мало? Она еще недовольна. Да ты одна нашла больше, чем все менты вместе взятые. Я ювелиру звоню? Поговоришь с ним?

– Звони. Поговорим.

– Здравствуйте, Натан Львович. Есть информация.

– Рассказывайте.

– Сейчас объясню. Мы нашли бутылку, которую предположительно купила девушка, убитая несколько дней назад на каменном троне. Вы про это убийство знаете?

– Слышал. И что? Какое отношение эта бутылка имеет к пропавшей дочке Анатолия Сергеевича?

– Прямое. Сережку я нашла возле озера. Дупло возле озера. Еще два трупа нашли в озере. Целая серия убийств. Это маньяк. И чем быстрее менты будут шевелиться, тем быстрее найдут пропавшую дочь. Может она еще жива. И счет идет на минуты.

– Что еще нашли?

– Место стоянки авто, на котором приезжал убийца.

– Уже интересно. Перезвоню, – сказал ювелир и отключился.

– Не поверишь, и этому ничего не надо.

– Давай подождем. Вдруг ты не так поняла.

– Может, и не так.

Через пять минут позвонил ювелир. Разговор у нас с ним был короткий.

– Идите ко мне домой. Сейчас сюда спецы приедут. Бутылку захватите.

– Пошли, Никита. Грейса только домой доведем и к ювелиру пойдем. Ты со мной?

– Даже не думай, что я тебя туда одну отпущу. Вместе пойдем.

– Только давай не на машине. Пешочком пройдемся. Прогуляемся.

– Не нагулялась? Пешком, так пешком. Мне без разницы.

Я переложила пакет в рюкзак. И пошли в гости. Решили дома не есть: потом придем и подкрепимся. Возле дома ювелира была куча машин. Здесь были и дорогие машины, и средний класс, и полицейский козлик. Надо же. Я думала, что в нашей полиции уже давно обновили автопарк. Это откуда же они такой раритет откопали? Не иначе, из музея сперли.

На улице ждал охранник. Он нас сразу проводил в гостиную. Там сидели все знакомые лица. И майор со своими козлятами. И какой-то полковник. Вот это меня по-настоящему удивило. Новое действующее лицо. Был также сам Анатолий Сергеевич, не будем всуе упоминать его фамилию. Отец пропавшей год назад девушки, чьи серьги я так опрометчиво нашла. И ювелир. Все сидели, смотрели на нас и молчали.

– Что несешь, Красная шапочка? – спросил меня ювелир. А сам сияет, как начищенный самовар.

– Для бабушки пирожки, – ответила, не растерявшись я.

– Показывайте! – это уже полковник стал командовать.

Я выложила на стол бутылочку.

– С чего решила, что это она?

– С того, что четыре недели назад в нашем лесу убирали волонтеры. С того, что эта вода дорогая и ее даже местные не покупают. Эту воду продают в округе только у нас. Другие продают в пластиковой бутылке. В стекле – наш товар. У нас эту воду после той девушки никто не покупал.

– Зачем подобрали?

– Чтобы алкоголики не унесли и не сдали, как стеклотару. Место мы пометили и можем показать.

– Что по поводу стоянки?

– Стоянка в конце пятой тропы, на которой нашли бутылку. Там стояла машина. Несколько раз. Дождей не было. Следы четкие. Правое заднее колесо – запаска. Практически новая. Остальные протекторы стерты почти в ноль. Резина лысая. Его можно вычислить. Он сюда часто ездил.

– Окурки, бумажки, пакеты, любой мусор там есть?

– Нет. Волонтеры все почистили. И он осторожен…

– Еще что?

– Желательно, если след протектора будете снимать, то работать так, чтобы не привлекать внимание с дороги.

– Почему?

– Думаю, что он местный: либо живет здесь где-то, либо работает. Но бывает он в лесу часто.

– Почему так думаешь?

– Он про все тропинки не хуже местных знает и прекрасно в нашем лесу ориентируется.

– Есть еще что сказать?

– Нет. Пока нет.

– Будет что, ты сразу же звони, – с этими словами полковник протянул визитку.

Майор скривился, как будто ему целый лимон пришлось съесть. Пусть кривится. Не умеет сам работать, так дал бы другим дорогу.

– Просьба есть. Можно узнать, чем отравлены были утопленники и девушка на троне? И если можно, вообще все, что вы узнали? Это не от наглости: просто недостаток информации тормозит сильно.

– Ты говорил, что она блондинка глупая, – проговорил полковник и посмотрел на майора, как расстрелял. Судя по тому, каким понурым выглядел майор, лучше бы он его действительно расстрелял.

Еще кое-какие дела с полковником обсудили, чисто технические вопросы порешали. Меня полицейские отпустили домой. А сами остались решать дела, в которые меня посвящать не хотели…

– Ну что? Теперь я точно сделала все, что могла, – сказала я.

– Ты думаешь, что они правильно все сделают? – спросил Никита.

– Нет, конечно. До этого все делали через жопу, а тут вдруг станут делать, как положено? Это из области фантастики. Люди редко меняются. А этот майор не изменится никогда.

– Значит, ты и дальше будешь им помогать?

– Нет. Хватит с меня. Метать бисер… Теперь-то ты понимаешь, что про майора я в точку попала.

– Понимаю. Он правда тупой… И ленивый.

– Пойдем прогуляемся?

– Мы и так гуляем.

– Я с завтрашнего дня еду на старую работу. Может, буду там рулить…

– Я тебя завтра отвезу.

– Вези. Буду рада. Еще не факт, что я там останусь работать. Может, Пал Палыч дурить начнет и свои требования выставлять.

– Тогда шли его куда подальше. Мы же можем и свое агентство открыть. Деньги есть. Ты рулить сама будешь. Я слышал, что твои клиенты спят и видят, чтобы ты их проекты вела. И работники бывшие к тебе придут с удовольствием. Вот уже практически готовый бизнес. Только помещение снять. Кстати, когда твой бывший шеф разорится, ты его офис сними. Старые клиенты любят ходить в привычные места.