Шахразада умолкла.

— Это всё? — спросил султан. — Твоя история понравилась мне, особенно из-за птиц. Досадно, что их не взяли в Индию, они весьма способствовали бы сохранению мира в семье Симустафы. Мне бы тоже хотелось иметь таких птичек! Ты как-то рассказывала — а я ничего не забываю, — что один рыбак хотел забросить в реку шелковую сеть. Что до меня, то я с удовольствием поохотился бы на райских птиц с силками из мелкого жемчуга.

— Опасная прихоть! — воскликнула Шахразада. — О великий султан, райские птицы не попадаются в такие ловушки, зато вы поймали бы птиц Джиннистана, которые с виду столь же красивы, но как снаружи, так и внутри состоят из одного коварства и лжи. И поскольку до рассвета еще далеко, я могла бы поведать моему господину и повелителю весьма трагическую, но очень короткую историю, которая отвратит его от охоты на волшебных птиц. Это рассказ об Алибенджаде, султане Герака.

— С удовольствием послушаю его, — согласился султан Шахрияр.

И Шахразада начала такими словами.