— Ма-ам! Купи… ну купи-и-и-и!

— Кого ты хочешь?

— Собаку! Или кошку! Кого-нибудь!

— Ну, если тебе и вправду хочется, мы возьмём тебе крысу. Надо начинать с того, что попроще…

Попроще… Как будто бы у того, кто «проще» нет души, и ему всё равно, через окна чьих глаз пытаться разглядеть чужую, с чьих щёк слизывать слёзы, в звуках чьего сердца отыскивать нежный перестук чечётки, твердящей о любви…

Птички, рыбки, хомячки, собаки, котики… Они, как дети, — беззащитны и мудры. И нужно дорожить каждым мгновением, когда они рядом.

— Некто, выходя из дому, не запирал дверь на ключ, чтобы котик не волновался, что остаётся надолго один. Я подкладывал руку ему под бочок так, чтобы его сердечко оказывалось прямо на ладони… И едва он засыпал, то делался невесомым. Из деликатности, либо, — чтобы перебраться потихоньку к любимому человеку. Я не был им, только мечтал…

— Ах! От них столько грязи! Шерсть, разбросанные вещи, ободранные диваны…

— После их ухода долго ещё не поднимается рука смыть следы на подоконнике и пыльной стене шкафа за дверью, на оконном стекле и сгибе локтя, где топтались мягкими, без острых коготков, лапками… И остаются навечно те, глубокие отметины на сердце, что сочатся кровью непрестанно, от боли…

— Отчего?!

— От того, что нет его больше рядом, от ужаса, что его рядом нет.

— Ма-ам! Купи… ну купи-и-и-и!

— Кого ты хочешь?

— Собаку! Или кошку! Кого-нибудь!