Скоро человеку, как виду,

Будет суждено умереть,

И себя изучать начнут типо

Киборги, типо роботы,

Что-то уже такое, лютое, непохожее,

Если спуститься в час-пик в метро,

Что же увидеть можно?

Что тропик Рака — уже очень близко,

Механическая нога Геракла

Раздавит осмелившееся хитиновое,

И все наши жизни

Станут видны на созвездии,

Будем там

Щёлкать астральными клешнями,

И как хорошо всё-таки

Жить в это время,

Пока что оно естественное

****

На грани неприятного подтаивания

Моё сердце мороженное –

Как мороженое,

Сладость внутри полиэтилена,

Такого ебаного лета у меня ещё не было,

Теперь есть.

В выходные пью много пива,

От работы болит спина,

Курю сигареты,

Мне уже сложно ровно дышать,

Хаваю разную дрянь,

Сдавливает клапан,

Сру, как не надо,

Желудку — пизда,

Весьма венерическая,

Довольно гостеприимная,

Только без мяса,

Хавать это — как давать в жопу,

Не очень этично,

Все остальные правила

Благополучно забыты,

Любой самообман,

Не сделает меня менее забитым,

Только редкое ощущение предоставится,

Что я не такая уж и развратница,

Что за грань подтаивания?

В начале самом,

Связано ли это с какой-то тайной?

Нет, это просто хуйня,

Интересный образ,

Случайно вошедший в голову,

Когда я просто, блять,

Взял мороженое,

Из этой фразы выстроил стих,

Пиздец,

И вывалил, что на душе,

Как в сортир,

Уж слишком я эмоционален,

Куда сильнее, чем раньше,

Эта болезнь прогрессирует,

До смерти ещё далеко,

Но я когда-нибудь лопну,

И мой полиэтилен

Разлагаться будет очень долго,

Дольше, чем моё тело,

Дольше, чем моё имя,

Ведь это всё, что я сделал,

Ведь это всё, что я понял,

Пока я был здесь,

Потом я смешаюсь с пылью,

И эта новая жизнь

Продлиться намного дольше,

Среди остальных частиц

****

Нанороботы, отбеливающие зубы,

Выебут нас в рот, как зубры,

Я не хочу жить в мире,

В котором всё будет зависеть

От работы каких-то

Милипиздрических электронных хуёвин,

Тем более внутри живых организмов,

Скоро признают фашизмом,

Если ты против киборгов,

Тебя, гнида, за это отменят!

Как электричку на Усовское направление

В посленовогоднюю неделю,

Я ожидаю ядерную войну,

Когда люди выйдут из бункеров,

Все скинут свои потрёпанные одежды,

И обретут свой естественный вид,

Голенькие. Адамы и Евы,

Будут сажать деревья,

Населять заново всю планету,

Ебаться только для продления рода,

Молиться и восстанавливать

Утраченную природу,

Стремиться только к Богу,

К духовному просветлению,

К утренней медитации на траве,

К благодетели в целом дне,

К вечерней медитации на траве

Не будет существовать денег,

Не будет мобильных и интернета,

Не будет бетонных домов и асфальта,

Не будет вообще никакого значения

В чём-то материальном,

Не будет смысла совершать грех,

Не будет смысла идти против всех,

И так будут жить люди,

Пока не появится хуй на блюде,

Пока не взорвётся звезда,

Пока не наступит пизда…))))

То есть новое

Перерождение

****

Мне понравилось, что я побрил голову,

Шершавая. Антистресс. Очистился,

Стою под душем и её трогаю,

Стекает вода и ей на всё похую,

Даже когда течёт она по хую,

Обмазался гелем — «Сила угля»,

Растираю губкой по всему телу,

Особенно между жопой и яйцами,

Между пальцами,

Приобрёл по скидке, и он пахнет так,

Как все мужчины в метро с утра,

Потому что они тоже взяли его по скидке

А хули, я чо лысый что ли?

Ну да. Но тоже, как видишь, взял,

Включил холодную воду,

Освежиться после жаркого дня,

Стало ещё пизже,

Сливается пенное в скважину,

Желтеет, потому что решил пописать,

Теперь-то уж точно похоже на пиво,

А моя девушка по знаку зодиака — рыбы,

И даже не знаю, какой

Из этого можно совершить вывод

****

Подключил рабочий ноутбук к вай-фаю,

Который раздал с телефона,

Перемещения собираю,

Пикаю сканерам по штрихкодам,

Они означают нужные цифры

В определённой последовательности,

Цифры отражаются в программе,

А я всё сканирую, и как хорошо

Одному на складе,

Среди коробок и терминалов,

Среди блоков питания и батарей,

Среди одиннадцати и двенадцати часов дня,

Проебусь полчаса тут, как минимум,

Закончу, ещё посижу немного,

Типо работа. Молча,

Послушаю звук наэлектризованной пыли,

Подумаю о читаемой книге,

Но меня надолго не хватит,

Плохой из меня проёбщик,

Потому что так медленней идёт время,

В моих интересах, чтобы оно

Прошло побыстрее,

Так что сую я ноутбук в подмышку,

Выключаю вай-фай,

Пиздую обратно в офис,

Ожидать окончания дня

****

Меня хотят выебать *****,

Потому что я сексуальный,

При первых встречах они

Агрессивно реагируют на меня

Из-за сомнительных мыслей

У них в голове типа:

«Как так? Я же по тёлкам,

Но хочу этого ****!»

Потом они привыкают,

Начинают меня обнимать и лапать,

Начинают ко мне проникаться,

Начинают хотеть проникнуть…

Меня это всё смущает,

Ведь я не п***р,

Но мягкий, как баба,

Не, ничего подобного не было,

Но я вижу, какое хлипкое гетеро,

Настоящий самец, по сути,

При отсутствии женщины рядом,

Без проблем выебет ******,

В грязную жопу и жостко,

Как настоящий римлянин,

Потому что не может удержать

Этих «дельфинов»,

Как пела певица Луна,

На своей орбите,

Они улетают нахуй,

Как птицы на йух)))

Мда, ну и тупой же прикол))))))

Короче, жалко, что я не нравлюсь так девочкам,

Как пацанам(

Наверно, они чувствуют во мне конкурентку

****

Каждое лето детства — в деревне,

Бабушка говорила:

«Ешь картошку с молоком в прихлёбку»,

Царство ей небесное,

Часто я вспоминаю,

В фантазии хожу по этому месту,

По воспоминаниям,

По потери девственности,

Первому поцелую,

Первому социальному взаимодействию,

Вот пишу сейчас, а сам

Слышу крик петухов, шипение гусей,

Как хрюкают свиньи в сарае,

Тогда я ещё был

Счастливым созданием,

Светлым, ничем не испорченным,

Ещё не знающий боли и того,

Как дальше всё будет сложно,

Даже не догадывался тогда,

Жил одним днём, наблюдал за миром,

И так страшно перед ним не было,

Потому что осталась ещё

Духовная сила из другой жизни,

К этой-то силе, я и стремлюсь обратно,

Снова принять себя,

Снова принять этот мир,

Снова забыть себя,

Снова уровняться с ним

Хочу побыстрее. До того, как придёт

ВРЕМЯ СМЕРТИ НАХУЙ

Умеет смеяться солнце!

Уже неделю не видно

Не слышно.

Под холодным душем

Дрожать, как от слёз,

И поскуливать.

На любимой кружке скол

Режет глаз.

Надо вспомнить,

Какие у меня сегодня дела,

Надо ли готовить на завтра.

В окно сыплет

Снова мелкий дождь.

Люблю повторять, что

Один год на даче

Я пару недель не видел солнца,

А бабушка учила

Пить чай и кофе с молоком.

Холодно дома.

Это значит, есть дело –

Истапливать печь

Или, скорее,

Терпеть.

Лежать и терпеть.

Налить в кофе

Молока из зелёного стакана,

Купленного недавно,

Лежать, вспоминая,

Что поначалу пил молоко

Только у бабушки, а дома так

Обходился.

Сейчас я, бессильный,

Выпивая третью кружку подряд,

Недоумеваю, как так можно

Дрожать от холода и

Не наливать в чай или кофе

Молоко.

Будто добровольный отказ

От последней радости жизни,

Будто сказка

Без счастливого конца,

Где все жили долго.

Свеже-спрессованный автобус.

Море.

В скопище сгустков перемолотых коробок и альбомов из южных городов где с матерью бывал,

Достанутся куски квадратов и покоя разрезанного пейнтом пиратского XP, — фото мокрого пострела, — это я,

стою держась скосившись телом и улыбкой,

Такой далёкий взлёт уездного с банальным,

И тинистым проёбом донной жизни.

Задолго до него наслоился к тонкому покрову кожи первой девочки-любви,

Поцелуи в щёчку, пароход с мостом. Вечереет набережная.

Ночь со стаканом молока.

Приколотившись зелёными глазами к потолку с мышлением о перьях на подушке,

Колет мой живот от нервов за животных на верёвке этим днём и жирной пищей дразнится живот,

В спёртом воздухе смотрю на потолок — не продохнуть.

Встаю, иду к окну, и засыпаюсь слёзно,

В одиночку под толщей грузных пут эмоций неразрешимых,

Я верфь для комплексов, их порт,

Хоть без формы логик — понимал тогда ещё я в детстве формулу -

"Иду ко дну".

И плачем я прощался в отражении окна с самим собой.

Был когда-то мальчиком пострелом.

Южный город.

Сочи и любовь.

А теперь?

****

Близость с ней,

Как создание живого

Без возникновения новой жизни,

Потому что на мне резинка,

Смешиваются цвета наших аур,

Энергетическая палитра,

Выстраиваются художественные произведения,

Как результат наших с ней отношений,

Нашей любви…

Бывает сложно отличить,

Где заканчиваюсь я,

А где заканчивается она,

Когда заканчиваю я,

А когда заканчивает она,

Ведь она — это я,

А я — она,

Магия,

Не иначе,

Чудо — не молоко,

И волшебство,

Так говорят в Доме 2 про еблю,

Но тут идёт речь,

О чём-то более глубоком

(Но в том числе и про еблю)

****

Каждая минута мирного времени

Стала дороже нефти,

До конца рабочего дня — полчаса,

И я не так уж и сильно

Ожидаю его конца,

Даже иначе стал рассматривать здания,

Граффити, окна и вид дороги,

Растягивающейся до неба,

Кажется, всё состоит из линий,

Но всё состоит из молекул,

В том числе взрывоопасных,

Со злой энергией,

Энергией тёмной силы,

Я представляю

Нагасаки и Хиросиму,

Здесь и сейчас,

В рамках этих панелей, пятиэтажек,

Но для начала: громкие звуки,

Дым от снарядов, пыль разрушений,

Действия боевых действий,

Я представляю..

Но это пока что цело,

Пока что…

И что будет дальше?

Страшно,

Страшно и страшно,

И я не удивлюсь ни чему,

Я смотрю на минуты,

И чтобы они сжигались,

Я теперь не хочу

****

Всё не так уж и страшно,

Попускаюсь, бродя по кладбищу,

И не первое мы

Потерянное поколение,

Миллионы проёбаны,

Как наши налоговые отчисления,

И всё не так уж и страшно..

Что же было с евреями,

А в Гражданскую войну что было?

При крепостном праве?

Во время революции?

И даже в Российской Империи…

В Советском Союзе?

А в 90-х…

Ёбанный в рот.

Как же пиздато мы всё же пожили..

Немного,

Классное время попалось нам,

Заканчивается,

Снова пиздец,

Снова пиздец начинается,

Лично я совершенно

Морально, эмоционально,

Психологически и ментально

Не настроен голодать, воевать,

Прятаться в бункере

Или свергать правительство(

Я не в ресурсе(

Мне не комфортно(

Кажется, всё не так уж и страшно,

А страшно настолько,

Насколько представить даже

Толком и невозможно

прячусь под передовой, но не в окопе, опыт по технологии Пустоты,

отстреливался через плащ из нагана от ментов пригнанных

с Грозного, жирное лицо, пулемёты,

шутки о смерти по секундным выдумкам, как у дерьмовых стендаперов ванлайнеры,

горечь насаживает восприятие на свой хуй как Папич четырнадцать точка один,

и в квартиру номер одиннадцать уже ломятся бойцы,

меняюсь после смертей знакомых с кем ни разу не заговаривал

и лёгкой атмосферы тяжкой романтики ретро-россии,

облетают макушку пробора нимбом из хрущёвок смерти их,

а если станется, что некуда ноги поставить, кроме как на лепесток посреди застроек городских и сельских,

то накину простынь смешному телу своему, выпалю эмоцию блаженного:

теперь я тик-ток образ!

без прошлого извечного в спотыканиях!

я только клиповый момент банальный…

и я поселюсь в фанатазиях Паши Кисты!

в слова его я поставлю свои чемоданы,

расплывусь фронтовым призраком по молочной реке,

и пальцами удержу на плаву галеты медовые,

раритетные, — не таблетки, он бросил. и не меф,

это в помойке тоже лежит:

фантазия чиста. гармония.

никакой войны.

****

Я в механической и железной штуке,

Ей управляет представитель восточных земель,

Предки его были искусными всадниками,

Но а мои больше всё-таки по рассаде,

Мы катимся по затвердевшей смеси

(Загуглить из чего состоит асфальт),

По МКАДу к моему дому,

Адрес был забит в приложении

Моей сестры (на самом деле подруги,

Но она, как сестра, мне),

Которая сама вызвалась оплатить,

Чтобы я остался в гостях подольше,

Моя женщина (не подруга. она была с нами,

Хотя она мне тоже, и как подруга,

И как сестра. Но ещё и любовь моя)

Поддержала идею,

Чтобы я не ехал на электричке

В столь позднее время,

(Они с подругой, можно сказать, соседки)