Как много забыто,

Как много на что хуй забит,

Как много умных людей,

Загнанных в цифровую ловушку,

Как много зависимостей

И способов деградации,

Способов отвлечения,

Как много придумано болезней,

Системных сложностей,

Новых веяний,

Лишь бы все думали

Исключено о себе,

Глупые мысли, эгоистичные,

Погоня за навязанными благами,

Мне кажется, нас направляют туда,

Где живёт что-то тёмное и опасное,

Где обитает дьявол,

Теперь мне становится ясно,

Почему жизнь каждого человека –

Это борьба добра и зла,

Где Добро и Зло манипулируют,

Играют друг с другом,

Как два ребёнка или подростка,

Они выясняют, кто из них круче,

Надеюсь, они повзрослеют,

И весь этот мир просто поделят,

Не прибегая

К тотальному разрушению

****

Пока ещё не поймал стих за хвост,

Но в голове скапливаются образы,

Мне хочется написать про бабу,

И я никак не пойму про какую,

Хочется вспомнить её,

Задаться вопросом,

С кем же она щас ебётся,

Как время проводит,

Где работает или, может, ебланит дома,

Что смотрит, что слушает, что курит,

Если курила и если не бросила,

И заглядываю ли я к ней в голову,

Но если я её помню, то и она меня,

Наверное, тоже помнит,

Хоть до сих пор и не понял, о ком я,

У нас точно могла быть ебля,

Но её не было. Или была?

Или только отсос был?

Настолько дикий разброс,

Странное ощущение,

И не могу никого подогнать под это,

Ни одну из когда-то знакомых,

Я не тоскую,

Просто решил поностальгировать,

Помастурбировать мысли, то есть,

И кончить, стишком кончить,

Такая этическая потребность,

И выгнать эту пизду из кукухи,

Непонятную. Взялась из неоткуда,

Дура. Я начинаю злиться,

Но провожу, пожалуй,

До метро или до остановки,

Она точно была у меня дома,

Я здесь. Я чувствую её присутствие в своих стенах,

Её волокна, атомы, блять, и электроны,

Её смех,

Ты поедешь и больше мы не увидимся,

Может быть, никогда,

А может на какое-то время,

Это за нас решит уже

Что-то непостижимое,

Но мне до сих пор интересно,

До сих пор не даёт покоя,

Кто ты па жизне? И кто ты

В реальной жизни?

****

Зачем мне нервничать,

Когда Бог встал на мою сторону,

Я дописал повесть,

Раскидал по издательствам,

Кажется, устроился на работу,

Как-то случайно,

Всё получилось само собой,

Я много что написал кроме повести:

Первую часть романа,

Реп альбом с пацанами,

Кучу стихов и несколько рассказов,

Альбом МОЛОДОЙ ВИСКОЗЫ уже на подходе,

Собрал лучшие дневниковые записи

Из телеграм канала (t.me/pskista),

Но когда всё это выпущу — я не знаю,

У меня был творческий отпуск,

Могло показаться, что я тупо ебланю дома,

И это, конечно, так было,

Не буду пиздеть, что трудился в поте лица

Над творчеством. Всё было по кайфу,

Без мук, напряжения, и я своё дело сделал,

Пора вернуться в реальную жизнь,

Писать бытовые стихи, работать,

Бухать, бросать бухать, курить,

Не курить, гулять, тратить деньги

И ненавидеть мир. Только уже

С другой стороны,

Да. Я засиделся. И я понимаю знаки,

Приятно, когда меня направляют,

Приятно, когда я чувствую,

Что всё начинает идти, как надо,

Что всё происходит правильно

****

Открывается чакра,

Я слушаю шёпот,

Едва уловимая тема,

Начинаю транслировать,

Честно, даже не знаю,

О чём напишу, пока есть это время,

Но что-то стоящее,

Нужно успеть,

Будни у кулера,

Проёбываюсь в курилке,

Болтаю с бабами из другого отдела,

Ни одну бы из них

Я не отделал.

И не потому что якобы не хочу,

На работе я странный

Тревожный плющ,

Вьющийся,

Сложно понять алгоритмы,

Сложно понять программы,

Когда сам, как программа,

Заточенная на абстрактные смыслы,

На образы и мысли,

На глубокое и чувственное восприятие,

На поиск истины,

Меркаба пульсирует и сокращается,

Увеличивается,

Меняет цвета,

С красного на зелёный,

С оранжевого на голубой,

Можно подумать, что всё это

Психоделика

Или я ебанулся,

Но если я захочу,

Я могу стать сладеньким муссом,

И даже мусором,

В любом значении,

Главное для меня –

Не понимать — зачем,

Когда так,

Значит, всё так?

Так,

Так.

Так)

****

На кухне сижу

С книжкой Селина,

Варю гречку,

Кажется, пересолил,

Наверно, влюбился,

Но мне не позволит

Что-либо любить

Мой ничтожный серотонин,

Я, прям Уэльбек,

И даже был на него похож

(Разве что молодой)

До того, как выпали волосы,

Вот оно. Моё одиночество,

Снова здесь,

Снова хочу помыть пол,

Снова нахожусь в соло,

Я отложил книгу,

Добавил масло в кастрюлю,

Перемешал,

Гречка почти готова,

Она впитала всю воду,

Как я, обычно, впитываю боль вокруг,

Я завтра возьму её на работу,

С растительными сосисками,

Которые купил во ВкусВилле,

Чтобы остаться жить в этом мире,

Нужно быть очень сильным,

Ну, или очень глупым,

И я постоянно метаюсь,

Между тем, какой же всё-таки я,

Но забываю,

Что это зависит от настроения,

Которое я не подвластен контролить,

Как будто суть этой жизни,

Выдерживать её мощный

Капиталистический троллинг,

Где люди — несчастные рыбы,

А нахождение удочек –

На яхтах финансовых глыб

****

Еду в таксе и осмысляю себя,

Каково моё там предназначение

И грустно становится,

Хуй знает,

Типо что-то во мне есть,

Я чувствую,

Какое-то тепло излучаю,

Но мне самому-то всегда холодно,

Какой-то пердеж,

Выходящие газы из жопы,

Из полушарий тоже выходят,

Какое-то сверхощущение,

Какая-то дрожь обидная,

И это во мне — самое сильное,

И как мне это интерпретировать?

Владос мне сказал,

Нахуя я съёбываюсь среди ночи домой,

Да потому что я уже не могу

Находиться слишком долго не один,

Я не могу понять,

Почему мне все так мешают,

Почему я быстро устаю от всего,

И даже сейчас,

На этом я думаю,

Можно и закончить

Писать буквы

В этом отрывке

Души ебаной

****

Утро начинается,

Как завершается день,

Чисткой зубов,

И если я выйду из ванны,

Заметив элемент вечера,

Мозг перепутает время

И на секунду

Я ему даже поверю,

Мир настолько несовершенен,

Всё вышло из под контроля,

Как только человек смог добыть огонь,

Но всё равно остался таким же приматом,

Только как будто под псилоцибинами,

Высший из всех приматов,

Самое опасное животное мира,

Возможно, целой вселенной,

И может быть просто так это?

Над этим предметом я задумываюсь

Всё больше и больше,

Так хочется чувствовать себя

Чем-то особенным,

Стать по итогу вне материи,

Никогда не умереть,

А перейти в следующий мир,

Я, вроде как, сам чувствую,

Что всё это испытание,

И если наплевать на все

Нравственные правила,

То можно в этой игре проебать,

Конечно, я зачастую просто боюсь,

Поэтому не читерю,

Но страх — благородное чувство,

Столько тысячелетий оно спасало

Человека от гибели,

Любой гибели,

Физической, нравственной, моральной, похуй,

Можно придумать много видов гибели,

Вот и меня спасает. От всех видов,

Зачем это надо? Ведь я от этого страдаю,

Страдать — главное дело жизни,

Потому что только через страдание

Можно познать истину,

«Истины нет? Всё бессмысленно?»

Но мы уже выяснили, что уму

Свойственно нас наёбывать,

Ему понять полную картину замысла –

Недостижимо,

Это вне функции понимания,

Вне науки, вне каких-то

Физических правил, химических формул,

Это как если бы у животных было сознание,

Но они не могут себя осознать,

И люди для них, как для нас

Природные явления,

Да, всё несовершенно,

Столько ошибок допущено

При создании или возникновении мира,

Наверно, допущено,

Надеюсь, что это сделано было

Специально,

Ради угара, который нас ждёт дальше,

Точнее, наши крупицы,

Наши атомные частицы

****

Приложение показало:

Я на 83 % — Нюша,

17 % — Бах,

Работа убежит в лес,

И я стану «похожа на волка»

Из смешных мемов,

Вспомнил свой Сони Эриксен Волкман,

Который у меня спиздили

В детском лагере,

Когда я ходил на море с парнями,

Похоже, какой-то, блять, гопник

Из Североморска,

А мне было страшно

Даже признаться вожатым,

Каждый раз когда я разговаривал с мамой,

Я плакал,

Всю жизнь страшно,

И сейчас страшно,

Всю жизнь я хотел

Нихуя не делать,

Меня калил детский садик

И школа,

И универ,

А потом я столкнулся с

Бездельем, валянием дома –

Это мне показалось слишком скучным,

Мне ничего не нравится делать,

Даже ничего не делать,

Слишком много времени

На специальное страдание,

Щас так, не замечаю даже,

Насколько жить не хочется,

Особенно по утрам,

Когда в кишке особенно сильно

Бушует Песочный Человек,

Тупа формирует какаху,

Стимулированную страхом,

Тупа Флинт Марко,

Мне очень нравится пить,

Я бы закинул бы даже марку,

Я бы закинул бы даже ешку,

Я бы понюхал мефа

Или фена,

Я бы хотел почувствовать себя

Хотя бы немного счастливым

Хотя бы на очень быстрое время

не нравится не единой строчки — побочные эффекты работы,

внешние факторы играют роль — страшно подумать,

куда меня заведет смешанное расписание, субботние выходы за прилавок,

огорчён, что сложилось не так, а эдак,

обречён, как на модном меме,

забираю кепку номера один среди кассиров,

запираю смену.

наркотики употребил — стало легче, размыл к окружению и себе правила,

сузил мышление до узкой дыры девушки или ключей перепойных,

и работы, работы, работы, работы, — выкинуть всё ненужное, оборвать бесполезные связи,

перебираю ногами от безделья в коридоре офиса или мака с одной тусклой лампой, тикают часы существования, качество их: касио,

смотрю на кафель, или ковер из телячьего ворса,

сажусь на автобус, через сон лениво промямлил: нет, я останусь дома…

еду до постели, а после не сплю неделями,

неспешная мазутная грязь липнет бесцветной майкой,

дома уютно до мягкости белого желе гнилого — помогите мне.

я парализованный

работник цивилизации из страхов и апатии.

****

Ой, на природе…

Приехал на дачу,

Лежу, засыпаю,

Ночью,

Слышу, как лежат камни,

Вижу звук птиц,

Грохотание жаб ощущаю на вкус,

И шелест травы, как будто меня

Касается,

Выбрался, значит,

Из цивилизации

Во что-то настоящее,

Закрыты глаза,

Музыка громе,

Как пел великий Кирюша

(трахни меня) Бледный,

Но это

Рефлекс… Отключается одно чувство,

Усиливается другое,

И то, что происходит в природе –

Мне совершенно похуй,

Мне это всё не понять мозгой,

Но я языком ощущаю

Психоделический вкус (от звуков)

Зелёного скопления ворсинчатых,

Таинственных, странных, пресных,

Торопливых, маленьких, многоножных,

Неизвестных мирков:

Червячков, другого покрова,

Земли, листьев, травы, насекомых,

Зверьков, опасных деревьев,

Страшных кустов, кошек, псов и их выделений…

А я лежу в доме, в кровати, такой…

Прямой и тупой, как будто простейший,

Как одноклеточное,

Эх, если бы,

Такой неинтересный, бытовой,

Существо, приехавшее из города,

Зажатое и тяжёлое,

Так что сегодня во сне

Я обращусь

В Эвглену Зелёную,

Сольюсь с природой

И буду жить в водоёме,

Шевелить своим жгутиком,

А не извилиной

Ради пустого движения

****

В пробирках растут Тургеньевские деревья,

Бессмысленно это так,

Как цепляться за мёртвых гениев,

Но у каждого времени есть своё отражение

В виде медийной фигуры,

И насколько же сильно меняется культура,

Высоцкий, Цой,

Теперь Моргенштерн,

И кажется, что это шутка,

Какой нахуй блять Моргенштерн,

Можно только поморщиться на это

Мнение,

А я сам в ахуе, но после смерти

Он станет ЕЩЁ ИЗВЕСТНЕЕ,

Что вот я к нему прицепился?

На самом деле я чувствую себя

Очень одиноко,

От этого начинаю осмыслять

Всякую хуету,

Например вот, как Моргенштерн –

Стал зеркалом русской культуры эпохи

Постпостхуймипоймиметамодернизма,

Зато начинаю понимать всё вокруг,

Что будет дальше с обществом, и

Как работает этот прикол,

Становящийся на рельсы искренности,

И нахуя вообще это мне?

Но нет.

Я не могу контролировать прекращение,

И как не крути,

Моргенштерн — искренний,

Слишком искренний,

Как сейчас нужно,

Какие все по сути и так сейчас,

Человек обнажает свою грязную природу

Все это видят на средствах связи,

Во всей красе,

Пороки, непонимание, одиночество,

Наверное, что-то близится к завершению,

Скоро человек узнает себя

В полной мере