– Говорить, по сути, не о чем, – сказала она Реду десять минут спустя, когда они остались одни в холле отеля. – Прошлая ночь была ошибкой, и, я думаю, мы оба должны признать это.

– Черта с два я это сделаю! – рявкнул Ред, не совладав с эмоциями.

– Придется, – твердо заявила Кейли. – Пусть она останется на моей совести. Отнеси все произошедшее на впечатление от фильма.

– Нет, – еще яростнее возразил Ред. – Я не поверю, что ты согласилась лечь со мной в постель только потому, что увидела меня в фильме обнаженным. Давай‑ка откроем все карты, Кейли.

Она во внезапном испуге отвела взгляд в сторону.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь…

– О твоей кузине, Кейли. Мы говорим о твоей двоюродной сестре, Кэти Кармайкл, – уверенно заявил Ред.

– Ты… знаешь?

– Что вы двоюродные сестры? Да, знаю. – Он кивнул, изогнув темные брови.

– И давно?

Ред пожал плечами:

– Твоя тетя упомянула о своей дочери в первый же вечер, когда я приезжал в Селчерч… как Рик, – начал он. – Но я знал и до этого. Понимаешь, когда я ехал сюда, то был уверен, что за подписью к письму «К. Грант» скрывалась Кэти, и намеревался встретиться с ней.

Ладони Кейли повлажнели. Ужасная реальность того, что говорил Ред, добивала ее.

– Ты думал, что злополучное письмо в журнал написала Кэти? – переспросила Кейли, запинаясь.

– Да. – Ред был серьезен. – И я хотел узнать, почему она это сделала.

– А догадаться было трудно? – обвиняющим тоном спросила Кейли. – После того, как ты поступил с ней?

Глаза Реда опасно сузились.

– И как же я с ней поступил? – едва слышно спросил он.

Кейли покраснела от гнева. Глаза сверкнули негодованием.

– Наконец‑то! Вот теперь передо мной человек, которого мне описала Кэти. До этого я не могла заставить себя поверить, что ты сделал то, что сделал. Представляю, как ты забавлялся, наблюдая за тем, как мы пытались скрыть правду. Ну и как, получил удовольствие от своей игры?

– Я ни во что не играл, – резко возразил Ред. – Мне хотелось узнать, почему Кэти решила сделать вид, что мы никогда не встречались.

– А ты ожидал, что она будет гордиться тем, что случилось?

– Да что случилось‑то? – нетерпеливо перебил ее Ред. – Я знал ее несколько лет назад, да. Но…

– Знал… Какое подходящее слово, – усмехнулась Кейли.

Ред едва не застонал и со свистом выдохнул.

– Кейли, я уже говорил тебе, что не могу изменить прошлое, когда я делал то, чем сегодня не горжусь. Хотя к Кэти это и не относится. Но в данном случае я сожалею, что она оказалась твоей кузиной.

– А уж как сожалеет Кэти о том, что узнала тебя, – парировала Кейли, глаза которой приобрели цвет штормового моря.

– Очевидно, так и есть, – сухо отозвался Ред. – Мне просто нужно, чтобы кто‑нибудь объяснил мне, почему.

– Не надо притворяться передо мной.

– Я и не притворяюсь, – вскипел Ред, пальцы которого впились в предплечья Кейли. – Скажи мне, что я с ней такого сделал?

– То же, что проделывал со множеством других женщин, – выпалила она с отвращением. – Ты убедил Кэти, что любишь ее, имеешь серьезные намерения, уложил в постель… И только тебя и видели.

Ред медленно отпустил Кейли, уставившись на нее так, будто видел впервые. Он нахмурился, отвернулся и сунул руки в задние карманы плотно сидящих на нем джинсов.

– Ну вот. Ты даже не пытаешься это отрицать, – с горечью сказала Кейли. – Как и тот факт, что всего через несколько недель после того, как совратил Кэти, ты переселился к Веронике Кинг.

– Да, именно так все и было, – вкрадчивым голосом согласился Ред.

Он был как‑то слишком спокоен, слишком сдержан. Его гневу и даже ярости Кейли еще могла противостоять, но это спокойствие испугало ее.

Ред резко снова повернулся к ней.

– Так вот что она тебе сказала, – произнес он скрипучим голосом. – Поначалу мне представлялось все, что угодно, – вздохнул Ред, – особенно когда ты так язвительно прошлась по мужчинам, подобным мне, заботящимся только о своих эгоистических потребностях и бросающим женщин, не задумываясь, не забеременела ли та.

– А разве не так? – не сдавалась Кейли.

– Я позаботился о том, чтобы Кэти не забеременела.

– Но она сказала…

– Мне сейчас плевать на то, что Кэти тебе наговорила, – холодно и довольно грубо отозвался Ред. – Возможно, что она действительно думала, что я подверг ее риску беременности. Она тогда была совсем неискушенной.

– Такой неискушенной, что сразу поверила твоим заверениям в любви.

Взгляд Реда заледенел.

– Ну не настолько неискушенной, как выясняется, – резко возразил он.

Кейли вспыхнула.

– Ты соблазнил ее своей ложью.

– Как проделал это и с тобой? – с трудом выталкивая слова сквозь сжатые челюсти, спросил он.

– Нет, – негромко проговорила она. – Я точно знала, на что иду.

– Так же, как и я, – мрачно добавил Ред. – Вот почему я думаю, ты должна поверить мне в истории с Кэти. И если я не забыл принять меры предосторожности с той женщиной, которую люблю, можешь быть уверена, что я достаточно разумен, чтобы помнить о них в отношениях с другими женщинами.

– Возможно, в то время ты думал, что любишь Кэти?

– И в мыслях не было. – Отрицательный ответ прозвучал категорично. – Она была привлекательной и раскрепощенной девушкой. Мы понравились друг другу, и этого оказалось достаточно. Если бы до меня дошло тогда, что она может быть девственницей, будь уверена, я и не прикоснулся бы к ней. – Реду было неприятно говорить об этом.

– Только не пытайся сказать мне, что ты чувствуешь себя виноватым перед Кэти.

– Нет, не чувствую.

– Так я и подумала, – презрительно усмехнулась Кейли.

– Поверь, Кэти прекрасно понимала, что делает. – Ред покачал головой. – Тебе ведь известна не вся история, а лишь та ее часть, о которой поведала кузина.

– А это еще не все?

– Совсем не все. У каждой медали две стороны. Но говорить нам с тобой об этом не стоит.

– Не поздновато ли играть роль джентльмена?

Гнев на мгновение вспыхнул в глубине синих глаз Реда, но он быстро погасил его.

– Да уж, подпустила сестрица яду в твой разум, настроив против меня. А тебе не приходило в голову, что она вполне могла солгать?

– Кэти – моя кузина и лучшая подруга!

– А я твой любовник, – вспылил Ред. – Разве это ничего не значит для тебя?

– Ты был моим любовником.

– Нет, я им и остаюсь, – твердо заявил Ред. – Ведь говорил же я, что назад пути уже не будет, когда я сделаю тебя своей. Теперь ты принадлежишь мне.

– Кэти ты говорил то же самое? – язвительно ввернула Кейли.

Мгновение Ред выглядел так, словно она ударила его. Он оттолкнул Кейли так внезапно, что она чуть не упала.

– Твоя кузина преподнесла тебе ложную версию того, что произошло между нами десять лет назад. – Было очевидно, что Ред с трудом сдерживается.

– Готова выслушать твою, – предложила она.

– Я не могу этого сделать, – покачал головой Ред. – Если хочешь, поговори об этом с Кэти.

– Я недавно говорила с ней.

– То есть у тебя не возникло и тени сомнения, что все было именно так, как она рассказала.

– Нет, не возникло, – сказала, как отрезала, Кейли.

– Так, значит?

– Да.

Ред пожал плечами. Он был очень бледен, что было заметно даже под загаром.

– Ну что ж. Если тебе когда‑нибудь удастся добиться от Кэти правды, можешь связаться со мной. Я буду в Лондоне, – сухо сказал он. – В случае моего отсутствия, оставь сообщение на автоответчике, и я перезвоню. – Ред дал Кейли контактный номер телефона.

Она удивленно взглянула на него:

– Ты уезжаешь?

Не отводя от нее глаз, Ред ответил:

– У меня больше нет причины находиться здесь.

– Но я… Ты правда уедешь? – недоуменно переспросила Кейли.

– Да.

– Но…

– Не беспокойся, – усмехнулся он, увидев ее встревоженной. – На время Пасхальных празднеств я вернусь сюда. Я же обещал.

– Но тебе не нужно уезжать только потому… только потому, что…

– …только потому, что, несмотря на то, что мы стали любовниками… несмотря на то, что я тебя люблю… ты предпочитаешь верить не мне, а чужим лживым словам, – резко высказался он.

– Кэти не чужая, она моя сестра, пусть и двоюродная, – отчаянно возразила Кейли, совсем не желая, чтобы Ред вот так исчез из ее жизни.

– Мы уже все выяснили, – устало проговорил он. – До свидания, Кейли. Позвони мне, если передумаешь.

Она все еще сидела, не в силах подняться с кресла, в которое опустилась после ухода Реда, когда вошла тетя Сильвия.

– Реда нет? А я хотела предложить ему кофе. – В голосе тети явно слышалось сожаление.

– Ему нужно уехать. – Кейли с трудом удалось справиться со своим голосом. Ред ясно дал понять, что Кэти лгала. Но ведь она была ее сестрой, лучшей подругой последние пятнадцать лет. Нет, она не могла солгать ей, тем более в таком важном вопросе. – Он возвращается в Лондон на несколько недель, – добавила она.

– Снова? – нахмурилась тетя. – Ред слишком много работает.

– О работе он ничего не говорил.

Тетя Сильвия с тревогой взглянула на бледную Кейли.

– Вы же не поссорились снова? Дорогая, не пришло ли время перестать жить с оглядкой на глупые предрассудки?

– Хотела бы я, только ведь до сих пор находятся люди, которых гложет любопытство относительно моего появления на свет.

– Ты уверена? – негромко спросила тетя Сильвия. – То, как сложилась судьба твоей матери, во все времена случалось и случается со многими женщинами.

– А что же случилось с моей матерью, тетя? – Вопрос Кейли сопровождался умоляющим взглядом. – Она любила моего отца? Или мое рождение стало нежеланным результатом их случайной встречи?

Выражение лица тети смягчилось.

– Кейли, ты впервые так серьезно заинтересовалась своим прошлым.

– Потому что сейчас это стало очень важным для меня.

Сильвия села в кресло напротив племянницы.

– Твоя мама говорила мне, что когда‑нибудь ты станешь достаточно взрослой, чтобы понять ее, и, если ты действительно хочешь узнать тайну своего рождения, я открою тебе ее. До сих пор мне казалось, что ты таишь в себе обиду на мать. А сейчас уже нет, – улыбнулась она. – По‑моему, ты, наконец, повзрослела.

– Мой отец жив?

– Наверное, – кивнула тетя. – Только он и не ведает о твоем существовании. Поэтому, Кейли, если захочешь найти его, я рекомендовала бы тебе быть предельно деликатной, – предупредила она.

– Какой смысл искать отца, которого никогда не знала? Мы абсолютно чужие друг другу люди. – Кейли покачала головой. – И все‑таки я хочу знать о них с мамой. Они любили друг друга?

– Я думаю, да. По крайней мере, Эстель его очень любила. Твой отец работал здесь, занимаясь делами собственной компании, и безумно скучал по жене и сыну.

– Так он был женат? – ахнула Кейли.

– Разведен, – поправила ее тетя Сильвия. – Жена оставила его за несколько месяцев до его приезда сюда. Он был очень одинок. Эстель влюбилась в него, и он тоже полюбил ее.

– Вы были знакомы с ним, тетя Сильвия?

– Да, он жил здесь, когда они с Эстель встретились, – вздохнула она. – Его жена, передумав, решила восстановить их брак ради малыша. Он тоже склонялся к этому. К тому времени твоя мама уже знала, что беременна, но решила не сообщать ему об этом, посчитав, что так будет лучше для всех. И я думаю, она была права. Скажи она твоему отцу о своей беременности, его брак разрушился бы окончательно, и кого это осчастливило бы в конце концов?

– Если бы мама рассказала отцу обо мне, он остался бы с ней?

– Наверняка, – кивнула Сильвия. – Эстель тоже была уверена в этом. Поэтому и молчала. Тем более что когда‑нибудь, возможно, он мог бросить ей упрек в том, что она поставила его перед выбором между сыном и дочерью…

Кейли согласно кивнула, неожиданно почувствовав близость с матерью.

– Я бы поступила точно так же.

– Не сомневаюсь, – снова улыбнулась Сильвия. – Надеюсь, теперь ты понимаешь, что стыдиться тебе было нечего.

– Мне вообще‑то никогда и не было стыдно, – в задумчивости медленно проговорила Кейли.

После отъезда Реда время тянулось медленно, хотя в его отсутствие Кейли удалось даже немного расслабиться. Сейчас она испытывала смешанные чувства по поводу его возвращения в апреле, на Пасху. Ей очень хотелось снова его увидеть, но в то же время она страшилась этого.