Утром мама снова с трудом разбудила меня и Кыша и спросила:

– Почему ты спишь одетый? Доброе утро!

– Было холодно. Доброе утро! Вот я и… А-а-а! – зевнув, сказал я, вскочил и побежал умываться.

В голове моей всё, что произошло за несколько крымских дней, было перемешано, и я никак не мог, вспомнить, что должно произойти сегодня утром. Потом, окатившись холодной водой, сообразил: Василий Васильевич! Ведь он обещал зайти за мной и взять на операцию по исправлению Феди! Может, он догадался, что я выследил их обоих?

– Мам! – сказал я. – Мне тоже надо, как папе, побольше бегать и развивать мускулы, чтобы потом не пришлось разъезжать по домам отдыха и помирать от скуки. Я пробегусь до завтрака. И Кыш тоже. Ночью ничего не произошло?

– Тьфу-тьфу! Как твоя крапивница? Покажись.

– Всё нормально. Прошла на свежем воздухе. Надо теперь спать на улице каждый день.

– А если ночной дождь?

– Купи прозрачную скатерть, и будем меня ею накрывать, – сказал я. – Кыш! За мной!..