Шли работы по монтажу третьей очереди Оренбургского газоперерабатывающего комплекса. Это была всесоюзная стройка, и за ней следила вся страна. Поэтому на эту стройку и люди со всей страны тянулись, да и зарплаты здесь были больше, чем в других местах. Две очереди комплекса уже давно были запущены в эксплуатацию, и теперь успешно работали, выдавая стране свою продукцию. Третья очередь была гораздо масштабнее первых двух, и по планируемым мощностям эта очередь должна была превзойти первые две вместе взятые. Да и оборудование здесь монтировалось почти все импортное, в основном французское. Поэтому, кроме советских специалистов, на стройке работали и иностранцы, которые, почему-то не доверяли советским специалистам. Руководители фирм, поставлявших оборудование, сразу заявили, что гарантию на свое оборудование дадут только в том случае, если именно их специалисты будут контролировать весь процесс строительства комплекса и монтажа своего оборудования. Это конечно было смешно, ведь советские специалисты работали по всему миру, вели строительство куда более сложных объектов, и ни в чьих посторонних услугах не нуждались. Но, деваться было некуда, лишиться гарантии на оборудование никто не хотел. Поэтому и разрешили на этой стройке работать и иностранным инженерам. Их было не очень много, и они не сильно мешали работе.

Французский инженер выдал чертеж на фундамент, на котором будет монтироваться очередное его оборудование. Наши инженеры только посмеялись над такой казуистикой. Чертеж называется, в бетон залиты четыре крепежных болта. Охота было на такую хрень еще и чертеж рисовать. Да у нас такое любой рабочий и без чертежа сделает. Ему достаточно только сказать, на каком расстоянии нужно установить эти болты. И все. Больше ничего не нужно, никаких чертежей не нужно. Француз правда предупредил, чтобы оборудование не монтировали, пока он не примет фундамент, но если всех слушать, то некогда работать будет.

Инженер Никитин выдал задание на заливку фундамента двум рабочим, и, в тот же день, фундамент был залит, а тупой француз утверждал, что на это три дня понадобиться. А потом еще неделю он должен был сохнуть. Да он уже через три дня высох. Не зря Задорнов говорит, что иностранцы все тупые. Вот и этот тупой им достался. Через три дня, не дожидаясь тупого француза, привезли оборудование и приступили к монтажу. Краном подняли монтируемый агрегат, и начали медленно опускать его на подготовленный фундамент. Помогали монтировать и двое рабочих, заливавших этот фундамент.

— Петя, — кричал Никитин крановщику, — давай чуть правее. Нормально, теперь опускай.

— Стоп! Не так резко. Болт погнули, один болт оказался выше других. Поднимай вверх, — руководил инженер.

— Бери кувалду, и выпрямляй болт, — это уже к рабочему.

Болт успешно выпрямили, такое рабочим не впервой. Резьбу правда сильно повредили, но это не страшно, потом поправят.

— Опускай, только очень медленно, — опять крикнул Никитин крановщику.

— Стоп! Немножко на себя. Теперь чуть влево. Опускай. Стоп! — слышались команды.

— Что за черт? — послышался удивленный голос Никитина.

— Поднимай! — скомандовал он крановщику.

Никитин достал из кармана рулетку, измерил расстояние между крепежными отверстиями в монтируемом оборудовании, потом между забетонированными болтами.

— Вы как забетонировали?! — заорал он на рабочих. — Разница в десять сантиметров. Вы чем слушали?

— Как ты сказал, так мы и забетонировали, — оправдывались рабочие.

— Я вам правильно говорил! — орал дальше Никитин. — Простую работу не можете сделать.

— Мы вдвоем слышали, что ты говорил, — не сдавались рабочие, мы все правильно сделали, это ты напутал.

— Ладно, теперь хрен разберешься, кто из нас напутал, — закончил разговор Никитин. — Берите отбойные молотки, и разбивайте фундамент, будете заливать по новой.

Когда француз Жан пришел принимать фундамент, рабочие уже заканчивали его разбивать. Бетон был очень хороший, и разбивать его было очень сложно.

— А что это вы делаете? — поинтересовался француз.

— Да вот, немного не на месте болты оказались, — пояснили рабочие.

— Как они могли не на месте оказаться? — не понял француз. — Вы ведь по чертежу делали?

— Да, — переглянувшись подтвердили рабочие, хотя никакого чертежа они и в глаза не видели.

— Нужно было по месту делать, — сказал один из рабочих, когда француз ушел, — тогда точно бы совпало.

Когда закончили разбивать этот фундамент, Никитин выдал рабочим задание еще раз. На этот раз он подстраховался, и записал им размеры на бумажке. А рабочие, в свою очередь подстраховались, и сделали трафарет из большого куска картона, по форме станины монтируемого оборудования. Они по собственному опыту знали, что надежнее всего делать по месту, тогда точно все совпадет. Сварили каркас фундамента. Наложили на него заготовленный трафарет. В отверстия в трафарете вставили крепежные болты, и приварили их к каркасу. Теперь уж точно все будет по размеру. Пригласили Никитина, и показали ему приготовленный каркас. Тот тоже все проверил, и дал добро на заливку бетоном. Залили фундамент бетоном, и, через три дня пригласили француза.

— Бетон еще сырой, — сразу же заявил вредный француз.

— Ну, почему сырой? — начал спорить Никитин. — Давно все высохло.

— Он только сверху высох, — возразил француз, — а внутри еще сырой.

— Ну, ты хоть размеры проверь, — посоветовал Никитин.

— Размеры обязательно нужно проверить, — согласился француз.

Он достал из кармана лазерный указатель, проверил горизонтальность поверхности фундамента, и расстояние между крепежными болтами.

— Иди сюда, — позвал он Никитина. Видишь? Вот этот болт не на месте, на целых одиннадцать миллиметров в стороне. Так не пойдет.

— Что за хрень? — не поверил своим глазам Никитин. — Я ведь сам перед заливкой все проверял, все точно было. Наверно при заливке немного повело.

— При заливке не могло повести. В этой конструкции все предусмотрено, — возразил наивный француз.

Он даже представить себе не мог, что фундамент делали не по его чертежу, а по наитию, то есть, исходя из собственных соображений. Его чертеж рабочие в глаза не видели.

— Жан, да ты не волнуйся по этому поводу, — успокоил его Никитин. — Это ерунда. Ребята сейчас кувалдочкой подправят, и все будет нормально.

— Это не есть ерунда, — возразил француз. — Разбивайте, и делайте снова. Иначе сниму гарантию.

И Никитин, и рабочие, на чем свет стоит материли тупого француза, но делать было нечего, пришлось разбивать фундамент во второй раз.

— Ну зачем дурную работу делать? — недоумевали они. — Ведь все хорошо сделали. Подумаешь, на какие-то одиннадцать миллиметров болт ушел. Да два удара кувалдой, и все бы прекрасно село, раньше и на больше подгибали, и ничего, все садилось. А этот дурак уперся, и не сдвинешь.

Когда фундамент делали в третий раз, Никитин от рабочих уже не отходил. С чертежом в руках он контролировал все работы. Каркас фундамента оказался намного сложнее того, который они делали перед этим, и, пока его сварили, провозились два дня. Оказалось, что болты привариваются точно в углах решетки каркаса, а не на середине, как получалось у них. Только на третий день фундамент залили бетоном. Через неделю пригласили француза принимать фундамент. Сделав замеры француз остался доволен.

— Вот теперь все нормально, — одобрительно сказал он. — Я начинаю понимать, почему у вас в стране нет безработицы. Если бы в нашу страну хотя бы десяток ваших инженеров, у нас бы ее тоже не было.

Было конечно обидно такое выслушивать от француза, хотя и понимали, что он прав. Ведь этот несчастный фундамент они только с третьего раза залили. Сколько времени и средств зря потрачено. Но зато, после третьей заливки, агрегат встал на место без сучка и задоринки. Опустили его на место, и все везде совпало. Закрутили гайки, и монтаж закончен. Такого в их практике еще не было. Но, несмотря на удачное завершение работы, инженер Никитин думал, что Жан жуткая зануда. Ведь второй раз фундамент можно было и не разбивать, они бы и так все смонтировали. А французский инженер Жан думал о бестолковых русских инженерах, которые элементарную работу по чертежу не могут сделать с первого раза. Он не понимал, как же, с такими инженерами, они собираются коммунизм построить. Наверно, как и фундамент, тоже будут несколько раз строить, и разбирать.