Я изучал гололитическую карту Бар’Савора, показывающую планету в том виде, в каком она находилась под властью Империума. Большая часть данных теперь была неактуальна — информация о населении, инфраструктуре и прочем. Но, если наступление рангдан не изменило ландшафт мира, то имеющихся данных должно оказаться достаточно для моих целей.

— Знакомый вид? — спросил я.

— Конечно, — ответила Ани Незра и побледнела. — Я имею в виду «конечно, повелитель». Я хотела сказать…

Я усмехнулся.

— В Империуме много миров, от процветающих технологических центров до примитивных планет, жители которых воспринимают Императора не иначе как солнце на своем небосводе. Я не знал, приходилось ли вам видеть гололиты своего мира, снятого с орбиты. А еще, — добавил я. — Будет хорошо, если вы всегда будете помнить о необходимости почтительного обращения к любому из членов моего легиона.

— Я видела его раньше, повелитель, — ответила Ани. И она, и её жена теперь были служащими легиона, как станет и их дочь, когда подрастет. Эту возможность я предоставил им на Вольде Бета.

Не все мои братья поступили бы также, но я ненавижу расточительство. Я не мог отпустить этих людей на свободу, зная, что они меня видели, и у меня не было возможности самостоятельно стереть их воспоминания. Я не поддерживал идею, чтобы, сдерживая боль, это попытался сделать Гакул — существовал риск, что он мог причинит вред им или даже себе; а все мои остальные псайкеры находились с флотом. В результате я дал Ани и Сев шанс служить XX легиону и покинуть бурлящий котел, в который превратился Прайм Сити. Они им воспользовались.

Я поступаю так, как должно, независимо от морали. Иногда эти решения стоят жизней. Жизней, которые можно считать невиновными. И продолжают приносить жертвы в дальнейшем. Но более важно, что я считаю нужным обеспечить такое положение вещей, чтобы количество жертв было минимально и не превышало обоснованную необходимость. Кроме того, Ани и Сев были весьма находчивы, жизнерадостны и преданы друг другу и своей дочери. Ценные качества, которые можно использовать на службе моего легиона.

Естественно, я не мог гарантировать им полную безопасность — нигде в галактике не существовало такого места. Однако для многих смертных возможность находится за броней линкора класса «Глориана» в окружении воинов Легионес Астартес настолько была близка к этой концепции безопасности, насколько это вообще возможно.

— Покажи мне, откуда тебя эвакуировали, — приказал я ей, и она наклонилась вперед, к гололиту, увеличив один из крупнейших южных континентов. Названия роем проносились мимо по мере увеличения карты, а затем я увидел огромное скопление жилых блоков и мануфакторий, сосредоточенных вокруг космического порта.

— Тут, — произнесла она, указывая на космопорт слегка дрожащим пальцем.

— Город назывался Гидана? — спросил я, и она кивнула. Хорошо.

— Спасибо тебе за помощь, Ани. Ты можешь возвращаться к своим обязанностям.

— Благодарю вас, повелитель, — она поклонилась и повернулась, чтобы уйти, но остановилась. — Господин Альфарий?

— Да?

— Я знаю, что у вас есть свои причины для посещения моего родного мира, — начала Ани, ее голос немного дрожал. — Причины, которые гораздо важнее, чем любая моя проблема, но…

— Продолжай, — подбодрил я её.

— Повелитель, эти существа убивали моих знакомых. Пока мы бежали, я видела, как они убивали моих вопящих от ужаса друзей, как пожирали их… Меня бы немного утешило, если бы я знала, что легион обрушит некоторое подобие этого страха и страданий на тех, кто это учинил.

— Возможно, ксеносов больше нет в этом мире, — ответил я. — Возможно, они двинулись дальше. По правде говоря, я надеюсь, что так оно и есть, потому что это значительно облегчит мне мою миссию. Если это так, то можешь утешиться тем, что рангдане сейчас под ударом нового имперского наступления, организованного моим легионом совместно с Темными Ангелами. Мы истребим их.

Она сокрушенно кивнула.

— Если они все ещё оскверняют этот мир, то маловероятно, что мы сможем достичь нашей цели, не вступив с ними в бой, — продолжил я. — И, если это случится, знай, я не проявлю милосердия.

Ани снова кивнула, на этот раз более решительно.

— Благодарю вас, повелитель.

Я подождал, пока она покинет комнату, а затем открыл вокс-канал с отсеком навигаторов.

— Господин Арахм, не могли бы вы сориентировать меня по времени?

Последовала пауза, а затем мне ответил голос Арахма Бробатиса, навигатора «Беты».

— По моим оценкам, не более чем два часа стандартного корабельного времени, повелитель Альфарий. Течения варпа стабильны, и я не вижу никаких надвигающихся проблем.

— Благодарю, — я отключил вокс, вместо того чтобы продолжить разговор. Стабильны ли течения варпа или нет, Арахму лучше было сосредоточится на своей работе, а не на беседах со мной. Я связался с мостиком.

— Чем могу служить, повелитель? — спросил капитан Эвередд. Он являлся капитаном корабля с момента его постройки и теперь уже был больше машиной, неразрывно связанным со своим командным троном, нежели человеком.

— Лорд Арахм сообщил мне, что мы выйдем из варпа примерно через два часа, — сказал я, выделяя на гололите область, которую показала мне Ани. — Я думаю вам не нужно напоминать, что мы можем столкнуться с враждебно настроенными силами. Я передаю вам координаты, выбранные мной как наиболее благоприятное место для высадки наземной группы.

— Принято, повелитель. Мы доставим вас туда.

Я переключил вокс, чтобы меня слышал весь корабль.

— Это Альфарий. «Бета» будет на позиции через час, к этому времени все наземные группы должны быть готовы к развертыванию.

Я выключил гололит. Пришло время подготовиться самому.

* * *

Мы стояли на телепортационной палубе, облаченные в доспехи. Со мной было четверо Охотников за головами из отряда Скорра, а также Акил Гакул. Апотекарии легиона вытащили шрапнель из его позвоночника, как только мы вернулись с Вольды Бета. Сам Скорр остался с остальной частью флота, чтобы приступить к своим обязанностям в качестве консула, поэтому в этой миссии я буду выступать в качестве командира Охотников за головами. Инго Пек принял на себя мантию «Альфария», однако эмиссаров для взаимодействия с нашим братским легионом нам понадобится больше, так что Скорр станет одним из них.

Хотя я полностью доверял собранной команде, я не оставил нас без прикрытия. Две «Грозовые Птицы» стояли снаряженные в одном из ангаров «Беты», готовые развернуть целую роту астартес на поверхности. Тяжелые транспортники в свою очередь были подготовлены для перемещения бронетехники. Мы были здесь не для того, чтобы отбить планету у рангдан, (если они все еще её удерживали), а для того, чтобы нанести точечный удар, который позволит нам эвакуировать моего брата, при условии, что мы сможем определить его местоположение.

Кроме того, пять Лернейских Терминаторов стояли рядом с ними, возвышаясь в своей массивной тактической дредноутской броне. Канаан Терзатель носил на наручах трехзвенную цепь. Остальные — Тронин, Лакеран, Н’Хай и Таравала — тоже украсили свои доспехи цепями, таким образом, что только посвященный мог понять их значение. Большинство посторонних, ищущих смысл в отметках моего легиона, сочли бы их слишком запутанными для понимания, слишком персонализированными, и не заметили бы мелких деталей, которые, на взгляд Альфа Легиона, четко указывали, что имеет смысл, а что — нет.

Завопили тревожные сирены. «Бета» вот-вот должна была выйти из имматериума обратно в реальное пространство, что всегда сопровождалось уникальными и почти всегда неприятными ощущениями. Я собрался с духом точно так же, как это сделали воины, окружавшие меня и члены команды корабля. Даже генетически модифицированные примархи не могли избежать сбивающих с толку ощущений, вызванных переходом.

Корабль содрогнулся. На мгновение, всего лишь на мгновение, мне показалось, что я услышал тот же звук скрежещущих, постукивающих когтей, который преследовал меня с первого дня, как я осознал себя. Затем мы оказались в пустоте космоса, и все стало как прежде.

Возможно, это было обусловлено тем, что я намеривался отправиться на поиски своего брата или, может быть, просто увидел мимолетное беспокойство на лицах нескольких Охотников за головами, и учитывая то, что некоторые из них были похожи на меня, я как будто посмотрел в зеркало. Какова бы ни была причина, я заговорил, как только стихла тревога.

— Кто-нибудь еще что-то слышал?

Кто-то кивнул, другие покачали головами.

— Я слышал голос матери, — задумчиво произнес Дерций.

— А я не помню свою мать, — сказал ему Канаан голосом, искаженным динамиками шлема.

— Я тоже, — ответил Дерций. — Но я каким-то образом понял, что это был ее голос.

Сигнал тревоги, который замолчал всего несколько секунд назад, снова завыл, но на этот раз настойчивее. Это была общая тревога, указывающая на прямую угрозу кораблю. Я уже отдавал приказ быть всем в боевой готовности, поэтому капитан Эвередд не стал бы подавать сигнал просто для того, чтобы экипаж прибыл на свои посты.

Я снова связался с мостиком.

— Капитан, доложите, пожалуйста.

— Мы успешно вышли в точке Мандевилля в системе, — ответил Эвередд. Его голос был напряженным, но сдержанным. — Мы здесь не одни, повелитель. Мы совершаем маневр уклонения, но вскоре нас затянут в бой. Я прокладываю наилучший маршрут до планеты, учитывая присутствия врагов.

— Значит рангдане еще не покинули свой трофей, — ответил я, мрачно кивнув.

— Я не могу подтвердить это, повелитель, но я изучил имеющуюся у нас информацию об этой ксенозаразе. Это что-то иное. Не то, с чем мы должны были здесь столкнуться.

— Это не рангда? — спросил я нахмурившись. Члены моей команды посмотрели на меня, встревоженные внезапной новостью. — Тогда что это за враг?

— Не могу сказать, повелитель, — ответил Эвередд, в его голосе слышался тонкий намек на разочарование. — Честно сказать, мы едва можем получить показания с датчиков, но то, что нам удалось выяснить, не похоже ни на что, виденное мной ранее.

Я выдержал паузу, обдумывая наши варианты. Мы были готовы к рангданам, во всяком случае, насколько это было возможно. Неизвестный враг, с неизвестной силой и природой, был совершенно иным развитием событием. Это требовало большей осторожности. Я не был одним из моих безрассудных братьев, которые ради победы сломя голову бросались в водоворот и полагались на свою собственную стойкость и стойкость своего легиона. Но, насколько я знал, где-то на Бар’Саворе был ещё один мой брат, у которого не было своего легиона. Я не хотел сразу призывать к отступлению.

— Принято. Держите меня в курсе дела. Мы продолжаем действовать по первоначальному плану.

Голос, который ответил мне, не принадлежал капитану Эвередду. Вместо этого по воксу раздался голос Ингрин Севан.

— Повелитель, я на мостике и вижу показания ауспекса. Капитан прав, это не рангдане. Я думаю, мы имеем дело со слогтами.

— Слогты? — переспросил я, удивленно моргнув.

Червелюди. Повелители Падали. В Империуме было крайне мало информации об этих омерзительных ксеносах, однако мало кто так хорошо умеет собирать информацию, как специалисты моего легиона. Мы воссоздали образы многих противников или потенциальных жертв. Портрет врага, собранный из фрагментов, обнаруженных другими. Слогты были одними из тех, с кем я не особо желал столкнуться.

Я знаю, что человечеству суждено править галактикой и мой отец учит, что разумные виды ксеносов представляют собой чрезмерную угрозу благополучию нашего вида. Некоторых из них можно легко искоренить. За некоторыми нужно наблюдать с осторожностью, по крайней мере сейчас, до тех пор, пока они неизбежно не продемонстрируют свою враждебность или пока не будут устранены другие, более насущные угрозы. Некоторые из них обладают технологиями, превосходящими наши собственные, и которые при достаточно рассудительном и аккуратном подходе, после того, как их создатели будут уничтожены, возможно, будут использованы для развития нашего вида. С некоторыми, такими как эльдари, можно даже взаимодействовать или торговать, хотя такие попытки в лучшем случае безрассудны, а в худшем тянут на предательство. Другие, вроде орков или рангдан, просто яростные и непримиримые противники, которые обескровливают нас за каждую понесенную ими жертву.

Я довольно рационален, но то, что я знаю о слогтах, вызывает у меня отвращение на самом глубинном уровне. Они пожиратели мертвых, а каждая из их разнообразных форм, о которых сообщают скудные источники, еще более кошмарна, чем предыдущая. Для меня не являлось большим сюрпризом, что они были способны на перемещения в космосе, поскольку их видели в различных, достаточно удаленных друг от друга местах, но мы почти ничего не знали о природе и вооружение их судов.

Похоже «Бета» вот-вот должна была всё это выяснить.

— Вы можете получить какие-либо показания с поверхности? — спросил я. — Есть информация об их присутствии или численности на планете?

Вполне логично, что те, кто питался мертвецами, следовали за крупными наступлениями рангдан. Неужели слогты изгнали рангдан от их добычи, чтобы покормиться? Был ли у них какой-либо способ направлять этот порочный вид к самым богатым кормовым угодьям, а затем этим пользоваться? Или они более походили на стервятников древней Терры, и просто собирались у оставленных жертв более смертоносных хищников, чтобы обглодать кости?

«Бета» затряслась — ее двигатели напряглись, заставляя нас выписывать в пустоте космоса маневр уклонения. Через несколько секунд она снова содрогнулась, но это уже была менее размеренная вибрация. Мы попали под обстрел.

— Севан, что представляет из себя их оружие? — спросил я. Это был первый раз, когда мой легион столкнулся с этими существами напрямую. А поскольку оружие пустотных кораблей обычно походит на оружие, которое носят отдельные особи, то любая информация о нем может иметь решающее значение и дать нам преимущество.

— Похоже, это какая-то из форм энергетического оружия, — последовал ответ. — Показания незнакомы, но бьет, как огрин на стероидах.

«Бета» снова содрогнулась. Линкоры класса «Глориана» были величайшими из кораблей Империума, если не считать «Фаланги». Наш уже был поврежден — Севан не преувеличивала.

— А что с планетой? — спросил я. Если оружие слогтов было настолько мощным, то большое количество этих тварей на поверхности превращал бы нашу миссию в самоубийственную.

— Признаков перемещения крупных войск не зафиксировано, господин, — ответила Севан. — Но, я понятия не имею, могут ли они быть у такого вида. Также не все имперские сооружения прекратили работу, остались еще несколько электростанций, работающих в штатном режиме под поверхностью планеты, возможно в автоматическом режиме. Это затрудняет получение точной картины того, что именно происходит… — она замолчала, а когда заговорила снова, в её голосе слышалась дрожь возбуждения. — Подождите. Я получаю сигнал бедствия с одной из работающих электростанций. Это примерно в ста двадцати километрах к северу от космопорта, указанного в координатах, которые вы предоставили капитану.

Сто двадцать километров. Немалое расстояние, особенно когда мир разрывают на части злобные ксеносы, а после до него добираются пожиратели трупов. Однако далеко не невозможное, если учесть время между эвакуацией Ани Незры и нашим прибытием. Вполне вероятно, что аварийный маяк был активирован, когда рангдане впервые появились, чтобы обозначить выживших, отчаянно нуждающихся в возвращении имперских сил и спасении. А если у выживших был способ поймать его сигнал, они могли бы стекаться к маяку.

Равновероятно было и то, что слогты тоже засекли сигнал и оставили его на месте в качестве приманки. Риск был оправдан, и я был готов на него пойти.

— Капитан, подведите нас как можно ближе к маячку, — приказал я. — Сообщите мне, как только мы окажемся в пределах досягаемости для телепортации. Приготовить к запуску «Грозовых Птиц».

Корабль снова тряхнуло, и я скорее почувствовал, чем услышал, как в ответ загрохотали наши орудия.

— Не знаю, чем они по нам бьют, повелитель, но оно наносит нам урон, — доложил капитан Эвередд. — Мы здесь в меньшинстве, у нас мало шансов.

— Ты сможешь подвести нас на необходимое расстояние? — спросил я. Я доверял капитану и верил, что он будет честен со мной. Если бы он сказал, что это невозможно, я бы не стал на этом настаивать.

— Так точно, повелитель. Думаю, что смогу, хотя после этого мы будем не в лучшем состоянии.

— Сделай это, — я повернулся к магосу Канитаксу, который терпеливо ждал за пультом управления телепортариума. — Магос, свяжитесь с мостиком для указания новой цели для телепорта — аварийного маяк, работающий на электростанции.

— Принято, — магос Канитакс издал низкое жужжание, включив электронный коммутатор. Затем он повернулся к своим приборам управления и начал манипулировать ими, постукивая и поглаживая своими многосуставчатыми пальцами настолько быстро, что даже я едва мог уловить его действия. — Оперативник Севан предоставила координаты. Вычисляю возможность успешной телепортации.

«Бета» снова содрогнулась. Я кивнул в сторону площадки для телепортации.

— Приготовится.

Мои воины заняли свои позиции выстроившись в круг, а я встал в центре. Корабль все ещё трясло, и я начал беспокоиться. Капитан Эвередд знал своё дело и сообщил бы мне, если бы ситуация изменилась, но всё равно…

— Этим безродным тварям сильно не нравится, что мы здесь, повелитель, — раздался в моем ухе голос Эвередда. — Они выпускают в нас всё, что у них есть. По крайней мере, я всем сердцем надеюсь, что это всё, что у них есть, потому что они наносят нам сильные повреждения.

— Магос! — рявкнул я. — Докладывай!

— Телепортация все еще невозможна, — ответил Канитакс. — Ориентация планеты такова, что нужный пункт назначения в настоящее время недоступен с нашего нынешнего положения и, в любом случае, расстояние слишком велико для приемлемого процента успеха.

— Капитан, сколько времени до того момента, когда нам придется бежать, чтобы спасти корабль?

— Недолго осталось, повелитель, — мрачно ответил Эвередд. — Мы никак не сможем остаться. Нам придется отступить к точке Мандевилля и немедленно совершить переход. Вы будете предоставлены сами себе, пока мы не сможем вернуться с подкреплением.

Это не займет много времени по меркам кампании: мы быстро оказались здесь и Бар’Савор находился не так уж и далеко за линией фронта, по крайней мере, с точки зрения варп-путешествий.

— Когда смогут стартовать «Грозовые Птицы»? — если мы не сможем телепортироваться из-за положения планеты, возможно, мне лучше попытаться совершить атмосферный перелет к месту назначения.

— Не стоит и пытаться, милорд, — ответил Эвередд, отсекая эту надежду. — С учетом плотности огня, который по нам ведется, они будут уничтожены в течении нескольких секунд. Наши щиты и так почти истощены. Ха! Ну, по крайней мере, как минимум одного ублюдка мы заберем с собой!

— Магос? — позвал я его.

— Мы находимся в пределах максимальной теоретической дальности до пункта назначения, но угол нашего сближения все еще делает координаты недостижимыми, — ответил Канитакс.

Я поморщился.

— Капитан, примерный расчет времени.

— Если вы хотите, чтобы «Бета» вернулась в варп, повелитель… пятьдесят секунд.

— Магос, как близко ты можешь нас переместить?

Канитакс повернул голову, чтобы посмотреть на меня или, по крайней мере, направить свои оптические датчики в мою сторону, без какого-либо движения другими частями тела.

— Милорд Альфарий, ваш вопрос настолько расплывчат, что я не могу ответить никаким…

— Значение ошибки в один километр для определения местоположения, девяносто пять процентов вероятности несмертельной материализации, — огрызнулся я. В конце концов, это телепортация. Стопроцентный успех никогда не гарантирован.

Магос передвинул несколько ползунков.

— Двести три километра от цели, господин.

— Вероятность девяносто процентов? — произнес я, стиснув зубы.

— Сто восемьдесят два километра.

— Восемьдесят процентов?

— Сто один, сто два…

Это были не самые приемлемые шансы. Разумнее всего было приказать капитану Эвередду отправиться к точке Мандевилля, добраться до своего флота, а затем вернуться с более многочисленной группой, достаточной по численности и огневой мощи, чтобы очистить этот мир от слогтов, как над планетой, так и с её поверхности. Возможно, мне следовало это сделать ещё в тот момент, когда мы поняли, что враги, с которыми мы столкнулись, были не теми, кого мы ожидали.

Я открыл было рот, чтобы приказать Эвередду отступить, но что-то удержало меня. Мысль о том, что кто-то на поверхности планеты, укрывающийся рядом с активированным аварийным маяком и каким-то образом наблюдающий за небом, видит, как имперский корабль под огнем перемещается к планете, проносясь в верхних слоях атмосферы… А затем поворачивается и сбегает в холод пустоты, не принося никакого спасения… Я представил то отчаяние, которое могло бы вызвать подобное зрелище.

Я не мог так поступить. Только не со своим братом, если он еще жив. Даже если он не знал, что мы пытались что-то сделать, я мог бы, по крайней мере, попытаться связаться с ним. Нам просто нужно было продержаться достаточно долго, чтобы мой легион… наш легион, вернулся за нами.

До сих пор я приспосабливался ко всем вызовам, которые мне бросала враждебная галактика. Я не собирался убегать сейчас.

— Сделайте это с вероятностью восемьдесят процентов, — приказал я Канитаксу. — Сообщите капитану Эвередду, как только мы покинем палубу.

— Принято, — ответил Канитакс, его пальцы уже скользили по соответствующим элементам управления. Вокруг нас замерцали и засветились энергетические катушки, когда телепортариум начал включаться. Я надеялся, что не слишком затянул. По крайней мере, Механикум были не из тех, кто тратил время на вопросы о том, уверен ли я в своем плане действий. Тем не менее, Канитакс выглядел озабоченным. Иначе я этого описать не мог.

— Активация.

Свечение телепортариума стало ослепительно ярким, а затем появился…

Звук царапающих, постукивающих когтей, тянущихся ко мне.