На Большой земле все следили за операцией по спасению. Не отходили от телевизоров и радиоприёмников. Ждали последних сообщений.

И Вовка вместе со всей страной ждал. И папа. И мама.

И дядя Боря с тётей Наташей. И Вовка-2. И Айболит Айболитович. И много, много взрослых и ребят, врачей, рабочих, инженеров, художников, бизнесменов, аграриев. Чуть ли не 150 миллионов человек.

Вовкин папа говорил:

– Герой. Просто герой. Ай да Кеша!

А мама добавляла:

– Теперь до этого героя не дотянешься. Кто мы для него? Простые скромные букашки.

Вовка возмущался:

– Как можно так говорить? Это же – Кеша. Наш Кеша.

Через несколько дней Москва встречала полярников.

На Внуковском аэродроме был выстроен почётный караул. Сам премьер-министр прибыл в длинном чёрном автомобиле.

С эскортом, как положено. А с ним ещё вице-премьер. И несколько простых министров. Среди встречающих были деятели науки и культуры, депутаты Думы и политические деятели.

Был среди них и Вовка. Но он был не в первых рядах, а среди сотен других встречающих. Он не стал говорить, что Кеша его друг. Никто бы всё равно не поверил.

И вот в небе появился самолёт. Белая стрелка на синем февральском небе. Всё ближе, всё ниже. Сверкнули солнечные зайчики в окошках иллюминаторов. Самолёт коснулся бетона. Прокатился сотню метров по взлётно-посадочной полосе. Остановился. И медленно поехал к толпе встречающих. К почётному караулу, девушкам с хлебом-солью, премьер-министру, оркестру, журналистам и телекамерам.

Первым произнёс речь премьер-министр. Премьер – это первый. Поэтому он всегда первым произносит речи.

Затем речь произнёс начальник экспедиции.

А затем слово предоставили Кеше.

– Дамы и господа, – сказал Кеша со специальной трибуны. – Бэби энд джентльмены. Лэди и бэби. От своего лица и лица Коли позвольте выразить сердечную благодарность за столь горячий и сердечный приём. Все наши чувства и наши помыслы, все наши мечты и надежды… Наши… мысли и сердца… Наши…

Кеша запнулся. Он много раз видел по телевизору, как говорят в подобных случаях, но не думал, что самому придётся.

– Наши чаяния в минуты отчаяния…

Коля незаметно подобрался к Кешиным ботинкам и ударил его клювом. Кеша взглянул на него и всё понял.

– Спасибо. – сказал он встречающим. – Большое спасибо!..

Раздались аплодисменты, засверкали вспышки корреспондентов, заработали кино- и телекамеры.

Подъехал празднично украшенный автобус. Полярники, а с ними Кеша и Коля поднялись в автобус и забрались на удобные кожаные сиденья. Автобус тронулся, толпа встречающих расступилась. Снова раздались возгласы и аплодисменты.

И вдруг Кеша разглядел среди встречающих Вовку. Кеша подпрыгнул и закричал водителю:

– Остановите! Пожалуйста. Это же Вовка!

Автобус зашипел и остановился. Открылась дверь. Кеша выскочил из автобуса. А навстречу ему уже бежал Вовка с огромным букетом цветов:

– Кеша!

– Вовка!

Их окружили журналисты, корреспонденты.

– Это – Вовка, мой лучший друг, – сказал Кеша, – Так и передайте. Так и напишите во всех газетах и журналах.

Но тут он заметил Колю. Коля стоял на ступеньках автобуса, и никто не обращал на него внимания.

– Коля! – крикнул ему Кеша. – Коо-оля! Лети к нам. Быстрей!

Коля не заставил себя ждать.

– А это – Коля. Мой лучший друг.

Из окошек автобуса выглядывали полярники.

– И это мои друзья, – сказал Кеша. – Самые лучшие. У меня много друзей. Самых лучших.

Кто-то из корреспондентов протянул в его сторону микрофон:

– Скажите… Программа «Новости»… У вас много прекрасных друзей. А как вы сами себя оцениваете?

– Как? – переспросил Кеша.

Все ждали его ответа.

– Знаете, – сказал Кеша. – Есть такая пословица: «Скажи, кто твой друг, и я тебе скажу, кто ты!»

И все очень обрадовались такому ответу. Хороший человек не будет дружить с плохим. Если твой друг хороший, значит, и ты… тоже… наверно, неплохой человек.

А попугай ты или воробей… Какое имеет значение?