Будапешт, 6 января 1968 г.

Дорогой Миша!

После разочарования от того, что Вы не приехали, Ваше письмо от 18 декабря для меня – маленькое утешение. Я очень надеялся, что те разговоры, которые мы начали еще в Институте Маркса и Энгельса, мы сможем наконец продолжить. Но я надеюсь, что Вы в этом году наверстаете упущенное.

Известия о реакции наших друзей-философов на восстановление моего статуса меня очень позабавили. Это полностью соответствует моим впечатлениям тридцатилетней давности. Что касается содержательной стороны дела, то поездка, к сожалению, невозможна. В моем возрасте нужно сидеть за письменным столом и делать свою работу не прерываясь, если хочешь закончить хотя бы часть того, что наметил. Что касается возможной публикации, то я предложил бы, чтобы Вы предоставили им какую-либо часть из «Эстетики» в переводе. Через полгода я, может быть, [пришлю] что-нибудь и из «Онтологии»; но сейчас окончательного текста не существует.

То, что Вы пишете о моих планах, очень хорошо и ободряет. Но вещи продвигаются, однако намного медленнее, чем мне бы хотелось. Если все будет хорошо, то я смогу «Онтологию» закончить к лету. Я не имею, однако, права забывать, что мне на «Этику» тоже понадобится несколько лет. Останется ли тогда еще действительная энергия на автобиографию, сегодня знать нельзя. Пока работа идет, однако, довольно хорошо, но это не означает гарантии на будущее. Я пока что продержался лучше, чем Елена, но кто знает, как будет дальше. Во всяком случае, я тоже верю, что в такие переходные времена, как наши, автобиографии участвующих не лишены объективной значимости.

То, что с Вами и с Вашей работой все хорошо, меня очень радует. Надеюсь, о конкретных вопросах мы сможем в не слишком далеком будущем поговорить подробно и конкретно.

С сердечным приветом, также и Лиде

<от руки> Ваш

Дьюри