ТАРАНОВСКАЯ (урожд. фон ВЕБЕЛЬ

баронесса КОРФ; von WEBEL bar. KORE) ОЛЬГА,

la gŭ nŭ rale, 24.07.1890–28.04.1954

ТАРАНОВСКИЙ ВИКТОР ПЕТРОВИЧ,

gŭ nŭ ral de division, chef du corps expéditionnaire russe sur

le front de Salonique 1916–1918, 24.10.1864–7.01.1937

ПОПОВА (yp. ТАРАНОВСКАЯ) НАТАЛЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА,

1903–1960

OPE (урожд. ТАРАНОВСКАЯ) АННА АЛЕКСАНДРОВНА,

1900–1958

Отец Виктора Петровича Тарановского был тоже генералом, а матушка, как и его собственная жена, тоже баронесса Корф, только не Ольга, а Надежда. Как утверждает В. В. Набоков, чья бабушка тоже была из рода Корф, корни этой семьи уходят в скалистый берег прекрасного острова Корфу, жители которого кормились некогда, торгуя русским зерном по свету.

В 1916 году Россия, в соответствии с русско-французским соглашением, послала на помощь Франции экспедиционный корпус, включавший четыре бригады. Второй бригадой, отправленной на македонский фронт, в Салоники, командовал с октября 1917 года генерал Виктор Петрович Тарановский.

Сын генерала, полковник Александр Викторович Тарановский, служил на востоке, близ Маньчжурии, где и оказалась почти вся его семья после прихода к власти большевиков. Семья полковника влилась тогда в довольно обширную русскую колонию Шанхая и Харбина. Но после Второй мировой войны русским изгнанникам пришлось снова двинуться в путь, спасаясь от красного насилия. Две дочери полковника – Наталья и Анна, прожившие во Франции не слишком долго, упокоились на Сент-Женевьев-де-Буа. Покупая билеты в офисе «Аэрофлота» на Елисейских полях, я часто беседовал с работавшей там красавицей-блондинкой Анной (в ее жилах течет кровь Воротынских, Тарановских и Корфов), внучкой полковника и правнучкой генерала Тарановского.

ТАРКОВСКИЙ АНДРЕЙ АРСЕНЬЕВИЧ,

Россия, 4.04.1932 – Париж, 29.12.1986

Похоже, весь XX век России сошелся на этом беженском французском кладбище – на кладбище изгнанников. И любимое искусство века (кто-то из разбойников-болыневиков называл его «холодным оружием партии» – что-то вроде финки) представлено здесь крупнейшими творцами – от Мозжухина до Тарковского. Сын известного поэта, выпускник московского Института кинематографии (во ВГИКе он был учеником Михаила Ромма), Андрей Тарковский был замечен знатоками кино в России уже в начале 60-х годов, а в 1962 году к нему пришли мировая слава и главный приз Венецианского фестиваля за фильм «Иваново детство». Еще через 7 лет его «Андрей Рублев», с трудом пробившись сквозь строй надзирателей из Госкино, появился на фестивале в Каннах и произвел сенсацию. Потом были «Зеркало» и «Сталкер» – каждый фильм был событием, но каждый метр снятого фильма приходилось отбивать у своры бдительных чиновников. На Западе его ценили больше, чем в России, в Париже ретроспективы его фильмов стали регулярными, и тогда он снял в Италии фильм о том, как ему невыносимо будет вне России (фильм «Ностальгия», 1983), после чего… остался на Западе. Острота его «ностальгии» ничего доброго не предвещала, он нисколько не преувеличивал, и болезнь горя (рак) вскоре настигла его. Свое страшное «Жертвоприношение» он снимал уже больной, а премию в Каннах приехал получать его юный, прелестный сын (зрелище было душераздирающее): Тарковский умирал… Он умер в тот же год, 54 лет от роду.

Свое «Жертвоприношение» Андрей Тарковский снимал уже больным, а премию в Каннах приехал получать его юный сын: Тарковский умирал…

Он умер в тот же год, 54-х лет от роду

ТАТАРИНОВ ВЛАДИМИР ЕВГЕНЬЕВИЧ,

19.04.1892–31.12.1961

ТАТАРИНОВ А РАИСА АБРАМОВНА (RAISSA TARR),

7.11.1889–22.10.1974

Владимир Татаринов был журналист и поэт, друг видного кадета, юриста и журналиста Владимира Дмитриевича Набокова, а по наследству и друг его сына, впоследствии знаменитого русско-американского писателя Владимира Набокова. Отец и сын Набоковы дружили и с женой Владимира Татаринова, Раисой Татариновой (она писала под псевдонимом Раиса Tapp). После того как В.Д. Набоков был убит в зале берлинской филармонии двумя русскими фашистами, газета «Руль» продолжала печатать стихи Набокова-сына, а друзья отца оставались его лучшими друзьями и покровителями. Раиса Татаринова работала в Берлине во французском посольстве, куда она порекомендовала и молодую жену Владимира Набокова – Веру Слоним. Дружба эта продолжалась и после переезда Татариновых из Берлина в Париж. В Париже Раиса Татаринова занималась журналистикой. Жила она в том же доме, что и ее берлинская подруга (тоже участница их берлинского кружка и поклонница молодого Володи Набокова) Евгения Каннак (это совсем рядом с древнеримской Лютецией, в 5-м округе Парижа).

ТАТИЩЕВ НИКОЛАЙ ДМИТРИЕВИЧ,

24.11.1896–5.08.1985

ТАТИЩЕВА (урожд. НАРЫШКИНА) ВЕРА АНАТОЛЬЕВНА,

1874–1951

Граф Николай Дмитриевич Татищев был сыном Ярославского губернатора, а мать его, графиня Вера Анатольевна Татищева, была урожденная Нарышкина, дочь обер-гофмейстерины Высочайшего двора.

Граф Николай Татищев шоферил в Париже и жил в многоквартирном доме 14-го округа (над гаражом «Ситроена»), где разместилось много русских таксистов. Соседями и друзьями графа были поэт Борис Поплавский и его былая возлюбленная, прелестная Дина Шрайбман. Позднее Николай женился на Дине. Она умерла совсем молодой, в 1940 году…

После загадочной и трагической смерти Поплавского в 1932 году Николай Татищев остался его душеприказчиком, хранил и издавал его произведения.

Сестра бедной Дины Татищевой, Ида Шрайбман-Карская, жила долго и стала знаменитой художницей. Перед смертью она записала на пленку рассказ об их парижской молодости, о бедной сестре, о ее любви и о своем собственном романе с Борисом Поплавским…

Фон ТИМРОТ (урожд. ТУГАН-БАРАНОВСКАЯ,

в первом браке – НИТТЕ) ЕЛЕНА ИВАНОВНА,

умерла 26.09.1946

Как и ее сестре, Людмиле Любимовой, Елене Тимрот суждено было стать героиней рассказа А. Куприна «Гранатовый браслет». Куприн вывел ее под именем Анны Фриессе, которой свойственна «глубокая, искренняя набожность».

Племянник Елены Ивановны Тимрот, Лев Любимов, автор мемуарной книги «На чужбине», считал, что Куприн опоэтизировал его тетушку. Сам журналист Л. Д. Любимов до войны писал в правом «Возрождении», входил в ультраправый Союз писателей, был монархистом, но уже к концу 1943 года возглавлял группу «Советских патриотов», после войны сотрудничал в советских газетах, а, в конце концов, был выслан из Франции в СССР.

ТИТОВ АЛЕКСАНДР,

1878–1961

Александр Титов еще до революции стал химиком высокой квалификации, однако, как русский интеллигент, не мог оставаться в стороне от бурных процессов, происходивших в стране: увлекался политикой и даже стал одним из организаторов партии народных социалистов. С весны до осени 1917 года он занимал пост помощника министра продовольственного снабжения во Временном правительстве. С приходом к власти большевиков Титов обосновался в Париже, где стал директором крупного фармацевтического предприятия «Биотерапия». Его исследования принесли этому талантливому русскому ученому мировую известность.

Однако и политику он оставил, был главой крошечной Партии Народных Социалистов. Партия, конечно, была совсем маленькая. А в конце войны в освобожденном союзниками Париже знатный эмигрант А. А. Титов отправился с представительной группой эмигрантских лидеров на поклон к советскому послу Богомолову. Событие это было сенсацией, может, самой главной за все четверть века эмигрантской жизни в Париже…

A.A. Титов был сыном знаменитого ростовского купца и краеведа Андрея Титова, который спас когда-то от гибели замечательный кремль Ростова Великого.

В 1928 году, будучи проездом в Париже, Титовых навестил не слишком еще знаменитый тогда эмигрантский писатель Владимир Набоков-Сирин.

ТОЛСТАЯ (ЛЬВОВА) ТАТЬЯНА МИХАЙЛОВНА,

1903–1987

ТОЛСТАЯ (САГАЦКАЯ) АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛОВНА,

1905–1986

ТОЛСТОЙ СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

ТОЛСТОЙ СЕРГЕЙ СЕРГЕЕВИЧ, 1958–1979

ТОЛСТОЙ ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ, 1967–1974

Нина Кривошеина вспоминает в своей мемуарной книге, что завсегдатаем ее ресторана в Париже был сын Льва Николаевича Толстого, Михаил Львович Толстой, у которого был приятный голос. Михаил Львович нередко пел у нее в ресторане цыганские песни и романсы собственного сочинения. Невестка Михаила Львовича, живущая в центре правобережного Парижа, мадам Колет Толстая, с обидой сказала мне, что русские до сих пор поют романсы ее тестя (написанные иногда на слова ее тещи), даже не подозревая об их авторстве. Например этот: «Ночь тиха, над рекой / Тихо светит луна…»

Михаил Львович скончался в Марокко в 1944 году и похоронен на русском кладбище в Рабате. На Сент-Женевьев покоятся его сын Сергей, умерший в 85-летнем возрасте, его дочери Александра (в замужестве Сагацкая) и Татьяна (в замужестве Львова), его внук Сергей и правнук Иван.

ТРЕТЬЯКОВА (МАМОНТОВА) НАТАЛЬЯ САВВОВНА

(1883–1945)

На долю Натальи Саввовны, дочери знаменитого богача и мецената, выпало немало горестей. Наталья Саввовна вышла замуж за Сергея Николаевича Третьякова, внука знаменитого промышленника, московского городского головы, основателя Третьяковской галереи. У них было трое детей. До революции С.Н. Третьяков стоял во главе семейной фирмы, был видным дельцом – человек красивый, образованный, представительный. Позднее он занимал видный пост во Временном правительстве. Разоренный Октябрьским переворотом, он начал пить. В 1919 году Третьяков был министром у Колчака в Сибири. Позднее, уехав к семье в Париж, участвовал в возрождении русского Торгово-промышленного союза. Наталья Саввовна торговала парфюмерными изделиями, одна из ее дочерей шила шляпки. Третьяков пил все больше и был завербован советской разведкой. По утверждению некоторых авторов, у Третьякова спрятался агент ГПУ генерал Скоблин после разоблачения. В кабинете начальника 1-го отдела РОВСа и в Торгово-промышленном союзе были с помощью Третьякова установлены подслушивающие устройства ГПУ, позднее обнаруженные гестаповцами. С. Третьяков был отправлен немцами в лагерь Ораниенбург и расстрелян летом 1944 года.

ТРЕФИЛОВА ВЕРА,

26.09.1875–11.07.1943

Не весь путь этой прекрасной балерины был усыпан розами, а все же выпали и на ее долю счастливые дни, скорее даже во Франции, чем в России. Родилась Вера Трефилова во Владикавказе, где мать ее была драматическая актриса. Отца девочка не знала вовсе, но зато крестная мать ее была всей России известна – актриса Мария Савина. Окончив девятнадцати лет Театральное училище, юная Вера стала балериной, попала в кордебалет Мариинки, училась еще у Чекетти, у французов, у Соколовой, а главное – у Николая Легата. Было уже у нее несколько удачных ролей, когда 28-летнюю балерину похвалил строгий петербургский критик В. Светлов: «…ни одного фальшивого движения, ни одной неоконченной позы», в общем, «недюжинная балерина». Еще через год исполнила Вера Трефилова свою лучшую роль: ее Аврору предпочли Авроре самой Кшесинской и самой Преображенской. Была балерина Трефилова верной поборницей строго классического танца и трудами достигнутого совершенства…

Однако женская судьба красавицы-балерины не удалась. Первый муж оказался картежник, второй и вовсе самодур. В 1906 году стала наконец Вера Трефилова прима-балериной, а муж потребовал, чтоб она оставила сцену. В 1915 году Вера Трефилова овдовела и вышла замуж снова – за того самого критика Светлова, что писал о ней когда-то. Он в 1917 году увез ее в Париж, и там супруги открыли балетную студию. А в 1921 году вдруг снова началась балетная карьера Веры Трефиловой, да еще с каким шумным успехом! В Лондоне в антрепризе Дягилева снова она танцевала Аврору, в 1924 году танцевала в «Лебедином озере» – с дягилевской труппой в Монте-Карло, и снова имела огромный успех. Еще и в 1926 году танцевала она на сцене, ну а после уж только преподавала…

Она умерла в 1943 году, и о. Борис Старк, совершавший у ее открытой могилы заупокойную литию, оставил в своем мемуарном Синодике такую запись: «…стоя перед ее закрытым гробом, я вдруг почувствовал неожиданно такой прилив какой-то благодати, ощутил такое возношение духа, что служил привычную литию, несясь, как на крыльях. Позднее я узнал, что она вела последние годы жизни буквально подвижнический…»

ТРУБЕЦКАЯ-ЕГОРОВА ЛЮБОВЬ НИКОЛАЕВНА,

27.07.1880–1.07.1972

Любовь Егорова была не слишком знатного рода – «незаконнорожденная царскосельской купчихи». Но балерине это не в упрек – была бы талантлива и хороша собой. А Егорова была и красива, и талантлива, но успех к ней пришел не сразу. Ее главной чертой был мягкий, тихий, льющийся лиризм, который, строго говоря, и был высшим достижением русской балетной школы ушедшего века, но на заре нового века мода требовала в первую очередь яркой виртуозности. Однако мало-помалу и Любовь Егорова завоевала себе имя: в 1913 году блистала она в роли Одетты, в 1914-м – в роли Жизели. Прощальный бенефис Егоровой был 22 января 1917 года, перед самой революцией. Потом она уехала в Финляндию, оттуда – в Париж. Она еще танцевала в дягилевской антрепризе в Лондоне Аврору (в очередь со Спесивцевой и Трефиловой), но, вернувшись в Париж, вышла замуж за князя Н. Трубецкого и оставила сцену. Она открыла в Париже школу танцев, а в 1937 году создала труппу «Балеты молодости». Иногда она уезжала в Лондон преподавать и ставить балеты, но Париж остался ее городом до конца дней. До конца было не близко, она прожила еще 55 лет после «прощального бенефиса»…

ТУРКУЛ АНТОН ВАСИЛЬЕВИЧ,

начальник Дроздовской дивизии, генерал,

1892–1957

Первую мировую войну 22-летний А. В. Туркул начинал рядовым пехотного полка. В боях он заслужил своей храбростью два Георгиевских креста и был произведен в офицеры. В первом походе от Ясс до Новочеркасска А. В. Туркул был фельдфебелем в офицерской роте, но уже в 1919 году стал командиром офицерского полка Добровольческой армии. В Русской армии генерала Врангеля А. В. Туркул был произведен в генерал-майоры, а после эвакуации назначен командиром сводного Дроздовского полка. В 1935 году в эмиграции генерал Туркул создал и возглавил Национальный союз участников войны, развивший широкую деятельность во Франции. Он был одним из самых видных участников «бунта генералов» против нового, осторожного начальника Русского Общевоинского Союза генерала Миллера. В 1938 году генерал Туркул был выслан из Франции за «пронемецкую» ориентацию, а позднее представлял в Германии нацистскую администрацию, ведавшую русской диаспорой.

В годы Второй мировой войны генерал Туркул участвовал в формировании власовской Российской освободительной армии (РОА). После войны, в 1947 году, он написал книгу о пути Дроздовской дивизии «Дроздовцы в огне», обработанную писателем Иваном Лукашем (тем самым, что раньше записал и мемуары Плевицкой).

В эмиграции поэт Николай Туроверов продолжал жить в кругу своих неизменных тем – война, Дон, Россия, Родина, казачество…

ТУРОВЕРОВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ,

1899–1972

Николай Туроверов был поэт и казак, родился в станице Старочеркасской (область Войска Доского) в семье юриста, дома успел окончить лишь реальное училище и дослужиться в лейб-гвардии атаманском полку до чина хорунжего. В 17 лет ушел на войну. Стихи он писал уже тогда. Была Первая мировая война, потом Гражданская, потом эвакуация из Крыма, о которой – одно из лучших стихотворений Туроверова:

В начале эмиграции Туроверов был лесорубом в Сербии, там же мукомолом, потом добрался в Париж. Стихи он писал всегда, они нравились однополчанам и эмигрантам, у него была своя аудитория, стихи его переписывали, учили наизусть. В 1928 году вышел в Париже первый сборник стихов Туроверова. Даже эмигрантская критика его хвалила. Туроверов продолжал жить в кругу этих своих неизменных тем – война, Дон, Россия, Родина, казачество… Он занимался в свободное время восстановлением казачьего музея, организацией выставок о казаках и Суворове, писал и выпускал книги своих стихов – вторая вышла в 1937 году, третья – в 1939-м, четвертая – в 1942-м. Вторую мировую войну Туроверов провел в Иностранном легионе, а вернувшись в Париж, издал поэму «Сирко». После войны он работал в банке, печатался в эмигрантских журналах, был бодр, впрочем, отмечал, что поколение его уходит, а приходит новое. Николай Туроверов умер в старинной больнице Ларибуазьер (в двух шагах от Северного вокзала, откуда уходили поезда в Россию) 72 лет от роду.

ТХОРЖЕВСКИЙ ИВАН ИВАНОВИЧ,

1878–1951

Родился он в 1878 году в Ростове-на-Дону, отец его был адвокатом, мать писательской дочкой. Оба, и отец и мать, занимались переводами, объединив имена в псевдониме Иван-да-Марья. Иван Иванович на рубеже веков окончил юридический факультет Петербургского университета, был оставлен для подготовки к профессорскому званию и одновременно приглашен в канцелярию Кабинета министров, потом выполнял особые поручения Министерства сельского хозяйства, был даже председателем административного совета русско-голландского банка, был камергером двора, сотрудничал с Витте, Кривошеиным, Воронцовым, Дашковым, был занят делом спасения России… При этом он всегда находил время для любимого дела – для переводов: в год окончания факультета выпустил переводы из французского философского лирика Жана-Мари Гюйо, в 1906 году – вторую книгу с французского (Верхарн, Метерлинк, Верлен), в 1908-м – третью книгу переводов, из итальянца Леопарди, и в тот же год – сборник собственных, оригинальных стихов («Облака»), а в 1916 году и второй свой сборник – «Дань солнцу». В те же годы вышел под его редакцией историко-статистический труд «Азиатская Россия» – плод многих поисков и экспедиций. В 1920 году Иван Тхоржевский участвовал в правительстве Врангеля, а вскоре оказался в Париже, где взялся за создание Союза писателей и, конечно, за переводы.

А в 1928 году вышел Хайям в переводах Тхоржевского – главный труд русского поэта.

В рубаях Тхоржевского-Хайяма – гимны радостям любви, дружбе и вину, истинная энциклопедия счастья. Однако, может, под этими березами уместнее их энциклопедия печали и смерти:

В 1930 году Иван Тхоржевский издает книгу переводов «Новые поэты Франции», потом перевод «Западно-восточного дивана Гете». При этом он активно участвует в общественной жизни Парижа.

Во время немецкой оккупации Тхоржевский с головой ушел в новую книгу – «Русская литература» – огромный том очерков по истории русской литературы.

В 1949 году Тхоржевский участвовал в новом выпуске «Возрождения» – и здесь его энергия сгодилась тоже. Он бы и больше успел, да земные сроки его истекли…

ТЭФФИ (БУЧИНСКАЯ, урожд. ЛОХВИЦКАЯ)

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА,

1872–1952

Эта обаятельная и умная женщина была самой популярной писательницей дореволюционного Петербурга, а позднее и эмигрантского Парижа.

Она родилась в интеллигентной дворянской семье Лохвицких, отец был профессор-криминалист, и все в семье что-нибудь писали (еще прадед сочинял мистические стихи, а родная сестра Тэффи – Мирра Лохвицкая – была довольно известная поэтесса-символистка). Понятно, что, едва окончив гимназию, юная Надя понесла по редакциям стихи. Попутно она вышла замуж за Владислава Бучинского, родила дочку, потом вторую и – разошлась с мужем.

В начале XX века ее придуманное имя – Тэффи – приобрело в России широчайшую известность. Среди поклонников ее таланта были и сам император Николай II, и Розанов, и Распутин, и Ленин…

Одна за другой выходили ее книги… Потом она уехала. Причины отъезда были те же, что у многих, и Тэффи о них написала так: «Увиденная утром струйка крови у ворот комиссариата… перерезывает дорогу жизни навсегда. Перешагнуть через нее нельзя. Идти дальше нельзя. Можно повернуться и бежать».

Тэффи уехала в Париж. Она была и здесь популярна, была любима. Писала рассказы, стихи, пьесы. Пьесы ее ставили театры всей русской диаспоры…

Умерла она восьмидесяти лет от роду. На похоронах под березами русского кладбища прочли ее стихи:

В канун 2000 года страшный ураган пронесся над Парижем. Не пощадил он и обиталищ мертвых. На Сент-Женевьев-де-Буа было выворочено с корнями старое дерево. В корнях своих оно вынесло на обозренье испуганных потомков гроб Тэффи.

Тэффи, обаятельная и умная женщина, была самой популярной писательницей дореволюционного Петербурга, а позднее и эмигрантского Парижа