Рафаэль Сластинс стоял в тени, не сводя глаз с ночного консьержа. Тот, сидя за стойкой, лениво перелистывал вечернюю газету.

Такой подлянки Сластинс не ожидал. Ясно, что наверх его не пустят. А подходить к стойке и спрашивать Гильду – тем более в столь поздний час – довольно глупо.

Но терпение его было безграничным. И он ждал, прижав к себе Лео и прислонившись к колонне. Через двадцать минут ему улыбнулась удача.

Консьерж, взглянув на наручные часы, отложил газету и скрылся в комнате за стойкой.

Сластинс пулей промчался сквозь вращающуюся дверь. Мячом проскакал по ворсистому ковру вестибюля и вверх по ступенькам. Когда консьерж вернулся к стойке, Сластинс уже скрылся за поворотом лестницы.

Остановился, прислушался. Не услышал ничего тревожного и продолжил подниматься.

Пару секунд он соображал, где искать квартиру сорок пять. Понял, что придется топать на последний этаж, и обреченно вздохнул.

Хотелось, конечно, подняться на лифте, но Сластинс решил не рисковать. На первом этаже наверняка есть индикатор. Консьерж заметит, что в лифте кто-то есть. Сластинс продолжил с трудом взбираться по лестнице. Добравшись до шестнадцатого этажа, он пыхтел и обливался потом.

Было без десяти двенадцать. Встав у двери с номером сорок пять, Сластинс надавил грязным пальцем на кнопку звонка и задумался: что, если Гильды нет дома? Полный провал!

Через некоторое время в квартире послышались шаги. Секундой позже дверь отворилась.

Гильда – в голубом неглиже с синей норковой оторочкой и лазурных шлепанцах на босу ногу – непонимающе взглянула на него. Хотела закрыть дверь, но тщетно: это была далеко не первая дверь, которую пытались закрыть у Сластинса перед носом. Ловко подставив ногу, он маслено улыбнулся и начал:

– Только не волнуйтесь, мисс Дорман. Я по поводу Мориса Ярда и вашего брата.

Гильда побледнела. Сластинс возликовал. Нет ничего проще, чем вести дела с испуганной женщиной.

– Кто вы? – спросила она, все еще нажимая дверью на его ногу.

– Позвольте представиться: Рафаэль Сластинс. Друг вашего брата. Вероятно, он обо мне рассказывал. У меня выдался чрезвычайно утомительный день, и я был бы рад присесть. Быть может, позволите войти?

– Нет, не позволю. Сейчас я не могу с вами говорить. Прошу, уходите!

Сластинс улыбнулся:

– Не хочу доставлять вам неудобств, мисс Дорман, но уверяю: выслушать меня – в ваших интересах. У меня для вас есть весьма любопытная информация.

Взгляд огромных зеленых глаз прошелся по нему сверху донизу, подмечая все детали: измятый, грязный костюм, три жирных пятна на галстуке, подбитый глаз под надвинутой шляпой.

– Что за информация?

– По поводу вашего брата.

Помедлив, Гильда отступила в сторону и жестом велела Сластинсу войти.

Тот с довольной физиономией шагнул в прихожую. Прошел в большую, роскошно обставленную гостиную. И понял: денег у Гильды даже больше, чем он рассчитывал. «Наверное, – думал Сластинс, оглядываясь по сторонам, – любовница какого-то богача. Но это не мое дело. Главное, живет с размахом и деньжата у нее водятся».

Он снял шляпу, выбрал самое удобное кресло и опустился в него, усадив Лео на колени.

– Не обращайте внимания на мой глаз, – сказал он. – Прискорбное недоразумение. Вам нравятся собачки, мисс Дорман? Этот малый – превосходный экземпляр. – Он нежно погладил Лео по шелковистой шерстке. – Настоящий друг человека. А вы держите собачку?

Гильда пронзила его взглядом.

– Что вам нужно? – осведомилась она. – Что вы хотели мне рассказать?

Сластинс приподнял плечи.

– Не будет ли наглостью с моей стороны попросить стаканчик виски с содовой? – с надеждой спросил он.

– Здесь вы ничего не получите! – отрезала Гильда. – Что вы хотели рассказать?

Жирное лицо Сластинса застыло. Если женщина грубит, не стоит с ней миндальничать. Мужчины – дело другое, с ними нужно держать ухо востро. Некоторые даже дерутся – например, этот Холланд. А женщины – безобидные существа.

– Мой рассказ стоит денег, – заметил он. – Информация касается вашего брата. И вы, несомненно, пожелаете ее купить.

– Неужели? – Гильда отошла в сторону, открыла серебряный портсигар и закурила. – Вы что, пытаетесь меня шантажировать?

– Ну, я не стал бы называть это шантажом. Ценная информация всегда стоит своих денег. В нашем случае – пятьсот долларов.

– Думаете, я держу дома такие деньги? – презрительно спросила Гильда.

– Почему бы и нет? Как вижу, вы процветаете. Эту сумму нельзя назвать непомерной, но если сейчас у вас нет денег, я не прочь взять украшения – как залог с правом последующего выкупа.

– Так что за информация?

Сластинс притворно улыбнулся:

– Пока что я не получил ни денег, ни украшений, мисс Дорман. А опыт говорит, что женщины не держат обещаний.

Какое-то время Гильда не сводила с него глаз. В ее позе было что-то кошачье, и Сластинсу стало не по себе.

– Нужно взглянуть, что я могу вам предложить. Подождите.

И она ушла в другую комнату.

Достав носовой платок, Сластинс приложил его к больному глазу и с тревогой подумал: его методика, пожалуй, устарела. Раньше таких проблем не было. А теперь… Сперва Холланд вышвырнул его из дома, потом эта упрямая девица… Странно.

Лео, спрыгнув с колен хозяина, нырнул под кушетку.

Распознав тревожный сигнал, Сластинс тут же обернулся.

Гильда стояла в дверях спальни. В руке у нее был автоматический пистолет тридцать восьмого калибра. Его вороненое дуло было направлено Сластинсу в лоб.

При виде пистолета Сластинс обмер. Да, он боялся побоев, но оружие… Оружие приводило его в дикий ужас. Толстяк вжался в кресло. Лицо его сделалось серым, сердце перевернулось в груди.

Гильда подошла ближе и встала прямо перед ним.

– Итак, что за информация? Лучше говори, подонок, или продырявлю тебе ногу. И скажу консьержу, что ты вломился ко мне без приглашения.

От испуга Сластинс едва не лишился чувств.

– Осторожнее, – взмолился он дрожащим голосом, – пистолет может выстрелить. Прошу, уберите. Я с удовольствием расскажу вам все, что знаю.

– Говори! – сказала она так, словно хлестнула кнутом. – Что ты знаешь про моего брата?

– Сегодня вечером ко мне заходил лейтенант Адамс, – начал Сластинс и еще сильнее вжался в кресло: Гильда шагнула вперед, и пистолет теперь маячил в футе от его бегающих глазок. – Он уверен, что ваш Джонни убил Фэй Карсон. Я сказал, что он ошибается. Скорее всего, ее убил Морис Ярд.

Гильда напряглась.

– Почему ты так решил?

– Позавчера Ярд приходил к Фэй Карсон. Они поссорились. Я слышал, как он грозился перерезать ей горло.

– И ты рассказал об этом Адамсу?

– Да. Не хотел, чтобы у Джонни были проблемы. Мы давно с ним дружим, а о друзьях нужно заботиться. Уверяю, он не обидел бы Фэй.

Отступив, Гильда опустила пистолет.

– Это все?

– А что, мало? Если бы не я, лейтенант до сих пор грешил бы на Джонни. Я же его выручил.

– И что, эти новости стоят пяти сотен?

Сластинс облизнул губы.

– Все зависит от вас, – осторожно сказал он. – Джонни – ваш брат. Я спас ему жизнь.

Гильда поморщилась от омерзения.

– Его до сих пор ищут?

– Не знаю. Но мне известно, что Адамс ищет Ярда. Он отправился в гостиницу «Вашингтон». Рассчитывает найти его там.

Гильда отошла в сторону, и Сластинс с облегчением выдохнул.

– Думал, вам будет интересно узнать, что Ярд вернулся в город, – попытал удачи он. – Или вы уже об этом знаете?

Гильда взглянула на него. В темных глазах ее читалась загадка.

– Не знаю. И мне это неинтересно. – Она выдвинула ящик стола, достала пачку банкнот, отсчитала четыре пятерки. – Вот. Такова моя цена за эту информацию. А теперь – пошел вон!

Сластинс нетвердо поднялся на ноги. Дрожащей рукой забрал деньги.

– Не добавите? – проскулил он. – Ценю вашу доброту, но сейчас я совсем на мели.

– Пошел вон! – повторила Гильда.

Сластинс потащился к двери. По пятам за ним семенил Лео. Вдруг в дверь позвонили.

Застыв, Сластинс бросил быстрый взгляд на Гильду. Та уставилась на дверь.

– За мной! – велела она, снова вскинув пистолет. – Быстро!

Сластинс пришел в ужас: ему вовсе не хотелось поймать случайную пулю. Гильда открыла какую-то дверь. Подхватив Лео, Сластинс нырнул в коридор.

– Там выход на улицу. – Гильда указала на дверь в конце коридора. – Вон отсюда, и чтобы я тебя больше не видела!

Сластинс промчался по коридору, открыл дверь и оглянулся. Гильда нетерпеливо взмахнула рукой: дескать, проваливай. В дверь снова позвонили. Несмотря на испуг, Сластинс задумался, кто пожаловал к Гильде в столь поздний час.

Он обратил внимание на замок. Знакомый: с таким ему уже приходилось иметь дело. Вышел на лестницу, ведущую к черному ходу, и захлопнул за собой дверь.

Подождал пару секунд, прижав ухо к панели. Услышал, как дверь в другом конце коридора закрылась, извлек из кармана брюк отмычку и вставил ее в замочную скважину. Еще пара секунд ушла на возню с замком. Приоткрыв дверь на несколько дюймов, Сластинс осторожно выглянул в коридор.

Оглянулся и жестом велел пекинесу: жди здесь. Оставив пса на лестнице, Сластинс закрыл дверь, бесшумно прокрался по коридору и приник к двери, ведущей в гостиную.